Часть 7

      Дина и Турбо не виделись уже неделю, или больше…Счёт был утрачен после четвертого дня…       Из своей «берлоги» Туркин выходил только утром и глубокой ночью. Утром – сборы, а ночью – принять душ, поменять одежду, и взять очередной запас еды и питья. И нет, он не был в полнейшем одиночестве, времяпровождение сглаживали Адидас и Зима, которые ходили к нему каждый день, рассказывая о новостях снаружи и принося всякие гостинцы от группировки. Это была своеобразная комната грусти, хотя раньше зарождалась как комнатушка для свиданий, дабы не водить девушку в потную качалку.       Дина же целыми днями только и делала, что занималась учёбой и домашними делами, а вечерами позволяла себе поплакать то в подушку, то в верное плечо Айгуль, которая была подпольным информатором, тайно расспрашивая пацанов о состоянии Турбо.       - Может хватит уже, Валер…Найдёшь ты себе ещё такую же…Даже лучше…- промычал Зима, подкурив очередную сигарету. Его морально убивало состояние его лучшего друга, не мог он смотреть как он медленно тлеет, хотя скорее всего уже тухнет.       - Нет, Вахит…Не найдёт он больше такую… - сказал Адидас, обнадёжено посмотрев на Зиму - Ты ей нужен, Турбо…Пойдём…Поговоришь с ней… - говорил тот, подойдя ближе к дивану. Подхватив его под руку, тот потянул его к себе, но парнишка лишь ещё больше вжался в диван.       - Вова, не надо, я ничего не чувству к ней, а разбивать ей сердце я не хочу…Отпусти меня! – резко дернул тот рукой и уселся, облокотившись головой на руки, которые были на коленях – Она сказала, что я «гуляюсь с неё как с собачкой» … Какой бред, Вова… Ты понимаешь это…- зациклился тот, смотря в пол. Старший остался стоять рядом, бережливо гладя того по голове.       Дружба втроём всегда даётся тяжело, но есть исключения. Дружба этих ребят началась ещё со школы, когда Суворов впервые шугнул Туркина и Зималетдинова за курение сигарет на территории школы. Разница в возрасте им была не по чём, поэтому ребята, не долго думая, начали подшучивать над старшим, каждый раз при виде его закуривая сигарету, даже если та была последняя. Непослушание каралось обычными «подсрачами». Зима и Турбо уже и не вспомнят, почему они так захотели вступить в Универсам, но первопричина ясна – они хотели стать крутыми, как Адидас. Когда пришивались, первыми в спарринг стали с Адидасом. Отсюда и пошла их дружба. Вскоре и «суперами» Адидаса стали.       - Я не знаю, почему она так взъелась на тебя… Может какая мышь в норку написяла ей, а она будь добра и соберёт в баночку, и в закатку…Есть у тебя нимфы, которых ты обидел, буквально недавно? – молвил Адидас, присев рядом с парнем на корты – Может поэтому и сказала, что «гуляешься»?       - С кем я уже мог бы-… - резко замолк Турбо, также резко переведя взгляд на Вову. В глазах сразу виднелось прояснение – Катя… Я пригласил её на танец, когда подумал, что Динка убежала с дискача…Твою мать!       - Ну вот, братик, вот тебе, и причина…Похвасталась твоя дива, что ты у неё был, а эта… Как её…Ну дура эта тупая, сразу проснулась и таво…Обосралась – тихо смеясь, говорил Зима, поражаясь тому, как его дружок умудрялся кадрить сразу нескольких дам на одной дискотеке – Извиниться бы нужно, перед Динкой…Я уверен, что твой длинный язык уже много чего ей ляпнул…       В каморке стало так тихо, что даже можно было услышать свист ветра снаружи. Встав с стула и прогнувшись в спине, зазевал Зима, поставив очередной чайник с водой на газовую горелку.       - Вышел бы подышать, дружок, а то уже не вяжется у тебя речь, заодно навестим Маратика в школе, а то он чёт тоже грустит… Зимняя хандра какая-то, тьфу-ты! – убеждал Адидас Турбо, снова принявшись тянуть его в сторону выхода       – А то овощем станешь, и пися стоять не будет! Чем будешь Динку удивлять? – пытался шутками разбавить тишину Зима. А ведь знал, что сработает, Турбо мигом улыбнулся.       - Дурак ты, Зима, овощем не из-за этого становятся – смеялся Валера, идя под руку с Вовой, словно подружки – А Маратка чего грустный?       - Ну…Частично из-за тебя, переживает так-то…Та и из-за Айгуль, та всё своё время тратит на твою любимую, утишает…А тот идиот ревнует, грубит ей…Ну ты понял короче, дыбил он, скорлупа!       Тут-то и задумался Турбо о своём поступке. Вместо того, чтобы сидеть рядом с весёлой Диной, объясниться перед ней ещё тем утром, он предпочёл включить тормоза, так ещё и поступил как мудак, нагрубил. Вздохнув, тот резко затормозил и посмотрел вокруг.       - Ты же ведёшь меня в школу не из-за Маратки…Я знаю, что он учится в одной школе с Диной…Зачем так поступаешь? – с призрением промычал Туркин.       - Ну это так-то правда…У них сегодня концерт…Пальто и Маратик выступают, с ними и Динка…Поёт она, нужно поддержать начинающую звезду! – ответил Вовка, смотря с добротой и радостью в глазах на Валерку.       - Ты же договаривай…Андрюша за пианинкой, Маратка специально пригласил Айгуль к себе в школу, чтобы станцевать, а Динка песенку поёт, так сказать музыкальное сопровождение, во как! – словно котик промурчал Зима своим картавым говором.       - Концерт говорите…Эх! Так уж и быть…Идём! Только вот нужно нормально одеться, а не так…Всё же в публичное место собираемся! – с еле заметной улыбкой молвил тот, поправив шапку, а затем и протирая шею.       Слегка ударив в плечо Турбо, Адидас и Зима громко засмеялись, после чего в спешке разбежались по домам, предварительно договорившись встретиться на этом же месте буквально через 15 минут.       По приходе домой, Туркин пулей же залетел в свою комнату, не обратив даже внимание на то, что у его отца наконец-то выходной день, да такой, что аж тот решил остаться дом. Такое бывало очень редко, глава семьи предпочитал такие выходные тратить на выпивку и отдых с друзьями, считая, что сын уже взрослый и вряд ли нуждается в внимании со его стороны. К слову, это чуть ли не мечта Валеры! Временами кажется, что бесчувствие Валерки зародилось именно из-за того, что ему попросту нет смысла их выражать, он будто копил эмоции для того самого дня. И вот он настал…Но сегодня иные планы!       