первая и последняя, к чему название?

всё хорошо. всё хорошо. вдох-выдох. всё отлично. иногда всё, что остаётся от этого "отлично", это удушающее чувство подавленности. разве они не видят? разве они не знают? почему так? мне тоже очень, очень грустно из-за смерти мари.. но как может быть иначе, если всем остальным грустно тоже? кто будет их поддерживать? а, хотя.. от меня и поддержка — никакая. я ведь сплошная обуза. я должен. я должен! я буду сильным. хиро, бро, как же тебе трудно.. я вижу это. прошу, не злись на меня, если я снова скажу что-то не так. наверное, я просто слишком ребёнок. может, пора повзрослеть? а нельзя. с одной стороны — некому будет поддерживать всех вокруг и веселить, а с другой теперь все думают, что мне плевать на других. но ведь мне не плевать! мне правда не плевать и я очень, очень хочу чтобы все были счастливы. это то, чего я хочу больше всего. даже годовой запас апельсинового джо не звучит так привлекательно, как счастливые улыбки моих друзей. я помню, как все, подавленные горем, забыли о моём дне рождения. но я же молчал! и, о чёрт, я всегда делаю что-то не так. я помню как хиро страдал из-за смерти мари, и я решил, хееей, почему бы не попытаться поддержать? всё, что получилось в результате — ещё больше расстроенный хиро и плачущий я. мне стало так обидно! я расплакался. ненавижу это, мне кажется, это выглядело слабо. я всё время дразнил обри из-за её чувствительность, что сам таким стал! несправедливо выходит. хотя разве это мне нужно говорить о справедливости? пора просто вести себя прилежно. а мне тоже больно. но это неважно, так? пошли, приятель, может в баскетбол? господи.