Она

Мрачное пасмурное небо и обжигающий ветер, приносящий всё более крупные волны предвещали непогоду. Однако, для участников клуба «Чёрная весна» это не было проблемой, вставшей на пути очередной дуэли. Всё это уже давно перестало быть детским дурачеством и обрело серьезный характер. Парни даже не представляли, какие последствия может иметь их «юношеский максимализм». Да, именно «юношеский» и именно «максимализм». Ни один взрослый, уважающий себя человек не влезет в эту авантюру добровольно. Всё происходящее на берегу было настоящим абсурдом, что был свойственен только, разве что, детям. «Глупые детишки страдают от безделья. Похоже, на этом острове действительно больше нечем заняться», думала Она, докуривая очередную сигарету до фильтра. Стоило Ей поднести к губам новую и прикурить бензиновой зажигалкой, как в тот же самый момент на Неё бросил случайный взгляд кареглазый парень, с которым они пересеклись на этом же самом обрыве пару дней назад, когда Она только переехала сюда вместе с родителями и в первый же день пошла исследовать пляж. В день Её прибытия небо было более ясным, а погода располагающей к долгим прогулкам. Обойдя главные достопримечательности её нового места жительства и исследовав весь пляж от и до, Она направилась к скалам, откуда открывался потрясающий вид на море. Встав на краю обрыва, она представляла как волей несчастного случая летит вниз и разбивается о гигантские валуны также, как и волны о подножие скалы. Мысли о том, как её бездыханное тело летит в морскую бездну, теряется там навсегда, а позже Её признают «пропавшей без вести» заставляли её испытывать тревогу. Тревога была единственным чувством, которое она могла распознать, иные чувства для неё были незнакомы. Она довольно часто подвергала себя пыткам высотой, чтобы почувствовать хоть что-то. Дыхание становилось тяжелым и прерывистым, а сердцебиение учащенным. Она закрыла глаза, раскинула руки в разные стороны и начала покачиваться на носочках вперёд и назад, представляя, что готовится упасть. Из «транса» Её вывел шорох, внезапно раздавшийся за спиной. Ей даже пришлось резко выставить левую ногу вперёд, чтобы обрести равновесие и не сорваться взаправду. Увидев под ногами камни, которые теперь казались ей идеально острыми для того, чтобы упасть на них, её голова закружилась, а ноги стали подкашиваться, и Ей, шатаясь, пришлось отойти назад. Обернувшись, Она стала внимательно вглядываться в силуэт кудрявого парня в чёрной одежде, которая явно висела на нём. Он же в свою очередь пинал носком кед мелкие камни, сухую траву и наклонялся, чтобы внимательнее рассмотреть что-то под ногами. – Закладку ищешь? – лукаво улыбнувшись, протянула Она. – Не боишься, что я нашла её раньше тебя? Кареглазый парень испуганно поднял голову вверх, чтобы осмотреться по сторонам, но обнаружив Её, будто успокоился и надменно улыбнулся в ответ. – Тогда ты пиздец как меня подставила, – усмехнувшись сказал он и снова сделался серьезным, опустив голову. – Я думал, здесь никого нет. – Никого и нет, – отозвалась Она. – Чего? – он непонимающе нахмурил брови. – А ты? – Я - никто? – У-у-у, – парень вскинул руки в сдающемся жесте, – Тебе бы с Мелом законтачиться, вы бы общий язык моментально нашли. У него тоже, – он покрутил пальцем в воздухе, указывая на лоб. – херня подобная частенько с языка слетает. Она молча окинула его взглядом, полным интереса, при этом стараясь не демонстрировать свою заинтересованность в нём открыто. Достала из пачки сигарету, аккуратно вставила между губ, подожгла зажигалкой и глубоко затянулась. Взглядами она встретилась с кареглазым парнем и никто из них не собирался уступать и отводить глаза в сторону первым. – Киса, – сказал парень, протянув Ей руку для рукопожатия. Она бросила быстрый пренебрежительный взгляд на его руку и выдохнула сигаретный дым ему в