Глава 5

- Алло. Привет, Соф, - сказал Алиса, поднеся телефон к уху. - Привет. Алис, у меня плохие новости… Прости, завтра мы не сможем встретиться. - Почему? Что-то случилось? - Да. Лера, Вита и Ната заболели… Я останусь с ними. - Ой, бедняжка! Что ж… очень жаль… А… Соф, а можно я сама к вам завтра приду? Помогу, если смогу… Развлеку тебя? - Я даже не знаю… А вдруг ты заразишься? - Не бойся. Так что? Если буду мешать, так и скажи – я пойму. - Нет, нет, можешь прийти! Буду с нетерпением ждать! - Хорошо. Тогда до завтра! ***** - Привет! – улыбнулась шатенка, открывая дверь. – Спасибо, что пришла! - Тебе спасибо, что разрешила! – сказала Алиса и, яростно борясь с брезгливостью, повесила пальто на вешалку. Помыв руки, она, мельком заглянув в каждую комнату, вошла на кухню, где Софа, сидя на табуретке, чистила картошку. - С ножом работать умеешь? Сможешь капусту на борщ порезать? – спросила девушка, косясь на маникюр подруги. - да, смогу не волнуйся, я завтра всё равно пойду ногти делать, поэтому не страшно! – улыбнулась Алиса, подходя к столу. - Слушай, а… где Лука? – спросила она, беря нож в руки. – Я просто его что-то не заметила. Шатенка вздохнула. - он в больнице. - Что?! Что случилось?! - На самом деле… это в порядке вещей. У него внезапно поднялась температура… Это может быть и не простуда – просто внезапный жар… Для инвалидов это нормально. его сегодня ночью увезли на скорой. Если в течение 2 суток других симптомов болезни не будет, то оставят на 3-4 дня для обследования. Софа снова вздохнула. - Не волнуйся, это не страшно. - Ясно… Слушай… Хотела спросить… А… Лука ведь не с рождения не может ходить, ведь так? И ещё… прости, возможно, я лезу не в своё дело… где ваш отец? Шатенка грустно улыбнулась. - Хороший вопрос. Я… предполагала, что рано или поздно он у тебя возникнет. Ты не подумай – нас не бросили. И да, ты права, не так давно лука ещё во всю носился по посёлку… Пожалуй, стоит начать с того, что он мне не родной ни брат, ни сын. - И… поэтому у него другая фамилия? Софа кивнула. - Наш отец был очень верующим человеком и после школы пошёл учиться в семинарию. Это высшее учебное заведение, в котором готовят священнослужителей, - добавила шатенка, увидев непонимание в глазах подруги. Та смущённо кивнула. - Папа был 3, младшим, ребёнком в семье. У него были 2 старшие сестры: Лариса и Алевтина. Однако, когда отцу было 22 года, тётя Лариса вместе с мужем попала в аварию и скончалась в больнице спустя 4 дня, оставив годовалого Луку сиротой. Тогда наш папа – его звали Владимир Юрьевич – забрал его к себе. В том же году он получил сан и стал служить в храме Архангела Михаила на Вольской. Тогда он жил неподалёку от него в однокомнатной квартире на 6 этаже. Через год в церковь пришла девушка 19 лет и в течение 4 часов сидела в углу на скамейке, пока наш отец не решил заговорить с ней. Она рассказал, что в её жизни случилось несчастье, и теперь она осталась без семьи, без дома и без денег. Папа пожалел её и привёл домой. Незнакомка едва ли могла о себе позаботиться? Она не умела ни готовить, ни шить, ни вообще выполнять какую-либо работу, и отец стал всему учить её. Девушка беспрекословно исполняла любое желание хозяина, а, научившись азам обычного женского труда, стала хлопотать оп дому в его отсутствие. Она оказалась очень милой и доброй и, спустя 7 месяцев, папа женился на ней. Незнакомку звали Нина Александровна Некромова, и, как ты, думаю, уже догадалась, это моя мама. Отец говорил, что она с самого начала отнеслась к Луке, как родному ребёнку, и потом мама никогда не выделяла его из собственных детей. Но несмотря на это он всё равно