Vol. 4

Неделя: 2 | Пятница | 12:54

      — Если надо, я сама к нему приеду, к чему этот официоз, — улыбается Нахо. — Всё же решено, — она мурлычет и обнимает Ао со спины, — или ты мог бы назначить ещё одно совещание.       — Милая, это так не работает, — хрипло смеётся он. — К тому же помни, он до сих пор не подписал документы, так что…       — О том, что мы женимся, только пингвины не знают, потому что у них нет интернета, — закатывает глаза Нахо. — Если ты сейчас начнёшь рушить его бизнес, то от этого и мы пострадать можем, или я не права?       — Я могу утопить его, если ты того захочешь, — говорит Ао на полном серьёзе, — но если он не подпишет эти бумаги, преимуществ у тебя практически не будет.       — Дальше я сама. — Она тянется на носочках и чмокает отца в щёку. — К тому же Лорейн уже получила доступ к его факсимиле. — На её губах расцветает улыбка. — Тебе не стоит переживать.

Неделя: 2 | Пятница | 13:00

      Сакуре плохо. Они занимались какой-то хернёй до шести утра. Потом прикалывались и сходили с ума в девять. Пиздец. Ей кажется, что она не пила так с тех самых времён, когда сбежала из дома. Клуб. Секс. Учиха. Блядь. Голова раскалывается, аппетита особо никакого нет, дико хочется пить и утопиться на хер. Рекс и Ино, в отличие от неё, уже давно не спят. Как они это делают, твою мать? Внизу на кухне слышится фоном телевизор и их разговор. Когда Сакура спускается вниз по лестнице, ей приходится зажмуриться из-за их звонкого смеха.       Такое ощущение, что её мутит и кружит тупо от того, что она переставляет ноги на ступеньках. В мозгу пульсирует понимание — больше она вообще никогда пить не будет.       — Доброе утро, соня! — радостно приветствует Рекс. — Для тебя две таблетки аспирина, стакан воды и двадцать минут, возможно, появится желание схомячить тосты.       — Выглядишь бесподобно, — Ино смеётся в стакан, из которого пьёт клубнично-банановый смузи, который они с Рекс делали последние полчаса из-за того, что руки растут из задницы, а миксер — суперновые технологии.       — Ой, заткнись, — стонет Сакура и еле залезает на барный стул.       — В два тренировка по волейболу, — предупреждает Рекс. — Думаю, что наш прогул немного корректируется.       — Уф! — Сакура успевает осушить стакан до того, как Дерексис говорит об этом, и валится головой на стол. Стук её лба о поверхность звучит очень больно, и Ино кривит лицо, тихо шипя.       — Я тоже ей сказала, что она сумасшедшая, — кивает Яманака. — Всегда всё прогуливает, а тут…       — Вы чё? В сказку попали? — замечает серьёзно Рекс. — Ты тоже идёшь, — она тычет в Ино пальцем и злобно хихикает.       Теперь они с Сакурой стонут вдвоём.

