Школьная жизнь и её последствия для некоторых

–Прекрасно! По всей школе тебя ищу. Для своих я Адидас Младший. Младший не потому, что ростом мал, а брат у меня просто Адидас. Но он в Афгане щас. Меня тут Кощей попросил кое что спросить у тебя. Тебе сколько лет будет? И свободна-ли ты сегодняшним вечером? — Страшно получать такие вопросы от главного авторитета целой группировки. Зачем ему вся эта информация? Гулять с ним странно как-то. Вдруг съест. — Мне сказать, что ты зассала и никуда не пойдёшь? Маратик выглядел как-то весело. Было понятно, что он девушку «на слабо» взял. Ну Катя не дура. На такие провокации не ведётся. И вообще у неё были дела. И ей совсем не интересно. И… И именно поэтому она сказала, что ей пятнадцать и сегодня вечером занята не будет. «Дура» — Пронеслось где-то в подсознании. Далеко, в задворках разума, Турова понимала опасность всей ситуации. Но ей было слишком скучно сидеть дома. И вообще надо друзей находить. А такой друг и защитить спокойно может от неприятелей. Если сам им не станет. Ну и вообще-то, она не какая-то там хрупкая тринадцатилетняя девочка. Ей целых пятнадцать и вмажет, если надо будет. Мда. Перспективненько однако. — Пятнадцать лет?! Он совсем сдурел что-ли? Так. Ты никуда с ним не пойдёшь. Педофил несчастный. Кащей вообще наркоман заурядный и пьёт много, курит. — Пацан немного опешил. — Совсем не видно, что тебе столько. Я думал, что семнадцать как минимум есть. Нафиг он нужен такой девушке молодой? Ему двадцать шесть через месяц! Старикан вонючий. — Парень всё не переставал тараторить и взволнованно кричать. — Перестань тарахтеть. Я прекрасно поняла твои слова и хорошенечко о них поразмышляю. Наверное. Я, конечно, не думала про то, что он настолько старше оказаться может. С другой стороны в принципе не страшно. — Блять. Ты прикалываешься, Кать? Пойдёшь с ним — урою, съем, закопаю.Да что угодно сделаю! Мне самому столько же. Я прекрасно понимаю, что юношеский максимализм и все дела. Или чё там ещё про нас базарят старики наши вечно. Но это реально перебор. — Уже на полном серьёзе сказал парнишка. — Вон! Посмотри. Это Турбо. — Марат быстро вскочил и начал показывать на уже и так знакомого белокурой. Она прекрасно запомнила и его кудряшки, красивый тембр голоса, тёмно-зелёные глаза и как он нёс её до квартиры… Из очередных мечтаний её вытащил этот мелкий упырь, который начал подзывать вышеперечисленного к себе. Катя вздрогнула. Она хотела, чтоб тот подошёл к ним, но в то же время мечтала сейчас убежать от этого тупого Маратика и Турбо. Ещё она искренне не понимала то, что этот Адидас Младший хочет от неё. И именно поэтому сейчас девушка шёпотом, чтобы услышал только её собеседник, сказала: — Ты чё сдурел? Нафиг звать его сюда. Темболее мы уже знако… Катя не успела договорить. Впрочем, этот гомункул толком её и не слушал. Он что-то радостно щебетал. Нет. Не так. Он что-то радостно орал этому Турбо в другой конец коридора. — Эу, сюда иди. Мне тебя с кое-кем познакомить надо. Срочно прям! Турбо услышал Марата и чуть замедлил шаг. Он не хотел оборачиваться. Видимо этот мелкий достаёт всех и вся. Впрочем девушка не удивилась даже. Катя уже возненавидела этого тупого Маратика. А она, между прочим, знакома с ним от силы минут пять. В какой-то момент белокурая скрестила пальцы и молилась тому, чтобы этот Турбо на них не повернулся. И уж темболее не пошёл в их сторону. Но тот, видимо услышав её истошные крики души, решил, что девушке мало всего за один день. И похоже он подумал, что ей не хватает инфаркта. Поэтому