Глава 160

"Мысли о долгах, как тени, следуют за нами, напоминая о том, что свобода — это не только отсутствие оков, но и умение расплатиться с самим собой."

      — Хм… — Мито находилась за городом, когда появилось ощущение присутствия. Промедлив пару мгновений, женщина сняла с руки браслет и выбросила его подальше от себя.       Выброшенный браслет завибрировал, начав кататься по кругу. Спустя несколько секунд вибрации достигли своего пика, и браслет взорвался, образуя пространственно-временную воронку, из которой, подобно двум вылупившим птенцам, выпало два человека. Они были покрыты мерзкой слизью, которая, казалось, воняла на целую милю.       Пакура не выдержала и выблевала свой завтрак. Всё её тело дрожало от бешеной нагрузки. Она слышала о пространственно-временных техниках, но даже не подозревала о том, что откат от их использования может быть настолько ужасным. У неё было чувство, будто бы все её внутренности сместились, вызвав невероятную боль во всём теле.       Наруто же медленно подошёл к Узумаки, которая скривилась от ударившего в нос едкого запаха жижи. Парень впился в глаза женщины, испытывая далеко не самые приятные чувства на её счёт. Мито тоже не спешила начинать разговор. Время на зрительное противостояние у них, как ни странно, было. Пусть в Конохе и было много сенсоров, однако лидер Чёрной Руки была уверена в том, что сейчас в деревне Скрытого Листа только подняли шумиху по поводу побега заключённых. На их поиски уйдёт какое-то время, да и не стоит забывать о том, что никто не знал о том, как Наруто и Пакура на самом деле сбежали.       Единственное, что осталось на месте их побега, — огромная дыра в полу. Маленькое создание лишь выполняло роль перевозчика. Оно не имело своего сознания, так что ему легко можно было задать определённые установки. Но у всего была своя цена. Разрыв пространства при помощи техники обратного призыва стоил существу жизни — он был слишком слаб, чтобы выдержать нечто подобное. Но зачем же тогда Мито использовала столь экстравагантный способ спасения Наруто и Пакуры?       Пусть Кушина и покинула Коноху, примкнув к Акацуки, однако в деревне Скрытого Листа всё ещё было два человека, разбирающихся в печатях. Безусловно, до уровня Узумаки им было далеко, однако они бы точно смогли отличить печать призыва от других. Речь идёт о Джирайе и Минато. Да, первый был на фронте, но вот Четвёртый хокаге всё ещё находился в деревне. Более того, по собранным докладам, Намикадзе стал ещё сильнее, но в этом не было ничего удивительного.       Люди зачастую в упор не видят проблему. Так и было с Минато. Он знал, что его отношения с женой очень натянутые, однако три года назад инцидент с Айкой заставил их объединиться, и блондин впервые за долгое время — с момента рождения Наруто и Айки — почувствовал близость с Кушиной. Ну, а после этого случилась катастрофа — Узумаки стала нукенином. Все эти годы Намикадзе винил себя в случившимся и пытался исправить свою ошибку. Он искал Кушину и тренировался, тренировался и ещё раз — тренировался.       Айка тоже горела желанием вернуть свою маму, однако помимо этого у отца и дочери была ещё одна цель — встретиться и поговорить с Наруто. Да, пепельноволосый натворил в прошлом столько всего, за что ему не светит никакое прощение, однако Намикадзе хотели прервать конфликт между Наруто и Конохой — это было слишком невыгодно для деревни Скрытого Листа. Пролилось слишком много крови, и Минато с Айкой были уверены, что умрёт слишком много людей, прежде чем им удастся остановить Наруто.       Так как Минато разбирался в фуиндзюцу, Мито не могла просто так оставить печать на теле Наруто, чтобы тот мог воспользоваться ею в подходящий момент. С другой стороны, если бы она поместила печать внутрь тела парня, — это могло бы иметь нежелательные последствия. Быть может, смертью бы это не обернулось, но пепельноволосый серьёзно бы пострадал.       