Хоть Валерий Туркин и не был каким-то прилежным учеником, но в школе он запомнился тем, что желал всем и всему помочь. До седьмого класса он вообще зарекомендовал себя как помощник старосты по воспитательной работе, следил за порядком в классе и за поведением одноклассников. Это длилось недолго, пока в его класс не перевелся его лучший друг детства, Вахит Зималетдинов, который мигом показал тому все развлечения улицы. Отсюда и началось беззаботное взросление Турбо и Зимы.       Как раз в шкафу пылился старый выпускной костюм. Как сейчас помниться, как покойная бабушка Валеры заставляла его сходить с ней на рынок, дабы выбрать тот самый костюм, чтобы её любимый внучок был самым красивым. Она считала это своим последний желанием…Жаль только не застала она его выпускной вечер, померла на следующий день после покупки. Валерка тогда вовсе один остался... О матери ничего неизвестно, отец всё время на пьянках и работе, а больше никого тот и не знал, семья ведь совсем мала была.       Окунувшись в воспоминания, Валерка даже пустил малую скупую слезу, но вспомнив о договорённости, сражу протёр лицо и «в темпе вальса» принялся прихорашиваться. Надел белоснежную рубашку, натянул черные штаны. В силу возраста костюм сидел чуть плотнее, чем это было ранее, но это не портило образ, а лишь добавляло шарма. Для дополнения образа тот аккуратно «зализал» свои кудри назад, использовав гель для укладки, но после в спешке смыл его, вытирая насухо волосы.       - Чёт уже не по-пацански выглядит… Так лучше…- брызнув одеколон на шею и грудину, пробурчал тот, направляясь в коридор – Ну… Тут будет тяжелее…       Постояв «минуту молчания», тот в спешке обул те самые белые кроссовки, после чего натянул свою куртку и поспешно вылетел из квартиры. Подкуривая сигарету, Валера не выкидывал мысли из головы: «Поёт? Она же не говорила, что занимается таким…Или просто я не спрашивал…Хотя откуда я мог догадаться…»       Весна настала достаточно быстро в этом году. Почти весь снег сошёл на нет, его островки оставались лишь под деревья, на бордюрах и за домами, где на них не падали горячие лучи солнца. Хотя и грязи было в меру, хотя можно было даже сказать, что мало. То ли это из-за новомодного асфальтного тротуара, то ли от лёгкого морозца, буквально 0 или -1. Деревья только покрылись почками, которые охотно пытались лопаться, но в силу прохлады в тоже время и воздерживались от этого. Сезонными цветами можно смело считать подснежники и пролески, которые прорастали буквально в каждом дворе. Прелесть!       Парни были уже в сборе, как на подбор, красавцы! Сложно было не заметить в их компании и Наташу, которая была не хуже собрана, в ярком платье и красивых украшениях, но в предательски темном пальто, которое предавало контраста в образе. Турбо задерживался буквально на 3 минутки, но ожидание на улице будто бы умножало их в трое.       - Валерка, я конечно понимаю, что ты порхаешь на крыльях любви, но не мог бы ты поддать газку, мы можем опоздать! – недовольно ворчал Адидас, взявший Наташку под руку.       - Да ладно тебе, Вов, тут идти минут 5, а концерт через пол часа…- мягко молвила Наташа, одобряющее смотря на Туркина, будто разрешая тому идти дальше в таком виде – Только вот сегодня праздник, а ты без цветов…Не красиво будет!       - Какой праздник? Разве для простого концерта устраивают праздники? Чёт наоборот должно быть…- закуривая очередную сигарету, с язвитой улыбкой остроумил Турбо.       - Бля… Турбо, ты в коморке совсем одичал…Сегодня 8 марта вообще-то! – смеясь, сказал Зима, слегка врезав тому подзатыльник – Думаешь, мы бы звали тебя в школу для какого-то маленького концертика? Тут больший смысл, дыбил…       - Во-во, поэтому вместо того, чтобы без толку стоять и пиздеть, идём на рынок, прикупим с общака цветочков, раз такой случай, а там по возможности доложим! – толковал Старший Адидас, по-отцовски потирая кудри Турбо, после чего также в шутку дав тому подзатыльника.       Весёлая компания дружно направилась на рынок, где добрые бабульки уже с самого утра торгуют самыми разнообразными цветами, но глазу приглянулись ранние махровые тюльпаны нежно-кремового цвета.       - Смотри, ей точно понравятся! – сказала Наталья, указывая на букетик, состоящий из пятнадцати головок тюльпанов – И бюджетный, и милый букет!       Поглядев на ребят, бабушка широко и мило улыбнулась, протягивая им тот самый букетик: «Для вас ребята хоть за 50 копеек! Видно, что с лучших побуждений цветы покупаете!». Сердца у них и в правду были мягкие, поэтому и жалко им бабушку стало…       - А давай… Три букета! – твердо сказал Вова, указывая на два соседних букета с красными и оранжевыми тюльпанами – Уж сильно они у вас красивые и пахнут!       Сразу стало ясно, что старший хотел сделать приятно и своей даме сердца, но что делать с третьим букетом? Можно было предположить, что он предназначается для Айгуль, но всё достаточно сложнее…Зима состоял чуть ли не в «активном поиске», но сейчас его сердце трепещет при виде молоденькой учительнице из школы, где учится их скорлупа. Они познакомились на одной из дискотек, там и договорились увидеться на концерте.       - Так ребята! Предлагаю ускориться, а то придётся стоять в коридоре и ждать конца! – сказала подружка Вовы, потянув его за рукав куртки.       - Да-да, идём… - как-то неуверенно промычал Турбо. Его голову посещали смешанные чувства. С одной стороны – он очень рад возможности снова повстречаться с Диной, а с другой…Он боялся увидеть её лица, наполненного печалью, а то и отвращения по отношению к нему. Боялся узнать, что та уже занята другим. Узнать, что он больше ей не нужен…       Спустя десять минут те уже стояли на пороге школы, осматриваясь и ожидая Маратика, чтобы тот незаметно провёл их к актовому залу. Выступление ребят планировалось на середину концерта, поэтому сперва нужно было верно дождаться их выхода, а после и конца дождаться, чтобы схватить девчушку в крепкие объятья и больше не отпускать.       Шло время, концерт тянулся словно резина. Парочки нежно курлыкали на задних рядах, а Туркин сосредоточено смотрел на сцену и вслушивался в слова ведущих, когда те приглашали выступающих на сцену.       