сейчас, громко цокнув, он направился к ним. Юноша её ещё наверное не вспомнил. Подвоха не ждёт, бедняга. Марат строил какие-то переглядки. А девушке хотелось хорошенько треснуть этому пацану. Бесит уже. — Чё звал, мелкий. Давай быстрее только. Я хочу надышаться перед химией ещё. А то от Марии Александровны меня уже тошнить начнёт скоро. Не ну ты чувствуешь? Даже щас вот стоим, а из кабинета дохлятиной несёт. Опять опыты свои вонючие ставит. А мне ещё подлизываться как-то к ней, чтоб неаттестацию не въебала. От неё пахнет говном и старыми коврами. Купила бы духи какие-нибудь себе уже. Ну сколько можно? — Что-то тебя занесло. Я вообще по серьёзному делу тут зову так-то. — Ну. К сути быстрее. Я щас уже еле сдерживаюсь, чтоб при даме в лицо тебе не блевануть. Сейчас он наконец-то посмотрел на Катю. Быстро оценивающе пробежался взглядом по ней и остановился на глазах. Та тоже смотрела прямо на него. Оба уже совсем не слушали этого Маратика. Много болтает слишком. Они просто смотрели друг другу в глаза. Странно немного, но так расслабляюще что-ли. Минут пять минимум они вот так и стояли, пока Адидас Младший не пощёлкал перед их лицами. Пришлось всё-таки оторваться друг от друга. Обоим резко пришло осознание, что они залипли на друг друге, от чего немного смутились, но старались виду не подавать. А Марат, ждавший именно такой реакции, широко улыбнулся. — А я смотрю вы друг-дружке ой как понравились, да? — С интересом почти пропел он. — С чего ты взял, Маратик? Родной мой, она совсем не соответствует моим стандартам. Темболее вижусь с ней не впервые уже. Она Вахе помогла на сборах тогда. Ты чё? Совсем забыл её что-ли? Кстати, как ножка твоя, Катюшка? Девушка оставила последний вопрос как риторический. Ей не очень хотелось вспоминать этого дядьку и те самые пакеты. Да и ко врачу Катя ещё не сходила. Откуда ей знать как её нога? Марат повернулся к девушке. И начал задачливо боромотать себе оправдания. Но Маратик не был единственным человеком, разглядывающим её. Двое пацанов сейчас смотрели на Катю. Как-то не по-себе. Ладно Маратик, но этот пялился в открытую. Такое внимание не каждому нравится. Его за сегодня уже как-то много. По горло хватает. «Постыдился бы что-ли Турбо этот. Ещё и не вкусе говорит. Ну и он моим стандартам совсем не подходит. Мне вон может. Постарше нравятся. Кащей этот например.» — Знаешь, Марат. Я решила. С радостью приму приглашение Кащея. — Катя помнила, что Турбо не очень любит его. Она чувствовала, как тот буквально пепелит её взглядом. Марат снова удивлённо посмотрел на девушку. Он совсем не понимал её решение. А Турбо просто злобно сверкал глазами в её сторону. И это забавило. — Да как так? Чем тебе Турбо не понравился? Нафиг тебе этот Кащей сдался? А этот вон какой! Молодой, высокий. Был бы девчонкой — без сомнений с ним замутил. Теперь и Турбо, и сама Катя смотрели на мелкого с удивлением. Когда Маратик понял, что фигню какую-то сказал, то начал оправдываться, что совсем не то имел ввиду. Самому было как-то неловко. — Ну да. Херню сказал. — Повисла неловкая тишина. — Знаешь, как это называется? Наши вашим хуями машут, вот как. Я тут значит пашу. Нашёл даже потенциального парня, а ты носом воротишь! Ну и ладно. Я пошёл передавать твоему Кащеюшке, что ты жить без него жить не можешь, бла-бла-бла, чмоки-чмоки. — Кривляясь, он поспешил поскорее ретироваться от этих двоих. — А ты чё тут стоишь? Сейчас скоро звонок, а до кабинетов своих ещё не дошла. Я слышал громкие крики меньшого о том, что ты его одногодка. Извини, но с моей любимой