Часть 3

— Допрос окончен. Звук закрывшейся двери и шаги по коридору. Размеренные шаги, широкие. Такие бывают обычно у высоких людей, довольно хороших собой. Таким и был Нариман Феникс. Состоятельный человек, в расцвете сил, но были и недостатки. Самые назойливые из них — младшее поколение. Не включая собственных детей, у него было несколько несовершеннолетних родственников. В их число и входили Лаур с Кристалл. Лаур, может к сожалению, а может и к счастью, никакого отношения к Фениксам не имел, но вот Крил… Девочка с детства проявляла большое влечение к огню, настолько чистое любопытство, будто кристальное, за что и получила имя. К сожалению, жизнь ее не удалась, но фамилию сменить не позволили. Он не позволил. Будучи юристом, и неплохим, Нариман отстоял место Крил в родном клане, пусть сейчас девушка уже плывет самостоятельно. Видимо, сейчас и настал тот самый момент, момент, когда скрывать правду не выйдет… Мужчина со вздохом открыл дверь в очередное отделение полиции. *** Лаур сидел на диванчиках в одном из многочисленных коридоров, ожидая сестру. — Лаур, привет. — к мальчику подошёл красивый мужчина с приветствием склонив голову. Золотые волосы коротко острижены, серые глаза смотрели прямо сквозь собеседника. У Наримана всегда был такой пронизывающий взгляд, сколько Лаур его помнил. — Здравствуйте, дядя Нари, — малец протянул руку для рукопожатия. — Крил ведь выпустят? — Не думаю, что на этот раз она выберется легким способом, но на зону не попадёт. — Феникс-старший опустился чуть дальше на мягкую обивку дивана, а после добавил. — я не допущу. — Но ведь я им объяснил, что Крил не причастна к убийствам, — мальчик задумчиво приложил палец к подбородку. — или они не поняли, как думаешь? — Не думаю, что с мальчика будут спрашивать больше, чем с его сестры, которая ещё и совершеннолетняя… — Нариман потёр переносицу четким контуром пальцев, после посмотрев на открывшуюся дверь. Крил широкой походкой вышла из комнаты допроса, повернувшись к ожидающим ее родственникам. — Приговор: домашний арест на полтора месяца. — голос Крил был настолько бесцветным, что хотелось зарыться в могильной земле. — Я не знаю, как вы это сделали, но за тройное убийство мне дали чуть больше месяца. Вы удивительный, господин Нариман. — Ты слишком формальна ко мне, Кристалл. — конечно, не все прекрасно, но уже лучше. Нариман даже не думал, что так быстро отпустят, да и срок под стать заявлению. В общем, обошла беда рыбака. *** У Фениксов довольно много извилин в нужных местах, да и прибыль чаще всего добрая. Наримана удача не прошла стороной, но домик у него был отнюдь не под стать капиталу. Двухэтажный дом, пять комнат, Господи, да с его деньгами можно отель на всю жизнь оформить, но жить здесь, видимо, уютнее. Зайдя внутрь, первым, что бросается в глаза, становится старовидная ваза с искусно сделанным пингвином на видной части хрустали. Ало-красные тюльпаны явно любили осветленную прихожую, да и ваза как раз подходила. Оригинальная белая вешалка, узорчатый ковер на полу: в доме точно жил дизайнер. Иной причины не видно. Крил аккуратно разулась, и прошла вглубь дома. Да, она далеко не в первый раз тут находится, но все равно каждый раз осматривается, будто никогда здесь не бывала. И, причем, каждый раз здесь появляется что-то новое. Где-то появиться зеркало, где-то новая тумбочка, а может, даже крем. Изучение и запоминание мелких деталей вошло в привычку ещё с детства. — Вы уже пришли? — с кухни раздался призывающий крик. — тут блины на столе, в левой тумбе чай, позавтракайте сами, я на работу. Со стороны вкусного запаха вылетела на ходу одевающаяся женщина лет 40. Красивые черные локоны и голубые глаза отличались изящными чертами лица. Крил сделала шаг вперёд, обнявшись с одной из любимых людей, вошедших в семью Фениксов. Розалия всегда отличалась красой, толерантностью, тактичностью и вкусом к моде. Быстро вылетев из дома, с кухни послышалась глухая фраза: — А сама не поела, да… — Нари волновался о жене во многих планах, но по поводу здоровья он заботился больше всего. — так, я за ней, а ты ни шагу из дома, здесь будет проходить твой арест. На кухне оставил краткую инструкцию по дому, поможет. Крил ничего не успела сказать, как мужчина ушел следом за супругой, оставив ее в полном одиночестве в неизвестном, пустом доме, да ещё и с датчиком движения над входной дверью и шее подопечной. *** — Я дома! — со стороны прихожей раздался пацанячий голосок. — мам, ты уже дома? — Я ведь так на нее похожа, правда, Алан? — Крил выглянула из-за угла, насмешливо смотря на разувающегося брата. — ты рано. — У меня тренировка рано закончилась, а ты тут каким боком? — парень заметно подрос с момента их последней встречи. — отец не говорил, что ты тут будешь. — Я сегодня пришла, — Крил с усмешкой рассматривала одного из своих братьев. Сейчас ему 16, исполнилось недавно. — а я то думала, что ты будешь хоть чем-то схож с отцом. Какая жалость) — Не забывай, откуда я только что пришел. — парень шипел сквозь сжатые зубы, явно