Часть 1

      «Старскрим! Я не лишаю тебя искры лишь потому, что ты все еще можешь оказаться мне полезен! У меня на тебя есть планы, но помни – это твой последний шанс!»       «Тебе позволено остаться в рядах десептиконов лишь потому, что, примкнув к автоботам, ты принесешь нам еще больше проблем!»       «Всякий раз я оставлял тебя в живых лишь потому, что мне было интересно наблюдать за тобой! Следить за твоими ошибками, жалкими попытками свергнуть меня и неминуемыми провалами… Однако теперь мне это надоело! Ты стал предсказуемым и скучным, Старскрим, а потому…»       Огромная и мрачная тень надвигается на него, отрезая от всех вокруг, от всего мира. Мегатрон приближается медленными тяжелыми шагами, но в каждом этом шаге столько уверенности – он не колеблется. Впрочем, он никогда не колебался. На каждый тяжелый металлический лязг его поступи искра Старскрима отзывается сбивчивой пульсацией – предчувствует, что на этот раз все куда серьезнее.       Почему ты всякий раз даешь ему шанс на искупление? Почему отпускаешь вдруг за секунду до гибели, когда все уже вот-вот должно быть кончено? Почему не наносишь последний удар, а даешь ему ускользнуть? Раз за разом. Снова и снова. Что творится в твоем разуме, когда ты смотришь на него? Ведь сколько ни давай ему шансов – он не изменится. И ты это знаешь.       Мольбы не помогают, но Старскрим все равно их бормочет, выкрикивает, выстанывает. По привычке. Как последнюю надежду. Но Мегатрон не отвечает. Он не разбрасывается пышными речами лидера, не тыкает его носом в ошибки, не говорит ни слова – и оттого искра в груди сикера трепещет сильнее обычного. Алая оптика Мегатрона, как обычно, притягивает его к себе, не позволяя отвести взгляд, как бы сильно ему этого не хотелось. Она словно вторгается в его разум, видит все его тайные помыслы, все самые сокровенные его мысли. В разум же Мегатрона прорваться невозможно. Его бесстрастность – словно непреодолимая стена.       Так что же? Быть может, тебе нравится унижать его? При всех или же наоборот без свидетелей – не важно. Отыгрываться на нем, ощущать его беззащитность и собственную силу, осознавать, что ты способен наказывать и карать за проступки, что никто не способен отнять у тебя твою власть… Что твой собственный заместитель – посмешище, не достойное править никем. Это так мелочно и низко, не находишь? Но почему бы не позволить себе подобное разок-другой… Ведь это и правда в какой-то мере забавно.       Мегатрон останавливается почти вплотную к нему и смотрит, словно раздумывая, каким бы именно способом совершить задуманное. У Старскрима все сжимается внутри и испуг отзывается дрожью в конечностях. Он распростерт перед своим лидером в жалкой позе – скрючившись на полу и упираясь крыльями в стену. Этот угол в девяносто градусов – его последнее убежище, и рядом нет никого и ничего, что могло спасти его или хотя бы отсрочить неизбежное. Как же хочется бежать…       А может, ты действительно считаешь, что он все еще может быть тебе полезен?.. Но для чего и каким именно образом? Он же не видит никого вокруг кроме себя. Он любого считает своей пешкой и использует в собственных целях. Да, в какой-то степени даже тебя – не говори, что ты не заметил. А если пешка вдруг бунтует или обращает на него свой гнев – он тут же сбегает прочь. В этом вся его суть. И изменить ничего нельзя. Может, все предыдущие разы, когда ты использовал его, были просто счастливой для тебя случайностью?       Бежать. Эта мысль на миг затмевает все прочие мысли в разуме Страскрима – и он делает попытку. Срывается с места, неуклюже заваливаясь куда-то в бок на подгибающихся ногах, лязгает коленями об пол и рывками ползет прочь. И спустя мгновение мощным ударом ноги оказывается отброшен на прежнее место. Он чувствует, какой горячей становится от удара его щека, и съеживается, когда Мегатрон протягивает к нему свою когтистую руку. Он вскрикивает и вскидывает вверх руки, но едва ли эти тонкие запястья смогут защитить его…       Но может ли быть, что ты… видишь в нем настоящего десептикона? Нет, не просто сикера с фиолетовой эмблемой на груди, но нечто большее… Какие-то задатки идеального представителя своей фракции? Сам по себе он, конечно, далеко не идеал, однако, кажется, есть в нем какие-то черты, которые виделись тебе, еще когда ты размышлял об идеале десептикона тысячелетия назад, пребывая на мирном Кибертроне. Признай, он ведь в каком-то смысле даже дополняет тебя. Если бы только можно было эти его черты обуздать и направить в верное русло…       Старскрим мечется, вырывается, вздрагивает. Чувствует, как все системы внутри него накаляются, ускоренно гоняют по венам энергон, словно в предсмертной агонии. Сравнение это повергает его в слепой ужас, но он только и может что сучить ногами в воздухе, высекая искры из стены, к которой его прижали, и умоляюще впиваться когтями в руку лидера, словно в спасительный буек посреди бушующего океана. Только вот взгляд Мегатрона ясно говорит ему – спасения не будет. Грудная пластина медленно нагревается под дулом направленного на нее бластера, а чужие пальцы сжимаются на его беззащитном горле, сдавливают тисками, из которых невозможно вырваться. На этот раз – невозможно.       …Подумай еще раз. Да, он неисправим, но он был с тобой все это время, с самого начала. А до самого конца дойдут немногие. Такой ты видишь свою победу? Куда бы он не уходил, на какую бы сторону его не переманивали, он все равно каждый раз возвращался к тебе. Побитый и униженный, гордый и тщеславный, зазнавшийся, пытающийся угодить тебе, возомнивший себя победителем – не важно. Он будет противостоять тебе, он будет ненавидеть тебя, но он всегда будет где-то рядом. Его преданность тебе вызывает сомнения, но в его преданности десептиконам сомневаться не приходится. В конечном итоге он идет к той же цели, что и ты сам, пусть и иными путями, пусть и с другими стимулами. Так задумайся же на мгновение.       Как ты поступишь на этот раз?