Пробуждение.

Просыпаться было... Весьма неприятно. Хоть боль и была не такой ослепляющей, но существенной. Каждое движение, причиняло боль и ей приходилось сдерживаться, что бы не закричать. Но стон все же вырвался и кто-то засуетился. — Госпожа... В себя... Лекаря... Повелителю. — происходящее воспринималось девушкой частично, будто она находится под большим слоем воды. Однако вскоре, ее сознание начало приходить в себя полностью и можно было попытаться подумать о чем-то. Например, что сейчас ей оторвут всю кожу. — Простите, госпожа. Надо повязку поменять. Будет больно. — было очень больно, но она сцепила зубы. Нужно было немного потерпеть... Когда повязку начали снимать, Лиза все таки пару раз вскрикнула и слезы потекли по лицу. Очень больно. Но когда на рану, серьёзность которой брюнетка не могла оценить, начали наносить нечто холодное, Лиза была готова умереть от блаженства. — Сколько... — Вы были без сознания четыре дня, госпожа. Стрела попала глубоко и мы боялись, что не сможем вас спасти. Но Аллах вновь проявил к нам свою милость. — было бы неловко, если бы она опять умерла и попала бы ещё куда-то. Например, во времена Хюррем. Там бы она точно долго не прожила. Через мгновение, когда лекарша закончила со спиной Хасеки и Лиза, с помощью служанок, смогла перевернуться и принять полу-сидячее положение, в покои вошёл Мурад. И он был очень взволнован. — Аллах, благодарю тебя за твоё милосердие. Ты как, Айше? — в его голосе было столько заботы, страха и нежности, что брюнетке стало немного неловко. Ей стало стыдно за то, что она не может полюбить его так же в ответ. Или хоть немного. — Гораздо лучше. Не стоит беспокоится, Повелитель. Я же говорила, что не покину вас... А что с Валиде Султан? Она в порядке? - забеспокоилась, сжав руку мужчины, который сел напротив. — Матушка очень зла и готовиться обрушить небеса на злодеев, но да. Благодаря тебе, те негодяи её не тронули. Не успели. Если бы не ты, то один Аллах знает, чтобы с ней сделали. — Мурада почти трясло. Он был в бешенстве и уже многих успел казнить. Однако, пойманный ими разбойник, единственный кто выжил - пока не сказал, кто велел им пойти на столь страшное злодеяние. Но они узнают. Обязательно. Никто не имеет право трогать членов Династии. Его семью! — Думаю, тебя сегодня едва ли не весь дворец навестит. Айше. Проси чего хочешь. Ты рискнула всем, чтобы спасти мою мать. Я в вечном долгу перед тобой. — Лиза хотела бы попросить что-то, но у нее язык не повернулся это сделать. Она не могла воспользоваться, столь сильной и безусловной любовью, сына к матери. Кому как не ей знать, как сильно Султан привязан к Валиде Султан. Она не могла просто что-то потребовать. — Главное, чтобы вы были здоровы и счастливы. Как и вся семья. Большего мне и не надо... А что с моим детьми? Ахмед. Ханзаде...— девушка уже почти испугалась, но ласковое прикосновение к щеке ее успокоило. Немного. — С детьми все хорошо. Сама Валиде ими занималась. Ахмед очень волновался, но мы сказали, что ты просто заболела. Сегодня ты их увидишь. — тут, судя по взгляду Мурада, Лиза поняла. Он хочет ее поцеловать и ей пришлось начать сильно кашлять и начать немного стонать. Знакомое чувство отвращения, не могло ей позволить этому случиться. Повелитель же, тут же принес ей стакан воды. — Отдыхай. Я зайду ещё вечером. Главное не вставай с кровати. И сразу зови лекаршу, если что. — вскоре Султан ушел и Хасеки выдохнула. Сорок дней, когда родившая девушка не могла делить с кем-то постель, подходили к концу. А значит, что Мурад ее точно позовет. И что в том случае делать, если ее от одних поцелуев почти тошнит, девушка не знала. Может, если она выпьет достаточно, то сможет обо всем забыть? Хотелось верить, что сработает. — Госпожа. Вам перекусить бы надо.. Элиф не успела закончить, поскольку госпожа подняла руку. Велев двум другим служанкам принести ей щербет и бумагу, Хасеки стала серьезной. — Ты сделала то, о чем я тебя просила? — Конечно. Его зовут Гюль ага. В гареме находится пару лет. Он поднялся до ответственного за припасы, однако дальше подняться