Крайняя мера

Мы победили! Победа за нами! Конец тирании! Эти и другие лозунги скандировал чуть ли не каждый третий агент, который сумел пережить ту "кровавую" бойню, настоящую гражданскую войну в "Альянсе", в которой схлестнулись "Ветераны" во главе с Мисс Валентайн и новое поколение агентов под главенством ныне мёртвого "Верховного Камерамэна" - Виктора. Ожесточённые бои с гвардейцами и агентами, что остались верны режиму продолжались ещё несколько дней после смерти самого камерамэна и даже учитывая это все базы вернуть под контроль не удалось, так как некоторые из них вообще заявили о своём выходе из всех структур "Альянса" и впоследствии заключили договор о создании "Сектора независимых баз" или же просто СНБ, который не поддержал ни одну из сторон, а стал самостоятельной силой, которая не будет вмешиваться в конфликт. СНБ не нападало ни на гвардейцев, ни на мятежные силы, а лишь оборонялось, если одна из сторон атакует их. Преимущественно, вернуть под свой контроль отделившиеся базы стремились именно сторонники режима Виктора, так как после поражения в "Башне" у них не было каких-либо сил, чтобы вернуть прежнюю позицию. Но, несмотря на всю обученность и боевое мастерство солдат Гвардии, а также их грамотное руководство в лице бежавшего главнокомандующего Камиллы, войскам СНБ удавалось несколько раз одержать победу над гвардейцами, но это лишь благодаря техническому преимуществу, в лице бронемашин и другой армейской техники. Разумеется, терпя поражение за поражением, гвардейцам приходилось отступать всё дальше, вглубь, где найти их будет очень трудно, как для скибидистов, так и для "Альянса". Для сторонников мятежа жизнь начала по-немногу налаживаться. Спустя месяц после битвы у "Башни" все активные и даже пассивные сражения утихли и поэтому теперь у "Совета Альянса" есть время, чтобы восстановится и оклематься после гражданской войны. Две расы остались без лидера. Виктор был убит, а компьютер-вумэн - Розетта была тяжело ранена во время сражения и сейчас находится в госпитале, ибо её состояние крайне нестабильно, что не позволяет ей управлять расой. Если у компьютер-мэнов всё было проще, так как пост лидера временно занял Мартин, который стоял ещё у истоков всей расы, как и Розетта, и по сути был её правой рукой, пусть у них и были разногласия, то у камерамэнов достойной замены не было, а те кто был близок к Виктору поддерживали его, за что либо были изгнаны, либо убиты в ходе войны. Временной главой расы камерамэнов является Мисс Валентайн, но по её словам, она не может держать столько власти в своих руках и согласно её заявлению, она покинет пост, как только будет найдена достойная замена. Спикермэны - единственная раса, чей лидер за период войны не сменился. Профессор Грэйсон, пусть и имел хорошие отношения с Виктором, но не знал о его ужасных деяниях и также не был знаком с директивами, связанными с руководством. Пусть Грэйсон и был взят под стражу на период битвы в "Башне", а после на некоторое время был вывезен в штаб спикеров, представители данной расы сочли ненужным менять лидера, учитывая, что Грэйсон управлял ими ещё со времён появления паразитов и заражения Спикер-Титана. Да и тем более, смысл менять лидера, если он не виноват? "Башня" в которой происходило самое ожесточённое сражение стремительно восстанавливалась, хотя что-то восстановить уже не представлялось возможным. На протяжении недели после битвы по всему зданию бегали камерамэны-ремонтники и инженеры, которые находили всё больше и больше раненных агентов и затем чинили их. Строители постепенно ремонтировали помещения и многие из них уже спустя несколько дней были приведены в первоначальный вид. Но пока, что на многих этажах ещё творится полный хаос и беспорядок, который только предстоит разгребать. Лазареты и госпитали заполнены на полную, да так, что пришлось даже ложить агентов в ангары или вовсе отправлять раненных в другие штабы на транспортниках и фургонах. Но жизнь простых агентов продолжалась. Постепенно они восстановились и продолжили жить практически также, как и жили до войны. Можно ли считать, что гражданская война окончена? Нет. Гвардейцы под предводительством Камиллы по-прежнему скрываются где-то, а иногда из отдалённых баз слышатся новости о набегах, а также существует СНБ, которое не вызывает доверия у многих высокопоставленных деятелей "Альянса". Но пока, что ни одна из сторон не готова продолжить войну из-за нехватки сил и не особо сильной организованности, а также подавленности и усталости солдат. У мятежников, а теперь у временного руководства нет чёткой организованности, которую только предстоит восстановить, СНБ пусть и имеет огромное количество техники и солдат, стремящихся к миру и спокойствию, не имеет воинственного духа, а гвардейцы имеют дух и настрой, но не имеют много сил для противостояния. Поэтому конфликт между различными образованиями в "Альянсе" продолжается, пускай и перерос в более пассивную форму. Скибидисты в этот момент особо сильно активизировались и начали совершать всё больше и больше набегов на различные аванпосты и базы, как "Альянса", так и "Сектора", но если СНБ успевал среагировать и выслать необходимое количество сил для обороны или эвакуации, то из-за поломанных коммуникаций "Альянс" не мог вовремя послать подкрепление из-за чего многие базы были уничтожены скибидистами. Все поисковые работы, направленные на нахождение главной базы туалетов были прекращены из-за недостаточного количества сил, а любые карательные операции и вовсе запретили, чтобы не рисковать бойцами. В последнее время даже вылета вооружённых отрядов на разведку было достаточно тяжело добиться, как и из-за опасений потерять бойцов, так и из-за возможного перехода на сторону другой структуры, ни одну из которых "Совет" не признаёт. Послевоенный мир и так подвергшийся глобальным изменениям, снова претерпел их и лишился того, кто мог сохранять в нём относительную "стабильность". "Альянс" остался лишь на бумагах и пусть он и имеет самое большое количество баз и под его контролем до сих пор находятся все три главных штаба каждой расы, но он ослаб, очень сильно ослаб, из-за чего на данный момент не способен контролировать большую территорию. Теперь остаётся лишь ждать и наблюдать, что будет дальше и к чему всё это приведёт в итоге...

