Бонжур

      До чего паршивый выдался денёк. Кулыгин, как всегда влез куда не просят. Свинтил прямо со смены. Тартакова туда же. Эта парочка никогда не перестанет приносить проблемы. И ведь хорошее дело сделали, парня от смерти спасли. Хорошее то оно хорошее, да только сколько бумажек теперь придётся заполнить, сколько порогов обойти чтобы никому ничего не прилетело потом. Ну разве что деньгами придется пожертвовать. К таким мерам уже все привыкли.        Покурить хочется до ужаса. А очередь в булочной тянется невыносимо долго. -Здравствуйте, что вам? - вежливая усталая улыбка кассира, а у Оли уже и сил на вежливость нет никаких. Позвонила Рыкову, кажется, вечность назад, а его все нет. -Чиабатту, - все заняло от силы минуту. И вот ради этого пришлось столько стоять? Бумажные пакеты с продуктами ужасно оттягивают руку. И даже дождь не пугает. С облегчением, словно держала всю ответственность мира ставит пакет на землю. Наконец-то! Пара затяжек и по телу разольется спокойствие. А вот и Рыков, наглая морда, ещё и улыбается. Конечно, он-то спал весь день почти, вот и пришёл с хорошим настроением. -Бонжур, - Что-то садисткое внутри нашептывает грубости и Оля раздражённо шипит: -Где тебя носит? Рыков, я попросила меня встретить, - Паша останавливается, накрывая её зонтом, хмурится удивленно -Ну ты позвонила, я оделся, да пришел -Я звонила двадцать минут назад -Десять, - Оля делает затяжку и волна негодования постепенно усмиряется внутри -Ладно, - уже более миролюбиво бормочет она, - Бери пакеты и пошли домой, - тут уже его очередь возмущаться -Ничего себе пакеты, - он явно не в восторге от ноши, но послушно поднимает их, передавая Оле в руки массивный зонт -Не ворчи, тебе, между прочим, положено тридцать минут в день физических нагрузок. Причём нагрузки надо чередовать, а сейчас для тебя полезно нести пакеты, - недолгая пауза прерывается тихим, но слегка виноватым голосом -Я вообще-то делал сегодня зарядку, - в такие моменты он остро напоминал провинившегося школьника, а Оля сама себе строгую учительницу. Ну в конце концов, она ведь желает ему добра, не просто ведь талдычит одно и тоже без конца. -Да? Это вот лежание на диване и смотрение новостей ты называешь физическими нагрузками? Ну тогда тебе мастера спорта надо давать, а так свежий воздух, адаптированные физические нагрузки - лучший способ наладить сердечно-сосудистую систему и опорно-двигательный аппарат, - Оля довольно улыбнулась, получилось и напряжение снять и лекцию небольшую выдать. Только вот Паша её энтузиазма совсем не разделял. Остановился, закатил глаза, поставил пакеты на влажную землю -Ну да, конечно, здоровый образ жизни это твоя сильная сторона, - он осуждающе глянул на сигарету, сжатую в тонких пальцах. -А вот сарказм тут неуместен, инсульт был у тебя, а не у меня, - и хоть он ничуть не обиделся, все же внутри как-то неприятно заскоблилась совесть. Оля постаралась сделать улыбку естественнее -Спасибо, что напомнила, но у тебя какие-то двойные стандарты, - в глазах его пляшут озорные смешинки. Он уже понял, что надо делать чтобы вытащить её назад в хорошее настроение, иначе вечер обещает быть долгим -А двойные стандарты тут ни при чем, мне можно, а тебе нельзя, вот, - Оля в ответ также весело улыбается, глаза заблестели и так хочется поцеловать ее...