лицо. – Очень жаль, что «киса». Хотела тебя домой забрать, но родители против домашних питомцев. Обойдя его по правую сторону и сделав новую сигаретную затяжку, Она направилась к пляжу, оставив парня в одиночестве и полном недоумении. Вторая их встреча случилась снова на пляже, но уже при совсем иных обстоятельствах. Киса и блондин в зелёной худи агрессивно выясняли отношения в драке, а позже оба вынули пистоли из кейса и, кажется, собирались выстрелить друг в друга подобно участникам дуэли, пока один из них не обнаружил Её, стоявшую на краю обрыва, внимательно изучающую происходящее на пляже. Внезапно киса направил дуло пистоля в Её сторону и крикнул: – Пальну, если не съебёшь! Тем самым вызвав у Неё улыбку. Судя по всему, он испугался наличия нежелательных свидетелей, потому что его злость постепенно перетекала в неподвластную контролю истерику. Её глаза загорелись азартом и она начала медленно спускаться с возвышенности, не отводя взгляда от дула. Так и не затушив сигарету, Она шла по направлению к Кисе, прожигая его взглядом. С каждым Её движением, он перемещал пистоль, направленный на неё, не отводя его в сторону. Она продолжала двигаться, пока не упёрлась лбом точно в дуло пистоля. – Стреляй, – улыбаясь с оскалом, заявила она. Чувство тревоги вновь настигло Её, напоминая о том, что Она всё ещё жива и может испытывать эмоции. Один выстрел мог бы с лёгкостью поставить жирную точку в её жизни, которую большую часть времени она называла «существованием». Дрожащие колени, обтянутые колготками в сетку наконец тряслись не от холода, а от страха. И вновь учащенное сердцебиение бешеным пульсом разнеслось по всему телу, заставляя Её чувствовать собственную оболочку, ощущая себя живой. Тяжело и прерывисто дыша, она закрыла глаза, а сигарета, зажатая между пальцами левой руки продолжала тлеть. Сделав глубокий вдох и открыв глаза, она подняла на Кису взгляд, полный благодарности. Благодарности за возможность вновь почувствовать себя живой. – Ты наставил на меня пистоль, но так и не выстрелил, – отпрянув от дула и оглядевшись по сторонам, произнесла Она. – Моя честь была задета, я требую сатисфакции! К ним тут же подбежал замотанный в объемный шарф парень с гладко выбритой головой. Заикаясь и дрожа от страха, он пытался отговорить обоих от этой идеи, но Киса уже загорелся азартом и попросил парня по имени Гена быть его секундантом. Взрослый мужчина, напоминающий героинового наркомана и блондин в тёмно-зелёной худи стояли в ступоре, ошарашенные происходящим. Она подошла к блондину вплотную, вытащила из-под рукава чёрной кожаной косухи рукав свитера и, натянув его на ладонь, аккуратно вынула пистоль из рук блондина. – Вы, ребята, слышали что-нибудь про «десять заповедей дуэли»? – осматривая пистоль, Она задала вопрос, обращаясь сразу ко всем, но в ответ получила только отрицательные покачивания головой. – Очень жаль. Боюсь, у тебя, Кис, шансы против меня нулевые. Думайте пока, что с трупом будете делать, Господа! Подойдя вплотную друг к другу, они с Кисой сделали по 20 шагов в противоположные стороны, приняли стойку и… прозвучал выстрел. Все присутствующие зажмурились в страхе, а открыв глаза осознали, что Киса промахнулся, а Она стреляла в воздух, так как её рука была направлена в небо. В тот же самый момент, Она звонко рассмеялась и выпустила из рук пистоль, позволяя ему небрежно упасть. Киса же держал свой пистоль обеими руками и тяжело дышал, а его глаза наполнялись ужасом. Окинув парня взглядом в последний раз, Она развернулась и поспешила удалиться с пляжа, напевая слова одной ей известной песни. There's a million things I haven't done but Just you wait, just you wait… Испытав весь спектр неизвестных ей чувств и эмоций, Она шла домой в полном удовлетворении произошедшим, но Её нагнал запыхавшийся Киса, притормозив за плечо. – Эт чё щас