Неделя: 2 | Пятница | 13:49

Неделя: 2 | Пятница | 14:05

Неделя: 2 | Пятница | 14:23

      Не сказать, что Сакуре становится заметно лучше, но, во всяком случае, уже не мутит и голова не раскалывается, как грецкий орех после встречи с молотком. На площадке разминаются, а трибуны как-то подозрительно забиты. Слишком много народу. Сакура не припоминает сегодня чего-то серьёзного, украдкой приглядывается, есть ли кто знакомый… Лишь бы его не было. Главное. Чтобы. Не было. Его.       Они с Рекс и Ино удачно проскальзывают в колледж и даже не натыкаются на преподавателей, чьи пары пропустили. Сакура к тому моменту видит, что за ахинею она сделала ночью в телефоне, и её щёки горят от стыда и возмущения на саму себя. А ещё она знает — Саске терпеть не может чего-то подобного, и, судя по куче пропущенных и неотвеченных, она его капитально разозлила. На глаза бросается лишь один принятый звонок в половину третьего, и по позвоночнику сразу проходится дрожь. Её бросает в пот, потому что Сакура не помнит, что говорила. Ни единого слова — своего и его тем более.       — Забей, — говорит Рекс, — и лучше выложись на поле. — Она потирает ручки и гневно смотрит туда, где Айко натягивает на руки защиту. Воркует с кем-то из своей свиты и улыбается так, словно ангел спустился с небес и всадил стрелу Амура ей в жопу.       — Я посижу на первом ряду, — сразу предупреждает Ино. — Снимать надо?       — Уф! — Кажется, Сакура сегодня способна только на эти звуки; нормальная речь не её конёк. — У тебя в галерее и так до фига моих ужасных фотографий, давай не будем пополнять коллекцию.       — Всё равно будь начеку, — хитро говорит Рекс, а в её глазах горит — пылает — какой-то план.       — Крошка, а я думал, ты уже сегодня не появишься, — перед взором Дерексис появляется Узумаки, который отлепляется от компании Айко и с лучезарной улыбкой шагает к ним.       — Вспомнишь гов… Привет, Узумаки! — тут же здоровается она, пока Яманака сдерживает порыв засмеяться.       Сакура выпрямляет спину и цокает.       — И тебе не хворать, рыжая, — он подмигивает и переводит взор на Харуно. — Выложись по полной, я за тобой слежу. Потом, может, уже сходим куда-нибудь?       — Если она выживет, — вдруг говорит Ино. — Ставки один к десяти, что…       — Только на мои похороны, — жмёт губы Сакура и улыбается саркастичной улыбкой. — Можешь даже прикупить две гвоздики.       Рекс смеётся, а Наруто изгибает бровь, явно не ожидавший дружного потока подъёбов. Он чешет затылок и, оскаливаясь, кивает.       — Замётано, после тренировки увидимся. — И исчезает на трибуне где-то на верхних рядах.       — Оу, Харуно, выглядишь так, словно по тебе каток проехался, что случилось? — вдруг появляется Айко. — И фиолетовый не спасает. Всё настолько плохо, что даже цвет на тебе не держится.       — Зна… — начинает Рекс, но Сакура её перебивает:       — Я же не спрашиваю, почему ты так выглядишь каждый день, Айко? Хоть бы людей вокруг поберегла, они же так сильно тебя боятся, что правды сказать не могут.       — Очко, — пожимает плечами Ино. — Я пошла.       — Вставай на поле, дорогуша, — цедит сквозь зубы Айко. — Проверим, не растеряла ли ты форму.       Они с Рекс занимают одну сторону, и Сакура сразу идёт на подачу. Трибуны затихают, и только возле Наруто не умолкают возгласы и бодрые речёвки. Рядом незаметно оказывается Хината, и, вопреки её обычной робости, звучит тихое «привет».       — О, ты вылечилась? — смеётся кто-то рядом с Узумаки, пока тот совершенно не обращает на неё внимания.       — О-очень смешно, — парирует она и метит сесть рядом на скамью.       — Привет, да, — кивает Наруто, как будто отмахивается от мухи. — За Сакуру пришла поболеть? — кидает он невзначай, и Хьюга дёргается на месте, смотря на площадку. Слышится резкий свисток — всё вокруг замирает. И у Хинаты пропадает дар речи.       Сакура чувствует на себе взгляд Айко. Она стоит посередине с ухмылкой на смазливой мордашке, и Харуно прокручивает в ладонях мяч. Словно оставляет на нём все свои переживания и злобу. Мышцы крепнут, пускай и концентрация после бурной ночи у неё не самая лучшая. И, подкидывая мяч, Сакура лупит по нему так сильно, что он закручивается в воздухе и летит под таким неудобным углом, что никто из команды противника, включая именитую Айко, не может его отбить.       Действительно, очко. Один — ноль.

Неделя: 2 | Пятница | 14:47

      Суйгецу выходит из кабинета Учихи таким, будто все два часа его беспрерывно бьют. Он зол и огорчён одновременно, плечи напряжены, но голова опущена, как у нашкодившего школьника. Карин хмурится, когда видит это, — Хозуки даже не реагирует на неё, проходя мимо без приветствий и комментариев.       — Могу войти? — стучит она и заходит, даже несмотря на то, что Саске ещё не успевает ответить. Под его суровым взглядом она на секунду теряется, но когда его взор ползёт вниз — становится жарко, запускается какой-то необратимый процесс горения. На щеках проступает румянец. — Я хотела обсудить несколько мероприятий. Суйгецу сказал, что поднимет этот вопрос на собрании, но я так поняла… до этого дело не дошло.       Её уверенность крепнет, как шаг, при котором она качает бёдрами и двигается к столу Учихи. Саске вздыхает и облокачивается о спинку, поднимая пальцы к губам.       — Не до этого было, впрочем, как и сейчас, — выдыхает он устало.       — А до чего? — вскидывает Карин брови. — Решили вопрос по Генме?       — Тебя так волнует их судьба? — Он хмурится, а судя по тому, как опускаются его брови, эта ситуация его достаточно сильно раздражает.       — Они непоседливые, конечно, но хорошие ребята, активисты, — пожимает плечами Карин и вместо стула снова выбирает столешницу, где становится сразу видно кружевную каёмку чулок из-под короткой юбки.       — Немного снизить их активность не помешает. — Его взгляд стреляет по её ногам, а потом встречается с глазами, в которых он видит непонимание и даже толику недовольства.       — Их родители…       — Карин, меня мало интересует, кто их родители. — Он встаёт из кресла. — Не они учатся здесь. И по-хорошему ты должна понимать, что ребята находятся в том возрасте, в котором нужно нести ответственность за свои поступки. Это только один из случаев, которые случаются регулярно.       — Я понимаю, но это непросто, — пытается намекнуть ему Карин. — К тому же не припомню, чтобы Сакура как-то жаловалась.       Её имя — всё равно что топить педаль газа на холостых оборотах. Двигатель ревёт, обороты две-три тысячи, а ничего не происходит. Саске стискивает зубы, чтобы не пальнуть раздражение и на Карин. Хоть и понимает — ничего не утихло и ещё с лихвой хватит раздать пиздюлей каждому, кто подвернётся под руку.       — Хочешь оспорить моё решение? — ставит вопрос ребром, и только после этого, кажется, Карин начинает ощущать субординацию и отодвигается от стола, вставая ровно.       — Нет, — качает она головой, — просто делюсь наблюдениями. К тому же именно сейчас они тренируются в зале. Словно ничего и не было.       Саске смотрит на неё и вспоминает, что ему писала Сакура. Удар или рана — плевать, главное, что свежо и толкает Учиху на опрометчивый поступок. Он смотрит на время и понимает, что может не успеть в офис, если задержится хотя бы на двадцать минут. Но когда он выпроваживает Карин и закрывает дверь на ключ, вместо того, чтобы идти на парковку, он сворачивает в спортзал.

Неделя: 2 | Пятница | 15:08

      Зал ревёт, шум давит и заставляет Учиху на секунду сощурить глаза. Он осматривается, ему нравится царящая атмосфера, оттого и губы кривятся в усмешке. Он подходит к белым линиям — сбоку стол, где сидит тренер.       Саске находит глазами Сакуру — она тяжело дышит, взгляд злой, а волосы липнут к потному лицу. Они переглядываются с Рекс, делают переход, ждут свистка. Он решает посмотреть ещё немного, вряд ли сможет вырвать её прямо посередине игры.       — Давай, квин, — слышит Учиха и находит взглядом Айко. — Бей в сетку. Как умеешь!       — Пошла ты!       Голос Сакуры тонет в шуме свистка, а мяч летит настолько криво, что действительно цепляет сетку. Айко ликует, хихикает, вот только Рекс, стоящая к ней ближе всех, прыгает, тянет руки вверх и настолько сильно херачит по мячу, что тот идеально впечатывается в её рожу.       Трибуны ревут, а тренер подрывается с места, что стул за ним падает.       На светлый пол площадки брызгает кровь; Айко падает, зажимая разбитый нос ладонями.       Саске глубоко вздыхает и переводит взгляд к Сакуре. Она не двигается с места, стискивает челюсти и чуть задирает подбородок, наблюдая так, словно только этого и добивалась.       В ней же не утихает бешенство, волнение и паника. Адреналин захлёстывает, но сил физически просто недостаёт после стольких минут изнурительной игры. Когда Сакура видит, как Айко падает и стонет от боли, в ней ничего не ёкает. Только кожу кусает подозрительным электричеством. Да, Харуно знает — на неё смотрят. Происходящее видят все, но что-то не так.       Она отводит взгляд от Айко в сторону тренерского стола, и сердце делает предательский кульбит. Сакура видит только его разворот и спину. Но сам факт: Саске был здесь. Он видел.       Чёрт.

Неделя: 2 | Суббота | 2:50

      Такое случается. Никто не застрахован от травм. Айко быстро восстановится, и всё будет хорошо.       Рекс выносят мозг больше, чем Сакуре, ведь именно она швыряет в неё мяч. Дерексис на это плевать, но Харуно всё равно испытывает нечто тревожное, хоть и торжествующее ликование стороной не обходит.       Дома она почти ничем не делится с родителями, ссылается на большую нагрузку и усталость, правда, Мебуки всё равно замечает неладное и принюхивается к дочери, когда та не замечает её манёвра.       Сакура почти сразу ложится спать, отбрасывая телефон куда-то на пуфик. Подальше от себя, чтобы даже руки не тянулись.       Она не хочет думать и переживать, пытаясь найти во сне хоть какую-то отдушину. Но чем глубже проваливается в сон, тем сильнее её бросает в пот. Жар охватывает всё тело, и становится безумно… безумно паршиво, что она не может высвободить свои желания. Сакура крепко обнимает подушку и ёрзает, зажимая между ног пуховое одеяло.       — Саске… — стонет она сквозь сон и жмёт губы в предвкушении. — Пожалуйста…       Кровать под чужим весом проседает, а низ живота чертовски ноет, когда Сакура ощущает со спины тепло и хлопок рубашки. Учиха в костюме. Его голос пробирает до мурашек, а дыхание скользит по оголённому плечу. Она кусает губы и тянется к нему, когда Саске придавливает её своим телом. Пристраивается сзади — холод от бляхи ремня будоражит, Сакура пытается увильнуть поясницей от зябкости, но его вездесущие руки жадно сжимают бедро, задирают короткие шорты и удерживают на месте.       Сакура охает, дышит тяжело и жмётся задницей ему в пах.       — Громче, — шепчет он, — проси громче.       И от того, что она выполняет его просьбу, резко просыпается. Блядь.

Неделя: 3 | Понедельник | 13:07

      Кизаши сдержанно дышит в трубку, пока Мебуки в истерике жалуется, кричит, ругается, бесится; её голос то замирает, то снова повышается. Она почти не затыкается, и Харуно не может вставить даже слово, чтобы прервать поток её желчи и негодования.       — Во что она ввязалась? Ты знал? Господи, моя девочка чуть не стала эскортницей! Она спала с ним!       — Ты можешь заткнуться и успокоиться, Мебуки? — рычит Кизаши. — Ты Сакуру видела? Нравится, в каком она состоянии? Хочешь добить ребёнка?       — Я говорила! Я же говорила, что это неправильно! Почему она никогда меня не слушает? — У неё трясётся рука, в которой она держит телефон. — Если он…       — Ты меня вообще слышишь? — рявкает он на секунду, а потом говорит более сдержанно и тихо: — Не смей поднимать скандал из-за этого, поняла?       — Она же…       — Ты, блядь, меня услышь. Мы разберёмся в ситуации, только без твоих нотаций, дорогая. И не дай бог я увижу сегодня вечером у нас Цуну. Ляпнешь ей, и если об этом узнает Сакура — можешь забыть о доверии дочери, неужели ты этого не понимаешь?       — Я за неё переживаю! Вот к чему приводят все эти недомолвки! Когда ты видел, чтобы она прогуливала занятия? Или… или так много пила? Они в пятницу…       Кизаши молчит, пропускает половину её тирады. Он смиряет себя, потому что видит только одно — будучи в отношениях с Саске (природу которых он не до конца понимает, но всё же), Сакура ни разу не пропускала занятия и всегда держалась на первых строчках рейтинговой таблицы. Мебуки говорит очевидные вещи, но обращает внимание совершенно не туда.       — Дома поговорим, — обрывает он её на полуслове. — И не смей заводить этот разговор с Сакурой без меня.

Неделя: 3 | Понедельник | 13:13

      Харуно кем себя возомнила вообще?

Айко должна выкинуть её из команды, ну на хер

Генма просто не туда чернил налил🤣

Эту рыжую тоже бы на место поставить, заебала

      Может, вы решите личное не на соревнованиях?

Похуй, она сама играть откажется, у меня есть идея

Все твои идеи конченные

Все сходится, Харуно пиздец))

      ХАХАХАХААХ УДИВИ

Следующая тренировка для неё последняя🤣👌

Шавку рыжую туда же пропиши🍌

бля, я не приду🤣🤣🤣🤣

Неделя: 3 | Понедельник | 13:20

      — Он писал что-нибудь? — кивает Рекс, смотря на то, как Сакура сжимает телефон.       — Нет, — понуро отвечает она, ощущая дикую усталость. — Звонил один раз, но я не взяла трубку. Не хочу разговаривать. Ещё и вещи все перебирала, кучу чеков и бумажек повыкидывала и… теперь не знаю, что делать.       — Я куда ни посмотрю, его невеста столько всего постит, обосраться. И понять не могу, как так получилось всё скрыть, что… — рассказывает Дерексис, и Ино на неё гневно косится.       — С учётом стоимости вещей можешь их продать, и мы катнём на море, — шутит Яманака, перебивая и опираясь на свой шкафчик.       — Примерно так же, как вы не знали об этом, потому что я не говорила, — отвечает Сакура, а потом улыбается Ино. — Продавец из меня дерьмо.       — Я помогу, — играет бровями она. — Бизнес на минималках.       Харуно кивает по инерции, всё же такой вариант не рассматривая. Но потом резко выпрямляет спину, когда в середине холла появляется Учиха в компании Суйгецу. Они что-то оживлённо обсуждают и по сторонам не смотрят, пока их диалог не разбивает кто-то из профессорского состава. Сакура ни разу с этим мужчиной даже не успевала поздороваться.       В груди разрывается сердце. Видеть его и не иметь возможности подойти — выше её сил. И она не понимает почему. Он — слишком пагубная привычка. И она выпаливает лёгкие, образуя там дыру. Больно. Сакура как тепличная девочка, всегда послушная, хорошо воспитанная и старающаяся никогда не встревать туда, где её могут ждать плохие последствия. И вот он — результат её фатальной ошибки. Наверное, стоит признать, что мама бывает права. Не столь утрированно, но как минимум в том, насколько можно ошпариться с некоторыми людьми.       Не могут же все быть поголовно плохими?       — Привет, — к ним подходит Хината, но её милый голос заглушает радостный вопль Наруто.       — Хаюшки. — Он подмигивает и в следующую секунду достаёт из-за спины небольшой букет ярко-красных роз.       Сакура вздрагивает: Узумаки привлекает к ним столько внимания, что становится тошно. Рекс и Ино замирают вместе с ней и переглядываются, не зная, как реагировать на проявление такого флирта от Наруто. В их понимании он совершенно неразборчив в отношениях с девушками и мало походит на адекватного кавалера, каким бы сексуальным и накаченным ни выглядело его тело на тренировках.       — Не подкрадывайся так, — выдыхает Сакура, опуская глаза на цветы.       — Предполагаю, — протягивает Узумаки и смотрит на девочек, — вы ничего не слышали, — и возвращает внимание к Харуно. — Погнали прямо сейчас на смотровую?       У Сакуры округляются глаза, а Хината мигом сбегает от них, еле сдерживая всхлипы. Рекс задумчиво провожает её взглядом, пока Ино еле слышно присвистывает и качается на прямых ногах, чтобы хоть немного посмотреть в сторону Учихи.       — Сделаем вид, что мы действительно этого не слышали, — шутит Рекс. — Ты спятил? Ещё громче говори, а то тебя только сантехники в уборной не услышали.       — Завали, рыжая, — смеётся он, хоть и видит, кажется, Дерексис это сильно не нравится.       — Ты скоро отхватишь по полной программе, — подмечает Ино, и Сакура думает точно так же, видя, как лимит хорошего отношения у Рекс заканчивается.       С другой стороны, она замечает краем глаза, как Саске косится в её сторону. Они всё ещё что-то обсуждают; Суйгецу даже смеётся. Но Учихе явно не до смеха. Сакура закусывает губу, переглядывается с подругами и принимает очередное несвойственное ей решение.       — Ладно, пошли, — улыбается она, и Наруто, уже лишившийся последней надежды, от прыжка счастья чуть ли не пробивает потолок. Он настолько рад, что крутится вокруг себя и присаживается на одно колено, вручая Сакуре цветы.       Кто-то начинает хлопать, и эти аплодисменты подхватывают чуть ли не все студенты в коридоре. Сакура пялится на него, чувствуя себя слишком неуютно в этой атмосфере, сгустившей тучи у неё над головой. Она неуверенно принимает розы, натянуто улыбаясь, и делает шаг навстречу.       — Наконец-то у него получилось! — кричит кто-то, и Ино с Рекс почти одновременно фыркают.       Их расчёт на то, что Сакура откажется — как обычно, — проваливается с треском. На радость предложения Наруто не слышит руководство, оттого и вся ситуация выглядит так, словно влюблённая парочка наконец-то помирилась.       Когда Сакура приближается к Наруто, он улыбается как не в себя и закидывает ей руку на плечо в слишком собственническом и личном жесте. Она почти идеально вписывается ему под бок, хоть и спустя пару шагов понимает, что позицию он выбирает не очень удобную, зато выглядит Узумаки теперь как бесспорный победитель.       — Пиздец, — шипит Рекс.       — Ага, — кивает Ино и смотрит в сторону Суйгецу и Саске.       От пронизывающего и яростного взгляда Учихи по коже бегут мурашки, настолько остро она ощущает, как вокруг него даже аура меняется. Теперь уж ей точно понятно, почему Сакура решается на такой поступок.       И хорошего она пока в этом почти ничего не видит.