***

Освальд лежал в одной из медицинских палат, рассчитанной на четыре агента. Обычная, ничем непримечательная палата, в которые ложат агентов с серьёзными травмами, как например отказ топливного бака или с пробоинами в корпусе. Белые стены, вытянутые люминисцентные лампы, которые иногда потрескивали и этим самым немного раздражали самого камерамэна, простые койки с металлической конструкцией, но весьма мягким матрасом, ну и разумеется различное медицинское оборудование. Кроме Освальда в палате лежало ещё несколько агентов. Спикер, который попал под обстрел здания и лишился корпуса на своей правой ноге, камерамэн с разбитым объективом и пробоинами на корпусе, которые уже залатали, ну и компьютерщик у которого стержнем был пробит монитор. Среди них, повреждения Освальда, особенно после того, как Уилсон лично сделал ему ремонт на скорую руку, починив синтезатор речи, а также вернув корпус на ногу, уже не казались такими серьёзными. Последнее, что осталось сделать Освальду для полноценного ремонта это заменить найденную в "Бездне" клешню, на нормальную кисть руки. Этим сейчас и занимался камерамэн-медик, который своим ручным аппаратом сначала отварил клешню от остальной руки, затем сделал небольшую окружность и уже в последнюю очередь начал припаивать конечность на её законное место. Помимо молчаливого ремонтника, который был сосредоточен на своей задаче, рядом с Освальдом на стуле сидел Уилсон, который также молча и немного отстранённо наблюдал за всем этим. Камерамэну показалось это странным, учитывая, что буквально месяц назад, он видел, даже порой излишние, всплески эмоциональности у главного учёного, кажущиеся неестественными, что в принципе могло так и быть. Сейчас же Уилсон выглядел так, будто ему было безразлично на то, как пройдёт процесс ремонта. - Всё готово, сэр. - Сказал ремонтник, обращаясь не к Освальду, которому тот даже не удосужился уделить внимание своего объектива, а говоря с Уилсоном, который поднялся со своего стула и взял из рук камерамэна клешню. - Можешь попробовать пошевелить рукой. - Сухо сказал медик, на секунду посмотрев на 1101, после чего снова развернулся к начальнику и, получив одобрительный кивок, направился прочь из палаты. Освальд сначала проводил взглядом объектива ремонтника, который ушёл тихо бурча что-то, а затем всё посмотрел на свою новую кисть. Немного пошевелив пальцами, камерамэн понял, что всё в порядке и что новая деталь достаточно быстро прижилась. Некоторые движения конечно и были достаточно болезненными, но это лишь дело адаптации и совсем скоро даже самые минимальные болевые ощущения пропадут. В какой-то степени, Освальду даже было немного непривычно без клешни, которая делала его, каким-то особенным, каким-то уникальным. Камерамэн посмотрел на Уилсона, который держал в руках клешню и кажется, что не обращал внимание на 1101, но потом его тускло светящийся жёлтым светом объектив, всё же уделил внимание агенту. - Я весьма рад, что ты цел, агент 1101.. - Монотонным голосом сказал он, спрятав руки за спиной. Освальд не знал можно ли было эту фразу считать искренней или же он сказал это лишь ради приличия. - Теперь, когда всё кончилось, эта клешня тебе не понадобится, как и дальнейшее общение со мной. - А..? - Удивлённо спросил 1101, смотря своим новеньким объективом на то, как главный учёный, слегка согнувшись, размеренными шагами начал удаляться из палаты. Сразу перед ним в палату также зашла камера-вумэн в белом халате и медицинской шапочке, которая, как увидела Уилсона, то сразу же остановилась в шоке, но тот просто вышел, не обратив внимания. Почувствовав необходимость в этом, Освальд резко встал и быстрыми шагами побежал догонять учёного. Из-за привыканию к новому объективу, 1101 чуть не сбил камера-вумэн, которая после этого лишь вскрикнула, не понимая, почему пациент так соскочил. Она что-то хотела крикнуть ему вслед и видимо, что-то угрожающее, раз уже замахнулась рукой, но так и ничего не сказала, по всей видимости приступив к своей работе. Несколько медиков разговаривающих между собой странно посмотрели на выбегающего из палаты камерамэна и видимо приняли его за какого-то сумасшедшего и решили не обращать на него внимание. 1101 же высматривал своим объективом Уилсона, но сквозь толпы как пациентов и сотрудников, его было достаточно трудно заметить, даже несмотря на броские отличительные черты, которыми обладал этот "робот". Но спустя несколько секунд, объектив Освальда всё же смог заприметить, как Уилсон подходит к горизонтальному лифту, где его уже ждали двое агентов-охранников, вооружённые винтовками. - Мистер Уилсон! - Крикнул Освальд, вытянув руку, тем самым стараясь обратить на себя внимание учёного, который уже хотел было нажать на кнопку и уехать. Несколько агентов даже обратили внимание на кричащего 1101, но после продолжили заниматься своими делами. Уилсон резко выпрямился, после чего всё же посмотрел в сторону, бегущего к нему камерамэна, после чего убрал указательный палец от панели управления, вновь спрятав руки за спиной. Освальд подбежал к нему и положил руки на колени. Его механические лёгкие, после отсутствия сильных нагрузок отвыкли от больших физических нагрузок. Из динамиков камерамэна стали слышаться звуки отдышки, а сам 1101 даже не мог что-то внятно сказать. - Заходи. - Строго сказал учёный, немного отойдя в сторону, тем самым давая агенту возможность зайти в лифт. Охранники же смирно стояли, но по всей видимости были готовы в любой момент открыть огонь, если их начальнику будет угрожать опасность. - Спа..Спасибо... - Отдышавшись сказал агент после чего взялся рукой за перила и положил руку в район грудной клетки. Краем объектива он глянул на камерамэнов-охранников, которые немного отличались от остальных агентов своим внешним видом. С первого взгляда обычные камерамэны, только вот кроме высокого роста и широких плеч, которые были свойственны далеко не всем представителям камерамэнов, у них были дополнительные части тела. Лампочка под камерой горела голубым светом, как это было у агента "Вантуза", а из спины виднелись два цилиндрических устройства, в котором была какая-то голубая энергия. На объективе была линза, которая также была голубой и тускло светилась. Эти двое агентов выглядели достаточно сурово и явно были не особо рады, что к ним подбежал какой-то рядовой камерамэн. - Агент 1101, вы должны соблюдать постельный режим до полного восстановления, а не выбегать из палаты, как представитель психически-нездоровых агентов. - Сухо и монотонно произнёс камерамэн-учёный, после чего нажал на одну из кнопок на панели управления, из-за чего стеклянная дверь с металлическими укреплениями. - Я..я..я бы хотел, чтобы вы д..дали мне обратно клешню... - Неуверенным голосом сказал Освальд, немного нервничая из-за того, что он просит у "робота", который находится выше его по иерархии. - Клешню? Агент 1101... - Сначала слегка удивлённым, а затем более грозным голосом ответил на просьбу Уилсон, после чего сначала угрожающе посмотрел на 1101 и достал из внутреннего кармана халата странный пульт, который направил на двух охранников. Голубой луч направился прямо на двух камер, после чего те опустили "головы" объективом вниз, а все светящиеся элементы в их телах перестали светиться. - Вам следует иногда держать свой динамик выключенным.. - Но.. - Всё ещё нервным и дрожащим голосом сказал Освальд, чуть ли не падая на пол, движущегося в нужную Уилсону сторону, лифта от небольшого страха, который охватил его изнутри. При этом, как только он начал чувствовать страх, в его камере будто что-то встрепенулось. " - Я...чувствую...твой..." - Злобно произнёс женский демонический голос, который звучал очень жутко и даже можно сказать агрессивно. Такие ощущения, что его обладательница была закована в какие-то цепи и не могла вырваться из них. - "Страх..." - А..? - Сказал Освальд резко положив руку на камеру, почувствовав это странное ощущение, будто внутри него снова что-то оживилось и хотело вырваться из своих оков, в которые оно было заковано. Уилсон заметил это и посмотрел на собеседника, явно не ожидая этих действий, но осознавая, что с ним происходит. Учёный знал, что его средство сдерживания "Чёрного Зла" и созданного этой субстанцией сущностью, является не полноценным и страх, который является главной пищей для неё, может вернуть её силы и вновь позволит подчинить разум Освальда. А если сущность вновь обретёт свои силы, то наверняка уже не будет доброй, ибо её