Таким образом, Узумаки и пришла к весьма неординарному решению — поместить в тело парня существо, которое сможет использовать технику обратного призыва. При таком раскладе парню даже не требовалось заключать контракт призыва. Нужно было лишь позволить монстру съесть его. Конечно, обнаружить инородный объект в теле человека было можно, однако для этого потребовалось бы провести полное медицинское обследование — такие мероприятия проводились в случаях крайней необходимости, чтобы выявить какие-то особые болезни, так что Мито не опасалась того, что Наруто попадёт на такое обследование.       — Я выполнил твоё задание. Мне пора возвращаться в Канзэцу. Где Карин? — поняв, что Узумаки не собирается начинать разговор, Наруто решил проявить инициативу. Пакура к этому моменту пришла в себя. Её лицо всё ещё было бледно-зелёным, однако она решительно поднялась на ноги и подошла к пепельноволосому.       — Она скоро подойдёт. Однако перед тем, как вы отправитесь в свой любимый край, кое-кто хочет с тобой поговорить. — заявила Узумаки, губы которой дрогнули, расползаясь в коварной усмешке. Парень цокнул от досады, однако выбора у него особо не было. Без Карин он никуда не уйдёт — за эти годы он сильно привязался к ней, — так что парню оставалось лишь смириться и сыграть в эту игру разума с Мито.       — И с кем я должен встретиться? — закатив глаза от бессилия, парень из интереса решил уточнить детали. Ему было не в первой сталкиваться с наглостью лидера Чёрной Руки. — Подождите ещё немного. Как только я стану достаточно сильным, то… — Наруто не успел закончить мысль, как из-за дерева показалась женская фигура, которая с изящной грацией двинулась к троице людей.       — Я не буду вам мешать. — не переставая коварно улыбаться, Узумаки зашагала к противоположному краю поляны. Пакура несколько мгновений смотрела то на новоприбывшую, то на Наруто, то на уходящую Мито. Уже находясь на краю поляны, красноволосая обернулась, заметив, что ниндзя-отступница из Суны так и не сдвинулась с места.       — Эй-эй! Подожди! — закричала в панике Пакура, когда из-за спины Узумаки вырвалась цепь, состоящая из плотной чакры, и подхватила её за талию, притягивая к себе. Чакра Пакуры была всё также запечатана, так что она была подобно маленькому ребёнку, которого взрослая тетя уводит за ручку без какого-либо согласия.       — Фух, ушли… — Наруто блаженно закатил глаза, когда две особы прекрасного пола, действующие ему на нервы, наконец-то скрылись из виду. — Рад тебя ви… — пепельноволосый перевёл взгляд на своего нового собеседника и заговорил, однако практически сразу получил удар трубкой по голове.       Схватившись за макушку, Наруто попятился назад. Он с непониманием уставился на девушку, которая вновь закурила свою излюбленную трубку. По её взгляду можно понять, что ждать чего-то хорошего не стоит.       — Ты понимаешь, почему я тебя ударила? — Эш заглянула в глаза пепельноволосого, источая убийственное намерение. В её глазах сияла Проклятая Луна. Она вращалась, подобно шестерёнки, оказывая впечатляющие давление на молодого человека.       — Нет, я не… — Наруто вновь не дали договорить. В этот раз удар по голове был ещё быстрее и сильнее. Пепельноволосый пошатнулся, а картинка перед ним потеряла четкость, появились чёрные пятна.       — Мальчишка, ты должен мне пятьсот миллионов Рьё. — эти слова, которые Тоору буквально пропела на ухо парня, мгновенно вывели Наруто в реальный мир. Хозяйка игрального дома схватила собеседника за подбородок, находясь в опасной близости. В её глазах не было страха, паники или беспокойства. Она полностью контролировала ситуацию.       — Какие ещё пятьсот миллионов? — Наруто выпалил это без каких-либо раздумий. Ему было жутко неловко находиться в таком положении, однако противостоять Эш — это было верхом безрассудства.       Да, пепельноволосый мог затеять драку, но мало того, что исход был заранее очевиден — Тоору на голову превосходила его, и парень узнал это ещё три года назад, — так ещё и Коноха была не так далеко. Поднятый шум привлечёт лишнее внимание, и тогда от проблем так просто не получится избавиться.       — Три года назад ты покинул Коноху. Мы заключили договор, и я ничего не имею против и по сей день, однако твоя голова сейчас стоит бешеных денег, мальчишка. Все эти годы я знала, где ты прятался, так что за сокрытие информации ты, как минимум, должен оплатить половину стоимости своей тушки. — объяснила Эш, после чего отдалилась от лица парня.       — Ну, скидка в половину — это уже неплохо… Так, стоп, блять! Какая нахер скидка? — на несколько мгновений пепельноволосый задумался, после чего он с недовольством уставился на собеседницу. — Ты же шутишь, да? Откуда я достану такие деньги? — взгляд парня начал тускнеть от осознания положения, в котором он оказался.       — Я и так сделала тебе скидку по нашей старой дружбе, так что даже не думай давить на жалость. Где ты достанешь эти деньги — не моя проблема, но не советую задерживаться с этим. Я далеко не самый терпеливый человек. — отозвалась без каких-либо эмоций в голосе Эш, вновь закурив трубку.       — Вот же... — прикусив губу, парень кое-как сдержался от ругательств. — Лучше бы я не возвращался в Коноху. — признался сам себе Наруто. Прикрыв глаза, пепельноволосый сделал несколько глубоких вдохов, приходя в себя. Ему нужно было очистить свой разум от лишних мыслей и отбросить чувства в сторону.       Пока Наруто приходил в себя, параллельно переваривая информацию, Тоору отошла на край поляны и пристроилась у дерева, опершись на него спиной. Она внимательно наблюдала за переменами на лице парня, не планируя вмешиваться в происходящее.       — Ладно, эмоции не помогут мне решить проблему. Возможно, долг и вправду притянут за уши, однако я не могу отрицать того, что Эш всё это время покрывала меня. В любом случае, мне придётся как-то отплатить ей, и раз она хочет денег — так тому и быть. — проанализировав ситуацию, Наруто наконец-то пришёл к определённому выводу.       Да, конечно, Тоору не являлась альтруистом. Если бы они не были знакомы, она продала информацию о местоположении парня нескольким людям, и получила немалую прибыль. Возможно, эти деньги не смогли приравняться к полной сумме за голову Наруто, однако половина от общей суммы — это уже более реальные цифры.       — Хорошо. Тогда мне нужно будет отвести Карин в безопасное место и придумать способ, чтобы заработать такие большие деньги. — подойдя к хозяйке игрального дома, парень объяснил текущую ситуацию.       — Я лишь ввела тебя в курс дела. Дальше всё зависит от тебя. — Тоору кивнула, принимая такой ответ. Ей было важно, чтобы Наруто согласился на такие требования, иначе могли возникнуть непредвиденные обстоятельства.       — Тогда я пойду. Мне нужно вернуться в Канзэцу. — Наруто махнул рукой, после чего развернулся, собираясь отправиться на поиски Мито и Карин. Раз Эш сказала, что ему не стоит медлить — значит ему и вправду нельзя было медлить.       — Постой. — Тоору резко схватила парня за руку, заставив притормозить. Наруто через плечо посмотрел в глаза девушки с вопросом. — Знаешь, обычно, на всех должников ставят особое клеймо… — Эш говорила медленно, растягивая каждое слово. Лицо же пепельноволосого становилось всё более и более мрачным с каждой секундой. — Но раз уж мы давно знаем друг друга, я не буду этого делать. — закончила хозяйка игрального дома, позволив Наруто выдохнуть с облегчением.       — Спасибо… — кое-как выдавил из себя Наруто, которому становилось жутко лишь от одной мысли о клейме. Очевидно, что клеймо останется с ним на всю жизнь и будет оказывать далеко на самое приятное воздействие на жизнь парня.       — Я иду на уступки, так что не подведи меня, мальчишка. Иначе последствия тебе совсем не понравятся. — пусть Эш и знала, что Наруто не из тех, кто отказывается от своих слов, но она всё же решила предупредить его об обратной стороне медали.       — Я всё понимаю. Не нужно сюсюкаться со мной. Я уже не маленький. — пепельноволосый вырвал свою руку из хватки девушки и зашагал в том направлении, где скрылась Мито вместе с Пакурой.       — Быть может, ты и подрос, но для меня ты навсегда останешься мальчишкой. — эти слова, брошенные в спину, заставили Наруто скривиться от недовольства. Он сжал кулаки, сдерживая свой гнев, и быстрым шагом начал удаляться в лесную чащу.       — Лучше не говорить с этой Лисой — только хуже себе сделаю. — мысленно успокаивал себя Наруто. Это позволило ему сдержать всплеск негатива внутри и покинуть поляну, не проронив более ни единого слова.       Пепельноволосый почти сразу выпустил своё восприятие, так что прекрасно знал, что Мито, Карин и Пакура сейчас находятся в одном месте. Туда он и направился.       Прошло несколько минут. Наруто никуда не спешил. Ему нужно было немного остудить свой пыл, чтобы не наговорить лишнего Мито. Если с Карин и Пакурой он мог вести себя спокойно, то вот с лидером Чёрной Руки всё было не так гладко. Пусть Узумаки Мито и казалось человеком рациональным, однако Наруто на своей шкуре прознал, что все Узумаки вспыльчивы по своей натуре.       Пепельноволосый не искал конфликта со столь страшным врагом — тягаться с лидером Чёрной руки в силе было делом неблагодарным. Он кое-как смог завалить Ле Блан, а Мито была на порядок сильнее Обманщицы. Кроме того, в том сражении Наруто раскрыл все свои карты, из-за чего оказался голым перед потенциальными врагами — в переносном смысле.       Даже спустя три года, досконально изучив свои новые способности и отточив их на тренировках, Наруто лишь получил пару-тройку козырей в свой рукав. О способностях Мито ему, ровным счётом, ничего не было известно, однако очевидно было одно — раз за ней следует столько людей, Узумаки не может быть слабее их.       И даже если бы Наруто мог тягаться с Мито, это не избавило его от страшных последствий их конфликта. Мито была не единственным опасным противником для пепельноволосого в Чёрной Руке, так что конфронтация с Узумаки могла иметь смертельные последствия.       — Ты играешь в опасную игру, Наруто. — в голове раздался мелодичный девичий голос, который вывел парня из раздумий. Он очень давно не слышал этот голос… почти три года.       Это был голос Шион. Верховная Жрица не покинула подсознание парня. Просто последствия битвы Наруто сразу с несколькими серьёзными врагами заставили девушку выложиться на полную. Она истратила огромные ресурсы, чтобы парень получил возможность выжить в том Аду, и впала в спячку, начав медленно восстанавливать свои силы.       Следствием этого было ослабление защиты у Наруто. Теперь Даркин мог беспрепятственно поглощать чакру и Проклятую энергию пепельноволосого. Это могло существенно сказаться на развитии парня, поэтому Наруто попросил Мито отделить Рааста от его души — это была вынужденная мера.       Однако, чтобы достигнуть более высокого понимания своей силы, Наруто решил начать общаться с Раастом. Это было тяжело — Даркины лишились своего рассудка в ходе какого-то невероятного события в прошлом. Они годами воевали, тратя свои жизни на противостояние с некой силой. Но, как ни странно, у Рааста остались остатки сознания. Именно это позволило Наруто найти контакт с этим монстром.       Вначале это был простой обмен — Рааст рассказывал истории из своего прошлого, а Наруто делился с ним энергией. Эти истории были расплывчатыми, жестокими и очень кровавыми. Пепельноволосый не знал, с кем столкнулись Даркины, однако это был очень страшный враг. Более того, пусть Даркины и не проиграли, но и не победили. Их враг отступил, поняв, что прорваться не получится, а обезумевшие Даркины, являющиеся оплотом человечества, вернулись домой уже не героями, а монстрами.       Наруто с самого начала понимал, что сила Даркинов выходит за рамки дозволенного. Даже гениальный шиноби не смог бы достичь такого уровня сил. Истории Рааста же подтвердили опасения парня — Даркины были не из мира ниндзя, однако, сколько бы Наруто не спрашивал, как бы не подходил к вопросу, ему так и не удалось узнать, как эти ужасающие создания попали в их мир.       Даркины — это целая раса Высших Существ, а раз Рааст прибыл в этот мир, то Наруто был уверен в том, что и другие Даркины находятся в мире ниндзя. Просто они разбросаны по разным странам. Кто-то из них заточён в сокровищницах, другие же погружены в глубокий сон из-за отсутствия контакта с человеком. И, конечно же, Рааст не раскрыл их местоположения.       — Какого черта? — Наруто наконец-то вышел на открытое пространство, после чего застыл на месте, как вкопанный. Его глаза округлились от неверия, а лицо начало медленно, но уверенно краснеть от представшей картины.