Часть 1

— Доброе утро, — зевая и разминая свои плечи после двенадцати часов сна, я вышел на кухню. Члены семьи давно проснулись, ведь они не сидели всю ночь в компе, потому что «сейчас новогодние каникулы, и я наконец-то могу не думать об учебе». Заглянув в холодильник, я разочарованно пошел заливать растворимый кофе уже чуть остывшим кипятком. На фоне шел телевизор. Ну не в прямом смысле шел, а типа работал. Хотя я не уверен. На нем снова крутили рекламу, которую уже каждый человек видел раз двадцать минимум. Какие-то мегаученые смогли доказать существование реинкарнации, к тому же, оказалось, что души переселяются не только в человеческие тела, но и в любые другие предметы. Ну разве это не полнейший бред сумасшедшего? Зачем они пустили сценаристов битвы экстрасенсов на первый канал? В какой-то странной надежде я снова открыл дверцу холодильника, но ничего, кроме надоевших новогодних салатов, там не появилось. — Уже можешь начинать боготворить свою сестру, которая оставила для тебя панкейки с завтрака. — Я уже собирался вернуться в комнату, как моя любимая, заботливая, самая-самая прекрасная, восхитительная и единственная, кто обо мне думает, сестра, без которой я бы и дня не прожил, сообщила мне такую замечательную новость. Я повторил все лестные комментарии вслух, забрал тарелку и все же вернулся в комнату. Не совсем понимаю, каким образом я оказался на улице зимой, но замерзший друг рядом подсказывал, что из-за него. Из-за сильного снегопада практически ничего вокруг не видно. Вслепую следуя за другом, меня мучили только два вопроса. Зачем он вытащил меня на улицу и куда мы идем? Но на них ответы я так и не получил, к тому же друг вскоре слился, мол, бабушка зачем-то в такую погоду поперлась в магазин, и ей надо помочь донести пакеты. — Есть у вас с бабушкой что-то общее, наверное, мозги, как айфоны, на холоде отключаются. — Я отказался идти с ним, и так же наугад отправился в поисках хоть какого-то теплого помещения. Вскоре оказалось, что непроглядный снегопад ещё не самое страшное. Мерзкий, ужасно скользкий гололед сбивал с ног каждого третьего человека у меня на пути. С моей удачей, я давно должен был стать этим третьим, ну или хотя бы получить сосулькой по голове. Но пока я получил только девушку, летящую на меня по скользкому льду, а позже, похоже, сотрясение мозга. Приподняв голову от покрытого снегом асфальта, я увидел голубую шапку, а через пару секунд на меня уже смотрели такие же снежно-голубые глаза. На темных ресницах и светло-русых бровях лежали снежинки, а нежно-розовые губы слегка приоткрылись в удивлении, оголяя немного желтые зубы. Как настоящий джентльмен, я скинул хрупкое тело девушки с себя, поднялся, отряхнул от снега куртку и штаны, поправил шапку и наконец подал руку красавице. — Спасибо. Такие руки холодные, тоже замерз? Может ко мне зайдешь, согреешься? У меня квартира тут рядом. — Едва поднявшись, она завалила меня вопросами, взяла за руку и куда-то повела. Старый подъезд с облезлыми стенами, лифт с граффити и тегами, 8 этаж, и мы у нее дома. В квартире ремонт еще с восьмидесятых, скрипящие полы, покрытые коричневым линолеумом, диван, с сеткой трещин на углах, коробочный телевизор и «о, Боже, какая роскошь» ковер на стене. Девушка скинула с себя верхнюю одежду, и мне открылся вид на полупрозрачную блузку и голубые… глаза. Третьего размера. Она сразу убежала на кухню, а я тоже разделся и сел на потресканный диван. — Чай, сахар, пей, — на столе появилась посуда, и девушка села рядом. — Мне нравятся твои кудряшки. — Спасибо, а мне твои сиськи. — Что? Что, блять?! Я это сейчас вслух сказал? — Хн, спасибо. Хочешь потрогать? — Перемешав ложкой сахар в чае, она посмотрела меня в глаза, улыбаясь, но с полной уверенностью в своих действиях. — Расстегнешь? — Она повернулась ко мне и указала на блузку. Еще не осознав происходящего, я дрожащими руками потянулся к пуговицам. Она наблюдала за моими движениями и тихо смеялась. Закончив, я стянул блузку с ее плеч, оставив одежду лежать на локтях. — И его тоже, — мой взгляд медленно оторвался от голубого бюстгальтера и последовал за рукой, указывающей за спину девушки. Как бы приобнимая ее, я отправился в сражение с застежкой. Спустя минуту мучений, девушка несильно укусила мое ухо и засмеялась, когда я от нее отпрыгнул. Она полностью сняла блузку, кинула ее на пол и за секунду расправилась с застежкой. Голубые лямки соскользнули с плеч, и я увидел округлые груди с небольшими розовыми сосочками. Она взяла меня за руку и поднесла ее к одной из грудей. Я обхватил ее. Теплота кожи обжигала мою холодную руку, а твердый сосок упирался в ладошку. Я провел по нему и сжал пальцами, на что услышал сдавленное мычание. Я повторил тоже самое со вторым, выискивая реакцию на лице девушки. Она прикрыла глаза и положила вторую мою руку на грудь. Я чувствовал одновременно мягкость и упругость, это напоминало неньютоновскую жидкость. Но она вырвала меня из наслаждения, убежала в соседнюю комнату, а вернулась уже в футболке и с презервативом в руке. — Я нашла его в тумбочке у родителей, — девушка передала резинку мне. Чувства были… необычные. Меня одновременно одолевало возбуждение, сильно пугало происходящее и в тоже время заставляло смеяться. Так я и застыл с испуганной улыбкой на лице и стоящим членом, пока она не упала рядом на диван. — А у тебя когда-нибудь было… ну, это? — Неа, — она отвечала слишком уверенно и жизнерадостно для того, чтобы это было правдой. — А ты хотя бы целовался? — Еще нет. — Я научу, — она приблизилась к моим губам, посмотрела мне в глаза и чмокнула меня. Я поднялся на коленях, легко толкнул ее, чтобы она легла на диван, и навис сверху. Я снова коснулся ее губ. Я вдруг обрел уверенность и даже осмелился запустить ей в рот язык. Наши языки столкнулись, и это было немного противно. В какой-то момент я стал целовать ее шею. Снял с нее футболку. Поставил засос на уже полюбившейся правой груди. Бля, завтра другу расскажу, он точно в шоке будет. — О чем задумался? — Она блуждала руками где-то у меня под футболкой. Я разделся и стянул с нее джинсы. Мы целовались, и с каждым новым поцелуем разум постепенно покидал меня. Я не запомнил, как снял ее голубые трусики. Я не заметил, как сам оказался без трусов. Я не увидел, как она помогла мне надеть презерватив и сама села сверху на мой член. Но я точно помню, как очень четко видел маленькую девочку со светлыми, русыми волосами и голубыми глазами в слезах. Она громко рыдала, а на ее руке был след от укуса и кровь. Через секунду видение рассеялось, и я почувствовал удовольствие, скопившееся около моего члена. Так я впервые потрахался. — Света, — сказала она, когда мы полностью голые лежали в обнимку на ее диване. — Что? — Меня зовут Света. — А, Артем. — А у тебя есть ВК, А-Артем? — Мы засмеялись. А так я познакомился с моей первой и единственной на всю жизнь любовью.