Неделя: 3 | Понедельник | 14:12

      — Хината себя странно ведёт, и меня это уже подвыбешивать начинает, вроде нормальная деваха, а потом в ней как будто адекватность перерубают, — пыхтит Рекс. — Что это было вообще?       — Я подумала, что ей Наруто нравится, но… — пожимает плечами Ино. — Каждый раз, когда она рядом и есть Сакура, ему сносит башню, а Хината видит это и потом просто убегает. Хрен его знает, мы же почти не общаемся.       — Если это так, то я бы на её месте сходила к психологу, — закатывает глаза Дерексис и пьёт йогурт. — Потому что Наруто дебил, но он как щёнок рядом с Сакурой. Так было ещё с первого курса, и только слепой не заметил бы.       — Только ей как раз щенки и не нужны, — сглатывает Ино и сама же от своего выражения усмехается. — Ты вообще видела, как на неё Саске смотрел всё это время?       — Не-а, — мотает головой она и тут же нагибается к Ино. — Хочешь сказать, что она специально это сделала? Ну типа… блядь, она же знает, что Наруто, как бы слюни на неё ни пускал, трахает всё, что движется. Алло.       — Вот я надеюсь, она тоже это понимает, — сглатывает Яманака.

Неделя: 3 | Понедельник | 15:40

Ино ✨

Заяц, ты там ок?

Пока да Хочу уйти отсюда, ибо Наруто походу свихнулся от радости

Будь аккуратна, ты же знаешь, что он любит быстро переходить в горизонталку

Уже хотел))

