Часть 1

      Лилиан Блэк ненавидела свою жизнь.       Настолько сильно, что хотела бы никогда не рождаться. Или умереть до того, как узнала про всю жестокость этого мира и её унизительной роли в нём.       Она омега.       Она чёртова омега.       Ей с самого рождения была заказана только одна дорога — в Ад. Потому что такие, как она, не имеют выбора или права голоса в своей жизни. Потому что такие, как она, с каждым поколением рождались всё реже и реже, что подкосило человеческую популяцию. Потому что такие, как она, являются ничем иным как способом удовлетворения нужд альф и продолжателями рода.       Лилиан проклинала тот день, когда родилась. Потому что с того дня пошёл отсчёт до момента, когда её, как и всех других омег, продадут какому-то альфе. Её собственная семья продаст её тому, кто предложит большую цену.       Ведь такие, как она, на вес золота в такое тяжёлое для всего человеческого рода время.       Лилиан не двигалась, сидя на полу перед зеркалом и рассматривала себя. «Может ему не понравятся мои рыжие волосы? Или чрезмерная худоба? Может он сохраняет генофонд и не хочет зелёные глаза у детей?». Но все мысли яростно ею отметались, ведь она и сама знала, что на этой ярмарке возьмут любой товар.       Единственное, что пока что спасало её — отсутствие течки. Как только все узнают, что она стала полноценной омегой — ей конец. Лилиан молила всех Богов, чтобы течка наступила нескоро. Она была согласна на последствия, но только не продажу альфе. Всё, что им нужно — игрушка, чтобы трахать и оплодотворять. А как только он поставит на ней метку, всё будет кончено для неё.       В этот вечер должна была решиться её судьба. И Лилиан ненавидела, что ничего не могла сделать. Смотрины, на которых её рассматривали будто она товар на аукционе, а не живое существо со своими чувствами.       Омега подобралась и прислушалась.       «А может, сбежать? Пока не поздно… может я смогу избежать этой участи? Никто от меня не ожидает такой дерзости», — думала Лилиан, но инстинкты были сильнее.       Даже не продумав хоть какой-то план, она быстро вскочила с пола, бросилась к шкафу, вытащила спортивную сумку и стала скидывать в неё вещи. Одежда, предметы гигиены, личный дневник, деньги, документы — в считанные минуты сумка заполнилась.       Не дав себе времени передумать, Лилиан бросилась с ношей к окну. Распахнув его, она на секунду замерла, вдыхая запах ночного города.       Свободы.       Девушка выкинула сумку в ближайшие кусты, заглушая звук падения. Умоляя судьбу отпустить её, она вылезла наружу и спрыгнула. Хоть это и был второй этаж приземление оказалось не самым приятным. Асфальт царапал босые ноги, но Лилиан было плевать.       Схватив сумку, она бросилась наутёк. Подальше от дома. Подальше от семьи. Подальше от будущего, где альфа будет трахать её во время течки, чтобы заделать щенков. Подальше от клетки, в которую её отдают родные люди.       Футболка и джинсы не согревали в такую прохладу, но Лилиан будто не чувствовала колющего кожу холода. Она бежала изо всех сил, надеясь выбежать к дороге и поймать попутку.       Вдали блеснул свет фар. Машина плавно вывернула из-за угла и направилась в сторону, которая, как помнила девушка, вела к центру города. — Простите!       Её крик был резонирующе громким на пустынной улице, но сейчас ей было всё равно. Она достаточно далеко от дома, чтобы не бояться быть пойманной.       Девушка замахала рукой и бросилась бежать к машине, которая, удивительно, остановилась в ожидании гостьи. Лилиан могла только счастливо улыбнуться и подумать: «Наконец, я буду свободна».       Подойдя к пассажирской двери, она наклонилась и заглянула внутрь.       Первое, на что она наткнулась — тёмно-зелёные глаза, смотрящие на неё с интересом и азартом. Мужчина за рулём казалось был большеват для собственной машины: широкие плечи, большие руки, мощный корпус. Русые короткие волосы, лёгкая щетина, полные губы и россыпь веснушек дополняли образ, делая его безумно привлекательным глазу. На нём был чёрный деловой костюм и белоснежная рубашка, оттеняющая загорелую кожу.       Альфа. — Что случилось, девочка? — его голос, глубокий с хрипотцой, показался Лилиан пробирающим до мурашек под кожей, но сейчас она не могла отвлекаться на такие мелочи. — Простите, Вы не можете подвезти меня, пожалуйста? Просто довезите до центра города, я выйду в любом месте.       Альфа оглядел её, будто прицениваясь. Лилиан ненавидела такой взгляд и встречалась с ним слишком часто в последнее время, но это был её единственный шанс на спасение. — Как я могу отказать такому милому существу? Садись, девочка.       