Часть 1

      — Ааааааааааааа… — дикий возглас Рона раздался на весь большой зал, — Что это, что это такое? Джинни, мама прислала для тебя платье?! — с ужасом вопрошал он, разглядывая старую, замшелую, плохо пахнущую одежду, что только что достал из посылки.       — Нет, в письме написано, что это для тебя, — забавно хихикнула сестра и тут же отвернулась от брата, как будто делая вид, что не знает этого чудика.       — Но я не могу в этом пойти на бал! Это же… Это же какое-то старое женское платье! — едва ли не со слезами держа смокинг в руках, возмущался Уизли.       — Да, а ещё он воняет, — вторил ему Гарри и весело рассмеялся.       Шутка была удачная, вот только Рону было не до шуток. Он и так был не лучшим парнем в школе, жил сначала в тени своих братьев, а затем и друга-избранного, а теперь, теперь, когда в школе должно было состояться такое событие, он и вовсе должен был опозорится в этом бомжацком одеянии.       Горю Рона не было конца и края.       Крепко схватив свой смокинг и скрутив в комяк так, чтобы его больше никто не видел, несчастный Уизли бегом побежал в спальни Гриффиндора.       Рон отчаянно не хотел на этом балу выглядеть хуже всех, но одновременно с этим понимал, что ему придётся надеть эти тряпки. Денег у его семьи не было, занять смокинг у кого-то ещё он не мог, все они нужны были им самим, в общем, помощи ждать было неоткуда.       «Опять я хуже всех, опять я последний неудачник», — про себя вздохнул Уизли, обречённо смотря на своё одеяние.       Ему было так больно, так обидно, так досадно, что в данный момент он ненавидел весь мир и себя в первую очередь.       Внимательно разглядывая злосчастную одежду, Рон заметил, затяжку, какое-то пятно, жуткие розочки на рющечках, и ему стало так не по себе, что в данный момент никто не мог помочь. Он был чистокровным волшебником из одной из достаточно знаменитых семей — Уизли, а одевался так, словно какой-то бездомный магл или домовой эльф.       Нет, Рон никогда не кичился чистотой своей крови, но, растя на фоне более удачливых старших братьев и героя лучшего друга, он чувствовал себя каким-то недостойным, ничтожным, невольно желая большего.       Уизли пытался давить в себе эти порочные ростки зависти, но они всё время проступали и проступали наружу. Он столько делал для Гермионы, он столько делал для Гарри, и одновременно был ничем и ни кем в их глазах и в глазах всего мира.       От этой мысли помрачнев ещё больше, парень зашвырнул злосчастный смокинг куда подальше и с печальным видом уселся на стул.       «Что ж? Ничтожеству и его ничтожное место. Пусть, пусть все сияют на балу в огнях софитов, я буду позориться в этом тряпье. Когда вообще я ни позорился рядом со своими близкими? А ещё мечтал быть героем, мечтал о кубке школы… Да, я даже просто одеться прилично не могу… Что уж там».       Рон молча страдал от своих личных психологических проблем достаточно долго, совершенно не замечая, что всё это видел Гарри со стороны.       Весь вечер и пол ночи Уизли потратил на то, чтобы привести драный смокинг в порядок, но, всё что он смог, это оторвать рющечки и свести пару пятен. Больше ничего с этой старой тряпкой сделать не удавалось. Даже магия перед таким обносками была бессильна.       Громко выругавшись, Уизли расстроенно бросил смокинг на стул у своей кровати, зная, что уже завтра на балу ему придётся опозориться, как никогда, так пусть хоть вид у него будет не такой побитый, соответствующий этому рваному смокингу.       Утром Рон спал до упора, пока того в бок не стали толкать соседи по комнате.       — Проснись, Уизли, нужно собираться… Опоздаешь на бал!       На этот самый бал Рону, как никогда, не хотелось идти, но, когда в него, наконец, запустили подушкой остальные уже собравшиеся мальчишки, парню пришлось подняться.       Медленно и нехотя приведя себя в порядок, Рон вернулся в спальню. Он был почти готов, оставалось только одеть злосчастный смокинг, однако драного тряпья на стуле так и не отказалось.       Где-то за спиной в комнату вошёл Гарри, пока ничего не говоря и остановившись неподалёку от Рона.       — Ты не видел мой… Смокинг… — у Уизли даже не поворачивался язык так назвать эту рвань.       Тем не менее, вопрос друга его ничуть не смутил.       — Твой смокинг у меня, — с милой улыбкой ответил Поттер и, развязав ленту, открыл большую коробку перед повернувшимся Роном.       Уизли уже было решил, что друг задумал над ним подшутить, но, нет, вместо того драного тряпья, что прислала ему мать, на дне лежал красивый, самый новомодный, чёрный смокинг с красным галстуком-бабочкой.       — Что это, Гарри? — не веря своим глазам, едва ли не подпрыгнул на месте Рон.       — Это твой смокинг. Я решил, что он тебе нужен, — тут же пояснил Поттер.       Уизли смутился. Ещё никогда в жизни никто так не заботился о нём, никто из друзей, по крайней мере. Смокинг был очень красивым, очень эстетичным и очень дорогим… От чего Рон тут же отпрянул немного назад.       — Нет, я не могу его принять, лучше верни его обратно в магазин, — двоякие чувства поселились на сердце у парня.       С одной стороны, он был благодарен, что Гарри спас его от неминуемого позора, с другой же стороны немного обижен, что Поттер преподносил ему новую одежду, словно подачку.       — Можешь, — сразу поняв всё, ещё больше улыбнулся Гарри и чуть встряхнул коробкой, — Это мой подарок лучшему другу. Ты всегда был рядом, когда был мне нужен. Ты всегда помогал мне и выручал в трудных ситуациях. Ты, столько раз спасал мою жизнь. Неужели я не могу отплатить тебе за столь искреннюю и крепкую дружбу такой мелочью. Возьми, Рон, этот смокинг… Это ерунда. Он не стоит и сотой доли того, что ты для меня сделал.       Поттер ещё сильнее улыбнулся, по-доброму, очень просто и очень естественно, протянув Уизли коробку, а затем, выдержав небольшую паузу, добавил.       — К тому же, с вышитыми инициалами его у меня обратно не возьмут. Так что заткнись и бери.       Поттер весело рассмеялся как бы в подтверждение своим словам, а Уизли нерешительно вытащил смокинг из коробки, чёрный красивый смокинг, с красным галстуком-бабочкой, где на левом нагрудном кармашке были вышиты золотыми и красными нитями его инициалы.       Это был подарок от всей души и сердца, тот самый подарок, который Рону сейчас был так нужен. И вместе с чувством дружбы и благодарности, парень впервые ощутил, что дерево его зависти и обиды было основательно подрублено под корень.       Он больше не был пустым местом, он был важным и нужным другом для Гарри, и Уизли почувствовал, что у него был настоящий друг.       Едва не выронив смокинг на пол из дрожащих пальцев, Рон, на порыве эмоций, рванулся к Поттеру и обнял его, душевно, по-мужски, по-дружески.       Огни бала сияли на весь большой зал в ночи, Рон и Гарри сияли в этих огнях шикарнейшими звёздами вечера, а их дружба, вечная, крепкая, настоящая сияла сейчас в пространстве ярче всего.