Часть 6

Нога Нэона почти уже пришла в норму и вовремя, скоро было назначено выступление стоило быть на готове. Он оттачивал удары мечом и копьём до тех пор пока доктор наблюдающий за ним не решал нужным прекращать тренеровку. К концу срока подходила война и это значило для парня многое. Алма вернётся и наконец то он снова сможет любоваться её прелестными глазами, прижимать к себе её хрупкое тело. Но дело встало ребром когда он услышал о возможном проигрыше их отряда, так как они были в последней роте, а все первые уже были разгромленны противником, без шанса собрать оставшиеся силы. Командиры и главнокомандующие паниковала, раздавая указания солдатам. Было решено напасть как можно быстрее и этим выиграть время и силы. С рассветом отряду сказали собиратся и выступать, все были полны нерешимости, но сдаваться не собирались. Нэон пошёл в последних рядах и горестно смотрел на истощившихся соратников от долгого перехода к очагу боя. Наездники были по бокам всей цепи в три ряда, лошади были взяты не самые лучшие, что значительно ухудшало их положение в случае отступления многие просто не смогут ускакать. Город был разорён, даже в дальних углах, откуда они выходили, но все же в самом центре была ещё большая ужасающая разруха и стояла смердивая, тухлая вонь от многочисленных трупов, которые валялись кучами. Это было ужасное зрелище, но ещё больше ужасало ожидание, когда же начнётся бой. Сердце бешенно скакало под рёбрами и каждая клетка тела напрягалась, вдруг рота остановилась и по цепи быстро распространился гул, солдаты перещёптывались пытаясь выразить друг другу свои накипевшие мысли и чувства. Но тут всё снова стихло и в полнейшей тишине, далеко, послышался холостой выстрел. Осознание тут же обдало холодной дрожью всё тело, они находились в окружении. Стояли в центре как замороженные, будто уже смирились со своей участью. Дело казалось оконченелым, как вдруг первая линия цепи побежала вперёд, а все оставшиеся распределились на 4 группы, каждая из которых шла в разные стороны. Тут же послышалось море выстрелов из ружья и тут же лязгали друг о друга мечи. Лошади ржали и носились везде, Нэон не понимал что стоит сделать, но запреметив своего знакомого отбивавшегося от группы противников тут же подбежал, вонзая меч в их тела и раня, срубая головы, помог расправится с врагами. Знакомый слабо улыбнулся и кивнул отбегая куда то. На встречу Нэону тут же вышел здоровый мужчина, с пистолетом в руках, направил дуло прямо на его лицо, но стоило ему моргнуть как он уже корчился от боли зажимая остаток обрубленной ноги. Молодой человек даже не оглянулся на него и лишь с силой распоптал его оружие, проходя дальше, точно также обезглавливая или отрубая конечности другим вражеским воинам. Он без сожаления оставил за собой кровавую дорогу, продолжая идти вперёд. Кисть уже ныла от напряжения, но какая то новая резкая и мокрая боль заглушила неприятные ощущения. Нэон постарался оглядется и только после времени опустил взгляд на свои кожаные доспехи на груди, в которых образовалось отверстие. Он вдруг вздрогнул всем телом и упал на колени, пытаясь достать что то из этого отверстия. Наконец пальцы нащупали что то маленькое, он вынул это из себя, беспамятно падая вниз. Дальше он нечего не ощущал и не чувствовал, всё погрузилось в кромешную тьму. Ему порой начинало казаться, что теперь для него точно всё окончено, в мыслях всплывали мутные образы, он видел Алму, ещё тогда, когда она была совсем слабой, маленькой девчонкой, которая хвостиком вилась за ним по пятам, которая весело смеялась над его рассказами о древних воинах, у которой в глазах вечно играл огонёк озараства и которая часто встревала во всякие переделки с другими мальчишками, пытаясь испытать свои силы. Всё это проплывало мимо оставляя следы в памяти и душе, он чётко разглядел только одно единственное, когда Алма сбежала от родителей в слезах и сидела в красивом, но грязном платье, он тогда нашёл её совершенно случайно, возвращаясь с тренеровки. Она сидела на их любимом месте, под старой акцией, которая вечно пахла чем то сладким и почему то Алма постоянно пахла тем же запахом, как будто вечно жила там впитывая этот аромат. Он тогда сел напротив неё и пытался вытереть её лицо от слёз вглядываясь в покрасневшие, но столь же прекрасные словно океан — глаза. Она сбивчиво что то рассказывала ему, а потом увидела на его руках кровь и оторвала ткань своего платья перевязав ему рану, тогда она в первый раз поцеловала его в лоб и сказала больше не делать такое вымученное лицо когда ей плохо…шорох возле его уха разбудил Нэона, он находился в какой то избушке и смотрел на чьи то рваные повязки из кожи развешанные над кроватью, они были ему знакомы.