14. Мёртвое насекомое

      Рамка с Argema mittrei сорвалась со стены неожиданно — слегка наклонилась на одну сторону, а затем с шумом грохнулась на пол. Стекло разлетелось, рамку повело, но сама бабочка осталась цела. Александр осторожно поднял её, осмотрел деревянные планки — верёвочная петелька не выдержала веса и разорвалась.       Это он потом узнал умное название, а в тот день, когда Забава протянула ему коробку с приколотым булавкой к картонке желтокрылым чудом, это была просто огромная красивая бабочка.       — Алекс, смотри, что я тебе привезла! Она из Мадагаскара! — объявила ему Забава. — Это где Алекс живёт.       Он никогда не видел таких бабочек: ярко-жёлтая, с мохнатой спинкой и разлётом крыльев сантиметров пятнадцать. В центре каждого из четырёх крылышек темнел «глазок» с чёрной точкой посередине, а на концах задних торчали длинные выросты, которые внизу скрещивались в своеобразный хвост. Именно из-за этого раздвоенного хвоста сатурнию мадагаскарскую называли бабочкой-кометой. Но об этом он тоже прочитал позже.       Александр хохотал в голос, слушая пояснения Забавы:       — Папочка случайно на неё наступил. И она умерла. Она очень красивая, поэтому я её забрала себе. А потом я захотела её тебе подарить. Это тебе такой подарок от меня. Нравится?       — Очень. — Ему никогда не дарили мёртвых насекомых. — Я куплю для неё рамку, повешу на стену и буду любоваться.       — Она уже засушенная. — У Забавы получилось «зашушенная», но Александр снова только рассмеялся.       Его раздражали говорливость и непоседливость маленьких детей, их громкие игры в общественных местах, постоянный плач по поводу и без. Он не понимал, если кто-то восторгался «милой картавостью» малышей, их речевыми ошибками. Но Забава — это другое. Она — дочь Алисы.       Забава действительно картавила мило. Она почти никогда не плакала, даже если ей было больно по-настоящему. У него до сих пор холодело где-то за грудиной при воспоминании страдания в её зарёванных глазах во время посадки в аэропорту Питера. «Что случилось?» — спросил он, обеспокоенный. «Ушки… — Забава лишь тихо всхлипывала. — Ушки больно». И ему, растерянному от собственной беспомощности, захотелось разнести самолёт.       Собрав с пола осколки, Александр положил экзотическую красавицу на стол. Удивительно, зачем природа создаёт такое чудо всего на два-три дня? Хорошо, что человеку отведено больше. У него ещё есть время.