буквально постарались убить. - Эта клешня имеет особые свойства, которые ты ещё не до конца изучил и может быть опасной для использования. Поэтому я не могу отдать её тебе, до поры до времени.. - Более спокойным и менее нагнетающим голосом сказал Уилсон, стараясь больше не пугать Освальда, чтобы не развивать силу сущности. - Надеюсь мы друг друга поняли.. В словах Уилсона Освальд всё же заметил логику и не стал как-либо возражать, молча кивнув ему, в знак согласия с его словами. Получив соглашение камерамэна, учёный отвернулся и стал просто смотреть в окно лифта, из которого виднелись некоторые другие отделения медицинского сектора, в котором кипела работа. Оставшуюся часть дороги Уилсон молчал и просто стоял. Единственное, что он сделал и то, когда ехать осталось немного, так это вновь включил своих камер-охранников, которые после активации стояли также смирно, как и до отключения. Освальд поддерживал тишину, заданную Уилсоном и также, как и учёный просто наблюдал в окно, подмечая некоторые интересные детали, пару из которых можно было даже реализовать на холсте. Агент давно не уделял внимание своему хобби и где-то внутри ему казалось, что он начинал терять свою хватку и свой талант, который он ценил на вес, даже не золота и не алмаза, а на вес калифорния. В последнее время, когда он садился за мольберт и пытался что-то нарисовать, то у него не получалось или вовсе не приходило в "голову", что можно было бы отобразить. Задумавшись об этом более глубоко, Освальд без какой-либо цели смотрит на, неподвижно стоящего, Уилсона. И тут, в процессор камерамэна ударяет мысль о том, что он мог бы нарисовать этот момент. Момент, когда Уилсон стоит напротив окна в лифте и просто наблюдает своим "объективом" за происходящим. Впервые за долгое время, агент почувствовал именно то, чувство, которое говорит и наводит его на мысль отобразить при помощи кисточки, красок и мольберта незамысловатый момент, который он незаметно сохраняет в свою память, делая снимок. Учёный не замечает этого и просто отходит поближе к двери, понимая, что скоро будет их остановка. Через пару минут, стеклянные двери действительно разъезжаются в стороны, открывая "пассажирам" путь на выход. Уилсон оборачивается на Освальда и вместо того, чтобы выйти без него, всем своим видом говорит: "Выходи". 1101 незамедлительно последовал за учёным и только когда они оба вышли, охранники также покинули лифт. Эта секция также была частью медицинского комплекса, только здесь, судя по более технологичному ремонту и опрятной обстановке, ремонтируют и чинят элиту "Альянса". Здесь, в отличии от других секций не было излишней суматохи и толп агентов. Сотрудники спокойно ходили, не протискиваясь между пациентами и другими работниками. Также для них не было удивительным, что здесь расхаживает сам главный учёный расы камерамэнов, что говорило о том, что Уилсон весьма частый гость здесь. Проходя мимо одной из палат заметил, что на двери наклеена круглая, белая эмблема с простым, но достаточно пугающим текстом: "Пациент в коме". Рядом же, на стене, висела электронная таблица, где зелёным текстом можно было увидеть время, когда можно было посетить пациента, а также чёткий регламент, сколько могут длиться эти помещения. В небольшом окошке, камерамэну удалось разглядеть большую фигуру, которая была мутной, по всей видимости из-за свойств этого стекла. 1101 даже замедлил шаг, погрузившись в мысль о том, кто там может быть. - Агент 1101. Время посещения чётко определено, да и вас туда не пустят, так как вы не являетесь близким для пациента человеком. - Сухим и монотонным, но в то же время спокойным голосом говорит учёный, бесшумно подойдя к Освальду, увидев как тот заинтересовался этой палатой. - Простите, сэр. - Виновато отвечает камерамэн, наконец оторвав пристальный взгляд своего объектива от двери. Но любопытство всё же брало верх и поэтому, не удержавшись, Освальд спрашивает: - А кто там, внутри? - Компьютер-вумэн. - Отвечает учёный и в этот раз в его голосе, обычно полным монотонности и безразличия, всё же слышится частичка обеспокоенности за пациентку, находящуюся в тяжёлом состоянии. - Мадам Розетта попала сюда в очень тяжёлом состоянии, с практически несопоставимыми с жизнью повреждениями корпуса и других частей тела. Сэр Христоф сразу же начал процесс лечения, но она до сих пор находится в коме, хоть и большая часть деталей была заменена. - Это..