но взгляд падает на сигарету. До чего же они раздражают. Злиться нет смысла, требовать бросить тоже, но каждый раз, когда заходил разговор Паша не мог перестать настаивать. -Ага, вот так вот, да? То есть мне все время говоришь про здоровый образ жизни, а сама куришь, как локомотив, - он хмурится, даже, кажется, обиженно дуется. В который уже раз происходит этот разговор? -Так я не поняла, это сейчас зависть или забота? - Оля постаралась мягко перевести разговор в безопасное русло. -Забота, завязывай курить, - Паша все ещё ворчит, но уже более миролюбиво. В глазах снова мелькают смешинки. И Оля продолжает. -Да, а зачем? -Ну во-первых это делается для себя, а во вторую очередь для меня, - заманчивое предложение, очень. Оля делает рваное движение навстречу, глубоко вдыхая его смутный запах, испорченный её сигаретой и улицей. Возвращается назад и улыбается шире. -Я не могу завязывать, у меня работа нервная -А ты бросай работу, - теперь уже Паша принимается с ней заигрывать, перехватывает зонт, опускает так, будто он может оградить их от всего остального мира и делает шаг. Он слишком близко, так близко, что хочется бросить сигарету на землю и поцеловать, наплевав на весь остальной мир, но вокруг все ещё ходят люди. Оля хмыкает. -Да? И кто меня содержать будет? Ты что ли? Это дорого между прочим -А че ты думаешь я не потяну? - и он, и она прекрасно знают, как каждый любит свою работу, но эта игра забавляет. Оля уже и забыла с каким раздражением встретила его. Паша улыбается, вновь приближаясь. Опасно, слишком близко. - Да, кстати, я тут подумал про физические нагрузки...- он заметно занижает голос. Этот тон...ноги слегка немеют и подкашиваются, -  и пришёл к выводу, что мне необходимо два раза в день, - Паша наклоняется почти, проводит носом от подбородка до шеи -Ты чего? - собственный голос удивляет. Хриплый, едва слышный -Тебе будет хорошо, - сигарета все же выпадает из пальцев и тухнет под тяжёлыми дождевыми каплями. Его рука проникает под полы пальто, ласково оглаживая бедро -Ты с ума сошёл? - голос ещё тише, ещё более хриплый. Оля пытается отшатнуться, оглядывается нервно, а когда снова смотрит на него в глазах напротив плещется веселье. Бесстыжие, наглые, но родные. Паша кривит губы в хитрой улыбке -Не с ума сошёл, а наоборот на выздоровление пошёл, - ещё тон такой наставительный, словно маленькому ребёнку непреложную истину рассказывает. -Кто о чем, а козёл о капусте, - приходится несколько раз глубоко вдохнуть прежде, чем в разум возвращается трезвость сознания. Паша посмеивается, перехватывает промокшие пакеты с тротуара, подставляет локоть. Оля тут же цепляется за него -Ладно, но два раза в сутки... это перебор, - хотя мысль просыпаться и засыпать рядом с ним, в горячих руках...слишком, невероятно соблазнительна -Нет, ну слушай, ты сказала надо тренироваться, - а он и счастлив продолжать издеваться. Оля беззлобно фыркает, слегка пихает в бок. А с лица никак не уходит улыбка. Ну какой же дурак!       Едва оказавшись в квартире Оля скрывается в спальне, оставляя Пашу разбирать пакеты. Хотя от них осталось одно название. Набухли от влаги, разве что выбросить теперь. На щеке до сих пор горел быстрый смазанный поцелуй, оставленный в прихожей. Хотелось продолжения. Хоть какого-нибудь. К тому же утром у них ничего не было, она успела соскучиться.        Паша сбросил пальто на стул и остался в рубашке. Она так ему шла. Темно-синяя, та самая, в которой он вышел на смену в первый раз после больничного. А эти подвернутые рукава... Оля подкралась и прижалась, озорно смеясь. Только он видел ее такой. Такой непривычной. Такой безащитной. Брюнетка даже сама себе не могла перестать удивляться. Мгновение и Паша разворачивается, перехватывая ее в тиски крепких рук. Его губы быстро находят ее. Так тепло, мягко, хорошо.        