и самой лучшей Марией Александровной сейчас, к сожалению, будет тягаться десятый «Б». Да, знаю, слишком рано умирать для только исполненных семнадцати лет. Но я постараюсь как-нибудь справиться. Спасибо за твои переживания по поводу меня. — Прикладывая руку к сердцу и драматично размещая ладонь второй руки ко лбу. Всё это вместе должно было дать жалостливый отклик у девушки в грудной клетке. Но всего этого не произошло. Катя наоборот. Покривилась только. Тут девушка поняла, что ей придётся целый год терпеть этого самовлюблённого болвана. — Вообще-то я прямо по адресу пришла, нарцисс хренов. Девятый перескочила, и сразу в десятый пошла. У нас программа тяжелей была, чем у вас тут. Так, соплежуйство. — Турова гордо подняла голову на этого напыщенного индюка, выпрямляя спину. Ну чтобы выглядеть не сильно ниже него. — Это чё получается. Мы с тобой ещё и в классе одном будем теперь? — Турбо устало закатил глаза. У Кати было такое ощущение, что этот напыщенный индюк думает только о себе. Катя тоже от восторга не прыгает как-то. — А ты, я смотрю, прям мальчик бедный. Строгая тётя Катя принуждает бедненького разговаривать с ней. Нарцисс хренов. — Раздражённо сказала белокурая и развернулась в противоположную сторону от своего «милого собеседничка». Сейчас Турова последовала примеру Маратика — гомункула и быстрым шагом начала отдаляться от парниши. Не смотря на больную ногу. Его характер девушку ну уж очень сильно отталкивал. Находиться с ним рядом было просто невозможно. А ведь первое впечатление о нём было совсем другое. Этот жвачный монстр защищал своего друга не смотря ни на что. Буквально под удар себя подставлял. А тут «здрасте на». Обидно даже как-то. — Да подожди же ты! — Где-то за спиной он ещё что-то пытался промямлить, но Катя уже давно его не слушала. — Пошёл нахрен! — Девушка поздно поняла, что сказала что-то непотребное. И мысленно уже промыла себе рот хозяйственным мылом, которое лежит со времён рождения её пробабки. Ладно. Катю и правда немного понесло. — Тебе всё равно ещё придётся идти на химию. Это лишь вопрос времени. Ещё увидимся, мелочь. — Зеленоглазая даже спиной чувствовала его победную ухмылку. Кате надо найти Андрея. Ей нужно срочно рассказать ему всё. И то, что происходило на стадионе, и скорый поход куда-то с авторитетом группировки, её разговор с гомункулом и ожившей жвачкой. Иначе она реально сойдёт с ума. Но как никогда кстати, именно сейчас, прозвенел грёбаный звонок на урок. — Буду ждать в классе, Катюшенька. Девушка опять услышала в его словах эту нахальную и самодовольную улыбочку. Но она бессильна перед школьной мелодией. Нужно было создавать хорошее впечатление о себе перед учителями. Катя нехотя поплелась на химию. Что предмет, что новоиспечённого одноклассника она недолюбливает. А это только первый день. Что же её ждёт в конце всего этого. — Ладно. Потерпеть можно. Всего лишь-то один годик остался доучиться. Даже меньше уже. Не страшно. Просто пересекаться со всеми этими не буду. — Зачем-то Катя озвучила свои мысли вслух. Вот долгожданный момент. Девочку встречает классная руководительница и представляет перед классом: — Это ваша новая одноклассница, Катенька. Прилежная ученица прошлой школы. Начитанная девочка, спортсменка. — Было такое ощущение, что сейчас озвучивают её анкету для работы. — Ну ты представляйся, а я пойду. Простите, Мария Александровна за то, что время урока вашего заняла. Усадите девочку, да? Я на собрание побежала. А девочка эта уже как-то даже привыкла к большому интересу всех к ней. Новенькая