было? – жадно глотая воздух то ли от одышки, то ли от страха, спросил он. – Дуэль? – Она продолжала улыбаться, будто всё случившееся на самом деле забавляло Её. – Мы ж там переубивать друг друга могли! – А вы разве не этим занимаетесь в своём клубе, как его там? – Она сделала вид, будто вспоминает, – Ах, да! «Чёрная весна». Оригинальное название, – усмехнулась Она. – Ясен хрен, я бы не выстрелил в тебя, – поспешил заверить Её Киса. – Мне нравилось верить в то, что ты собирался стрелять в меня. Ну вот, ты снова всё испортил, – с напускной обидой заявила Она. – Ты больная? Этот вопрос заставил Её резко затормозить и окинуть Кису полным осуждения взглядом. Проигнорировав его вопрос, Она развернулась и пошла в обратном направлении, а тот, в свою очередь, снова устремился за ней. – Ну стой ты! Я ж понять тебя пытаюсь. Тебя типа весело или что? – «Типа» да, – нехотя протянула Она, передразнивая интонацию Кисы. – Так ты может похихикать хочешь? У меня есть, – довольно заявил он, чем вызвал у Неё надменную улыбку. – Я ж тебя прям сейчас пойду и сдам ментам, не страшно? Киса моментально помрачнел, а Она поймала себя на чувстве вины. Новое, но вполне понятное для Неё чувство. Это вновь заставило Её испытывать тревогу и благодарность парню, который непроизвольно заставлял Её чувствовать себя живой. Который, в принципе, заставлял её чувствовать. – Я шучу, – нервно отводя взгляд, пробубнила Она. – Завтра на пляже. Вечером. – А может точное время сообщишь или хотя бы скажешь, где найти тебя можно? Он достал из кармана куртки мобильный и уже был готов открывать приложение Telegram, чем и заставил Её резко развернуться и продолжить идти в направлении дома. – Идиоты! Кто с собой на дуэль смартфоны таскает, – пробубнила Она себе под нос. Обычно уснуть ночью Ей не давали панические атаки, возникающие без причины, но в эту ночь Она не могла выкинуть из головы того кареглазого парня, с появлением которого у Неё возникла возможность изучать новые чувства и эмоции. Она никогда не задумывалась над корнем данной проблемы просто потому, что Ей не с чем было сравнивать. В Её голове всегда было своё понимание этого мира. Мира, в котором ни у кого нет чувств. А все эти произведения искусства - это всего лишь навязчивая пропаганда необходимости эти чувства в себе воспитать. Такой мощный инструмент для манипуляций. Как религия. Но пока у тебя нет чувств, то и манипулировать тобой невозможно. Её родители всё детство утверждали всем вокруг, что Она их изводит, а когда им наконец пришло в голову показать Её психиатру, диагноз не заставил себя долго ждать. Психопатия, вот что сказал её лечащий врач. Кажется, там было что-то ещё про «Алекситимию» и «Дереализацию», но Ей так не нравилось, что из Неё пытаются сделать подопытного кролика уже на протяжении нескольких лет, что, в конечном итоге, Ей пришлось закатить истерику родителям из-за непроходимого навязчивого желания переехать как можно дальше от места, которое они всей семьей называли «домом». Теперь Её родители испытывали трудности с обустройством на новом месте, а Она стала больше времени проводить наедине с собой, изучая окрестности. Весь следующий вечер Она изучала пляж уже на сотый раз с момента переезда. Небо все ещё оставалось светлым, закат даже и не думал приближаться. Кажется, Леди полагается опаздывать. В Её случае, Леди оказался Киса, который появился на пляже ориентировочно к шести вечера. Он широко улыбался, пока шёл по направлению к Ней. Она же, в свою очередь, прожигала его недовольным взглядом, внимательно разглядывая с ног до головы и пытаясь понять, почему Она способна понимать свои эмоции только когда рядом находится этот кудрявый, кареглазый парень с идиотским прозвищем. – Киса, киса, киса, – задумчиво протянула Она. – А человеческое-то имя у тебя есть? – Ну, Ваня, – смущенно пробубнил