Глава 1. Выйдя из тени

      Посмотрите на город Токио с высоты птичьего полёта. Да, в нашей истории эта фраза будет звучать забавно, но все же. Будь вы птицей, что увидели бы?        С раннего утра до позднего вечера Токио —это один большой организм. Дороги, словно сосуды, пронизывают всю его территорию. По сосудам ездят машины и снуют люди, без остановки и перерыва. Вечером Токио утопает в огнях. Но заглядывали ли вы когда-нибудь в самые темные уголки этого организма? В самые далекие переулки, скрытые от посторонних глаз? Уверены ли вы, что знаете Токио так же хорошо, как свои пять пальцев?..        А этот город, возможно, никогда не видел покоя за всю свою историю. И дело не в войнах, смене эпох и катаклизмах, хотя первый аспект занимает в нашем рассказе не последнюю роль…        Что вы знаете о бессмертии? Наверняка эти знания на уровне философского камня да старых легенд… Или же на уровне знаний о неких сверхъестественных существах, ведь так?..        В Токио, что удивительно, такие существа тоже имеют место быть. Представляете, в таком шумном месте нашлось место тем, кого скрывает в своей тени ночь… Не будем ходить вокруг да около и скажем, что речь идёт о вампирах.        Они обосновались в Токио ещё раньше того времени, как он назывался Эдо. Охотились в ночи, редко выходили на солнце, возможно, спали в тёмных погребах да холодных лесах… Прекрасней жизни для них было трудно придумать.        Но люди ведь тоже не глупцы. Как и другие города мира, Токио стремительно рос. Пережив все катаклизмы, он развился до того уровня, каким мы видим его сейчас. Естественно, там, где всегда безмятежно и хорошо, начал селиться человек.        Не забываем о неотъемлемой части жизни любимого вампира. Кормление. В Токио года так 1900 было намного проще добывать себе пропитание в виде нежной человеческой шейки… Вышел из погреба, да ухватил чью-то несчастную служанку, что поздно возвращалась домой, делов-то. Никто не искал. В огромном же мегаполисе стало сложнее сдерживать себя. Да ещё и соблазнов прибавилось. Вплоть до ста двадцати семи миллионов. Признайте, выходить на улицу вампиру в такую толпу очень тяжело.        Хорошо, что тёмной сущности вампиров были противопоставлены существа иного рода. Они мало чем отличались от людей, имели привычный для японцев цвет кожи и уж точно никогда не пили человеческой крови. Но было в них нечто особое. Клинок, скрытый от врагов во внутренних органах и костях. Между собой вампиры прозвали их шаманами. И только шаманы могли успокоить дикую натуру бессмертных.        Шаманам самой природой были призваны помогать особые люди, в которых, правда, было больше животного, нежели человеческого. Люди, способные обращаться в зверей и птиц. С шаманами они образовывали невероятно крепкие узы, вступая в отношения, похожие на симбиоз. Эти люди назвали себя детьми Инари, в честь синтоистского божества, посланниками которого являлись мифические лисы кицунэ.        Как вы уже могли догадаться, спокойствия в отношениях между этими существами было мало. О, сколько крови пролилось за все века существования Токио… Вампиры вступали в войны не только с шаманами и их дикими товарищами, но и друг с другом. Прибавьте к этому ещё и постоянно меняющуюся политическую обстановку у людей. Представили? И как, захватывающе?        Но, когда в права вступил двадцать первый век, порядки изменились. Вампиры более-менее адаптировались к человеческой жизни, шаманы заняли роль местной полиции, что иногда разрешала мелкие конфликты и стычки с новообращёнными вампирами. Дети Инари и вовсе решили заняться своей животной жизнью и на улицах Токио мелькали нечасто. Либо вы их просто не видели.        Казалось, в городе Токио наконец-то наступило долгожданное равновесие. Но что будет, если кто-то нарушит его?..  —Просыпайся, смена уже закончилась!..       Стук ногтей по прилавку раздражал. Минору поднял голову и открыл глаза. Видеть лицо своей шикарной во всех смыслах начальницы ему совершенно не хотелось. Парень думал о том, что если он пьяным и сонным возьмёт правой ногой подводку для глаз и в темноте накрасится, то это выйдет намного ровнее и аккуратнее, чем у Иоко-сан.  —Сейчас придёт Кодака и заменит тебя. Уснул?  Ладно, эта женщина может быть заботливой, когда захочет того сама. Минору не любил лишний раз встречаться с ней взглядом, поэтому сделал вид, что ещё не проснулся. Клинок снова среагировал на вампиров где-то рядом. Кровососущие черти очень любят этот район, слишкои много магазинов, что приходятся им по вкусу. Только вот сейчас не время для второй работы. Закончить бы с первой…  —Если тебе нужно перекусить, можешь сделать это в комнате для персонала.  Минору кивает и встаёт с места. Игнорировать призывы клинка покромсать здешних вампиров становилось все труднее. Да и вытаскивать оружие из глотки тяжело. Кому-то из шаманов это даётся легче, кому-то тяжелее. Кто-то себе норовит отрезать язык перед боем, а кто-то умудряется вытаскивать оружие с изяществом глотателя ножей из цирка. Минору было тяжело вдвойне. Потому что горло ещё и саднило от непреодолимой жажды.        В комнате персонала уже какой-то склад намечался. Куча не распакованных вещей в коробке, а ведь Кодака обещал их разобрать… Куча вешалок с одеждой без чехлов. Скоро пылью всё покроется. А пыль на чёрных вещах мало того, что выглядит кошмарно, так ещё и хрен отряхнется.        Минору ищет в этом бардаке свой рюкзак. Жажда уже режет горло похлеще любого клинка. Двойное страдание.        На красном рюкзаке небольшой замочек с кодом. Минору знал, что его коллеги (В том числе и Кодака) очень любят посмотреть, что же лежит в сумке такого прекрасного и загадочного человека. Парень всегда хмыкал, когда это природа сделала его красивым? Ну уж точно не после обращения. Сейчас он больше похож на окоченелый труп, оставленный на морозе.        639. Просто набор цифр. Если посидеть минут двадцать, то можно методом тыка подобрать нужную комбинацию. Но один вид замка уже отпугивает коллег. Прекрасно. Они точно не захотят увидеть то, что лежит внутри рюкзака.        Минору дрожащими руками, совсем как чертов наркоман, берет пластиковые контейнеры для еды. Вместо онигири и бутербродов в них лежат небольшие пакетики с кровью. Делаешь дырочку в верху пакета, вставляешь туда трубочку и пьёшь. Как прекрасно пожинать плоды прогресса... В кругу вампиров Минору бы уже засмеяли. Ну и хрен с ними, зато не заляпается в кровище и лицо с руками чистыми будут.        Донорская кровь утоляет жажду. Минору блаженно прислоняется к стене и закрывает глаза. Ещё чуть-чуть, и Иоко-сан бы не повезло. О таком не хочется думать.       Дверь отворяется и в комнату для персонала входит милая миниатюрная девушка с чёрным каре.  —Отлично! Живой. Я тут видела пару минут назад двух девушек, походу, это твои. Но я точно не знаю.  Рика как всегда полна сил, в отличие от Минору, который каждую минуту готов откинуться. Вот и гадай, кто из них наполовину бессмертный.  —Что на тебе надето?..—Минору отлипает от стены и кладёт голову себе на колени.  —А, это?—Рика касается пальцем своей заколки в виде кота,—Снова поменяла стиль. Мне так больше нравится. Она говорит так каждый раз, а потом все равно через пару недель появляется в чём-то новом. Будто у неё какое-то расстройство и она толком не может решить, что ей надо. Но в этом, наверное, и есть та самая прелесть молодости. Минору тоже пару лет назад не мог определиться.        Рика тем временем смотрит на себя в новое зеркало, ещё обтянутое пленкой. Кодака и его не распаковал. Иоко-сан все же надо выгнать его из магазина.  —Милая юбочка, а?—Рика кружится вокруг себя, любуясь на своё отражение,—А мама сказала, что она дурацкая.        Волосы завила, напялила эту дурацкую, но все же милую заколку, оделась так, будто все ещё учится в средней школе. А на прошлой неделе носила кепку и хотела подстричься покороче.        Минору захрипел:  —Можешь не кружиться?.. Меня и так сейчас вывернет наизнанку…  На лице Рики читается обеспокоенность. Она садится напротив Минору и берет его лицо в свои ладони. —Снова мигрень?..  —О да…  —Бедный мой хороший…—Достает из кармана юбки влажную салфетку и протирает ею лицо друга,—Не повезло тебе. Единственный вампир с мигренью на всем белом свете…  Она начинает хихикать, а затем конкретно ржать, как делает это обычно, когда не нужно притворяться милой перед каким-нибудь крутым парнем. Минору заражает этот смех.  —Спасибо за поддержку, знаешь…  —А, это…—Рика показывает на горло,—Как?..  —Ты ж говорила про возможных вампиров на улице. Реагирует. Надо бы достать его где-нибудь… В туалете, например…  —Знаешь, ты так говоришь, будто речь идёт вовсе не о клинке шамана…  Минору долго смотрит в одну точку, пытаясь уловить смысл сказанного. После сна и смены голова не варит совершенно. Но когда смысл все же доходит…  —Ты где этого нахваталась?!—Восклицает Минору, кидая в подругу своим рюкзаком. Рика успевает увернуться и вновь заливается смехом. Рюкзак улетает в стену. В дверном проёме показывается размалеванное лицо Иоко-сан: —Знаете, если хотите заняться этим тут, то лучше найдите себе другое место…  И уходит, хлопнув дверью. Минору и Рика даже не обращают на неё внимание. Весь персонал магазина почему-то думает, что они спят. Доказывать обратное —бесполезно.  —Все, собирайся давай. Тут пыльно и очень душно.        На лестнице Рика замечает ещё большую перемену в своём друге. Взгляд его стеклянный, а походка вялая. Нет, он почти всегда выглядит как романтизированная версия человека с депрессией, но всему есть предел. —Жажда, да?.. Минору лишь коротко кивает, даже не смотря на подругу.  —Пакета было мало?.. Снова кивает. Лестница наверх кажется бесконечной.  —Может, мне стоит… Минору резко останавливается на лестничном пролёте и берет Рику за плечи. Та ойкает, но не от боли, а скорее от неожиданности. —Нет. Даже не думай. Я не хочу повторять прошлых ошибок.  Девушка качает головой и шепчет с ноткой грусти в голосе: —Это была моя ошибка, Минору. Парень сильнее вжимается холодными пальцами в хрупкие плечи. —Нет, не твоя… Откуда ты могла знать?..  Рика так и остаётся стоять у стены, но через пару секунд продолжает подниматься по лестнице вслед за другом.  —Тебя точно устраивает эта работа?.. —О да. Можно поспать и никто не трогает. Ещё можно кормиться в тесной пыльной каморке.  —А деньги? Сколько ты получаешь? Оно того стоит? Эти страдания?  —Микайо хорошо платит мне на второй работе. Вернее, будет платить. Сегодня иду к нему.  Рика становится бледнее новообращенного вампира. —Уже сегодня? Ой, а это не опасно?.. —Конечно, опасно,—Слабо улыбается Минору,—Вампиры, стычки всякие… Но Микайо обещал отправить меня в район потише.  —А в какой, не сказал?.. —Сибуя. Рику передёргивает: —Тоже мне, тихое место. Сибуя. Скажи, он совсем дурачок, да?.. Минору пропускает слова Рики мимо ушей. —Не в том смысле, что район спокойный. Там, где больше народу, по определению вампиры меньше могут бунтовать.  —А…  Они вышли из душного помещения и сразу же увидели все краски Такешита-дори. Толпы молодежи в модных нарядах напоминали бегающие поля цветов, и, если честно, от яркости их нарядов очень сильно рябило в глазах. Среди людей затесалась пара вампиров в тёмных одеяниях.  —Вот ведь времена пошли, можешь будучи вампиром одеться в любой балахон и назвать это модой… Маскировка прекрасная…  Минору в других районах Токио привлекал внимание если не своей стрижкой, то невероятно бледной кожей. Один раз в метро ему даже предложили вызвать скорую, настолько цвет лица был схож с оттенком его белоснежно-белой рубашки. В Харадзюку на него так не глазели, тут все фрики побольше него будут.  —А кто из них вампиры?—Оживилась Рика, смотря по сторонам,—Давай я попробую отгадать?  —Если будешь вот так палиться, у меня проблемы будут.  —Прости. А ты их чувствуешь как-то, да?.. —Да.—Отвечает Минору и указывает пальцем на горло.  Рика понимающе кивает: —Ага. Клинок шамана.  Мимо как раз проходят две молодые вампирши в тёмных платьях и кружевных чепцах. Лица их бледны, но вовсе не от белил, а глаза черны от сосредоточенной в их душе тьмы.        Клинок шамана тут же просыпается внутри. Минору зажмуривает глаза, успокаивая силу внутри себя. Вампирши тоже что-то чувствуют. Проходя мимо друзей, они оборачиваются на полукровку и еле заметно ухмыляются. Издеваются или нет, непонятно.  —О, о, это они, да?..—Шепчет Рика,—А так на моделей издалека похожи.  —Верно. Это очень сильные вампиры, которых просто так мне не убить.  —Да? А почему? Ты же говорил, что вампиров можно уничтожить клинком…  —Я забыл уточнить, каких именно вампиров.        Минору садится на одну из скамеек, что встретилась им по дороге, и начинает свой рассказ, понимая, что эти знания не принесут Рике ничего, кроме проблем и ночных кошмаров. Но она вправе знать, с кем имеет дело. В любом случае, она уже и так знает слишком много, а незнание в данном случае может только навредить.  —Запомни, есть вампиры двух классов. Первых мы называем свирепыми. Они выглядят, как те девушки, такие же бледные и прекрасные. Они раздражительны и в большинстве своём очень сильны, отчего им требуется больше крови.  Рику передёргивает, но она кивает, прося продолжить рассказ.  —Убить таких как раз можно с помощью клинка шамана. Встретившись с этим оружием, вампир сгорает. В прямом или переносном смысле, не знаю, не проверял. Мне Микайо рассказывал.  —А что про других?.. Минору подсаживается к подруге ближе и отвечает полушёпотом: —А вторые — тёмные. Потому что они могут управлять тьмой. Опять же, не видел, подтвердить не могу. Им нужно не меньше питаться, чтобы поддерживать эту силу в себе. Ещё они спят в тёмных местах, ибо солнце для них более губительно, чем для свирепых.  —Значит, убить таких сложнее. Почему?  Минору задумывается: —Думаю, все дело в крови. Микайо рассказывал, что сила тёмных хранится в последней капле их крови, которую они бережно хранят в укромном месте.  Рика встаёт со скамейки. —Это что же, у свирепых, получается, крови нет совсем?  —Да, выходит, их тела обескровлены. От того и убить легче. Не надо доставать никакую каплю крови. Вообще, Микайо любит рассказывать, но не пояснять. Вбрасывает кучу информации, а ты пойди и сам разберись. Поэтому я сам мало что понимаю.  —И все же ты идёшь патрулировать Сибуя…—Печально и обеспокоено протянула Рика.  —У меня выбора нет. Судьба прикольнулась надо мной и я родился в удачный год,—Минору показывает кавычки пальцами,—С этой херней внутри. Так хотя бы вольюсь в коллектив таких же везунчиков. —Ты же наполовину вампир… А ты… В какой из этих двух категорий?..  Минору встаёт посреди дороги и касается горла пальцами. Клинок стал реагировать острее, отчего становилось по-настоящему паршиво. Две сущности боролись друг с другом, ни одна не хотела уступать, причиняя невероятную боль.  —Микайо сказал, что я должен был стать тёмным. Но из-за формировавшегося тогда клинка процесс моего обращения не завершился… Выходит, я недовампир, недошаман и недочеловек.        Рика идёт молча, смотря себе под ноги. Минору видит изменение в ее лице. Думает о чём-то или жалеет его? Парню второго точно не надо.  —А я говорил…—Говорит он, снова останавливаясь на пути,—Что тебе не надо этого знать. Но я сам виноват. Тогда надо было закрыть дверь на ключ.  Рика плачет. Нет, только не это. Когда она плачет, сердце разрывается. Да и как успокоить подругу тоже не знает.  —Не вспоминай тот день…—Вытирая слёзы, говорит Рика,—И не вини себя. Сейчас все хорошо.  Минору соглашается. Пусть все останется так, как есть. Главное не втягивать ее в ещё большую опасность.        Дойдя до своей улицы, молодые люди расстаются. Рика наверняка пойдёт повторять лекции, которые не прочитала вчера (И позавчера, и неделю назад…), а Минору будет ждать рассвета. Защищаться от солнца и копить силы для тьмы ему не нужно было, ровным счётом как и спать. Пара часов сна на работе за прилавком давали его необычному организму нужное количество ресурсов.        Квартирка на четвёртом этаже. К ней ведёт старая железная лестница снаружи. Здесь хорошо было курить, когда ещё не бросил.        Минору снимает ботинки и идёт через прихожую и кухню прямиком в спальню, что размером с ту самую каморку для персонала в магазине. Падает лицом вниз в подушки, даже не снимая уличной одежды. Черт, он ведь не обычный смертный, почему тогда он устаёт, как офисный работник?.. Чувство усталости — то, что осталось от его человеческого «я»? Прекрасно. Круто жребий выпал. Минору бы предпочёл снова обрести способность простужаться и болеть вместо этого..        Хотел бы он играть на гитаре. Или рисовать. Занять себя чем-то, что могло бы скрасить это странное существование его тела. Минору пробовал читать, как делал это раньше, но чтение стало таким занудным. Включал старый телевизор, что достался от прошлого владельца. Но и ящик не смог увлечь его. Готовкой ему нет нужды заниматься, человеческой еды хочется не всегда, достаточно вовремя утолять жажду, опустошив пакетик донорской крови. Ни шить, ни вязать… Неужели только ко второй работе теперь будет привязана его жизнь?..        