не может. Говорят, что он враждует с главным евнухом. Но введёт себя тихо и в гареме редко появляется. Он готов выполнять любые ваши поручения и понимает всю серьезность положения. Если хотите, я приведу его позже. — Лиза довольно усмехнулась. Осталось дождаться ответа других девушек и тогда можно будет начать действовать. Слегка повернувшись, боль пронзила ее тело и девушка застонала, но не дала служанке подойти. — Все хорошо. Приведи его завтра. А пока отправь его в город. Пусть узнает последние новости. И пусть купит мне какую-нибудь безделушку у ювелира. Так его поход на рынок не вызовет подозрений. — Элиф удалилась, а Назлы и Гюлин принесли необходимое. И пока Назлы положила на стол письменные принадлежности, а Гюлин подала госпоже клубничный шербет, в покои почти ворвалась Атике. Следом за дочерью вошла Валиде Султан, что недовольно следила за ее поведением. Атике слишком резко почти упала на кровать, чем заставила Лизу поперхнуться и застонать от боли. — Атике! Прекрати себя так ввести. Подумай хоть не много об Айше... Как ты себя чувствуешь? — забота в голосе старшей госпожи льстила Лизе. Особенно если учесть, что теперь она ее ученица. Это открывает множество дорог. — Все хорошо, госпожа. Не беспокойтесь. Боль ещё сильная, но было хуже. А вы то как? Вас не тронули же? — Не успели. Ты отвлекла на себя внимание, а там и стража сына подоспела. Хочу выразить свою благодарность, милая. Ты спасла мне жизнь. Это тебе. — служанка Валиде протянула ей шкатулку. Когда ее открыли, Лиза чуть в третий раз не умерла. Там лежало колье. Шикарное. С изумрудами и бриллиантами. Стоимость этого колье, явно могло покрыть годовые расходы небольшого города... — Госпожа... Спасибо. Большое спасибо. Оно слишком шикарное... — Ты спасла жизнь маме. Даже миллион таких колье не смогут в полной мере отблагодарить тебя за это. Мы испугались. Особенно Повелитель. — последние слова, Атике сказала заигрывающим голосом. На что и Лиза, и Кёсем Султан, немного закатили глаза. — Кстати. Забыла тебе сказать. Фарья так же просила тебе передать свои наилучшие пожелания. Она тоже переживает за тебя. — тут мать Султана даже не пыталась скрыть своего скепсиса. — Не будь наивной, Атике. Эта женщина явно имеет свои цели. Она хочет подобраться к нашей семье как можно ближе и нанести удар. Не сближайся с ней. — судя по недовольному лицу блондинки - этот разговор был между ними и раньше. — Не стоит видеть во всех людях своих врагов, Валиде. Не весь мир плохой. — Атике, прости, но и у меня Фарья не вызывает доверия. Вдруг это она устроила нападение? Или она прибыла как шпионка, кто знает. — сестра Мурада страдальчески застонала, зато Кёсем Султан одарила невестку одобрительным взглядом. — Ты просто ревнуешь, Айше. Ты не объективна и готова обвинить Фарью во всех смертных грехах. А мама просто боится потерять свое влияние на брата. Вам просто нужно узнать её поближе и все. — свое возмущение, как бы Лиза не пыталась, скрыть не смогла. В отличии от Валиде Султан, которая лишь посмотрела на младшую дочь таким взглядом, что та немного побледнела. Девушка поняла, что сказала лишнее, но Хасеки знала. Та не раскаивается и уверена в том, что сказала. А значит, Лиза вряд ли сможет перетянуть Атике Султан на свою сторону. Остаётся Гевхерхан, но пока она не появляется во дворце. — Отдыхай, Айше. Набирайся сил. Завтра устроим не большой праздник. И ты вновь сможешь познакомиться с Гевхерхан. — Она все испортит своим занудством. Уф. — Лиза понять не могла, почему Атике так относится к старшей сестре, если романом с Силахтаром тут ещё и не пахнет. Вскоре мать с дочерью ушли, а Лиза смогла немного поспать. Проснувшись через пару часов, женщина уже во всю обнимались с сыном. — А чем ты больна? Это не серьезно? Ты скоро встанешь? На празднике мы будем танцевать? А хочешь, я покажу, чему меня научили? — Шехзаде завалил маму вопросами, но Лиза лишь нежно улыбнулась и поцеловала сына в лобик. Ахмед прелестное дитя. И он очень сообразительный. Из него вышел бы отличный правитель, если бы не... Стоп. Лучше про это не