Часть 9

Валера кинул ключи на небольшой комод, стоящий в коридоре – в квартире стоял запах перегара. Он быстрым движением стянул кроссовки с ног, прошел в зал и увидел отца, лежащего наполовину на полу. Рядом с ним была бутылка пива. Парень заглянул на кухню и увидел на столе водку, рядом с ней гранённый стакан, хлеб и соль. Все в лучших русских традициях. В мусорном ведре еще несколько бутылок, а в месте для нычек еще семь. Очередной запой. Отец Валеры, Александр, был обычным работягой, который время от времени уходил в запой. Алкоголизм дело нехитрое, началось это после смерти матери Валеры. Ему тогда было всего 3 года, он ничего не помнит, но со слов соседки, которая часто заходила к ним, отец был лишен желания жить совсем, но бросить сына не мог. Решил жить, но жить так, словно все в порядке. Порядок себе Туркин старший составлял из алкоголя. Сначала это были пара стопок вечером за ужином пару раз в неделю, потом каждый день, а потом иногда бутылка в руках оказывалась днем, как итог – запои минимум раз в месяц. Ничего удивительного в этом нет, Валера привык. Такова его жизнь. – Вставай давай. Ну давай, давай! – Парень начал «переставлять» отца из лежачего в сидящее положение. Тот лишь бурчал себе под нос. – Ты опять дома не ночевал, иди к своим пацанам, ночуй хуйти-где! – Отец всегда говорил так, когда напивался. Днем они почти не разговаривали. – Сынок, а ты красавец, избитый, половина бошки разбита, ты сам никого не убил-то? – Я окна открыл, закрой потом, а то замерзнешь нахрен. – Парень, казалось, даже не обращал внимание на фразы отца, его больше волновала головная боль, которая не проходила с момента, когда он очнулся после вчерашнего инцидента в кафе. – Пиво выкинь, оно даже копейки не стоит. – Ты еще ни копейки не заработал, чтобы мне указывать, только воруешь и все! Валера вернулся из своей комнаты в зал и сказал отцу: – Не знаю, когда приду, но приду точно, надеюсь, будешь в состоянии. Не хочется тебя в куче блевотины видеть. Все запасы водки я вылил, так что в любом случае придется выходить из дома.

***

– Айгуль! Айгуль! – Марат подбежал к девушке, когда та возвращалась со школы. – Уйди, я не буду с тобой разговаривать. – Ничего плохого не случилось, никого не убили, все в порядке! Ты живая, я живой, все целы! Айгуль, ну не дуйся, пожалуйста! Я тебе сто новых свиданий забабахаю! С каждым словом злость в груди девушки закипала всё больше и больше. Хотелось просто ударить портфелем и уйти, больше не слышать и не видеть. Никогда. – Марат, ты правда ничего не понимаешь? Она остановилась на аллее, около лавочки. Поставила скрипку и портфель и продолжила: – Непонятно, как все могло закончится. Вдруг убили бы тебя? Вдруг случилось бы так, что они выкрали меня? – Не случилось бы! – Суворов явно не видел в случившемся ничего криминального. – Я не собираюсь с тобой спорить, что-то доказывать, Марат. Найди себе девушку, которая будет готова терпеть всё это. – Что это? Ты сама говорила, что все хорошо! – Парень уже сам начал заводиться, хотя сам себе клялся, что на неё злиться не будет никогда. – Да мне страшно просто, понимаешь! Вдруг ты когда-то не придешь просто, вдруг тебя убьют! Вдруг ты кого-то убьешь, я откуда знаю! Вдруг ты меня вообще ударишь как-нибудь?! – Ты что говоришь вообще? – Все, не ходи за мной! Иди домой, Марат! – Да я и пойду, иди гуляй! Таких Айгулей полный город! – Кричал он всё это, конечно, в спину.