Оля пытается поднять руки, заключить его лицо в ладони, притянуть к себе, но попытка не приносит результата. Её запястья крепко сжаты, а Паша отрицательно мычит -Нет-нет, если ты будешь использовать руки, то за один раз мы не управимся, - возмущение сменяется смехом. -Дурак, ты что удумал? - Паша снова целует ее, только в этот раз совсем недолго. -Но я даю тебе выбор, стол или диван? - похоже он вовсе не шутит. Оля одривает его тяжёлым взглядом, который может и подействовал бы, будь они на работе, но они дома, а на ней лишь короткая сорочка, а ещё она очень хочет, чтобы её сняли. -Диван, - кое-как бормочет и вскрикивает, оказываясь на плече -Паша, у тебя был инсульт, - да правда, как будто можно о таком забыть. Мужчина лишь фыркает, а затем, стараясь быть аккуратнее укладывает свою ношу на диван. Первую секунду Оля не осознает в какой опасной ситуации оказалась. Лицо и руки упираются в мягкий плед, а бедра Паша подтянул повыше и уже начал стягивать с неё трусики. Брюнетка нетерпеливо елозит, подаётся назад ища, ту самую, желанную опору, но видимо у её мужчины сегодня слегка другие планы. Ведь освободив её от белья он встаёт на колени и целует ее в дрожащие ягодицы. -Па...шаааа...- возмущение быстро превращается в стон. Горячий язык и руки. Он то может их использовать. И делает это ничуть не стесняясь. Сквозь пелену наслаждения до ушей доносится стук пряжки по полу, а потом, наконец, к разгоряченному телу прижимается другое тело. На спине остаются один за другим горячие влажные поцелуи. Паша трется стояком, но не входит. -Ну скоро ты там? - Оля нетерпеливо толкается в его стону. В ответ раздаётся короткий смешок и шелест упаковки презерватива. -Я здесь, - и входит, параллельно, обильно смазав палец слюной, надавливает на сфинктер, но не идёт дальше лишь раззадоривает. С ее губ попеременно слетают то ругательства, то просьбы ускориться, то слова любви. Но Паша не поддается словам, лишь безмолвному языку ее и своего тела, которые знают, как нужно.       Ноги не перестают дрожать, и хоть над ней сжалились, позволяя оказаться спиной на мягкой поверхности дивана, но как же сильно хотелось протянуть руки, огладить колючие щеки, зарыться пальцами в короткие волосы. Но запястья крепко стиснуты. Паша движется медленно, не отрывает взгляда -Отпусти, - одними губами шепчет, слабо дергая руками. Он качает головой -Я же говорил -Ну и ладно, два значит два, - в глазах напротив шутливое отчаяние, но руку убирает. Оказавшись на свободе Оля тут же сцепляет свои руки на крепкой шее, заставляя приблизиться, и целует. Паша мычит, лишь этим раззадоривая желание. -Пойдем в душ? - он лежит на ковре, тяжело дыша. Оля уже успела отдохнуть и теперь лежала на боку, глядя сверху вниз хитрым взглядом. -Разве это не слишком? - спрашивает серьёзно, но в глубине голубых глаз скачут чертята. -Не слишком       Вода скатывается по коже. Капля за каплей. Капля за каплей. Тихие стоны, горячие руки. Паша целует в плечо и входит, поддерживая под колено. В кабинке пар, такой осязаемый, словно из крана течёт кипяток. -А ужинать мы сегодня будем? - Паша выходит из спальни с пижаме, влажные волосы стоят торчком после попыток убрать влагу полотенцем. Оля успела разогнаться и прижала его на выходе из душа. Правда на четвёртый раз уже сам Рыков был не готов и благоразумно сбежал в душ. -Будем, садись, - на тарелке в листьях салата лежал приличных размеров стейк -Ого, это за какие такие заслуги? - у Оли кусочек, как минимум в два раза меньше. -А вот за такие, - смеясь приземлила рядом соус, чмокнула в макушку и отошла на свою сторону.       Два...три...как пойдёт, так и курить бросить не долго