Часы до рассвета всегда пробегают очень быстро, будто прошло не восемь часов, а всего каких-то пара минут. Комнату озаряет яркий оранжевый свет. Минору не жмурится, как это делают люди, и не прячется в тень, что свойственно вампирам. Он просто глядит на этот яркий диск, что выглядывает из-за крыш, окрашивая их в цвета персика. Нет, рассветы — это все-таки красиво.        Департамент шаманов (Ахринеть они себя назвали) находился в районе Синдзюку, среди обычных офисов и магазинов. Ища нужный дом, Минору уже наткнулся на компанию по продаже недвижимости, музыкальную школу и сэконд хэнд. Микайо обещал встретить его и показать дорогу, но будущего босса так и не было видно в толпе.        Минору прислонился к стене одного из зданий и по привычке полез в карманы брюк в поисках зажигалки и сигарет. Избавиться от пагубной привычки было тяжело, но все же вышло, а вот отучиться искать сигареты по карманам…        Парень смотрел на проходящих мимо людей. Знают ли они, в каком городе живут? Что, едва ночь вступает в свои права, на улицы выходят существа, что опаснее каких-то там уличных бандитов?.. Наверняка они не задумываются над этим. Тем лучше. Долгожданные покой и равновесие в городе дались с огромным трудом, пусть уж лучше людишки ничего не подозревают. А таких, как Рика, в Токио единицы…        В переулке показался мужчина среднего роста в бирюзовом свитере. Минору пошёл к нему навстречу. Микайо сегодня не выглядел усталым, что радует, может бурчать поменьше будет. Смотря на мужчину, и вовсе не станешь задумываться, что он занимает высокую должность. Никаких тебе дорогих часов да пиджаков от известного бренда. Простой свитер и брюки, волосы немного взлохмачены. Но внешность обманчива. Пусть Микайо и смахивал на типичного семьянина из образцовой семьи, держал он всю свою контору в порядке.  —Как добрался?—Минору знал, что Микайо спрашивает это из простой вежливости. Полукровка его никаким образом не интересует. Только как ценный работник, и то под сомнением.  —Довольно-таки спокойно. Вампиров не наблюдал.  —Они сейчас и не сунутся сюда. Я поставил седьмой и шестой отделы по станциям метро.  Они идут вглубь улицы. Дорога все сужалась и сужалась, до тех пор, пока не перешла в тротуар. Большие магазины тоже закончились, дальше тянулись маленькие магазинчики с самодельными картонными вывесками. Департамент находился как раз посреди таких магазинов, занимая приличную площадь. Интересно, Микайо эти помещения силой отвоёвывал?.. Судя по тому, сколько департамент занимал этажей, все возможно…       Босс поднимается по лестнице на второй этаж и распахивает белую дверь, которая еле держится на петлях. А если заглянут незваные гости?.. Но Минору страшно даже рот открыть. Начальник уверенным шагом идёт по коридору и отворяет последнюю дверь слева.        В небольшом кабинете с широкими окнами сидели несколько шаманов. Две девушки и старик. Их взгляды тут же переметнулись с Микайо на Минору.  —Отдел восемь, я привёл вам нового коллегу. Сегодня вечером отправляетесь патрулировать Сибуя.  Старик недовольно фыркнул, откинувшись на спинку офисного кресла и бросив бумаги на стол. —А седьмой отдел уже не справляется, а, Микайо?..  Все присутствующие обернулись на старика, боясь взглянуть на начальника. Дед себе слишком много позволял, но с его мнением считались, вроде как. По крайней мере Микайо даже бровью не повел на выпады сотрудника.  —Вампиров становится больше, Хизока-сан, а людей под счастливой звездой рождается все меньше.  Хизока-сан сплёвывает: —Да ну! Какая же эта звезда счастливая? Да я лучше бы на старости лет сошёл с ума, чем продолжал кромсать вампиров, как в молодости…  Внешний вид полностью совпадал с эпатажным поведением старика Хизоки: Редкие седые волосы торчали в разные стороны ёжиком, отчего шаман походил на безумного учёного. Старые поломанные в нескольких местах очки дополняли портрет, как нельзя лучше. Если растянутый пуловер и клетчатые брюки заменить на врачебный халат, то можно смело снимать немое кино про недопонятого гения.  —Вы, как всегда, очень довольны…—Микайо с натянутой улыбкой перебирает взятые со стола бумаги,—А где Рейка?..  —За кофе вышла,—Недовольно пробурчала одна из девушек у окна,—о-о-очень устала…  «Да я прям в какой-то токсичный коллектив попал…»,—со странной радостью на душе подумал Минору. Споются.  Микайо не обратил внимания на недовольство сотрудницы и вышел из кабинета. Минору наконец-то можно вставить слово.  —Мое имя Симада Минору…  Парень хочет сделать поясной поклон, но недовольная девушка останавливает его: —Нет, нет, забудь. Терпеть не могу все эти традиционные штуки… Нагаи Шизука.  Она протягивает руку Минору для рукопожатия.  —Та самая?  Шизука гордо кивает и ее лицо озаряет милая улыбка: —Ну да, та самая.        Смотря на эту хрупкую девушку в тёмных многослойных кружевных одеждах даже не представляешь себе, какой силой она может обладать. Микайо, говоря о работе в департаменте, немного рассказал о сотрудниках будущего восьмого отделения. Нагаи Шизука — семнадцатилетняя ученица старшей школы, едва взрастив внутри себя клинок шамана, перерубила нескольких вампиров на окраине Токио. Микайо пытался выяснить у девушки подробности инцидента, однако Шизука утверждала, что из-за сильного страха запомнила мало деталей.  —Что, страшно стоять в одной комнате с легендой?—Шизука усмехнулась.  Да, под этими белилами на лице, тёмными тенями и бардовой помадой скрывается личность довольно-таки колкая. Наверняка ребёнок таким образом выражает окружающим свой протест: Завивая длинные волосы в локоны, надевая чёрную одежду с кружевами и нося множество цепей и крестов. Такие дамы на плакатах в магазине одежды у Иоко-сан красуются.  —А ты не куришь ли случайно?..—В шутку спрашивает Минору. —Если научишь, то закурю.