Пролог

      Руки онемели от холода на улице, подъезд совсем не грел. И вот, девушка стоит перед такой родной и одновременно забытой дверью в квартиру. Казалось, что за этой закрытой дверью хранилась тайна, был трепет, нескрываемое любопытство и страх. Такая буря эмоций, за обычной дверью? И на всю парадную эхом раздается три отчетливых стука. — Кто там?— раздался голос из-за двери, не дожидающийся ответа, он сразу повернул ключ в замочной скважине. Парень, стоящий за ней, лишь через миг сумел оглядеть сестру за дверью. — Маша?— удивленно прихлопнув глазами нерешительно спросил он. — Привет,— раздалось тихое приветствие от девушки. Она словно стыдилась неожиданного приезда и виновно посмотрела на старшего брата. Он в свою очередь вышел на лестничную клетку и крепко обнял ее, прижимая ладонью голову к своему плечу. ***       Большие сумки остались в коридоре, а девушка выглянула из гостиной в кухню, переодетая в серые треники брата и большую футболку. Парень стоял спиной к ней разливая воду по кружкам из только вскипевшего чайника. — Жень, а где бабушка с дедушкой?— В ответ последовало тягучее молчание, а затем стук дна кружки о поверхность стола. Парень все также не оборачивался, лишь широко расставил руки, сжав столешницу. — Они погибли,— в комнате повисла гробовая тишина, которую разрушило окончание. — Четыре года назад у деда остановилось сердце, а бабушка не стерпевшая горя,— он выдохнул. — Вскрыла вены в ванной,— Лицо девушки застыло в немом шоке, брови дрогнули, а губы сомкнулись. — Родители не стали тебе говорить, зная тебя твой приезд произошел бы раньше,— отчеканивая каждое слово пояснил Женя. Маша поникла, тупо смотря в пол. — Не с того, мы начали встречу спустя такое время,— темноволосый ногой толкнул табурет, присаживаясь рядом с младшей сестрой. Молчание было губительным. Собрав все оставшиеся силы в кулак девушка привстала и потянулась за горячим напитком. — Мань, папа продолжает?— осторожно поинтересовался тот, с беспокойством заглядывая в лицо сестры. На котором красовалась ссадина на щеке и разбитая губа. Маша ладонью провела по лицу и посмотрела на брата. — Да,— *** — Я вас предупреждала, что как только мне исполнится 17 я поеду к Жене,— уставшим, вскипающим голосом сказала девушка, сидящая за кухонным столом. — Куда ты поедешь?— вымучено спросил отец, потирая морщинистый лоб пальцами. — Поеду туда, где все изменится,— — Да, что тебя эта Казань так манит?— начал злится глава семьи. — Меня манит свобода и шанс начать жить, не так как ты мне сказал,— Маша ткнула пальцем в сторону папы, усиливая свой аргумент, высказанный не единый раз. — А как я хочу,— Отец встал из-за стола, поставив на него кулаки. — Никуда ты не денешься,— угрожающе спокойно констатировал мужчина. Затем его голос сорвался на крик. — По твоему я буду оканчивать все твои кружки?— — Сам оканчивай,— девушка выпрямилась, все сильнее сводя брови к переносице. — Ты позор всей семьи,— — Лучше быть позором, чем как ты,— процедила девушка и резко развернувшись, быстро прошла в коридор, наспех натягивая сапоги. Стоило ей разогнутся и потянутся за курткой перед лицом возникла фигура отца, который с силой замахнулся на дочь. Грубая, большая рука пришлась на добрую половину лица, оставляя красный след и брыз крови на полу. Девушка на миг замерла, затем медленно перевела взгляд на отца. Стреляя в него самым страшным, что только может быть-равнодушием. Куртка укутала тело после чего дверь поспешно закрылась, означая, что ноги ее здесь больше не предвидится. *** Девушка брызнула плачем, тихо всхлипывая и судорожно стирая слезы с щек,мысленно моля о том, чтобы они прекратились. Женя вновь обнял сестру, та лишь уперлась лбом в его плечо. Парень осторожно гладил ее спину и едва слышно, шепотом сказал. — Теперь все будет хорошо, извини меня Машуль