Неделя: 3 | Понедельник | 19:58

      Сакуру немного потряхивает. Она прекрасно знала, на что шла, но не думала, что после одного отказа Наруто попробует провернуть своими шаловливыми руками этот финт ещё раз. Настроение ужасно испорчено, ноги гудят от долгой прогулки, а в груди колет, когда на дисплее всплывает уведомление о пропущенном вызове от Саске.       Она не берёт трубку. Не хочет подходить, видеть, говорить и слышать. Она слишком далеко от бизнеса и селебрити, но каждый раз, листая ленты соцсетей, попадает на один-два поста об этом. О его чёртовой свадьбе. Даже в колледже начинают об этом гудеть, и где-то в анонимном паблике она читает о поздравлениях с этим потрясающим событием. Иногда Сакуре кажется, что она действительно была дурой, которая не видит дальше своего носа.       Мебуки на кухне что-то готовит и, судя по звукам, чем-то сильно разозлена. У Сакуры нет сил, чтобы это выяснять или выслушивать. Ей не надо. Не хочет. К чёрту. Но стоит появиться в гостиной перед лестницей, где её очень хорошо видно, Мебуки тут же её окликает.       — Вернулась, отлично, — кивает она. — Подойди-ка.       — Мебуки, — осаждает Кизаши, закрывая за собой дверь ванной комнаты.       — Что? — Сакура плетётся вперёд, вздыхая и будто предугадывая, что ничем хорошим этот вечер не кончится.       — Скажи мне, во-первых… — Она прерывается, когда Кизаши слишком резко отодвигает стул, что даже Сакура пугается. Мебуки вздыхает и старается смягчить тон: — Ты наводила порядок в комнате…       — Да, отсеивала ненужное, это преступление? — жалит Харуно сразу, будто терять ей нечего.       — Я увидела чеки и выписки. — От её слов у Сакуры скручивает спазмом живот. — И отцу ты, наверное, сказала, да? Ваши эти секретики… — Мебуки недолго молчит и продолжает: — Ты спала с ним? С Учихой, да? Который ваш этот… женится?       У Сакуры начинает трястись губа, а вся уверенность, злость и обида тупо сыплются, как перья из порванной подушки. Мама бьёт словами наотмашь, не подбирает ни ходов, ни выражений, и от этого становится вдвойне больнее.       — Ты можешь сменить тон, — просит Кизаши. — Да, она сказала мне, чтобы избежать вот этого, — он ударяет пальцем по столу.       — Потому что мне нужно было сразу всё говорить! Ничего бы не случилось! — ругается она, повышая голос. — Сколько это продолжается, м? Сакура?       У той земля из-под ног уходит. Такой калейдоскоп эмоций, что не хватает воздуха, а горло сдавливает невидимой верёвкой. Удавка. Сильнее. Сдохнуть.       — Прекрати на неё орать, какая разница сколько, если сейчас всё вывернулось таким образом? — перекрывает её крик Кизаши.       — Ты поэтому хотел с ним встретиться сам, да? Что бы ты сказал там? Благословение?       — Ты издеваешься? — Он поднимается на ноги, сжимая пальцы в кулак.       — Год, — вырывается у Сакуры; голосовые связки ни к чёрту, а по щекам слёзы. — Довольна? Я была с ним целый год. Спала? Да, спала! Возможно, это единственное, что ему от меня было нужно. А может, нет, потому что я не верю, что так можно играть…       — Что?! — Мебуки в шоке смотрит на Сакуру, а рот так и не закрывается от того, что она слышит. — Что? — она уже смеётся. — Сейчас поговорим о моей чести? Да, не девственница, и поверь, всё, что у нас было, всегда — желанное. — Сакура давится слезами и соплями. — И нет никакой разницы, что он старше меня!       — Ты посмотри, что он сделал!       — Мебуки, блядь!       Сакура срывается с места, просто бежит наверх в комнату, пытаясь подавить в себе рыдания. Но никак не получается. Из неё выходит всё: неопределённость отношений с Саске, постоянное ощущение, что с ней что-то не так, ожидание, что рано или поздно он просто её кинет, ревность — куча ревности и обиды, что в итоге всё произошло именно таким образом. Она падает рядом с кроватью на ворсистый ковёр и утыкается лицом в плед, крепко сжимая его пальцами.       Дверь, хлопнувшая секундой ранее, открывается, и Мебуки чуть ли не бросается к ней — Сакура от ожидания чего-то плохого отскакивает и до крови прикусывает губу, скуля.       — Я люблю его, понимаешь? — говорит она дрожащим голосом или думает, что говорит. — Я его люблю.       Кизаши тяжело вздыхает, останавливаясь в проходе. Они все замирают, и Мебуки пытается взять и себя в руки и хоть как-то исправить то, что сама натворила. Она подползает к Сакуре — они обе на коленях. И протягивает к ней ладони, но та только сглатывает вязкую слюну, стирая пальцами сопли под носом.       — Ты не представляешь, как я испугалась, а случись с тобой что похуже? Милая, я ведь… — Но Сакура только сильнее начинает рыдать, и Кизаши подходит к ним, опускаясь рядом.       — Иди сюда, — тихо шепчет. — Всё, забыли. — Подзывает дочь, как напуганного зверька, аккуратно проворачивая кисти, и Сакура, хапая ртом воздух, падает ему в руки, сотрясаясь в рыданиях.       Она успокаивается минут через сорок. Они вместе сидят на полу у кровати, и её обнимают с двух сторон, а Мебуки нервно и нежно гладит Сакуру по волосам.       Становится чуточку легче.

