Часть 5

      По пути в подвал, Туркин и Суворов встречаются с Зималетдиновым. Пока Зима и Адидас обсуждают, что вечер прошел в пустую, и они не смогли ничего толком узнать и даже никого не видели, Валера почти их не слушает, вновь погружаясь в свои мысли. Он пытается разобраться в своих чувствах, которые кажутся ему чем-то идиотским и сумасшедшим. Он реально зациклен на девчонке, с которой провел чуть больше получаса? Серьезно?       — Турбо, блять! Ты хули такой кислый? — Суворов чуть ли не рычит на парня, останавливаясь перед входом в подвал и пристально смотрит на Туркина. — Ты че-то узнал?       — Да нехуя я не узнал, — на повышенном тоне отвечает Валера и плюет в сторону. — Если бы узнал, уже об этом сказал бы.       Туркин не дожидается ответа от Адидаса и проходит в теплое помещение, снимая шапку. В данный момент ему так хочется со всей силы ударить по стене справа от него и послать всех куда подальше. Парень засовывает руки в карманы своей куртки, чувствуя, что один карман все такой же сырой. Туркин вытаскивает руку, слегка бьет ей по стене и проходит дальше.       — Ты ебнулся? — поднимает одну бровь Вова, наблюдавший за этой картиной сзади. Туркин скрипит зубами, закрывает глаза и делает глубокий вдох через нос. Не отвечая на вопрос своего старшего, он проходит в подвал и видит, что свет включен.       — Ну и хули вы тут забыли? — первым вопрос задает Зима, когда видит на диване Марата и Андрея. Те в свою очередь встают и по-идиотски хихикают.       — Блять, Марат, — вздыхает Вова. — Ты точно скоро такими темпами получишь пизды. Надеюсь, что вы все время сидели тут.       — Мы че, по твоему, вообще бесстрашные? — улыбается Марат. — Пальто вот хотел пойти за вами.       — Зря не пошел, — фыркает Турбо, садясь на диван. — Отхватил бы по полной.       — А я что, пацаном стал, чтобы в подвале сидеть? — Андрей становится около Адидаса, пока Марат закатывает глаза, и в его голове проносится мысль о том, что этот бывший чушпан когда-нибудь наживет себе проблем в "Универсаме" из-за своей "мужественности и смелости".       — Пацаном то ты стал, но скорлупой являешься на данный момент, — Туркин снимает куртку и кидает в Андрея. — Не дорос еще выебываться так. И так огребаешь всегда. Так что давай , сиди молча, пока домой к мамке не отправили.       Пальто порывается что-то сказать, Туркин внимательно смотрит на него и ждет момента, чтобы выплеснуть свою злость на следующую фразу Андрей. Однако, этого не происходит, Андрея в бок тыкает локтем Марат, тем самым заставляя его держать свой рот закрытым и не продолжать нарываться.       — Так что, как все прошло? — Марат своим вопросом пытается развеять ту накалённую обстановку, которая витала вокруг Туркина и Васильева.       — Да никак, Маратка, — отвечает Вова, садясь рядом с Турбо, который все еще продолжает сверлить своим взглядом светловолосого.       Туркин хрустит пальцами, чувствуя дискомфорт в суставах, который немного отвлекает его от этой словесной перепалки с Андреем. Валера не понимает, какого черта он сейчас находится в таком состоянии, что готов с полуоборота завестись? Он вообще вел себя так раньше? Туркин такого не припоминает, и это злит его еще больше. Он же не малолетний сопляк, который сходит с ума, когда прощается после прогулки с девчонкой.       — Не знаю я, что дальше делать, — голос Вовы вырывает Туркина из своих мыслей. — Каждый вечер, что ли, такой херней заниматься, пытаясь их вычислить? Никого из группировки даже близко не было видно, чего уж говорить о их главе. Не думаю, что она светить особо будет. Девчонка с мозгами, видно сразу.       — Так может сразу толпой заявиться на их район? Не думаю, что они просто это нам с рук спустят. — предлагает Суворов-младший и хлопает ладонью по своему кулаку.       — Да, звучит как охуенный план, — хлопает по плечу своего брата Адидас, в то время как Марат широко улыбается. — Охуенный план получить пизды и отправить половину наших в ментовку и больницу. Молодец, Маратик.       Суворов-младший понимает, что сказал полную чушь и замолкает.       — Не, Вов, вот так сдаваться после одного провального вечера тоже такая себе идея, — говорит Зима. — Можно еще несколько дней походить, посмотреть. В разное время, например. Скорлупу днем подключить, а нас вечером. Не будут же они всегда шкериться.       Туркин закусывает губу и смотрит на Адидаса в ожидании его ответа. Валере просто необходимо еще раз встретится с Аней, узнать о ней чуть больше, чем просто имя и номер дома, в котором она живет. Но самое главное, что нужно Туркину - убедиться в том, что она никак не причастна к "Финнам".       — Ладно. Днем сбор, после него расход по району. Вы двое, — Адидас указывает на двух младших. — Распиздите кому-то из наших до сбора, получите по морде. Без шуток.       — Да поняли, мы поняли, — улыбается Марат, надевая на себя свою куртку. — Побегу домой, а то мать уже волнуется.       — И я, наверное, тоже...Пойду, — мнется Андрей и удаляется вместе с Маратом.       Трое старших несколько минут молчат. Зима и Адидас переглядываются между собой, замечая совершенно безучастный взгляд Туркина, который устремлен на костяшки своих пальцев, которые почти зажили после последней драки с "Разъездом" в ДК.       — Ладно, пацаны, я тоже удаляюсь, до завтра, — Зима шмыгает носом, натягивая шапку на голову и оставляет Суворова и Туркина наедине.       — У тебя точно все в порядке? — спрашивает Адидас, поворачивая корпус своего тела к парню. — Ты все время, как мы встретились, сам не свой. В семье какие-то проблемы?       — Все ок, Вов, — отвечает Валера, смотря ему в глаза. — Серьезно, все ок. Просто ситуация долбоебская, решить побыстрее хочется ее.       — Не ссы, решим.