и все дела. — Здравствуйте, Мария Александровна и мои новые одноклассники! Меня зовут Турова Катя. Надеюсь, что мы подружимся! — Зеленоглазая начала натянуто улыбаться. Почему-то люди, сидящие в небольшом классе немного странно заулыбались. «Они тут все такие, как этот Турбо чокнутые что-ли?» — Ой, какое совпадение! В десятом «Б» есть молодой человек с почти такой же фамилией как у тебя. А знаешь что? Ты же хорошо училась в прошлой школе? — Ну да. На четвёрки и пятёрки старалась в основном. А что? Подтянуть надо кого? — Катя совсем не хотела репетиторствовать кому-то по предметам, но для репутации хорошенькой отличницы можно и потерпеть. Сначала ты работаешь на аттестат, а потом он работает на тебя. Классика. — Да Туркин бездарь редкостный. Химию совсем не учит. Было бы славно, если б с Валеркой ты немного поработала. Ну чтобы неуд не получать в четверть. — Сейчас у Кати полностью сложился пазл. Тот придурок, что городил про неаттестацию по этому предмету. За что ей это наказание? Скоро девушка будет рвать себе волосы при его упоминании. — И сядешь с ним вместе. Чтоб темы непонятные сразу пояснять. Хорошо? В куче одноклассников Турова наконец-то разыскала эти наглые тёмно-зелёные глаза. Снова она проиграла. Проиграла этому Валере. Бесячему индюку, любящему только себя. Ну и жвачки ещё наверное. Раз кличка такая. — А, ну. Эм. Давайте. — Девушка очень хотела также подпортить и этому эгоисту настроение. Да и выбора у неё тоже опять не было. Девушка пошла по ряду и привела рядом с Туркиным. Тот снова сжирал её победным и ухмылявшимся взглядом. Ничего нового он видимо придумать не мог. Всё-таки долго ему ждать не пришлось. Уже и села с ним рядом и химией учить будет. Что ещё ему надо для счастья? — Тогда предлагаю собраться у меня завтра дома и начать тщательно прорабатывать все мои неумения в данном предмете. И поверь. Знания по этому предмету у меня абсолютно нулевые. — А попку тебе не подтереть, а? — Вот и снова белокурая сорвалась на грязное слово ради этого человека. Второй раз за день. Это хоть что-то, но уже значило. Тревожный звоночек, так сказать. — Так! Туркины! Я вас не для разговоров рядом сажала. Потом будете в туалете лобызаться. Сейчас у нас урок химии. Прошу послушать меня внимательно! – Пробежался неприятный смешок по классу. — Извините, Мария Александровна. Я Турова, а не Туркина. «Встречайте подколки на все оставшиеся полгода! Да здравствует неспокойная жизнь! А ведь всё это из-за него!» — А, ой. Извини, Катюшка. Скоро привыкну, обещаю. — Сказала немного виновато тётенька. Да. Туркин после этого ещё долго смотрел на неё взглядом а-ля: «Ты слышала, Кать? Теперь ты тоже Туркина. Зачем мою фамилию таскаешь без разрешения?» Но дальше они предпочли просидеть в абсолютной тишине. Кате было так лучше сосредоточится, а Турбо просто нравилось рассматривать свою новую соседку. Для него она была просто слишком какая-то интересная. А вроде ничем особо не отличается от других девочек. Да, возможно со стороны это опять смотрелось странно, но он просто из интереса. Наверное. Так и прошло оставшееся время занятий. Полная тишина. Тишина лучше постоянного говора за партой. Так что оба как-то не возмущались. *** Уроки уже закончились. Надоедливый Турбо наконец то ушёл домой. Было сложно отлипить его от себя. Опять свою жвачную натуру показывал. Наступила долгожданная тишина. У Кати в запасе были ещё целых пятнадцать минут до начала первой тренировки. Если на счёт школы девушка сильно переживала, то по тренировкам вообще не парится. Её возьмут как