Его слова, как мёд, успокоили омегу, и она быстро запрыгнула внутрь.       Машина тронулась. Постепенно атмосфера в салоне становилась всё более давящей. Лилиан будто и не замечала этого, но не омега внутри неё. Запах альфы окутывал её с каждой секундой. Терпкий аромат мужчины ударил в нос девушке, отчего она чуть не задохнулась. Это был сильный альфа. Рядом с таким любая омега будет чувствовать себя щеночком. — Меня зовут Дин.       Незнакомец прервал гнетущую тишину, заставляя Лилиан вздрогнуть от тембра и вибрации его голоса. Казалось, что он проникает ей под кожу. — Приятно познакомиться.       Дин метнул быстрый взгляд на неё и усмехнулся, демонстрируя белоснежные зубы и клыки. Лилиан не поняла, что это было, но не придала этому значения, вновь утыкаясь взглядом в окно и рассматривая проносящиеся мимо неё здания.       Скоро она будет свободна.       Дин вырулил на широкую дорогу, сворачивая влево и перестраиваясь в нужный ряд. Лилиан смогла наконец увидеть то, о чём так долго мечтала. В центре города располагались небоскрёбы, стремящиеся потягаться с облаками за место в небе. И где-то там, за ними, был аэропорт. Её билет к свободе.       Они ехали и ехали, пока Лилиан не поняла, что город отдаляется. Дин проехал мимо поворота к центру города, чем вызвал недоумевающий взгляд девушки.       Он усмехнулся, но было в этой усмешке что-то недоброе. — Куда же омега с течкой посреди ночи удирает?       Лилиан остолбенела.       Нет.       Нет.       Не может быть.       Прислушавшись к собственному телу, она поняла, что он был прав.       У неё течка.       Началась течка именно в тот день, когда она должна была поехать на смотрины к альфе.       И сейчас вся картина прояснилась.       Запахи резко ударили в нос омеге, и она поняла.       Она находилась в одной машине с альфой, который мог чувствовать, что у неё течка, который не мог сопротивляться своей природе и хотел сейчас только одного — оттрахать её сию же секунду.       Лилиан не осознавала, что они уже остановились. Шок и неприятие неизбежного будто обездвижили её.       Ей нужно бежать.       Срочно.       И как можно дальше.       Вылетев из машины, девушка ринулась прочь, но была быстро поймана сильными руками альфы и прижата к его горячему телу. Она чувствовала, как он тяжело дышит и как его грудь касается её спины при каждом вздохе. — Вам не нужно этого делать… — проскулила жалобно девушка, пытаясь вырваться. — Ошибаешься, Лилиан.       Он забрал её сумку и отбросил к машине, потом легко закинул маленькое тело себе на плечо и двинулся к дому, что стоял перед ними.       Всё, что оставалось делать Лилиан — это вырываться из его железной хватки, бить кулачками по его спине, дёргать ногами. Всё, чтобы освободиться. Всё, чтобы избежать того, что неминуемо приближалось.       Дин толкнул дверь своего лофта и быстро двинулся к спальне, что находилась в задней части дома. Он не ослаблял хватку на омеге и улыбался её бесполезным попыткам противостоять альфе.       Войдя в комнату, что была выполнена в минималистичном стиле, Дин сбросил свою ношу на кровать, а сам вернулся к двери и закрыл её на замок.       Лилиан потерялась в пространстве. Из-за резкой смены положения она на секунду забыла, что происходит.       Но реальность быстро дала ей пощёчину.       Дин резко дёрнул её ближе к себе и с остервенением разорвал футболку, откидывая уже ненужную ткань. Его грубые пальцы уверенно расстегнули её джинсы и стянули их вместе с трусиками. Она осталась полностью обнажённой перед альфой, и омега внутри неё выла от нетерпения и ликования. Лилиан хотела убежать отсюда, но само тело будто не позволяло. По подрагивающим от нетерпения ногам стекала густая смазка. Чёртова течка.       Дин скинул с себя всю одежду, единственное, что осталось на нём, были обтягивающие боксеры, сквозь ткань которых, Лилиан поняла, насколько ей будет больно. Она заскулила будто щенок, но альфу это только позабавило. Его улыбка была считана внутренней омегой как знак одобрения, по телу против воли мозга разлилась приятная возбуждающая нега.       Дин придавил её своим крупным телом и зажал в тиски крепких рук. Он полностью накрыл её, вдавливая в матрас, Лилиан казалась малышкой в сравнении с огромным альфой. Слёзы боли и обиды скатились из глаз омеги, когда она почувствовала, как в живот упирается твёрдый член. — Проведём тест-драйв товара.       