Киса. – Ваня… – будто смакуя каждую букву, проговорила Она по слогам. – А у тебя имя человеческое есть? – Почему сразу человеческое? Я, может, не признаю концепцию имён и ещё в детстве решила, что мне больше подходит какой-нибудь эпитет для прямого обращения. Прилагательное. Ты не подумал, что своим вопросом оскорбляешь мои чувства? – с издёвкой произнесла Она, делая вид, что обижается. – И что, на дуэль меня снова вызовешь? – спросил Киса в тон Ей. Она улыбнулась, заглянула в его глаза и замерла. Карие глаза всегда казались Ей пустыми. Во всяком случае, не такими глубокими, как голубые. Но встретившись взглядами с Кисой, она поняла, что сердцебиение учащается, а дыхание становится прерывистым даже когда её жизнь не висит на волоске от смерти. Улыбка вмиг ушла с её лица и она подняла свой взгляд к утёсу, жестом показав Кисе, чтобы шёл за ней. – Дуэли… и зачем вам всё это? В детство впали и игрушки перепутали? – Как зачем? – возмущался Киса. – Вот чувства твои и честь задели, ты что делать будешь? – А что делают те, у кого ни чувств, ни чести? Те, кого от «Капитанской дочки» тошнит, что на счёт них? Он замолчал, совершенно не понимая, о чём она говорит. На краю обрыва они стояли уже вместе. Парень что-то эмоционально объяснял Ей, активно двигаясь от края к краю, но до Неё доносился лишь едва разборчивый шум. – Юношеский максимализм это всё, а не ваша, так называемая, «сатисфакция», – заявила Она Кисе, прервав его монолог о важности дуэлей. Киса улыбнулся и присел рядом с Ней, протягивая самокрутку и поджигая её. – Ты прикольная, когда херь не несёшь, – теперь уже затяжку делал он. – И нравишься и пугаешь. Она же зацепилась за слово «нравишься», произнесенное Кисой, которое эхом проносилось у неё в голове и пыталась понять, а нравится ли Ей Киса. Агрессивный, гиперактивный, через чур эмоциональный правдоруб. Настоящий максималист. Как дикое лесное животное с прозвищем одомашненного зверька. Это «Киса» так ему не шло, но имя данное при рождении звучало ещё более нелепо. Внезапно всё вокруг поплыло, а обрыв скалы поравнялся с морем. Пропасти будто больше не существовало. Она подползла на четвереньках к самому краю, чтобы убедиться, что всё, что она видит сейчас происходит взаправду, но Киса обхватил Её за талию и усадил обратно, испугавшись, что та сорвётся вниз. – Ты как? Норм? – обеспокоено уточнил он. Она внимательно всматривалась в его лицо, пытаясь понять, что именно в нём заставляет Её испытывать то, что в классических литературных произведениях называется «симпатией», а в особо лениво написанных романах для домохозяек «любовью». Её взгляд плавно перетек с глаз парня на его губы. Киса понял Её без слов и примкнул своими губам к ней. Его губы показались девушке мягкими, но слегка колючими из-за того, что были обветрены. Внизу живота затянулся приятный узел, заставляющий всё Её тело покрыться мурашками. Поцелуи Кисы постепенно становились более жадными и мокрыми. – Ты что-то там говорила про «десять заповедей дуэли», не просветишь меня? – не отрываясь от Её шеи, шептал Киса. Жар его дыхания опалял нежную кожу Её шеи. Взяв ладони парня в свои руки и положив к себе на щёки, Она пыталась побороть головокружение. – Раз… два… три… четыре… неудачный момент ты выбрал, – сделав паузу, чтобы отдышаться, Она продолжила. – пять… шесть… семь… восемь… девять… десять. It's the ten duel commandments. It's the ten duel commandments. Number one! The challenge, demand satisfaction If they apologize, no need for further action… Number t… Он запустил свои пальцы в Её волосы, нежно массируя затылок. Внезапно из Её уст раздался протяжный стон удовольствия, заставивший песню, навязчиво крутившуюся в Её голове, прерваться. Киса повалил Её на жесткую поверхность скалы и запустил руку под свитер, прокладывая дорожку из поцелуев от лица к шее, спускаясь ниже…