минимум из-за роста. Катино призвание — центровой. Самая крутая задача в баскетболе. По её мнению, конечно. Белокурой нравилось бороться за мяч под кольцом. Трёхсекундная зона — её стихия. Подбор — пас. Ничего сложного на первый взгляд. Это далеко не все возможности данного игрока. Самое «вкусное» — расталкивать игроков, бороться за победу и сам мяч. Да, трёхи кидать тоже хорошо. Но в душе всегда были любимые подборы. Ей нравилось быть серединным игроком. Осталось просто показать свои возможности и дело в шляпе. Главное — это хороший и адекватный тренер, командные игроки. Прозвенел звонок на урок, давая понять, что уже пора выдвигаться в зал. Идти не долго. Всё на втором этаже. Последний урок был как раз именно там. Поэтому сейчас Катя уже стоит прямо у двери, ведущей на спортивную площадку. Дверь заскрипела. От такого громкого звука на неё обернулось несколько человек из команды и сам тренер. Девочек не так уж было и много. В основном были мальчики. Видимо тут были совмещённые тренировки из-за маленького количества девушек. Значит Катю уже точно возьмут. Как минимум для коллектива. — А вот и ваша новая сокомандница. Её зовут Катя. Девочка высокая. Уже играла до этого в другой команде у себя в старом городе. Переехала недавно. Ну что. Девочку принимаем? — Сказал тренер. Кажется, что её новых товарищей по команде — Конечно берём, вы чего. Темболее, если опыт есть. Это же самое главное. — Сказала девочка, стоящая самая первая среди своей команды. — Привет меня зовут Саша. Я — капитан команды. По всем вопросам можешь обращаться ко мне. Помогу обязательно. Смотри. Девочка, стоящая после меня — Лиза. У неё вон сестра — близняшка стоит. Они отвечают за третьего и четвёртого игрока. Карина — это та, которая между ними. Она играет за второго игрок. Я — выводящий. То биш первый игрок. Ты скорее всего будешь центром. Ты самая высокая среди нас. Ты как? Играла за пятого? Девочка была приятная в общении. С ней Катя точно сдружиться. — Да. Я пять лет уже как центр. Думаю, что справлюсь. В ответ на это Саша улыбнулась. Девушка прям сияла от счастья. Она наверное радуется так тому, что команда наконец собралась. Сразу видно, что та жила этой игрой. А это самое главное. Дальше было скучно. Они быстро провели что-то по типу проходных экзаменов. Девочка быстренько все прошла. Потом белокурая пояснила за ногу. Все пожелали ей скорейшего выздоровления. Было приятно. Вот эти люди ей нравились. С ними и правда хотелось общаться. Девушка уже во всю представляла первую свою полноценную тренировку. Вот такие мысли окрыляли. Эти мысли касались только её. Это была не просто мечта, а уже предвкушение того самого дня. Через недельку, две она уже собирается серьёзно заняться тренировками. Уже пол-шестого вечера. Девушке жутко хотелось спать. Она не знает даже, когда за ней Кащей этот зайдёт. Поэтому собираться нужно было уже наверное сейчас. Идти от школы до дома было совсем ничего. Буквально минут пять и Турова уже была во дворе. Спустя три минуты Катя спокойно дошла до подъезда и уже захотела зайти. Сзади раздался рык мотора и постоянное бибиканье. Видимо дойти Кате до дома было не суждено. Она наделась на то, что это не какой-то там мужик, а хотя бы знакомый ей уже Кащей. Хотя он тоже мужик взрослый уже. Совсем не хотелось проворачиваться в сторону исходящих звуков. Девушка быстро достала ключи из портфельчика и судорожно начала искать чип. Дверь авто громко хлопнула. Такие звуки никому бы не доставили удовольствия. Особенно девушке. Вечером. В Казани. — Куда ж ты намылилась, принцесска! Катюнь, булки расслабь. Это Кащей Вас беспокоит, мадам. Вроде в сегодняшний вечер Вы были свободны. Можно Вас подпизднуть. Ой. То есть украсть? В дом культуры. На дискач махнём. В дом культуры. Не очень люблю такие мероприятия. В основном там скорлупа шатается. Но для Вашего удовольствия, я с радостью пойду и на такие меры! — А звать Вас как хотя бы? Не могу же я пойти куда-то с человеком, имя которого я никогда не слышала? — Чисто теоретически. Можно-ли рассчитывать этот ответ за «да»? — Имя, уже не молодой человек. Потом уже как пойдёт. — Чуть насторожилась Катя. — Да Никита я. Никита Кащеев. Устроила допрос тут. Может родословную ещё рассказать, с родителями познакомить? — Возмущаясь сказал дядька. –И на долго мы собираемся? Я не накрашена даже как-то. — Моя ж ты хорошая. Ты будешь нужна лишь мне. Никто на тебя посмотреть даже не посмеет. У меня есть определённый авторитет перед пацанами. Чужих девушек не трогают. — А я ничья ещё. Присваивать меня не надо. — От резких утверждений Кащеева у белокурой чуть не отвисла челюсть. От таких слов Никита нахмурился и нагнулся так к зеленоглазой, что она чувствовала его обжигающее дыхание около своего уха. От этого у Туровой пробежался табун мурашек. — Кать. Рано или поздно ты станешь ей. — Он сказал эти слова хрипло и едва слышно. Потом он помог сесть все ещё шокированной Кате.

Осталось надеяться, что он везёт её просто на дискотеку…

*** (Чутка про Андрейку) Андрей отошёл от Кати и направился к своей раздевалке. Понятное дело, что гложило чувство страха. Он ведь прекрасно понимал, что для мальчиков в Казани совсем другие порядки. Тут все делятся на ровных пацанов и чушпанов. Противное слово этот чушпан. Не предвещало ничего хорошего. Человек — самое нейтральное в данной ситуации. Но такое звание ой как не просто заполучить. Люди вокруг — враги. Любой может предать. Тут самое главное — статус. Улица — главный приоритет всего этого. Андрей уже давно всё понял. Осталось самому здесь не подохнуть. Остаться просто человеком. Занять место ни обидчика, ни уж темболее обижаемого. Осталось просто не натыкаться не на кого «из этих». Возможно прокананает. Юноша уже снял своё аккуратное пальтишко и снял тёплую шапку. Пришлось оглядеться по-сторонам, чтобы разузнать обстановку вокруг и избегать гопников. Ему много о шакалах рассказывал дядя Ильдар. Летальный исход тут как пальцем щёлкнуть. И это довольно-таки жутко. — Эй, гондон обоссаный. Сюда дуй. — Раздалось за спиной словно гром посреди ясного неба. — Да, да. Я это тебе, чушпан несчастный. Не бойся. Отдашь всё без скандалов — бить не буду. Лишний раз мамку позорить не будешь. Андрею совсем не нравился стиль общения этого молодого человека. Слишком много тот себе позволял. Про мать такое не говорят. И вообще-то этот «интеллигент» сам свою родную позорит своими выходками. Мальчик не будет бегать на побегушках. Он не такой. Андрей — человек. Никакой не пацан, и точно не чушпан. — Ты чё, новенький тут? Правила не сечёшь ещё, желторотик. Ну я тебе наглядно… — Стоящий сзади человек запнулся. — Блять. Ну как это слово там. Поясню! Во! Сейчас подросток почувствовал скользкую руку на своём запястье. Она сильно сжимала его. От такого натиска скорее всего останутся синяки. — Ты чё борзый такой? Андрея со всей силы развернули в сторону так называемого «собеседника». Перед ним стоял жирный запыхавшийся пацан. Ещё и от него потом воняло. Как от кабаняры. — Иди помойся и книжки почитай. Я – человек. Если я не в вашей группировке — это не значит, что я беззащитный. И