Он избавился от белья, освободив толстый налитый член и провёл им между складочек Лилиан. Она вся сжалась, чувствуя что это дико возбуждает её, что пульсация между ног становится всё чётче и отдаётся по всему телу, что омега внутри неё одобряет эту «ласку» и готова стелиться перед альфой. Смазка обильно вытекала из промежности, а слёзы не прекращали литься из глаз девушки. — Уже такая мокрая, — хрипло проговорил мужчина, разводя коленом её ноги шире, открывая себе вид на истекающую собственными соками омегу, что вызвало смесь стыда и страха у девушки. — Хорошая омега.       Он опасно близко наклонился к её лицу, одной рукой удерживал её запястья над головой, а второй обхватил Лилиан за талию. Она не хотела, чтобы её тело так реагировало, но была бессильна. Природа была сильнее всегда, всегда побеждала разум. И сейчас течная омега внутри неё хотела, чтобы альфа оттрахал её, чтобы он вбивался в неё с животным остервенением, чтобы заполнил её до краёв своей спермой, чтобы оставил на ней засосы и укусы.       Дин резко толкнулся в неё, не встречая никаких препятствий. Несмотря на животное желание в венах, на смазку, что пропитала простыню, Лилиан почувствовала острую боль. Ни с чем не сравнимую. Казалось, что её пронзило ножом. Альфа был слишком большим, она слишком маленькой.       Дина никак не смутил её вскрик. Он не дал ей привыкнуть и сразу взял быстрый темп. С каждым толчок входил всё глубже, смачно ударялся бёдрами, разбрызгивая смазку. Стоны срывались с губ Лилиан, пока она продолжала плакать от боли и унижения за то, что её тело желает этого. Но омега внутри ликовала и подсказывала, что так всё и должно быть. — Как же в тебе горячо и туго, — хрипло прошипел он, прикусывая нежную кожу шеи.       Стоны Лилиан, шлепки влажных тел, тяжелое дыхание Дина — всё слилось воедино. Течка заставляла приподнять бёдра, ведь так альфе удобнее. Дин прорычал что-то ободряющее, целуя её в шею и оттягивая кожу зубами, и омега внутри замурчала, как ласкающийся котёнок.       Напряжение внизу живота нарастало с каждым размашистым толчком, которым Дин вбивался в Лилиан. Она смутно осознавала, что тело получало удовольствие от этих проникновений, от того, как альфа с каждым толчком входил всё глубже и жёстче.       Омега-инстинкты побеждали здравый смысл. Через пару толчков омега кончила с криком и стонами. От удовольствия тело будто скрутило. Лилиан выгнулась дугой, закатив глаза и прижавшись к мощному телу альфы, чувствуя как влага стекает по бёдрам, а с висков падают капельки пота, из-за чего волосы прилипли к коже.       Но альфе было недостаточно.       Дин вышел с хлюпающим звуком, перевернул на живот и вновь жёстко вошёл в неё, отчего Лилиан снова вскрикнула. Боль пронзила её, а слёзы потекли с новой силой. Он поставил омегу на колени и продолжил наращивать темп, с рыком утыкаясь ей в плечо, размашисто входил до основания, полностью заполняя её своим толстым членом. Лилиан чувствовала его тяжёлое дыхание на затылке, его горячую вспотевшую грудь. Ей было мерзко, что она получает удовлетворение от того, как он заполняет её, как внутренние стенки растягиваются от его массивного члена, как по ногам течёт её смазка. — Хорошая малышка. Как же мне нравится трахать тебя. Такую мокрую и узкую, — произнёс альфа, поднимая её лицо рукой и оставляя красный засос на шее.       Против воли Лилиан поймала ритм и стала двигать бёдрами ему навстречу, стыдясь собственной слабости, но вместе с этим получая ещё больше удовольствия. Альфа довольно прорычал, кладя локоть ей на поясницу, заставляя прогнуться под ним. Её стоны и всхлипы заполнили комнату, пока Дин продолжал трахать её, выбивать из неё каждым толчком стоны наслаждения. Омега внутри неё радовалась и гордилась тем, что альфа использует её по назначению. — Я кончу в тебя, и ты примешь это как хорошая девочка, Лили.       Сила альфы заставляла её скулить, как щенок, подчиняясь его воле. Раздался всхлип, но следом за ним протяжный стон. Волна наслаждения прошла по всему телу Лилиан, когда она кончила, чувствуя собственную влагу, стекающую по внутренней стороне бедра, и новое, ранее неизведанное чувство. Дин грубо вошёл в неё до основания, обильно изливаясь внутрь, заполняя своим семенем.       Альфа уткнулся ей в затылок, восстанавливая дыхания, но не выходя из неё, и через секунду омега поняла почему.       Узел.       Узел, который связал их на ближайший час. И всё это время его член будет внутри неё, извергать его семя и доставлять организму удовольствие, сравнимое с наркотиками. — Ох, малышка Лили, ты действительно стоила своей цены, — хрипло сказал Дин, облизнув участок на её шее.       Дин прикусил её разгорячённую влажную кожу, впиваясь своими клыками и навсегда оставляя на ней метку. Одинокая последняя слеза скатилась по щеке Лилиан, когда она поняла, что теперь не принадлежит своей семье, самой себе.       Она принадлежит альфе.       А значит, всё будет хорошо.