сдерживаясь. — Я уже могу с тобой сравниться. — Ой, ой, угрозы какие, неужели маленький Лан вырос в грозную собачку? — Крил издевалась над братом, заранее зная, что завтра тот и обиды не вспомнит. — Скоро я выиграю Республиканскую олимпиаду по борьбе, и тогда точно стану сильнее тебя! — это было давно, но пацан все же вспомнил, куда изначально ходила Крил, прежде чем уйти в бокс. Да, она толком не участвовала в олимпиадах или других известных площадках, но двигалась отнюдь не плохо, что и сподвигло мелких братьев пойти вслед за сестрой, так красиво разбивающей лица врагов. — не уверен, но я не видел тебя около года. Где тебя черти носили? — Долгая история, но сейчас я буду жить в этом доме ещё полторы недели. — Девушка с удовольствием отметила, как перекосило собеседника. *** — Но ведь ты обещала! Ты обещала научить меня! — мальчик скакал около высокой девушки, всячески привлекая внимание и дёргая за одежду или руки. — Не очень то ты мне сдался, даже основ боя не знаешь. — девушка оттолкнула Алана, так, что тот упал на землю, ободрав ладони до крови. — И какой из тебя Феникс? Ничтожество. — Но ведь….ведь ты обещала! — слезы горячими струйками потекли по щекам. Неужели зря? Неужто, чтобы добиться внимания охотника выше мелкого нужно такое огромное количество сил? Почему его не принимают? Он ведь многое может, но ему не дают открыться… — У тебя нет крыльев, Алан! Как ты этого не поймёшь? — высокая тень нависла над мальчиком, загораживая выход. — Твои способности ниже среднего, не думай, что с таким запасом дойдешь до высоты настоящих Фениксов. Пустота. Зачем он здесь тогда? Родившись Фениксом, все должно уйти. Почему жизнь, которой мечтают жить многие, ему не подвластна? Нет сил плакать от безнадёжности, и так уже глаза опухли. — Твоя звезда взойдет, Алан. И ты будешь жалеть об этом. Испуганный взгляд встретился с ужасающей картиной. Девушка лежала на полу, в ярких красках крови. Капли долетели до пальцев на полу, и мальчик отполз подальше. Над трупом стоял высокий силуэт не человека. Будто темная тень, с жадным отблеском в глазах, что смотрели прямо на Алана. Смерть, кровь, трупы, страх — вот чем пахло в тот момент. Впервые в жизни он почувствовал запах смерти так близко, когда холодок по спине заставляет тело неметь. Существо вышло в свет луны, оголив шершавую кожу и курчавые длинные рога. Будто дьявол, пришедший прямиком из преисподней. — Алан! Где ты? — знакомый мужской голос послышался из коридора, заставив мальчика содрогнуться, и пелена немого страха слетела. На все помещение раздался дикий детский крик. *** Крил проснулась посреди ночи от грохота и крика в соседней комнате. Сорвавшись с места она побежала к своему самому младшему брату, но тот спал, и ничего не указывало на крики. Потом из более дальней комнаты она услышала всхлипы. Заглянув в комнату Алана, Крил увидела парня, лежащим на полу. Руками тот схватился за голову, ноги подогнул под себя и из-за того казался в два раза мельче. — Ты у нас теперь плакса? — Крил не думала, что должно было быть что-то через чур страшное. Но, увидев красные глаза брата и разбитый нос, стало ясно — это не просто так случилось. — Уйди. — Алан забрался на кровать и, уткнувшись в подушку, тихо поскуливал. Скоординировавшись, девушка проскочила на кухню, собрав обезболивающее с водой в охапку, и умчавшись обратно, никого не разбудив. Больше похоже на сказку. Она, конечно, предполагала, что брата часто травили в детстве, но чтобы дело дошло до такого, пожалуй, даже сейчас не признавала. Зашла в комнату, оставила ношу на тумбе, ушла. Крепко засевший в голове сценарий, по которому она ходила, когда мать была ещё жива. В воспоминаниях мелькали таблетки, врачи, уколы, темная комната и вечный кашель матери. Также ее круглосуточно синевато-белое лицо, и больные глаза. Тряхнув головой, Крил отправилась к себе, и потом засыпала под тихие хрипы в соседней комнате. *** Солнце уже взошло довольно высоко, обозначая середину дня. Нариман уже возвращался домой, по пути сворачивая в любимую забегаловку. Уже больно вкусные блины. Подъезжая к дому, он услышал громкие крики со второго этажа. Мысли путались, представляя самое худшее, а ноги уже несли мужчину к комнате сына. Послышался удар и звук выбитого стекла. *** Крил приоткрыла глаза. Белоснежный потолок, дикая боль и капельница, которую она заметила боковым зрением. — Черт… — приподняв голову, девушка мгновенно уронила ее обратно. Дикая боль в раненой голове, руке и боку. — …не думала, что до этого дойдет. — Ты, видно, ни о чем не думаешь. Алан сидел на полу чуть поодаль. Пришел проведать? Непохоже на обычно строптивого брата. Голубые глаза, светящиеся золотом волос, смотрели четко в синеватые глубины на кушетке, злобно смотрящие в ответ. Будто бы и не ранена, и не в больнице лежит. — Врач подумал, что я твой парень. — Парень пытался разбавить нарастающую неловкость, при этом поспешно отведя глаза. — видела бы ты его лицо, когда я сказал, что являюсь твоим отцом. — Ах ты…- в воздух полетела подушка…