Часть 7: Он сходит с ума по Ней

6 июня, 20** Я думал, что сдохну ночью. Надеялся на это. Ждал. Но не сдох. Утром выглядел, как живой труп. А она выглядела, как ни в чем не бывало. Она выглядела просто охуенно, если честно! Как будто спит каждую ночь на ортопедическом облаке и пьет только артезианскую воду в полтора минимальных оклада за бутылку. Какого черта она так сияет, когда я со вчерашнего вечера каждые пятнадцать минут вздрагивал и ждал, что мне с ноги вынесут дверь копы и повезут меня на принудительную кастрацию?! В добавок, она подошла ко мне и извинилась, что вчера так резко вырубилась, спросила, сильно ли я испугался. И румянец на щеках здоровый такой, свежий, да ну блядь! Она правда ничего не заметила?! Никаких подозрений?! Или для нее в порядке вещей просыпаться с мокрой пиздой и трусами? Или она просто непроходимая дура... Если она ничего не заподозрила, то мне же лучше. Не хочу больше связываться с этим дерьмом. Оставаться наедине в одном помещении крайне опасно. Опасно разговаривать. Опасно даже смотреть. Даже думать. С меня хватит. позднее Она перевязывала мне ногу. В моей палате. Не понимаю, как так получилось, она просто стояла неподалеку, потом заговорила со мной и потом мы уже вдвоем в палате, и моя нога у нее в руках. Ни грамма чувства самосохранения. Неужели ей совсем не страшно оставаться наедине с полузнакомым парнем? Откуда такая уверенность, что я не кинусь на нее, не сделаю какую-нибудь херню? Да тут же полно психов! И я один из них. Я тот, кто уже делал чертовы больные вещи с ней... И я понимаю, что мне хочется их делать еще и еще. Мне определенно нельзя оставаться с ней наедине. Это доверчивое податливое тело вызывает жуткое желание схватить за плечи, за шею, оставить на коже синяки, следы укусов. Я хочу схватить ее руки, прижать их к полу и чувствовать, как она бьется подо мной. Мне почти жизненно необходимо впить пальцы в ее мягкую задницу, я хочу заткнуть этот розовый рот своим языком, хочу слышать ее жалобные стоны и всхлипы. Я буду слизывать ее слезы и шептать ей, какая она грязная, какая испорченная дрянь, хочу, чтобы ее страх и сопротивление переросли в наслаждение, чтобы она просила и умоляла меня о большем, еще и еще... Я точно конченый маньяк, веду себя как одержимый сталкер. Мне страшно, что когда смотрю на нее, то хочу наброситься, схватить и утащить подальше, как ебаный паук утаскивает свою жертву, так же связать ее, скрутить по рукам и ногам и впить в нее клыки. Я схожу с ума в этой блядской богадельне. А она спокойно сидит у моих ног, как сраная рабыня, и мажет мне ногу мазью. И это распаляет еще больше. Взять бы эту рыжую головку и насадить ртом на член. Каждый раз об этом думал, но теперь я еще острее ощущаю, что мне бы это очень понравилось. Ее липкие розовые губы на моем пульсирующем члене... Надо просто взять и перестать думать об этом дерьме. 7 июня, 20** Сегодня наблюдал, как один из санитаров пытался внаглую подкатывать шары к рыжей. И я уже почти разработал план, как и где его можно прикончить, выставив все как несчастный случай., Например, он может упасть на садовый секатор прямо животом, это случается сплошь и рядом. Но она как-то отбрила его, я не расслышал, но отскочил он от нее довольно резво. Я потом спросил у нее, будто невзначай, чего он хотел, но она просто улыбнулась и предложила прогуляться. Ее голое плечо постоянно вскользь касалось моей руки. Она даже схватила меня за запястье, чтобы что-то там показать. Мягкая горячая ладошка чуть не заставила меня завалить ее прямо там, на месте. Наверное, мне бы стоит обсудить это с врачом, думаю, это ненормально так реагировать на банальные прикосновения. Я честно пробовал искать в телефоне порнуху с рыжими, с полными, со всем вместе, думал, что у меня внезапно проснулись нездоровые фетиши. Но единственный фетиш, который я смог у себя найти - это она. 8 июня, 20** Схожу с ума. Постоянно ищу ее глазами, мысленно раздеваю, шлепаю, обвязываю веревками, представляю, как делаю с ней те самые больные грязные вещи, над которыми раньше угарал при просмотре бдсм-раздела на порнхабе. Сегодня обнаружил себя, ходящего, как оголодавший шакал, у ее двери в послеобеденный перерыв. Надо сказать ей перестать принимать эти блядкие снотворные колеса, не вижу никаких причин для подобного назначения, зачем ей вообще их прописали? Она выглядит здоровее всех здесь вместе взятых. Пробовал найти ее дневник, пока она болталась на дополнительных процедурах. Хотел узнать, о чем она думает, чего боится, о чем мечтает, подозревает ли что-то. Но ничерта не нашел. Может, она выкинула его в первый же день, в отличие от меня, а всем набрехала, что исправно ведет записи. Возможно, она умнее меня. И это меня тоже, блять, заводит. 10 июня, 20** Вот теперь я точно сяду. Либо в тюрьму, либо в глухую психушку. Зависит от того, как расценят эти блядские записи в этом ебучем дневнике - как прямые доказательства вины, или как свидетельство глубокого психического заболевания. Она не видела моего лица, но точно заявит об изнасиловании, и кто-то точно мог заметить нас или меня, идущего от того места. За мной уже определенно едут. Стоило бы сидеть и быстренько жрать эти записи, а не продолжать писать. Но я же псих. Что с меня взять.