вообще. Прекращай такие слова говорить. Есть куча других. Нормальных и более приятных. А то заладил: чушпан, чушпан. Необязательно одно и тоже говорить, идиот. — Самая лучшая защита — нападение. Ну, наверное. После таких резких слов жирдяй оторопел. Видимо отпор ему ещё никто не давал. — Умоляй судьбу, чтобы ты не в моём классе оказался. Иначе так отпизжу, что встать не сможешь. Никогда. — Слышь, сало ходячее. Он мне должен вообще-то. Я его давно крышевал уже, петушара цветастый. Ещё раз увижу рядом с ним — зарою. — Сказал какой-то пацан, ударяя толстого хама в живот. От таких наездов и боли в животе, обидчик предпочёл уйти и не вмешиваться в дела другого пацана. Всё-таки законы у них тоже имелись. Да, на минуту юноше стало спокойнее. Но потом он вспомнил слова того брюнета с короткой стрижкой. А после этого этот же парень начал идти в его сторону. Опять стало страшно. Мало-ли это сделает. Может ещё хуже. — Вставай давай. Я жизнь тебе спас. Теперь должен будешь. — Дружелюбно улыбнулся пацан. — Я ничего тебе не должен, понятно? Ты сам мне помог. Почему я опять кому-то должен денег, хотя в школу только зашёл. Что это за беда такая. — Чушпашинка, успокойся давай. Я не про материальную цену говорил, а просто. Например с Английским у меня всё плохо. Если что — поможешь. Услуга за услугу. Типо того. Согласен? –Я не чушпан. Я — человек! — Всё не унимался Андрей. — И чё. Пидор — тоже человек. Пока не пришьёшься к группировке какой-то, ты — чушпан. Обычный мальчик на побегушках у полиции, школы и родителей. Постоянно скучного круговорота одних и тех же событий. Типа идеальный ребёнок. У нас так принято. — Ну у меня с Английским языком проблем нет и не было. Чем смогу — помогу, конечно. А как влиться в вашу группировку эту? Это больно? Что там происходит? Точно перестанут так обращаться? — Не так быстро. С чего ты взял, что тебя возьмут? Хотя. Ты парень резвый. Огрызаешься не хило. Сам слышал. Не боишься ничего. Хвостов за тобой не имеется, да? — А что это такое? — Ну с группировками другими же не связывался? На счётчике не у кого не стоишь? — Не у кого не стою, не с кем не связывался. — Тогда давай так. После школы идём на сборы. Дальше как хуй ляжет. — Правильно говорить не это слово, а карта. Ты чего? — От такого количества мата, Андрюшка возмутился. Мальчик искренне не понимал зачем так опошлять такую популярную поговорку. — Если будешь себя при пацанах вести — в группировку не попадёшь. Старайся не огрызаться. Да и маты там — это обойденное дело. Привыкай. Если бой выстоишь — на дискач махнём. Тебя тоже возьмём. Не переживай. Пора становиться пацаном. Ты небось не пил и не курил. Хотя чё я спрашиваю? Конечно не делал ничего из этого списка. Буду учить. Ну ладно. Бывай, человека кусок. *** — Здравствуйте дети! Это ваш новый одноклассник. Туров Андрей. Скажи что-нибудь детям и садись за пустую парту. Марат видимо решил не посещать урок Английского. Неудивительно. Поэтому давай сюда. Потом посмотрим.– Спокойно сказала Надежда Константиновна. Это теперь его новая классная руководительница. — Привет, ребята. Надеюсь на нашу дальнейшую дружбу! — Искренне улыбаясь сказал мальчишка. Он спокойно сел за парту и начал доставать учебники. И всё вроде как спокойно даже. Одна училка надрывается со своей лекцией. Но вдруг в дверь яростно задолбили. А после и вообще выбили её ногой. — Здравствуйте, Флюра Гобдуловна и Надежда Константиновна. Я тут опоздал немного. Можно пройти?

«Это же тот пацан, который меня спас. Видимо именно сейчас придётся отдавать должок…»