—Без тени насмешки и абсолютно серьезно отвечает Шизука.  —Вообще-то, Микайо-сан велел мне следить за тобой.  Наконец-то кто-то обратил внимание на ребёнка, а то старик Хизока уже дремлет у себя на рабочем месте, а Микайо так и не вернулся. Вторая девушка в этом кабинете была полной противоположностью Шизуки: Старше, никакого макияжа на лице, юбка чуть ниже колена, белая кофточка. Ничего неформального. Темные длинные волосы собраны за спиной красной лентой. Личико милое и вроде доброе. Надо же баланс сохранять в этом колком коллективе. Смотря на коллегу, Минору окунался в детские воспоминания, а в какое именно время, до конца не понимал. Но на сердце отчего-то становилось тепло.  —Я Чи,—Улыбается девушка, и, в отличие от Шизуки, все же кланяется Минору в ответ,—Ямаки Чи. Ты не обращай внимания на этих бубнящих личностей. Они не такие хмурые обычно, просто Микайо до твоего прихода устроил нам нагоняй.  —Что на этот раз?..—Минору прекрасно их понимал. До сегодняшнего дня Микайо тоже давал ему кучу поручений и всегда оставался недовольным.  —Я нагрубила тёмным.—Встряла Шизука,—Они меня достали. Сколько раз повторять, мои банты,—Она дотрагивается до кружевного банта на одном из своих хвостиков,—трогать НЕЛЬЗЯ. Я их укладываю каждый день по минут десять. А этим уродам все дозволено…  —Не выражайся!..—Охает Чи, но Шизуку не остановить. —Да, они уроды. И не только моральные. Красивые мордашки им достаются только после первой смерти. А до обращения на них смотреть тошно, я уверена в этом. Хорошо, если просто бантик посмотрят…  Она замолкает. Минору от этого молчания становится не по-себе. У стены шевелится старик Хизока: —Разболтались!.. Поспать даже нельзя… Башка раскалывается… —Давайте я принесу Вам обезболивающее!..—Чи идёт ко двери, но ее останавливает внезапно вернувшийся Микайо. За его плечом стоит хорошенькая женщина в офисном костюме.  —Восьмой отдел, в семь часов вечера выдвигаетесь в Сибуя.—Микайо раздаёт сотрудникам по карте,—За маленькие стычки с вампирами любого ранга из зарплаты не вычитаю. За открытое противостояние — ещё подумаю…        Начальник уходит, оставляя пришедшую с ним женщину в кабинете с остальными.  —Мое имя Рейка. Думаю, что сработаться нам будет легко.  Выглядит и ведёт себя мило и вежливо, но видно, что внутри есть какой-то стержень. По ощущениям та ещё железная леди.        Минору был рад, что в его рутинной жизни появились хоть какие-то новые лица. И пусть с этим людьми ему придётся ежедневно общаться, это намного лучше, чем видеть накрашенное лицо Иоко-сан по утрам.        Микайо велел Минору и Шизуке отправляться в Центр-Гай. Вампиров там всегда мало, отчего справиться с непредвиденными ситуациями должно быть легче. По крайней мере, Минору так успокаивал себя. Шизука же наоборот была рада: Много магазинов рядом, людные переулки и куча модной молодежи. Наверняка ее среда, раз улыбка не покидала лицо девушки ни на минуту.  —Микайо говорил, что ты вроде… Того.—Шизука стучит пальцем по своему зубу, намекая на вампирские клыки коллеги.  Парень кивает.  —Круто.—Безразлично бросает девушка,—Не, вампиров я ненавижу. В книгах Энн Райс в них есть хоть что-то благородное, а те, что у нас…  —Понимаю тебя…  —Часто им морды бьешь?.. —Приходилось однажды. Но до убийства не дошло.  —Ого. А я, когда только растила клинок внутри, сильно перепугалась. А он сам из горла выскочил. Да я как начни махать им, туда-сюда, будто в прошлой жизни была воином. Смотрю, а они уже все на части разорваны…  —Ты молодец.  —Правда?..—Глаза Шизуки блестят. В сочетании с чёрными тенями на веках это смотрится комично.  —Да даже я так не смог бы, честно.  —По тебе не скажешь. В офисе такое лицо было, будто всех перебьешь.  Минору пытается не прыснуть со смеху.  —Да?..—Подавив смешок, переспрашиваете он. —Ага. —Я просто не выспался, вот и все. —А тебе разве обязательно спать? А как же вампирские прогулки по ночам?.. —Гулять я могу и днём, солнце мне не вредит. А спать я могу и по два часа или около того, мне достаточно. —Везёт же…—Грустно протягивает девушка, теребя в руках кожаную сумочку в виде гроба,—А я из-за экзаменов редко могу хоть четыре часа проспать… Если вообще лягу.        Сибуя встретил их яркими огнями и шумной толпой. Шизука расталкивала народ, освобождая себе дорогу. Минору плёлся за ней, как младшеклассник. Микайо издевается? Что в такой толкучке вообще можно заметить?.. Вся надежда снова на клинок. —Микайо хотел, чтобы мы прошлись по переулкам?..—Шизука оглядывается на проходящих мимо людей. Ребёнок вот, тоже в шоке. —Походу.—Пожимает плечами Минору. Они точно не добьются никаких результатов, если просто будут ходить по главным улицам. В таком потоке людей оценить обстановку невозможно. Не оценишь обстановку — не будет отчета, не будет отчета — не будет зарплаты. В тупой логической цепочке Микайо все взаимосвязано.        Шаманы сворачивают в переулок. Огней стало меньше, людей и вовсе нет. Хотели найти золотую середину, а получилось как всегда… Эти улочки и вовсе какие-то гиблые.        Шизука заметно напряглась, а сам Минору почувствовал, как в горле запульсировало. От жажды или нет — неясно. В длительные перерывы между кормлениями разные боли и не отличишь толком друг от друга.  —Ты чувствуешь вампиров?..—Парень облокачивается на стену ближайшего дома, пытаясь понять природу боли, что испытывает сейчас. —Нет…—Шизука даже останавливается посреди переулка и касается своего горла, сглатывая,—Клинок спокоен.  Минору напрягся. Значит, жажда. Такая сильная, что хочется умереть. Чтоб он ещё хоть раз делал такие длительные перерывы… Микайо его убьёт, если что-то случится.  —Эй, все хорошо?.. На лице Шизуки читается беспокойство. Вау, какие эмоции она ещё может показывать?.. Минору усмехается, но со стороны наверняка выглядит так, будто он сейчас помрет прямо здесь.  —Ты хочешь пить, да?  Девушка снимает с предплечья свою сумку в виде гроба и долго шарится в ней. Наконец в свете уличного фонаря сверкает лезвие ножа. —Нет, ты не сделаешь этого.—Минору смотрит на коллегу тяжелым взглядом, но та даже не поднимает на него взгляд.  —Иди к черту. И пей заранее в следующий раз, хорошо?..  Лезвие проходит по маленькой девичьей ладони. Кровь растекается по руке. В полутьме не различишь глубокого красного цвета, зато можно почувствовать манящий аромат. Минору понимает, что проваливается в пустоту. Такое уже было однажды и это ужасно. Поддаваться своей тёмной стороне, которую ненавидишь и всей сущностью светлой стороны презираешь… Эти сеансы отключки сознания при сильной жажде чудовищны. Он превращается в зверя, который существует только ради одной цели — утолить свою жажду.        Кровь стекает по подбородку, пачкая асфальт и одежду. Но эта теплота, этот вкус, такой отвратительный и приятный одновременно. Оторваться невозможно.        Почувствовав, что жажда поутихла, Минору заставляет себя отлипнуть от ладони Шизуки. Слава всем богам, он пока не превратился в тварь, что готова испить человека полностью, лишь бы только насытиться. —Прости…—Только и может выдавить парень. Стоит привести себя в порядок и стереть следы крови хотя бы с лица.  —Хватит мямлить,—Бурчит Шизука, убирая нож обратно в сумку,—Мне даже не больно, правда. Нехорошо, если бы ты вдруг накинулся на случайного прохожего. Микайо точно проблемы не нужны.  И то правда, подумал Минору. Жажда уходила, будто вновь скрывалась где-то во тьме, готоваясь в любой момент застать врасплох. Но Минору впредь будет умней. Но и в прошлый раз он говорил себе то же самое… —Откуда у тебя нож в сумке?..—Не зная, как ещё разрядить обстановку, спрашивает парень.  —Для красоты ношу. Я серьезно. Ты думаешь, я надеваю кресты и вкладываю в них какой-то сакральный смысл?..  Ах да, очередные причуды готических лолит, как же без этого. Но Минору ещё не встречал девушек в чёрном, которые носят холодное оружие с собой. Шизука и правда немного странная.  —Понял. И ещё. Спасибо.  Ему так трудно сказать эти слова. Будто благодаришь убитую муху за то, что та сидела смирно и не улетала, ожидая, пока ты ее прихлопнешь.  —Мы ж коллеги. А быть лицемерными мразями мы можем и на обычной работе и в школе.  Шизука скрывается во тьме переулка. Минору плетётся следом. Вот теперь клинок точно реагирует, желая выйти наружу. Бессмертные твари где-то рядом.  —Шизука!..—Окликает девушку Минору, но та не отвечает.        Из темноты выходят три огромные тени. Дело дрянь. Минору вспоминает, что способностей бессмертного у него кот наплакал, поэтому справиться с тремя амбалами не стоит даже и мечтать. Прекрасное окончание вечера.  —Ну, кто тут у нас?..—Спрашивает один из вампиров по законам жанра всех бандитских западных кинолент. Осталось только кому-то крутому залететь в этот переулок на дорогой машине и спасти шаманов от свирепых. Но, увы, на помощь никто не приходит. —Да это дурачки с зубочистками в пузе…—Отвечает второй. Все трое противно ржут. —Ребят, я не хочу проблем.—Минору пытается сохранять спокойствие, но чувствует, как обстановка накаляется с каждой секундой. И Шизуки не видно. —Шизука?!—Кричит Минору в переулок. Молчание.  Вампиры медленно смыкают круг. —Нам в нашем районе шаманы не нужны… Мужики на вид полностью оправдывают название своего вампирского класса, они и в самом деле выглядят так, будто только что вышли из тюряги. Да ещё и эти мешковатые костюмы цвета хаки… —Не смейте меня трогать, суки!..—Доносится из-за угла. И Минору, и вампиры оборачиваются на крик.  К ним несётся Шизука, которая одним своим взглядом готова прикончить кого угодно. Но если приглядеться, то можно заметить испуг в ее глазах. —Шизука, назад!..—Минору толкает девушку к кирпичной стене дома. —Не нужно обо мне так печься!..—Возмущается Нагаи. —Помолчи сейчас, прошу тебя. Сейчас не время. Шизука притащила за собой ещё троих здоровяков, это им она с такой остервенелостью угрожала. Таким серьёзным парням до лампочки угрозы какой-то школьницы в готическом платье. —Достаём клинки, а иначе мы тут и ляжем… Шизука кивает. Из ее открытого рта показывается серебристая рукоять меча, что едва светилась во тьме. Девушка вытаскивает меч постепенно, а ее рука не дрогнула ни на миллиметр. Какая-то хирургическая точность. Минору даже восхитился: Он так клинок доставать не умеет.        Вампиры заметно напряглись, но с места не сдвинулись. Шизука обернулась на напарника: —Давай, бери клинок и вперёд. Я их отвлеку пока что.  Минору кивает. Меч уже готов к атаке. Чувство, с которым он достаётся его, ужасное, будто кость поперек горла застряла. На первых порах вообще тяжело было, иногда хотелось просто вытошнить все то, что мешается.  Клинок показывается изо рта, порезав нижнюю губу. Минору морщится. Ну хоть не язык, и на том спасибо.        Мечи шаманов словно были сделаны из хрусталя, настолько светлыми и чистыми на вид они казались. Рукояти холодные, как и лезвие. Невероятная красота, спрятанная внутри шамана, рождённого под счастливой звездой лунного календаря. Вампиры никогда не понимали сути ни шаманов, ни их мистического оружия. Оттого боялись и сторонились.  —Так, парни, нам, кажется, угрожают?..—Главарь банды щелкнул пальцами, после чего другие вампиры напряглись, готовясь к нападению. —Довольно!  Хвала небесам, подумал Минору, ища владельца столь властного голоса во тьме. Шизука и свирепые тоже закрутили головами по сторонам.  —Как вам не стыдно, молодые люди… С крыши здания спрыгнула изящного вида женщина. Лицо ее словно было выточено из мрамора, таким бледным и гладким оно казалось даже в полутьме. Ступала незнакомка не спеша, элегантными шагами, едва покачивая бёдрами. Тёмные волосы собраны коралловой шпилькой на затылке. Полно украшений на запястьях и пальцах. Притом одежда простая, свободные белые штаны-хакама и ярко-красная кофта. Но от этой женщины прям  веет роскошью и благородством. —Такаги-сан!..—Главарь-верзила отходит на пару шагов назад и кланяется вампирше. —Что вы тут устроили? Вашему господину совсем нечем заняться, кроме как гонять шаманов по Сибуя?..  Она будто не замечает Минору и Шизуку, больше предпочитая отчитывать чужих подчинённых. Прям какая-то женская версия Микайо получается… —Они сунулись в наш район, Такаги-сан… —И что с того?.. Это их работа. Я же смею беспрепятственно передвигаться как по Сибуя, так и по другим местам Токё. Передайте своему господину, что Сибуя не принадлежит одному лишь ему. И пускай подумает на досуге о законе равновесия.        Здоровяки, получив хорошую словесную взбучку, уходят, поджав хвосты, словно испуганные псины. Наконец Такаги-сан обращает своё внимание на двух шаманов. —Впредь вам следует быть осторожнее, друзья мои. Сибуя только на первый взгляд выглядит так ярко и приветливо… К своей госпоже приближается ещё одна вампирша и обе собираются уходить. —Ты один из нас, но… Лишь наполовину.—Такаги-сан слегка касается своей рукой ворота рубашки Минору,—Было любопытно встретить тебя лично, а не услышать очередные слухи…        Только когда вампирши скрываются в тени, Минору и Шизука могут вздохнуть с облегчением. Да, прекрасное первое дежурство на новой работе… —Тебя проводить до дома? Сейчас уже темно. Нагаи отказывается: —Не стоит. У родителей и так уже куча вопросов, где это я шатаюсь по вечерам. Микайо придётся разбираться. А ты… Тоже езжай домой. Да выдуй хотя бы два пакетика донорской. Мне ещё объяснять, где порезала руку…        Они покинули Сибуя около двенадцати часов ночи.        С утра Минору проснулся без болей в теле, это обещало сделать день чуточку лучше.        Отчёт Микайо писался с уже сонными глазами. Организм снова просил сна, хотя бы пару часов, как вчера.        Прошёл уже год с того вечера, а Минору каждый день открывал что-то необычное в своём новом теле. Например, он спокойно мог совмещать человеческую еду с кровью, но нечасто. Жажда была намного сильнее, а всего остального хотелось, скорее всего, просто по привычке. Ещё требовался сон, но недолгий. Была усталость, кажется, что она стала посещать парня чаще, чем раньше, до «обращения». Болезни не брали, солнце тоже. Вампирская регенерация работала, но очень слабо и с каким-то запозданием, способностей, что были у тёмных, также не наблюдалось. Казалось, будто Минору проигрывал по всем фронтам. Но были и плюсы в такой новой жизни, надо просто найти их.        Микайо снова был не в духе. Либо не выспался, либо до него уже дошёл слушок о вчерашней несостоявшейся потасовке. Сам сказал ведь, что из зарплаты не будет вычитать, что дуется тогда?..  —Отправляйся патрулировать окраины.—Коротко бросил он, не отрывая взгляда от бумаг. В Минору будто молния жахнула. —Простите?.. —Окраины Токио. Если какие-то проблемы с дорогами и их запоминанием, возьми карту в холле. —Я не об этом. Вы сказали — окраины?.. Какого конкретного района?.. Микайо встаёт из-за стола.  —Я имел в виду все окраины. Всего Токио.  Вот ведь язва, подумал Минору. Даже испытательный срок не назначил. Сначала выбросил в Сибуя, где их с Шизукой едва ли не раскромсали на куски, а теперь просит подобный марафон. —Это невозможно сделать даже за один день.—Минору старается, чтобы его голос звучал более-менее дружелюбно, но все равно проскальзывают гневные нотки.  —Сколько успеешь, столько и успеешь.—Коротко пожимает плечами Микайо.  Просто ахриненный руководитель. Десять из десяти. Минору надеялся, что зарплату ему выплатят в полном объёме и вовремя.  —И ещё.—Начальник кидает на стол перед парнем утреннюю газету.—Читай.  Минору пробегает глазами по строчкам. В новостной колонке говорилось о смерти женщины за городской чертой Токио. Обстоятельства смерти уточняются.  —Ну и?..—Минору кладёт газету на колени и смотрит на Микайо. Тот молча подаёт ещё три газеты. Еженедельные. Снова смерти. Так же за чертой Токио. —Я думаю, что теперь ты уже все понял. Минору умиляло, что босс так приукрашивает его способность трезво мыслить с утра. Но все-таки смысл показанного ясен. —Вампиры?.. —Возможно, я не утверждаю. —Все равно, если это подозрения, то они выглядят уж очень беспочвенными. Думаете, у них в верхушке одни идиоты? Они не стали бы так разбрасываться телами жертв.  Микайо встал из-за стола и подошёл к окну. Солнечные лучи разделили овал его лица на две половины.  —Ты прав. И поэтому я хочу, чтобы ты отправился по местам убийств.  —Вы издеваетесь? Может, там орудует полиция. Очень подозрительно будет, если один и тот же человек будет замечен в этих местах, не думаете?  —С полицией мы решили вопросы.  А, вот как, подумал Минору. Что у шаманов, что у вампиров были свои связи в государственных структурах, а в полиции таких агентов перевалило за десяток уж точно. Огромная сеть, опоясывающая весь Токио. Хорошо, что дети Инари не замешаны в этом. По крайней мере, Минору надеялся.  —Отправляйся.—Повторяет Микайо.        В метро настоящий муравейник. Минору чувствовал, как жажда вновь просыпается, но пока до совсем опасного состояния не доходило, вцепиться прохожему в глотку не хотелось.        Автобус медленно вёз парня к окраинам города. Майское солнце спряталось в сером небе, казалось, что вот-вот на пригород обрушится стихия. А Минору как назло забыл зонт. Придётся либо дожидаться конца дождя под каким-то старым навесом, либо мокнуть, как бездомное животное.        