это очень грустно.. - Отвечает Освальд, снова посмотрев на дверь, которая вместо ощущения тайны и загадки, создавала лишь грусть и страх. Хоть 1101 и не был лично знаком с компьютерщицей, но много слышал о ней и о её неимоверной силе, как физической, так и моральной. - Не могу не согласится..Нам остаётся лишь надеяться на то, что хотя бы её состояние стабилизируется и не ухудшится. - Отвечает Уилсон, после чего поворачивается спиной к Освальду и издаёт из своего динамика звук глубокого вздоха. - Победа... - Далась нам слишком большой ценой? - Перебивая учёного, который сделал паузу после этого слова, продолжил фразу камерамэн. Уилсон не особо любил когда его перебивают, да и в принципе это было не особо вежливо, но учёный никак не отреагировал на прерывание его слов. - Именно. - Лишь согласился он, после чего снова пошёл вперёд, а за ним сразу же последовал Освальд и два охранника. - Сколько агентов полегло, сколько ранений получили некоторые элитные агенты, взять к примеру того же Генерала "Гамму". Ногу пришлось ампутировать и пусть замена и пришла, но процесс адаптации проходит медленно. Он до сих пор вынужден ходить с тростью. "Совершенный" Камерамэн так вообще теперь на период адаптации, как ног, так и других органов, прикован к инвалидной коляске, а сам он получил психологическую травму. Единственное, что от него можно услышать, так это то, как он тихим, жалобным шёпотом произносит: "Розетта, Розетта..". Ну и Спикер-вумэн, получила сдавливание корпуса, что конечно может быть и не особо критично, но всё равно её восстановление не будет быстрым. - Джессика..? - Испуганно переспросил Освальд, словно в первый раз услышал о том, что она получила такую серьёзную травму, после того, как конечность меха-костюма Виктора сдавила её. 1101 видел её лишь раз после этого, когда её положили в одну из палат, где пытались оказать первую помощь. Он помнит, как стучал кулаком по стеклу и бил, тогда ещё повреждённой рукой по двери, в надежде прорваться вовнутрь. " - Это...Твоя...Вина...Освальд..." - Вновь слышит ослабевший голос камерамэн, после чего в его камере начинают мелькать те моменты. Он тогда стоял за дверьми палаты и смог даже сделать трещину в окошке, а после и вовсе хотел воспользоваться клешнёй, чтобы взломать электрический замок, но Эш и Джозеф оттащили, после чего Кларк вынужденно вколол успокоительное с помощью шприца оснащённого мощной иглой. - А в какой палате она сейчас..? - Сквозь несильную боль внутри камеры спрашивает Освальд, надеясь на то, что учёный наверняка знает ответ на данный вопрос, так как по сути является не только главным учёным расы камерамэнов, но и ещё и Главным учёным "Альянса", так как пользуется большим влиянием среди всех остальных своих коллег. - К сожалению я не знаю об этом, агент 1101. После оказания первой помощи её сразу же транспортировали в другое место без моего присутствия, что и логично, так как это не представитель моей расы. - Говорит Уилсон, смотря объективом вперёд. Ожидания Освальда не оправдались, но по сути учёный, как и в большинстве своём сказал правдивую мысль: он не должен контролировать дела других рас. Пройдя уже к другому, обычному лифту, Уилсон и Освальд сначала пропустили охрану, а затем и вошли сами, после чего учёный добавил: - Только, профессор Грэйсон знает, где сейчас Спикер-вумэн. - А вы знаете где найти самого профессора? - Ободрённый этой мыслью, спрашивает 1101, хотя где-то внутри он всё же понимал, что навряд ли лидер расы спикеров так просто расскажет, незнакомому ему камерамэну, где сейчас их элитный солдат. - Он большую часть времени у себя в кабинете. Я как раз направляюсь туда, поэтому могу уточнить у него эту информацию, так как тебе он навряд ли скажет это. - После этих слов, Освальд ещё больше воодушевился, понимая, что теперь он возможно сможет узнать где сейчас Джессика, а также возможно сможет навестить её. Двери лифта закрылись, после чего Уилсон добавил: - Предсказывая твой вопрос, сразу же отвечаю: Ты помог мне, а я помогу тебе, после чего мы будем в расчёте...

