Часть 1

      Этим днём было особенно промозгло — тёплое пальто и шарф не спасали. Дамиан так и не привык к скандинавским морозам, а Марсия как будто бы назло опаздывала уже на двадцать минут. