Ванная комната

«Ты снова плачешь?» «Боже, да сколько можно?! Держи в себе. Это ж такой пустяк. Ты ж не тряпка какая-нибудь!» «Но так больно. Почему я не могу заплакать? Даже сейчас» Включили душ. Долго приходилось регулировать до нужной температуры, но кажется, что всë как надо. Не тëплая, но и не кипяток, в котором сварится любой нормальный человек. Пока вода намачивала тело, девушка стояла без движения, будто в трансе. Глаза стеклянные, губы поджаты до болезненной белезны, будто вот-вот и заплачет. «Я в порядке, в полном порядке. Подумаешь, просто одиночество. Подумаешь, хочу себя пожалеть!» «Какая же ты слабая. Тебе что, пять лет, чтобы на тебя столько внимания обращали? Привыкай, это взрослый мир». «Но почему так больно? Ведь в интернете написано, что если одиночество приносит страдание, то это уже не норма, так ведь? Тогда почему я должна терпеть?» «На заборе тоже много что написано. Ты что, и этому поверишь? Глупая ты! Мало ли что написано! Может неправда?» «В разных источниках большая часть информации совпадает. Значит ли это, что что-то да может быть правдой?» «А может они списывают с одного липового сайта? Как в том меме: «Списывай, но только не точь-в-точь». Вот и искажают разную информацию. Хах, а помнишь тот форум?» «Там, где религию привели в качестве примера, где можно избавиться от одиночества?» «Ну да! Прикинь, мы с тобой встанем на колени и будем молиться Господу, чтобы он дал нам друга. Хотя бы одного! Ведь это Его забота, а не наша. Как глупо. Но, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не плакало». От этой мысли девушка в душе чуть улыбнулась, ласково водя по телу. Она знает его наизусть, каждый изгиб. Но кажется, что это просто автоматическое движение, чтобы делать хоть что-то, пока мысли заняты своим. «Хочешь пожаловаться? Вот, привели тебя к психологу. Что скажешь? Начнëшь с глупого «Я не знаю как начать…». Как банально». «Я просто не знаю что сказать. Сейчас мне до жути одиноко. На столько сильно, что хочется выть и царапать себя так сильно, чтобы кровь выступала. Просто. Устала уже. Я хочу общаться. Даже пытаюсь начинать диалог, но всë сводится к монологу. Неужели я такая скучная, что сразу же, даже не проговорив и пяти минут, можно игнорировать?» «А что ты ожидала? Диалоги как у Толстого, что ли? Это современный мир. Не подстроишься — ничего не будет». «Но как же люди так общаются. Находят друзей, поддерживают с ними общение. А особенно, если вы поддерживаете общение даже после пар или уроков. И ведь активно разговаривают. Как так? Аж завидно. Я не понимаю этого». «Ни чем не могу помочь. Ты это я, а я это ты. Ой, да, точно, ты же помнишь, что разговоры с самим собой это норма?» — Ага, помню… Девушка села на бортик ванны, намыливая тело, чтобы хоть как-то продвинуть купание. А то просто стоять под душем целый час — никак не вариант. Кажется, что потихоньку она начала успокаиваться. Боль уходит, но потом возвращается с новой силой. «Как же бесит, Боже мой. Люди просят оценить их творение, а моë могут просто проигнорировать. Либо ответить слабым «Круто, мне нравится». Справедливости ради, я даже такому буду рада, но не довольна. Хотя, надо же довольствоваться малым». «Настойчивые люди добиваются большего, чем не просящие ничего. И ты просила их оценить твои «шедевры», ха-ха?» «А не понятно, что человек хочет, когда скидывает или показывает что-то?» «Да не знаю. Может по приколу скинул? Ну вот ты для чего это скидываешь?» «Ну, когда мне понравился момент, будь то цитата из книги, мои собственные мысли в виде текста или смешной видос, то мне обязательно хочется поделиться. Чтобы сказали, что это жизненно, хоть как-то отреагировали. Я так много прошу? Всего лишь не игнорировать». «Много, нет, дохуя хочешь ты. Привыкай. Но не забудь, что ты не должна быть навязчивой. Это людям не нравится» «И. Как тогда общаться? Человек мне сам может не писать несколько дней, хотя вроде не такие уж далëкие друг от друга… Но и нередко игнорирует меня. Часто просит что-то». Внутренне девушка негодовала, продолжая также медленно намыливать своë тело. Сколько она уже это делает? Да кто ж знает. Главное, что она могла хоть что-то сделать, пока мысленно обращалась сама к себе за помощью. «Да хрен с ними. Живи в своë удовольствие! Тем более. Почему бы тогда к родителям не подойти пообщаться? Ну? Чай обрадуются тому, что ты подошла провести время. «Так бывает только в этих дурацких книгах по психологии. На самом деле каждый хочет заняться своим делом, тем, что ему интересно. Да и, что я могу получить с их поддержки? Ну скажу, ну разревусь. Папа пожалеет, от чего я буду только сильнее реветь, а мать скажет, что по глупой причине расстраиваюсь. Что надумываю. Что есть тем, кому хуже. И тут у тебя срабатывает что-то внутри, от чего ты не хочешь ни с кем делиться. И можешь только переживать это всë внутри себя, мусолить одну и ту же тему много раз, пока не отпустит. А в итоге настолько станет плохо, что и деваться некуда. Просто сидишь и сидишь. Не можешь сдвинуться с места». «А ты уверена, что у тебя не депрессия или что-то подобное? Слушая тебя и вспоминая прошлое, то я сомневаюсь, что у тебя есть шанс не иметь это расстройство. До скольки лет ты ходила с воображаемым другом? Ну? До девяти или десяти? Деточка, а не дохуя ли? Там вроде норма до шести и семи лет, нет? Ах да, а потом у нас это плавно перешло на настоящий разговор с самой собой. Регулярный, чуть ли не ежедневный. Полезно, говорят? Ну что ж, и много ты вынесла из этих разговоров? Ах да, ты же иногда не о состоянии души и тела говоришь, а о том, какой персонаж классный! О Боже да, какой пресс! Или, что коты себя так мило ведут. Показываешь сама себе фотографии и сама же реагируешь. Хорошо живëтся. Точно в норме всë? И вот с этим набором не хочешь рассказать родителям?» Молчание. Девушка наконец успокоилась и выключила воду, медленно выходя из ванны. Недолго длилась эта тишина. «Не хочу. Они не поймут или проигнорируют». Девушка оделась и вышла из ванной комнаты. На сегодня сеанс с воображаемым психологом закончен. Занавес.