никогда не называл её мамой – только по имени-отчеству. Софа взяла новую картошку и, замерев на несколько секунд, со вздохом продолжала рассказ: - Через 2 года родилась я, потом Богдан… Когда родился Макар, жить в маленькой однушке стало невыносимо, и тогда родители продали квартиру, бабушка сделала тоже самое и на подученные деньги мы купили дом, в котором и живём сейчас. В то время он казался нам очень светлым и просторным… Когда мне было 6, папу перевели в Казанский храм вторым священником. Церковь находится в 3 километрах от нашего дома, но тогда у нас была машина… Следующие 4 года мы прожили весьма счастливо: отец служил, а мама с бабушкой помогали нам с учёбой. У нас была одна традиция: каждое лето папа, мама и лука ездили в деревню Мухино в 300 километрах отсюда. Там, с мужем- священником и 5 детьми, жила наша тётя, Алевтина Юрьевна. У них с отцом были очень хорошие отношения, поэтому ни ездили так далеко и жили у них по 5-7 дней, а нас оставляли с бабушкой. Лука очень любил эти поездки… Он хорошо общался со старшими кузенами: Стёпой и Ксюшей… Они были чуть ли не лучшими друзьями. Сейчас они уже взрослые: Стёпке 21, Ксеньке 19… Они в нашем университете учатся… Иногда могут неделями у нас жить… А на каникулы домой ездят. Так вот: 6 лет назад я с ними напросилась к тёте Але поехать, и сначала всё было хорошо: мы приехали в деревню, пробыли там неделю и, довольные, поехали домой. Но всего в 50 километрах от города мы… попали в аварию. Это было ужасно… В нас влетели на огромной скорости, машина несколько раз перевернулась… Слава Богу, что не взорвалась и даже не загорелась… Что было дальше, я не помню – наверное, я потеряла сознание. Последнее, что я видела – это резко переворачивающийся мир… Софа отодвинула табурет, убрала мусорное ведро на место, перенесла кастрюлю с картошкой на стол и, встав рядом с собеседницей, стала резать овощи. Алиса украдкой взглянула на подругу: её глаза стали влажными. - Из-за этой аварии папа погиб, мама искалечила правую руку так, что она до сих пор не может ей нормально двигать, а Лука… потерял способность ходить. Это… просто ужасно. И дело вовсе не в том, что мы потеряли единственного человека, способного зарабатывать – нет, в первую очередь мы потеряли ОТЦА… Важного члена семьи. Что до денег, то всем нам до 18 лет будут выплачивать пенсию по потере кормильца, плюс детские, плюс, раньше, бабушкина пенсия. Но даже несмотря на это мама была вынуждена пойти работать, так как денег нам сильно не хватало. Рука безусловно мешала ей, но что делать? Мне очень повезло – я каким-то чудом осталась невредима. Но больше всего, оп моему мнению, досталось Луке: быть прикованным к коляске в таком юном возрасте… Это ужасно! Ему было всего 14! Не… стыдно перед ним, если честно. Я-то в порядке! Софа оставила нож и подошла к окну. - Я не ропщу – нет… слава Богу, что мы остались живы, но… ты знаешь… больно вдеть сильного, здорового парня в инвалидном кресле! Алиса тоже отложила своё занятие, подошла к подруге и нежно обняла её за плечи. - Самое главное, что вы живы. Не спорю, это тяжело, но с этим можно жить! Ты ведь и сама понимаешь это… - Спасибо… - прошептала шатенка, проводя рукой по глазам. ***** - 38 палата, 3 этаж, - сказала медсестра, сидящая за стойкой. - Спасибо! – кивнула Алиса, направляясь в указанную сторону. Лестница. Коридор. Ещё она лестница. 