***

– Ну красавица, хватит из себя недотрогу строить, пойдем с нами! Четверо парней, которые увязались за Алиной еще с овощного, почему-то не очень хотели уходить. Она вообще никогда не видела их, значит они, скорее всего, не были частью универсама, вероятно, были членами другой группировки. – А вы не боитесь на другом районе гулять, да ещё и к девушкам приставать? – На лице брюнетки даже мускул не дрогнул. – Мы ещё не начали приставать, лапочка! – Речь этих парней была какой-то смазанной, вязкой, они словно были под наркотиками или в состоянии сильно алкогольного опьянения. – Такие красивые ноги скрывать под этим тряпьем – преступление! Один из компании дотронулся до девушки, пытаясь приобнять, но она сразу грубо отодвинула его от себя. – Ты с характером, бойцовская, да? – Парни издевательски смеялись. – Но давай все-таки сходим к нам, а? Все по красоте, водочка, салатики... М-м! Парень все не отлипал и уже откровенно лапал девушку. – Я заору сейчас, если не уйдете! Парни заулюлюкали, посмеялись и один из них резко схватил её за шею, Алина сразу почувствовала металл на коже – отморозок приставил к шее нож. – Ну как теперь, хочется огрызаться, малышка? – Огрызаться не хотелось, да и двигаться тоже. – Сивый, козырь, шов, – Алина даже внутренне усмехнулась. Что за клички? Почему у всех пацанов с улицы такие дурацкие прозвища. Но через секунду ей стало не до смеха. – Вон там прекрасное место, – Он указал головой на неосвещяемый угол, при этом продолжая держать нож у её горла. – Помогите мне отвести нашу даму туда, проведем беседу. Воспитаем! – Это фраза звучало не то, что пошло, звучала грязно и грубо. – Молодые люди! – Голос из-за спин парней заставил их обернуться. – Добрый вечер! После последнего слова Алина услышала треск бутылки, которая разбивается об голову парней. Лезвие наконец соскользнуло с шеи девушки. Трое отморозков от удара сразу упало, единственный из них, тот, который и держал нож у горла Ахмеровой, устоял. Защитник подошел к нему, взял за грудки и сказал: – Я тебя убью. Хочешь, чтобы последнее, что бы видел, был я? А у тебя нет выбора, чмо. Он бил его так сильно, насколько мог. Алина с ужасом смотрела на разбившуюся сцену побоища, но начала останавливать парня только спустя время, когда на лице её обидчика уже не осталось живого места. – Хватит, пожалуйста, ну хватит! Перестаньте! – Девушка проговаривала это почти сквозь слёзы. Они текли и от осознания всего произошедшего, и от этой отвратительной сцены. Избитый парень был действительно полумертвым. – Извините, что не сдержался, просто он с моего района, а так вести себя – позор. Я не представился, меня зовут Вадим. Думаю, напугал вас, извините. – Я очень надеюсь, что вы не бьете так людей каждый раз, когда видите. – Нет, но когда вижу, как они ведут себя так по отношению к девушке, бью. По-другому никак. – Я не видела вас раньше, вы с другого района? – Алина стала успокаиваться, перестала всхлипывать, дыхание стало ровным. – Домбыт. Может слышали что-то о Жёлтом? – Девушка отрицательно покачала головой. – Это я. Приятно познакомиться. А вы? – Алина. Всю жизнь тут. Можно сказать, универсамовская. – Девушка уже даже смеялась. – Отлично, вы смеетесь хотя бы, значит миссия выполнена! Давайте я провожу вас, а то вдруг еще какие-то отморозки надумают докучать вам? – Не стоит, я могу дойти и сама. Тем более это другой район, вы здесь не ориентируетесь. – Казань и в Африке Казань, все районы сшиты одинаково, не беспокойтесь, куда-нибудь да точно выйдем! – Алина не стала противиться. Вадим не врал, ориентировался он действительно хорошо, даже не тормозил, шел, куда глаза глядят, но правильно! – Спасибо вам еще раз огромное за всё. Хорошего вечера! – Она мило улыбнулась парню на прощание и пошла в сторону подъездной двери. – И вам, Алина. Не ходите больше одна, ладно? Если нужно, могу вас хоть каждый день встречать! – Вадим, боюсь ваш район будет против девушки с универсама! – Она точно шутила. – Если нужно, я буду стреляться!

***

– Ты уверен, что это он? – Блять, Зима, ты думаешь я в шары долблюсь? Она идет с Жёлтым к её дому. Как на ладони. – Ну а чё ты не подошел к нему? Ладно когда они вместе шли, а потом то? Не его район, он один, все по понятиям. – Да хуй знает, я просто настолько не соображаю, что даже это сделать не смог. Парни сидели в качалке. На часах было около 12, но домой никто из них не торопился, более того, спать они, скорее всего, будут тут. – А что ты хочешь вообще? Ну ладно, ты увидел её с Жёлтым, но дальше то что? Пойдешь разбираться, а разбираться то не с чем, она не твоя девушка, да и он ничего не сделал, просто проводил её. – Просто? – Не включай режим турбо, я сам все прекрасно понимаю! – Да если бы я знал, что происходит. Тебя не заебало всё вот это? – Жестом Туркин описал зал. – Что происходит вообще, отшили Кощея! Видак, драки, мы такими темпами поубиваемся, вся Казань скоро против нас будет. Не знаю я ничего. – Он тёр своими руками голову. – Когда я скорлупой был, то понимал, что делаю, всего боялся, а эти вообще бесстрашные! Зима выдержал паузу и спросил: – А с Алиной что? – Я с ней столько лет не говорил, мы встретились, но ничего еще нормально не обсудили. Как тогда на крыше, так и сейчас. – Тебе она нравится? – Ты издеваешься блять что-ли? Я как в двенадцать лет на неё слюни пускал, так до сих пор. В жизни уже не смогу не на кого смотреть, как неё, у меня физически не получается, я вижу их, каждую, но противно. Они как мясо, каждая пытается себя подороже продать, улыбаюсь вечно, а я хочу её видеть. Мне её глаз достаточно, чтобы жить счастливо. – Поплыл ты, товарищ, поплыл... – Сколько лет Зима не слышал подобных фраз от Турбо? Кажется примерно столько, сколько они с Ахмеровой и не общались. – Если хочешь, то борись. – Легко сказать. – Ну да, а че ты от меня еще хотел? Ты попробуй и сделай. У тебя нет другого выбора, на слова она не поведется, так что только так. Если бы я видел в другим человеке то, что ты видишь в ней, я бы забрал её к себе и никогда не отпускал. И неважно, что там будет потом.