«К вашему вниманию, на сцену приглашаются ученики восьмого и десятого класса!»

      Судя по громким аплодисментам сзади сидящих Вахита и Вовы, было ясно, что на сцену выходят кумиры сегодняшнего дня: Андрей, Марат, Айгуль и Дина.       Присев на стул перед пианино, Андрей настроил под себя нотную тетрадь и принялся играть первые ноты, под которые и должны выходить Марат и Дина, а за ними и Айгуль, с паузой в несколько секунд.       

«Песня группы Мираж «Я снова вижу тебя» в исполнении ученицы 10-Б класса Гурьевой Дины»

      В зале тишина…Валере казалось, что зрители буквально прислушиваются к ритму его сердцебиения, которое отдавало прям в пятки. Волнение переполняло его, дрожь всё сильнее подёргивала его пальцы, сжимающие букет до лёгкого хруста листвы. Посторонний шум вмиг исчез, всё внимание сконцентрировалось на одном голоске, нежном, до боли родным…

«В одиночестве, в мечтах, На большой чужой Земле День летел за днем От шумной жизни в стороне. Череду спокойных снов, Полнолуние прервал Чудный сон, который как-то Мне дороже жизни стал. Кто-то тихо постучал, Я ему открыла дверь, И как мне быть, совсем не знаю, Где искать его теперь?»

      Танец Марата и Айгуль также завораживал. Такие плавные движения, отточенные усердными тренировками. Лицо Суворова предательски раскрывало нотки волнения, не то что лицо Ахмеровой, оно было сосредоточенным и серьезным, без ноток волнения и переживания. У неё всё шло по плану.       Андрей отрабатывал мелодию чуть ли не месяц, чтобы быть уверенным в успехе выступления. А Дина… Это её любимая песня, её она напевала ежедневно, пока была в ссоре с Туркиным. Голосок и вправду красивый, разнится с тем, когда та просто разговаривает, но как же это звучит…Как мёд на губах…До мурашек по телу…

«Я снова вижу тебя, Я снова вижу во сне, Я все же верю, что ты Вернешься вновь ко мне…»