Часть 1

Когда Тянь Гуйнун впервые входит в Нань Лань — той же ночью, когда увёз её от Мяо Жэньфэна, на постели под пологом с шёлковыми кистями в своём поместье, — он задыхается от чувства, наполняющего его грудь. Хватает воздух ртом и всё никак не может вдохнуть до конца, так, чтобы стало достаточно. У Нань Лань белое как фарфор тело и чёрные как ночь волосы, от которых пахнет изысканными благовониями. Красивые плечи, хрупкие запястья и щиколотки. У Нань Лань кроткие нежные глаза и пунцовые губы. У Нань Лань прозрачные розоватые ногти, мягкие руки. Она совсем не похожа на женщин цзянху, с их ладонями, жёсткими от мозолей, и мышцами, будто свитыми из кожаных ремней. У Нань Лань между ног жаркие узкие ножны, стискивающее плоть Тянь Гуйнуна, и сжимающиеся ещё теснее на каждом толчке... Он крупный мужчина, высокий и пугающий, с жестоким лицом — он сделал всё, чтобы Нань Лань не увидела в нём угрозу. У Нань Лань округлый живот женщины, уже выносившей ребёнка. У Нань Лань белая грудь с голубоватыми венами, проступающими из-под тонкой кожи, и коричневатыми, а не розовыми как у девы сосками. Её щёки ещё влажные от слёз, которые она пролила днём, когда Мяо Жэньфэн отнял у неё дочь. Тянь Гуйнун целует её в эти щёки с плохо понятным ему самому восторгом. Он хочет сделать ей хорошо, заставить её потерять голову, он очень этого хочет. Нань Лань женщина совсем другого класса, чистокровная благородная маньчжурка, дочь чиновника, лишь по недосмотру Небес доставшаяся чёрствому деревенщине. Ничего, теперь у неё снова будут служанки, украшения и краски для лица, денег у Тянь Гуйнуна предостаточно. Нань Лань — Лань-мэй! — дрожит под ним, невесомо гладит его по загривку. Лань-мэй, младшая сестрица Лань, которая с утра была ещё женой Мяо Жэньфэна, а теперь... а теперь. Тянь Гуйнун стонет. Мяо Жэньфэн с детства был талантливее его. Мяо Жэньфэн обладает непревзойдённым героическим духом. С Мяо Жэньфэном по прозвищу Златоликий Будда, первым мечом цзянху, станут говорить те, кто и не посмотрит на Тянь Гуйнуна — ну и что же, что он глава ордена Тяньлун, боевых школ в мире — что жемчуга в море. Жемчужины драгоценны, но море богато и необъятно... За это Тянь Гуйнун когда-то убил Ху Идао, героя Ляодуна. Не за правительственную награду, не ради заслуг — за то равнодушие, с которым Ху Идао отвернулся, не то что не взглянув в его сторону, не дослушав даже, пока Тянь Гуйнун представится. Потому что рядом стоял Мяо Жэньфэн, и ему-то не нужно было дважды повторять своё имя, чтобы быть узнанным. Конечно, истинной целью покушения как раз и был Мяо Жэньфэн... но когда всё случилось, Тянь Гуйнун счёл, что это была воля провидения. Ху Идао заслужил свою смерть. Что ж, раз Тянь Гуйнун не мог превзойти Мяо Жэньфэна в мастерстве и репутации, оставалось найти то, в чём он был бы лучше. Если бы удалось забрать вместе с Лань-мэй её ребёнка, Тянь Гуйнун любил бы и малышку Жолань. Он баловал бы её, ничего для неё бы не жалел, она, как и мать, ходила бы в шёлке и золоте — о, Тянь Гуйнун многое бы отдал за то, чтобы растить её в своём доме! Быть ей идеальным отцом, каким не был Мяо Жэньфэн.