***

      Сборы "Универсама" как всегда проходят на стадионе в три часа дня. Кащея сегодня точно не будет, поэтому за главного остается Суворов - старший. Все пацаны на месте, Марат с Андреем успевают перелезть через ограду за пару секунд, как в центр выходит Адидас и начинает доносить всю нужную информацию до всех возвратов.       Туркин стоит позади главного и осматривается по сторонам. Тот самый гараж, около которого он встретился с Аней, находится довольно далеко. Шанс встретить ее днем с каждой секундой, которую он проводит на стадионе, пропуская мимо ушей половину слов Адидаса, неумолимо движется к нулю.       — Поэтому, план действий такой, разбиваемся по группам и осматриваем все, что только можно, — завершает свою речь Суворов. — Половина идет со мной на соседнюю улицу, остальные идут с Зимой и Турбо на позиции неподалеку. Группа Турбо - к ДК, группа Зимы - улица за ДК. На толпу не лезем и сильно не отсвечиваем. В случае чего ноги в руки, но своих пацанов не бросаем.       Все утвердительно кивнули и разошлись по группам. К счастью Туркина, Васильев ушел с группой Адидаса. Мелкий, по мнению Валеры, мог бы принести ему неприятности, с которыми Туркин бы не справился в таком обозленном состоянии и точно бы накинулся на этого высокомерного пацана.       — Осмотрите все переулки около ДК и дворы поблизости, я займусь гаражами, — дает указания Турбо около дома культуры, его группа кивает и расходится по всей улице, пока Валера направляется к тому самому гаражу.       Его сердце предательски начинает биться быстрее, а ноги становятся ватными. Он потирает лоб, пытаясь справится с желанием развернуться и уйти подальше от "того самого" места, но ноги на автомате идут вперед. Прежде чем зайти за гараж, Туркин оборачивается и смотрит за тем, на каком расстоянии от него его пацаны. Несколько их них находятся в поле его видимости, но его они на вряд ли смогут увидеть благодаря густо растущим деревьям, которые, ко всему прочему, покрыты снежным полотном.       Туркин выдыхает, делает шаг назад и скрывается за гаражом. Парень лезет в карман, достает пачку сигарет, достает одну и зажимает губами. Лезет в другой карман, чтобы достать спички, но не находит их там, вспоминая что пару минут назад давал подкурить Зиме.       — Бляяяяяять, Зима, я тебя просто ненавижу, — в голосе парня чувствуется полное отчаяние, он закрывает глаза и облокачивается на гараж, все также держа губами сигарету. Туркин сжимает кулаки, больно впиваясь ногтями в свою ладонь.       — Еще до сих пор весна, — раздается до боли знакомый и спокойный голос где-то слева от Туркина. Он на секунду задумывается о том, что его крыша окончательно съехала, и у него начались звуковые галлюцинации.       Но когда открывает глаза, видит что рядом с ним стоит Аня (которая стояла там с самого момента, как только Туркин зашел за гараж), держит в руке зажигалку и чиркает ей, поднося к сигарете Валеры.