Часть 1

      Я перед тобой на коленях, смотрю снизу вверх, хоть даже так упираюсь в живот, ты для меня больше чем долг, чем планета, чем самоуважение; ты для меня то Божество, в которое я не верил, ты для меня цветущий Авраам, вспыхнувший однажды так ярко и сгоревший в считанные часы.       Ты для меня — все: горечь поражения, исступление от недостижимой цели, мои страхи — ты, моя любовь — твоя, я весь для тебя: моя душа, чувства, мое тело, корона. Только попроси.       Ты не попросишь.       Ты для меня покоренный ведьмами Магикс, завоеванная Облачная Башня, сбитый темной магией ветролет. Я смотрел в твои глаза, отливавшие золотым от всполохов костра, я видел сомнения в себе и тоску от утраченных возможностей, я обнимал твои костлявые плечи и боялся, что в случае нападения — вряд ли мы уйдем живыми.       Оставив тебя, я шел по темному лесу, кишащему тварями, что полны тьмы и ярости от долгого заключения в неназываемом измерении, я рубил их мечом, наблюдая как они восстанавливаются быстрее, чем удар завершался, быстрее, чем я успевал поднять меч снова. Они окружали, а я помнил только твои глаза и тот костер, горевший тусклее, чем твои волосы.       Ты была мной разочарована, когда в ответ на признание, что возможно твоими потомками были Три Древние Ведьмы, я сбежал. Но тебе, гостье здесь, никогда не понять нашу общую боль от совершенного ими совсем недавно.       Наша Вселенная еще не успела оправиться от одной войны, как с твоим появлением — все вспыхнуло заново; мы так мучительно долго и кропотливо собирали осколки прежней жизни, чтобы оглянувшись на расчищенную залу — увидеть как новые витражные зеркала в очередной раз лопаются.       И мои руки, измазанные в крови тянутся к тебе, я не смею поднять глаз, горблюсь, считаю вдохи и выдохи — ты не исцеляешь, потому что не можешь, и я понимаю, что даже Бог не всесилен. И даже Богу приходится соблюдать правила, которые попирает всякая тварь, но не ты.       Ты говоришь мне: — Скай, я тебя люблю,       Устало, без той радости, которая должна быть, когда признаешься в чувствах; ты говоришь твердо и уверенно, ты вернула силу, Дракон, мифический, невозможный, кипящий, но не обжигающий, нетерпеливо взмахивает своим хвостом, рассыпая искры. И Магикс на мгновение перестает быть таким безжизненным, как Авраам, когда я видел его последний раз. — Прости меня, — хрипло отвечаю ей.       Ты киваешь, но я не чувствую облегчения, утопая внутри от вины. Нам пора, поговорим позже — моветон опаздывать на битву. Ты смотришь сверху-вниз, я покоренно закрываю глаза. Прикосновение к щеке мягкое, оно рассыпает мурашки как нищий хлебные крошки — птичкам в тихом сквере на дальней улице.       Однажды я дотронусь до тебя также, и ты спасешься. Но не сейчас. Сейчас ты справляешься без чьей-то помощи.