Неделя: 3 | Вторник | 4:38

      В его кабинете сущий бардак, оставленный ураганом. Киба ходит перед дверью туда-сюда уже минут двадцать, и терпение Саске истончается до последней нитки стального каната. Он волком смотрит на Инузуку, и тот останавливается, пытаясь понять, как вырулить ситуацию.       — Мы либо грохаем семьдесят процентов того, что имеем, либо идём у них на поводу, — говорит он, и Саске это не нравится. Настолько, что со стола слетает фигура бронзового орла. — А что ты хочешь теперь? Блядь, как вообще эти документы умудрились куда-то проебаться, я не понимаю?       — Ты меня спрашиваешь? — Учиха резко встаёт. — Я не могу быть в нескольких местах сразу и контролировать каждого человека. Я и от тебя этого не хочу, но не задавай мне ублюдских вопросов, ладно?       — Факсимиле можно оспорить, — говорит Киба, выжидая как минимум полминуты, прежде чем нарушить тишину, — но на это уйдёт время.       — У нас его нет. — Саске потирает переносицу, прикрывая веки. От усталости и очередной длинной ночи глаза почти жжёт. — Ао уже начал новый проект как представитель единой ячейки бизнеса, его юристы быстро всё подмахнут.       — Хорошо, — выдыхает Киба. — Если этот брак — недоразумение и не будет носить под собой выполнение всяких супружеских обязанностей и так далее…       — Ты себя слышишь? — Саске его перебивает за секунду. — Нахо не слезает с меня уже сейчас и кичится своим преимуществом.       — Я пытаюсь понять, как наладить твою ёбаную личную жизнь, — вскидывает руки Киба. — Или твоя пигалица совсем не понимает, что от тебя это не зависит? — В этот момент в него летит то ли степлер, то ли дырокол — он не особо разглядывает, только еле успевает увернуться, дабы не прилечь тут на пару суток.       — Не зли, — рыкает Саске. — Я не могу с ней поговорить, пока не буду уверен в том, что ситуация не повторится. Мне нужны хоть какие-то гарантии, а не пустое слово.       — Хорошо, наши медийщики проработают распространение новостей о вашей свадьбе, но ты не заткнёшь Нахо, которая свято в это верит. И ёбвашужмать, ты не можешь смягчить свою? Ты хоть чувствуешь, — говорит Киба, обводя взглядом весь кабинет, — насколько тебя колбасит?       Ещё немного, и Учиха точно его прикончит. Если бы Саске мог, он бы уже давно всё решил. Но каждый раз он одёргивает себя: шаг не туда — репутация, огласка, грязь, всё может рухнуть как карточный домик и очень хорошо — жёстко — проехаться по всем. Саске принимает решение действовать аккуратно, хоть другая его половина отчаянно пробивает гранитные блоки.       Если они сейчас не найдут решение, ему придётся пойти на крайние меры.

Неделя: 3 | Четверг | 17:51

      Сакура старается не отсвечивать. Если физически она ещё может набраться сил и куда-то деть негативные эмоции, то морально опустошена и как исправить эту ситуацию — пока не придумала. Даже сейчас, играя уже второй час и игнорируя боль и красноту рук, она всё ещё приходит к мысли, что ей недостаточно чего-то изнуряющего, чтобы по приходе домой вырубало до утра.       Но они завершают очередную партию и потихоньку начинают расходиться. Рекс с подозрением осматривается, потому что все сегодня больно радушные, и даже Айко помалкивает со своим прекрасным носом и синяками, которые выделяются под слоями тоналки и консилера на её лице.       — Я сбегаю в буфет за водой, — сообщает Дерексис и ныряет к выходу, когда Сакура подбирает с площадки мяч и закидывает его в общую коробку.       Тело приятно гудит, и её клонит в сон. Хочется принять тёплый душ, расслабиться и улечься под одеяло. Она с этими мыслями заходит в пустую раздевалку и начинает переодеваться, снимая с себя мокрые от пота вещи. Рядом приоткрыта дверь в душевую, и Сакура, облизывая пересохшие губы, достаёт из спортивной сумки небольшое полотенце. Она окидывает недоверчивым взглядом помещение, смотрит на ту створку, что выходит в коридор, и пожимает плечами. Чёрт с ним.       — Хэй, квин! — голос Айко, и дверь от спортзала нараспашку. — Хэй, дорогая, ну-ка давай в честь перемирия, за-жи-гай!       Сакура дёргается, как от выстрела. Жжётся меж лопаток, будто только что стеганули. И руки сразу грудь прикрывают — она не успевает ни лифчик застегнуть, ни накинуть на себя что-то. А у тех чуть ли не канонада и чёртовы зажигалки.       Реальный огонь, твою мать.       Сакура смотрит на них как на умалишённых, хочет покрутить пальцем у виска, но рука не двигается. Все такие весёлые, включая парней, — Генма хищно улыбается и выставляет перед собой телефон. Сакуре ни капли не смешно, она сглатывает страх и пятится.       — Вы охуели? — вырывается у неё; она ищет быстрые пути к отступлению и склоняет голову — распущенные волосы липнут к лицу и немного его скрывают.       — Что такое? — вдруг интересуется Айко. — Я считаю, что мы сегодня круто отыграли, и это надо отметить. — Её глаза горят примерно так же, как огоньки, которые самые высокие парни поднимают к потолку.       Пожарная система. Сейчас сработает, блядь, она.       — В чём твоя проблема? — Сакура рыкает, когда Айко подходит, раскрывая руки.       — В том, что я не могу с тобой нормально общаться, меня это так гложет. — Ей плевать, что Харуно закрывается, отходит и скользит вбок по стене. Позади смешки и свист, от которых Сакуру тошнит. Айко лезет к ней, словно накуренная или выпившая, она не знает и знать не хочет.       — Отойди от меня. — Харуно не поворачивает голову и пытается побыстрее хоть как-то себя скрыть. Хорошо, что лифчик застёгивается спереди, и она криво-косо мажет по застёжке пальцами.       Но к Айко присоединяются её гиены, и перед глазами начинает всё плыть.       — Три, два, один! — скандируют они, и включаются краны с водой, погружая раздевалку в контрастную душевую.       — Иди сюда, — хохочет Айко. — Что, уже не такая смелая?       Её держат за руки и — о господи — пытаются раздеть на камеру. Сакуре не хватает сил вырваться; смех и потакание такому дерьму делают её слабее, потому что только сильные могут дать такой отпор, что к ним больше не подойдут. Она же другая. Совершенно. И её это убивает, раскладывает сейчас по кусочкам, на атомы — вместе с водой по щекам слёзы, или ей кажется?       — Отвали от меня, идиотка! — кричит Сакура и пытается взять себя в руки, когда деваха стаскивает бретельку с плеча.       — Давай ещё! — кричит Генма. — Я не закончил.       — Только дрочить не начинай, а!       Её толкают, и теперь, когда за спиной нет стены — тыла, хоть какой-то уверенности, — Сакура тонет в панике. Лапают. Руки везде.       — Снима-а-а-ай! Ха-ха-ха!       Разносится такой силы грохот, что он заглушает рёв толпы. Ощущение, что дверь всё-таки слетает с петель, и все резко затыкаются, потому что кто-то уже успел посмотреть, что происходит.       Верхнее крепление вырвано с корнем, а в шаге от порога со стороны коридора стоит Учиха. Позади нервно покачивается Дерексис, и непонятно, что её больше напрягает — произошедший пиздец или гробовая тишина, покрытая моросящей водой.       Та продолжает лить, но Саске это не останавливает, он обводит всех суровым взглядом и снимает с себя пиджак; толпа расступается перед ним. А Сакура трясётся, оставаясь стоять в середине.       Когда он накидывает его ей на плечи, подача воды прекращается. Харуно вдыхает полной грудью и тает, ощущая тепло и его запах. То, что всегда успокаивает, выдёргивает из реальности.       Слёзы снова не унимаются, и Сакура опускает голову.       — Дерексис, — зовёт Учиха, и та послушно входит в раздевалку, — список имён каждого, кто здесь находится, мне на стол.       Она кивает и сглатывает — вроде бы слюну, а ощущение, что дерущие горло куски льда. Рекс тут совсем ни при чём, а предчувствие, как будто отхватит вместе со всеми.       Благо этого точно не произойдёт.