***

Последнее, что видит Освальд так это то, как Уилсон подходит к двери, около которой стоят два спикермэна, вооружённых трёхствольными винтовками, после чего показывает им своё удостоверение и входит в кабинет, принадлежавший по всей видимости профессору. Учёный сказал, что 1101 может идти, ибо разговоры с Грэйсоном могут затянуться на долгое время, из-за излишней говорливости и общительности спикера. 1101 в свою очередь же решил немного побродить по этажу, который преимущественно заселяли именно спикермэны и лишь в нескольких комнатах жили камерамэны или компьютерщики. На самом этаже постоянно звучала музыка, без которой ни один спикер не смог бы буквально жить. Как приметил Освальд, прогуливаясь по этажу, большинство табличек здесь были написаны особым шрифтом, проводя пальцем по которому, спикермэн мог понять, что было написано. На стенах висело множество плакатов, на которых были изображены герои их расы, как новые, по типу спикера с тремя динамиками, так и старые: Джессика и... Дарк Спикер... Одно лишь упоминание о нём внушало камерамэну страх. Он до сих пор помнил, как Спикер впечатал его в стену и кажется был готов прикончить бедного агенту, за то, что тот влюбился в Спикер-вумэн. 1101 не знал, есть ли между ними какая-либо связь романтического плана. Может "Дарк" просто также, как и Освальд любит её, но "девушка" отдала предпочтение камерамэну, а может быть они уже состоят в отношениях, просто из-за каких-нибудь разногласий поссорились и из-за нахлынувших эмоций Джессика поддалась позыву? На все эти вопросы лишь предстояло узнать ответы и это чувство ожидания оказывало сильное давление. - Хэй! Дружочек. - Послышался роботизированный женский голос прямо за спиной камерамэна. После этого, он сразу почувствовал, как в заднюю часть его камеры начало упираться что-то, а затем он услышал щелчок. - Что это мы тут ищем? Разве не слышал о том, что всё ещё действует особый режим? - Ох..извините.. - Говорит Освальд и после очередного щелчка поднимает руки вверх, осознав, что к его "затылку" было приставлено дуло бластера, курок которого в любой момент могла нажать владелица. Освальд уже закрыл свой объектив, но вместо парализующего выстрела услышал лишь лёгкий смех. - Расслабься, мальчик. - Ответил этот же голос, после чего камерамэн перестал чувствовать как в его камеру что-то упирается. Он плавно опустил руки и наконец обернулся посмотреть на ту, кто его так напугал. - Я шучу. Прямо за Освальдом стояла высокая роботесса в кожаном пальто ярко-алого цвета, который такие ощущения будто даже поблёскивал на свету. Кроме этого пальто, на ней также были чёрные, хорошо обтягивающий её ноги, брюки. На самих же ногах были одеты чёрные туфли с тонким каблуком. Помимо столь интересного и красивого одеяния, на ней был пояс с чехлами для бластеров, один из которых пустовал, так как бластер "девушка" держала в руках. Наконец 1101 решил посмотреть ей "в глаза" и увидел чёрную колонку, по строению походившую на колонку Джессики, только в центральной её части было три красных динамика, а на двух вспомогательных колонках, как и привычно по одному динамику с каждой стороны. - Ада. - Произнесла роботесса, после чего ловким движением убрала бластер в чёрный чехол, а затем протянула руку камерамэну, который кажется был ещё растерян или может даже шокирован. - Также иногда называют Мадам Вонг, если честно без понятия почему, также иногда ещё "Старик Грэй" называет меня Спикер-вумэн модели 2.0. Проще говоря, приятно познакомиться парень. Неуверенно, но 1101 всё же протягивает руку "девушке" в ответ и та крепкой хваткой пожимает её, после чего через пару секунд отпускает и издаёт звук, похожий на глубокий и томный вздох. Ада упирает руки в бока, после чего зачем-то проводит по своему телу, в районе живота одной рукой. Освальд от этого слегка смущается, но потом всё же сосредотачивается, что эта "девушка" - сто процентов не та Джессика, которую он полюбил, о чём говорит даже её специфическое имя. Где-то он его уже слышал, но не мог вспомнить где. - Так ты чего здесь всё-таки разгуливаешь, мальчик? - Спрашивает она, всё так же упирая руки в бока, и с любопытством смотря своими алыми динамиками на камерамэна, который стоял всё ещё как-то зажато и словно боялся разговаривать с ней. - А..ну..я просто..длинная история, скажем так. - Отвечает Освальд, после чего рукой чешет свой "затылок", что также показывает его смущение от вида новой представительнице женского пола расы спикеров. Но, кажется, что Ада не намеревается отступать и по-прежнему хочет добиться ответа. - Долгая история, значит? - Издав звук, похожий на хмыканье отвечает на эту неуверенную отмазку, которую уже даже простые стажёры не используют. Делая несколько шагов, причём изящной модельной походкой, она приблизилась к Освальду и грациозно, но в тоже время резко, своей рукой берёт его за нижнюю часть камеры и слегка притягивает ближе к себе. - А я никуда не тороплюсь, мальчик.. - Томным голосом добавила Ада, продолжая держать 1101 в таком положении. Освальд даже не знал что делать в такой ситуации. Как-либо лгать "девушке" не получится, ибо похоже она мастерски распознаёт любую ложь. Пытаться оттолкнуть её тоже не вариант, ибо наверняка Ада была мастерски обучена боевым навыкам, а также легко обращалась с оружием, которым пользуется в лице двух бластеров, а может и с, излюбленных спикерами, ножами. Вонг слегка сжала свои пальцы на камере своего "пленника", после чего снова томно вздохнула и снова сказала: - Что ж ты такой неразговорчивый? М? - Притворно недовольным голосом, говорит она и даже отводит взгляд динамиков в сторону, смотря, как рядом с ними проходят другие спикермэны, но кажется не решаются вмешаться в ситуацию то ли из-за страха перед агентшей, то ли из-за простого равнодушия. - Ну, мальчик, я жду ответа на поставленный вопрос. - Я..я..Хотел узнать, где..где..Джессика.. - Неуверенным и слегка смущённым голосом отвечает Освальд, после чего чувствует как хватка Ады ослабляется, а затем и вовсе она убирает руку от его камеры, также упирая её в бок, как и другую. - Так бы сразу, а то, начал врать Тёте Аде. - Ответила она на слова камерамэна, после чего издала смешок и слегка двинула своим тазом вправо, а затем сделала паузу, словно немного задумавшись. - Тебе нужно к Джонни, он точно знает, где твоя ненаглядная Джесси. - Знать бы ещё, где найти этого Спикера, а то он слишком скрытный. - Говорит Освальд, скрещивая руки у груди, думая, что Ада согласится с его словами и решит оставить камерамэна одного, так как в её присутствии он чувствует себя не особо комфортно. - Что ж, похоже мне пора "спасать" положение. Пошли "мальчик в красном", доведу я тебя до этого недоступного "солдатика". - Ехидным роботизированным голосом сказала "девушка", после чего развернулась в сторону и жестом руки показала 1101, чтобы тот шёл за ней.