Почему-то пригород намного больше привлекал его. Никаких офисных работников на тротуарах, спокойные дороги без машин и лишней возни. Вокруг зеленые деревья и милые маленькие домики. Тишина, иногда нарушаемая лишь звоном колокольчиков на двери какого-нибудь уютного магазинчика.        Минору прошёл мимо места преступления. Лентой уже не ограждено, полиция убралась. Между двумя деревьями было найдено тело убитой женщины. Засунуто между стволами. Кто-то очень хотел усадить мертвую красиво, словно фарфоровую куклу, парень невольно вспоминал фотографии из газеты. Какая ужасающая беспечность у убийцы, аж передёргивает.        За дьявольскими деревьями начиналась парковая зона, больше похожая на лес из-за своей неухоженности: беговые дорожки заросли зелёной высокой травой, скамейки разбиты и разрисованы. Минору обходит деревья и направляется по тропинке, желая успокоить нервы.        Кроны деревьев смыкаются над его головой, словно капкан, желающий поймать в свои смертельные объятия. Вся романтика пригорода вмиг улетучилась, а лес стал напоминать Аокигахару. Не хватало ещё кличей лесных птиц.        Неожиданно, словно прочитав мысли Минору, на скамейку садится чёрный ворон. Просто огромный чёрный ворон. Птица сверлит парня чёрными глазами-бусинами. Не обратив на него никакого внимания, Минору продолжает свой путь. Однако ворон тут же взлетает в небо и направляется за шаманом следом.  —Ты дитя Инари, да?  Птица грациозно опускается на сук одного дерева. Гляделки продолжаются. Пусть это и ворон, но все равно, взгляд слишком осознанный и живой, даже для такого умного животного. А может, Минору просто с ума сходит?.. Принимает обычную птицу за дитя Инари. —Если ты серьезно не просто ворон, можешь сесть ко мне на руку?  Минору вытягивает руку вперёд и ждёт. Ворон тут же слетает со своего места и садится шаману на предплечье. Почему-то захотелось улыбнуться. —Вот как… Тоже отправило тупое начальство?..  Ворон молча наклонил голову. Нет, все же встречаться с ним взглядом очень тяжело.  —Все, лети.  Но птица и не думает улетать. Мало того, она перебирается к Минору на плечо.  —Обнаглел? Я сказал, лети давай. Ну!  Ворон будто оглох, либо притворился дураком.  —Можешь хотя бы обратиться в человека?.. Я не привык решать вопросы с животными.  Птица пронзительно каркает и улетает ввысь. Это его слова про животных обидели?.. Зря Минору так, на подобном задании иметь в напарниках дитя Инари полезно. Да вот только разленились они, помогают через раз. Ещё и в Токио перебрались, в мегаполис, где животным самое место, конечно.        Парк душил своей атмосферой, будто из детских кошмаров. Прибавить густой туман и был бы полный набор. Старые скамейки, заросшие тропинки, странные вороны… Ничем не лучше Токио, что напоминал огромного чёрного паука, вьющего свои сети, и в которые очень легко попасться. И невозможно выбраться. До «новой» жизни Минору бы о таком даже не задумывался. Но когда ежедневно на протяжение года ты видишь всю ту изнанку, которую не дано увидеть обычным людям, розовые очки разбиваются стёклами внутрь.        Единственное место, где Минору чувствовал себя в безопасности — это его квартира. И пусть вид серых стен и нагромождения жилых домов за окном тоже нагоняли тоску, в своём панцире почему-то было намного привычней. Хотелось поскорее туда вернуться. К черту Микайо, всё равно никак не проверит, все ли окраины посетил подчинённый. В отчёте можно и написать пару лишних слов. Работать сегодня совершенно не хочется.        Утром тучи нависают над Токио, в порывистом ветре чувствуется приближающийся дождь. Минору заставляет себя пойти в департамент. Лучше перетерпеть небольшой дождик по дороге, чем бурчание начальства. Рика наконец-то удосужилась посетить лекционные занятия в университете, поэтому сегодня вместе до метро они не шли. В такую погоду вообще странно куда-то далеко идти. Нормальные люди вот дома сидят, либо в кафе пьют кофе.        Микайо встречает Минору уже в привычном месте в районе Синдзюку, на углу одного дома. Мужчины кивают друг другу, не перекинувшись даже двумя словами.        Нырнув в переулок, босс сразу же начинает про те убийства на окраинах. Минору радуется, что этот рассказ не разбавлен вопросами, можно просто кивать с умным видом.  —Мне нужно будет переговорить с предводителем каткой-нибудь стаи детей Инари, они во всяком случае разбираются лучше в таких вопросах. Как тебе место преступления, кстати? Черт, Микайо, как всегда о самом приятном. Минору едва заметно передёргивает, когда он вспоминает о фотографиях нечестной женщины: —Жутко. Убийца тот ещё извращюга. Микайо согласно кивает: —Есть такое. Будто это и вовсе совершил ребёнок… Посадить труп подобным образом, словно куколку на скамейку…       Они подходят к департаменту. У двери лежит нечто, напоминающее человека. Это и есть человеческое тело. —Какого хрена… Микайо срывается с места и бежит наверх по ступеням. Они бряцают под силой его шагов. Минору краем глаза цепляется за лужицу под лестницей. Подходит ближе.  —О боги, Рейка!.. Минору никогда не слышал, чтобы начальник так срывал голос. Возглас, полный ужаса и отчаяния. Шаман рассматривает лужицу крови, что стекает с трупа.        В любой другой момент жажда дала бы о себе знать. Но открывшаяся картина была настолько ужасающей и безумной, что хотелось лишь прочистить желудок. Невыносимый запах железа, что не уничтожается даже гуляющим по переулку ветром. Противное капанье на асфальт, что отдаётся в ушах. Минору не хочет смотреть наверх, туда, где от рыданий вздрагивает Микайо. Ноги подкашиваются, но шаман находит в себе силы устоять. Ахриненное начало стажировки…