31, 32, 33… А вот и 38! Она постучала и, помедлив немного, вошла. Палата представляла собой небольшую чистую комнату на 5 человек. Все её обитатели обернулись на нашу героиню, в том числе и ошарашенный Лука, лежащий в дальнем углу у окна. - Привет! – улыбнулась девушка и, стараясь скрыть смущение от глаз соседей друга, подошла к нему. - Привет… - кинул юноша. – Я даже не предполагал, что ты можешь прийти… - Мне Софа рассказал, что случилось – пояснила Алиса, кладя какой-то пакет на тумбочку. – Это тебе. Я не знаю, что ты любишь, поэтому купила всё, что на глаза попалось: конфеты, йогурты, фрукты… Скажи, пожалуйста, на будущее, что вы любите, чтоб мне легче было. Хотя вам, наверное, всё равно, лишь бы было… - Ну, ты уж не перебарщивай – мы не бомжи, между прочим! – фыркнул Лука. – Но за гостинцы спасибо. А что до любимого… Мне на самом деле без разницы, а вот Софа у нас сластёна… Да и не она одна. Хотя… я даже не знаю, то они не любят. Но, пожалуйста, не стоит нас постоянно спонсировать – в конце концов, это же не твои деньги! - Почему это? А чьи же тогда? - твоих родителей. Вряд ли ты сама зарабатываешь, верно? - А… ну да… Слушай... что врачи сказали? Когда ты домой? - Пока не знаю. Надеюсь, что скоро. У меня скоро сессия… Боже, как не вовремя… - Ты не голоден? Хочешь что-нибудь? - Алис, сам возьму, если захочу. До тумбочки я дотянусь, не переживай, - немного раздражённо сказал Лука. - Да ладно тебе! Йогурт будешь? - Нет, прости. - Кефир? Или ты не любишь кисломолочное? - Люблю, но мне нельзя. - Что?! Из-за температуры нельзя молоко?! Что за бред?! или это из-за спины? - Это из-за поста. - Чего? - Ты не знаешь, что такое пост? - Знаю, это фото в сотсетях. Брюнет закатил глаза. - Нет, Алис. Я не об этом. Пост – это особое время перед определёнными большими праздниками, в которое человек должен воздержаться от мясного и молочного, да и вообще от сего вкусного, и больше, чем обычно, посвящать время Богу. - Это называется диета! Ты с ума сошёл?! Куда тебе! Ты и так тощий! - Нет, нет, нет! Ты вообще меня слышала?! Пост – это не диета! Это… - Прости... значит, нужно отказаться от всего, что тебе нравится? Т всего вкусного? И что тогда есть?! Лично я знаю очень мало блюд, где не было бы мяса, молока или яиц… - Поверь, они есть и их много. - И зачем тебе такое? - Алис, тебе не понять. Они замолчали. Повисла напряжённая тишина. - Можно… вопрос? - Давай. - Скажи… Нет, лучше не буду. - Алис, говори. Что же там за вопрос такой, что даже ты сказать не можешь? – усмехнулся брюнет. - Ты сможешь когда-нибудь встать? Улыбка мгновенно погасла, юноша вздохнул. - Нет. Никогда. - Но… почему? Софа рассказала мне и о аварии, и о вашем отце… Обо всём! Но… если ты поранил ноги, даже сломал, они же рано или поздно срастутся! Разве нет? Лука слегка улыбнулся. - Нет, Алис, это так не работает. Ты не поняла: я повредил не сами ноги, а позвоночник. - Ну и что? Он же тоже заживёт! Или я чего-то не понимаю? - Да, ты не понимаешь. Травма спины – это вечный диагноз. - Откуда тебе знать?! Это же не логично! - Алис, что ты понимаешь в медицине? - А ты? Ты же вроде бы по законам специалист, а не по болезням! Юноша глубоко вздохнул. - Алис, пожалуйста, хватит нести бред! Честное слово, наш разговор похож на беседу сумасшедших! На мне ещё 6 лет назад крест поставили, а им уже точно виднее… Не расстраивайся, - поспешно добавил Лука, видя сконфузившуюся подругу. – Я… уже привык… - Простите, но вам пора на процедуры! – сказала медсестра, вошедшая в палату. - Да, сейчас! Прости, Алис, но мне нужно идти. Я не хотел тебя обидеть. Просто… - Я понимаю… Уверен, для тебя это больная тема… Я не обижаюсь, - немного натянуто улыбнулась девушка, подкатывая коляску к кровати друга и протягивая к нему руки, желая помочь ему. Однако юноша мягко отодвинул её и сам сел в кресло. - Спасибо, что пришла. Правда не ожидал, что ты придёшь, но спасибо.