***

- Вот здесь. - Сказала Ада, после чего подошла к двери, выделявшейся среди остальных своим мрачным, чёрным окрасом. Роботесса без особых стеснений приблизилась и несколько раз постучалась своим кулаком в дверь. - Ну всё, мальчик, оставляю тебя с ним одного. Милой вам беседы, адью. После этого, роботесса не спеша покинула коридор медленными и размеренными шагами, иногда посматривая на спикеров, что с большим удовольствием глядели на своего нового "идола", который так быстро затмил свою предшественницу. Это немного расстраивало Освальда, ибо для него Ада выглядела лишь, как тень и замена для Джессики, которая сейчас в тяжёлом состоянии. Не успел камерамэн и подумать над этим, как чёрная дверь распахнулась и оттуда показался широкоплечий спикермэн, одетый в красную рубашку и чёрный костюм, что было его неотъемлемыми атрибутами. На его колонке, черноту которой освещал лишь ярко-красный, светящийся динамик, на удивление не было наушников, которые он обычно носил всегда. Зато чёрный пиджак, как и обычно был расстёгнут. Джонатан явно был удивлён визиту этого камерамэна, учитывая, что взаимоотношения у них не сложились сразу. Спикер отошёл подальше в проход и расправил плечи, после чего устремился на Освальда, который стоял ещё более напуганный, чем при встрече с Адой. - Что надо? - Строгим и недовольным голосом спросил спикер, видя, как 1101 прячет руки за спину, а также мнётся перед ответом. Если бы здесь не было посторонних, то Джонатан бы уже ударил бы камерамэна за молчание. - Можно войти? - Неуверенно, но спокойно спрашивает Освальд, хотя внутри кроме страха у него также были и нотки недовольства, которые подогревались от той мысли, что за время нахождения его самого в "Бездне", Чёрный Спикермэн мог начать отношения с Джессикой. Спикер сначала молчит, а затем всё же отходит от дверного проёма, тем самым давая камерамэну пройти. Освальд заходит в комнату и видит, что на удивление она оформлена в светлых тонах, что достаточно непривычно для такого любителя всего мрачного, как Джонатана. В комнате практически всё было, как и у остальных агентов, только вот мебель или например тот же телевизор были сделаны из более дорогих материалов, которые обычные агенты не могли себе позволить. От комнат обычных, рядовых агентов, эту отличало наличие нескольких тренажёров, а также имеющаяся барная стойка, за которую как раз и прошёл Спикер, после чего достал оттуда стеклянную бутылку масла с содержанием алкоголя и затем, откупорив металлическую крышку, перелил в стакан с трубкой. - Так, что ты хотел? - Уже более спокойно, но словно наигранно, спрашивает Джонатан, после чего ловким броском закидывает бутылку пивного масла в мусорку, сразу же попадая в неё, несмотря на то, что был де-факто слеп. - Я бы хотел знать, где Джессика. - Отвечает на вопрос своего собеседника 1101, после чего делает несколько шагов поближе к нему, но всё же барная стойка и плюс ещё небольшое расстояние, разделяет их. Камерамэна немного ободрило то, что Спикер стал более спокойнее и кажется это даже подарило ему надежду на то, что он всё же даст ответ на этот вопрос. - В палате шесть семь три, по улице хуй соси. - Отвечает Джонатан, после чего просто медленными шагами, по чуть-чуть выпивая масло из стакана, подходит к окну и немного посмотрев оттуда снова поворачивается на Освальда и с ноткой издёвки в своём суровом голосе добавляет: - Тебе записать или запомнишь? Освальд явно впал в шок от такого, неприкрыто грубого, ответа. Он конечно ожидал негативной реакции Джонатана на то, что он всё-таки проявляет интерес к Спикер-вумэн, хотя тот не раз предупреждал его о том, что это плохо кончится. Но кажется, что всё-таки элитный агент оценил упрямство 1101 и поэтому не стал его сразу же выгонять из своей комнаты, после колкого и грубого ответа. - Прежде чем я дам тебе ответ на твой вопрос, да и вообще приму решение встречаться ли тебе с ней или нет, ты должен доказать мне, что ты достоин её. - После этих слов Спикер соединяет кулаки друг с другом и разминает свой шейный шарнир, наклоняя колонку в разные стороны. Затем, он ловким движением достаёт из внутреннего кармана пиджака свой энерго-клинок и после, покручивая его в руках, подходит к камерамэну. Освальд уже начинает думать, что под словом: "доказать", Джонатан подразумевает бой, который 1101 навряд ли выдержит, учитывая то, какой силой обладает Спикер. Быть может будь он с клешнёй, вместо обычной кисти, то смог бы хоть немного сопротивляться ему, но и то это было маловероятно. А пока Освальд уже предвкушал самое страшное, Спикер поднёс ребро клинка прямо к его объективу, а затем активировал подачу энергию, отчего края лезвия заискрились красным. - Отправишься со мной на вылет, там и посмотрим на что ты годен...