Неделя: 3 | Четверг | 18:23

      Он забирает её вещи и ведёт за руку в свой кабинет. Сакура молчит и собирается с мыслями, ощущая, насколько крепко сжимает её ладонь Саске. За последние дни это первое его прикосновение, и кожу кусают мурашки.       — Сейчас тоже не надо ничего делать? — задаёт он вопрос, когда Сакура садится на диван, кутаясь в его пиджак. Она не хочет говорить — всё ещё, но сильнее всего — слышать нотации. Опять.       — Сделай… — хрипит она, а потом исправляется: — Что хотите, то и делайте, вы же тут главный.       Саске стоит к ней спиной, упираясь руками в край стола. Она видит изгиб лопаток и как он напряжённо дышит. С губ слетает усмешка, и Учиха опускает голову.       — Сакура, я не собираюсь ни на ком жениться, — говорит он сразу, потому что терпение рядом с ней ни в пизду. — И мне нужно знать, что ты это понимаешь.       — Я не знаю. — Она вздыхает, сильно прижимая руку к груди. — Я ничего о вас с этой точки зрения не знаю.       Сакура поднимается на дрожащих ногах и скидывает пиджак с плеч. Тех минут, что она сидит не двигаясь, хватает — вытаскивает кофту и быстро натягивает её, будто нагота сейчас между ними играет какую-то роль.       — Как ты? — Он смиряет себя, разворачиваясь, пальцы уже сжаты в кулаки, но Саске понимает, что в её состоянии сейчас лучше не углубляться. Не доводить до истерики. Ему и так достаточно слёз.       — Лучше, — на выдохе срывается у Сакуры. — Прошу прощения, что доставляю так много проблем.       — Тц. — Она реагирует на этот звук и задирает подбородок, сгребая в охапку свои вещи. — Ты можешь принять тут душ, умыться и сделать всё, что тебе нужно, — Саске кивает в сторону закрытой серой двери. — Но если тебе больше ничего не требуется и ты хочешь уйти — иди.       Удивительно, что после этих слов Харуно не двигается с места, будто в системе происходит сбой. И Саске ловит его: взгляд смягчается, и губы еле-еле тянутся в ухмылке. Реакция её тела говорит куда красноречивее эмоций.       Когда она скрывается за дверью уборной, он прочёсывает волосы от корней и выдыхает. Очень хочется снести всё и с этого стола, но он удерживает себя от импульса ярости и достаёт из кармана телефон.       Решение принимается почти молниеносно.

***