думать. — Солнышко. Мой храбрый сын. Львёнок. Уверена, что к празднику я встану. Танцевать не буду, но я с радостью посмотрю на твое веселье. И твои учителя очень тобой довольны, значит довольна и я. Мама знает, на что ты способен. Как и папа. — тут мальчик сказал то, от чего Лиза едва не поперхнулась щербетом от неожиданности: — А папа возил меня на прогулку. Вместе с принцессой. Мы на лошадях ездили и смеялись. Папа очень часто на нее смотрел, как и принцесса на папу. Папа больше не любит тебя? — минут пять Хасеки не знала что сказать и что думать. Однако, типичный шаблон все таки пришел ей на ум. Прижав наследника к своей груди, Айше ответила: — Мы одна семья. Ты, Повелитель, я и Ханзаде. И конечно мы с папой любим друг друга. С принцессой они просто... Дружат. Не волнуйся. У нас все хорошо. А теперь, беги на занятия. — и пока Элиф отводила сына султана на арифметику, а Гюлин готовила платья, Айше, будучи еще в шоке, подозвала к себе Назлы. — Ты нашла нужную девушку? — Да, госпожа. Зовут Хасибе. Красивая, умная, послушная. Серая мышка. Вы хотите ее отправить к принцессе? — Лиза задумалась. Учитывая обстоятельства, это было бы логично. Но она хочет ещё и к Шехзаде Баязиду кого-то представить. Он опасен и она не знает, приедет ли его мать. — Да. Приведи Хасибе ко мне завтра, после праздника. И у нее есть подруга? — Назлы с непониманием ответила: — Да. Зовут Рана. Тоже красивая и смекалистая. Однако она больше на слуху, чем Хасибе. А что вы... — Ее позови ко мне прямо сейчас. Но убедись, что она готова будет выполнить то, о чем я ее попрошу. Убедись, что я могу ей доверять. — поклонившись, служанка отправилась в гарем. Брюнетка же думала над тем, во что превратилась ее жизнь. И за такими размышлениями она не заметила, как в покои вошли девушки. Назлы и красивая брюнетка, с голубыми глазами. Очевидно, Рана была явно не из простой семьи. Будь Лиза парнем, то однозначно влюбилась бы. — Так ты и есть Рана, верно? — не смотря на свое положение, Хасеки все равно выглядела уверенно и внушающе. Наложница тихо ответила: — Да, госпожа. Для меня большая честь предстать перед вами. Я сделаю все, что необходимо. — Рана говорила правду. Будучи в гареме уже три года, она так ничего и не добилась. И теперь у нее есть шанс стать чем-то большим, чем пустым местом. — Отлично. Однако, то что я хочу тебе поручить, очень опасно. Ты можешь пострадать. Тебе нельзя ошибаться или ввести себя опрометчиво. Ты уверена, что хочешь? — Да. Чтобы меня в конце не ждало - это лучше, чем быть никем. Я в гареме несколько лет, но так и не нашла своего места здесь. Будьте уверены. Я не подведу вас. — услышав свое задание, Рана задумалась, но усмехнулась. Это тот шанс, которого она так ждала. Возможно, что и госпожой стать сумеет. Хотя вряд ли. Ее не пожалеют, если хоть подумает об этом. — Я вас услышала. Не волнуйтесь. Я все выполню так, как нужно. С вашего позволения. — вскоре брюнетка отправилась обратно, а Назлы спросила: — Госпожа. Простите за мое любопытство, но зачем.. — Затем, что Шехзаде Баязид - самый опасный и серьезный соперник моего сына. Его уважают и любят едва ли не больше, чем самого Падишаха. Я должна контролировать его. Или хотя бы знать о его планах. Ханзаде у кормилицы? — это был очень опасный путь. Лиза выбрала дорогу, которая может ее погубить, если она совершит ошибку. Но иначе ей не сделать из Ахмеда Султана. А ради этого, девушка пойдет на все. — Да. Позже я ее принесу. Может чего-то хотите? — Только спать. Я устала. Оставь меня. — оставшись наедине, Лиза легла так удобно, как могла бы себе позволить и задумалась. Отношения Мурада и Фарьи быстро развиваются. Атике уже поддерживает принцессу больше, чем фаворитку брата, то есть её. Валиде Султан хоть и на ее стороне, но по головке не погладит, прознай она о ее планах. Как же все сложно. А ведь когда-то, девушка лишь наблюдала за происходящим в Османской Империи по экрану телевизора и читала фанфики. Теперь же, от ее действий зависит будущее этого государства и многих людей. За такими грустными мыслями, Лиза не заметила, как уснула.