***

- Итак, все на месте, так, что я думаю, что мы можем начинать наше собрание. - Произносит компьютерщик в чёрном смокинге, после чего встаёт со своего места, что располагалось между правой и левой стороной стола, за которой также сидели компьютерщики. Данное собрание проходило в не особо большом конференционном зале, который преимущественно использовали как раз компьютерщики и в принципе никто не возражал, так как в основном конференции проходили в главном конференц-зале, а этот компьютер-мэны уже практически переоборудовали как свой личный. Здесь не было ничего лишнего, всё лаконично, минималистично и комфортно. Длинный стол и стулья, за которым и заседали все представители расы, прожектор с помощью которого пролистывали слайды или просматривали видео-записи, да и кулер, наполненный маслом, если кому-то захочется пить. - Что ж, господа..Все мы знаем, что сейчас "Альянс" переживает не особо сладкие времена, помимо возобновившей войны со скибидистами, наше объединение раскололось на несколько лагерей из-за чего и наша раса оказалась разъединена. Сейчас "Альянс" или будем говорить по правде, то, что от него осталось практически неспособно сопротивляться ни скибидистам, ни отколовшимся группировкам. Мы с руководством пришли к выводу, что без новых союзников нам не справится, поэтому до этого совещания мы уже отправили запрос на поддержку нескольким расам. - Начал говорить Мартин, который заменял Розетту, на её посту, к слову справлялся он с этим достаточно неплохо, так как до этого также замещал компьютерщицу на её посту, когда та была на задании. - А именно: кассетмэны, дрон-мэны и вентилятор-мэны. Все они отказались вступать в эту войну по неназванным причинам. - Чего уж мелочиться! - Шутливым голосом говорит один из компьютерщиков, сидящий за столом, после чего издаёт смешок и добавляет: - Позвали бы ещё Светофор-мэнов. Опять бы ничего не сделали и ушли, как и в войне против телевизионщиков! - Очень смешно, Людвиг, но всё же попрошу вас относится серьёзнее к этому.. - Отвечает Мартин, смотря сначала на того компьютерщика-шутника, а затем и окидывая взглядом своего зелёного монитора и других присутствующих агентов. - Учитывая это, нам пришлось прибегнуть к радикальным мерам и позвать их... - Не успел Мартин и договорить, что хотел, как сразу же между компьютерщиками начались обсуждения, а также стали слышаться недовольные возгласы. - Мартин, ты шутишь мать твою?! - Резко вставая с кресла и опираясь рукой на свою трость, кричит "Гамма", стукая при этом кулаком по деревянной столешнице. Его голос звучал как никогда серьёзно и строго. - Ты помнишь, что они сделали?! А ты предлагаешь вот так просто их вернуть?! - Полностью согласен! - Кричит ещё один компьютерщик, но уже просто сидя на месте. Его слова сразу же подхватывают и другие компьютер-мэны, хотя некоторые просто воздерживались от каких-либо комментариев. - Послушайте господа. Я знаю, что между нами с ними были разногласия, причём очень сильные и я понимаю, что принять их назад вам будет тяжело. Но поймите, что сейчас это единственная мера, которую мы можем предпринять. Хотим мы этого или нет, но Ноутбук-мэны - наш единственный вариант...

***

Через три дня. "Башня Альянса", посадочная полоса. Около посадочной полосы стояло несколько агентов, окружённых хорошо вооружённой охраны. Уилсон, Грэйсон, Мисс Валентайн, Генерал "Гамма", Христоф, а также Мартин. Все они стояли в ожидании чего-то и многие из них, как например Мартин и "Гамма" были достаточно напряжены. Через пару минут в небе видеться массивный транспортник, который был гораздо больше привычных аппаратов компьютерщиков. Он плавно садится на посадочную полосу, создавая мощные порывы ветра, от которых Уилсону и Мисс Валентайн даже приходилось закрывать объективы, а Грэйсону динамик, чтобы пыль не попала вовнутрь. Вскоре, через пару секунд транспортник открывается и из него выходит пять "роботов", чьи мониторы ноутбуков горят зелёным светом. Кроме них, рядом с ними было четыре компьютерщика с винтовками, которые словно надзиратели сопровождали их. - Вот мы и вернулись. - Произносит роботизированный голос, после чего слышится лишь смех...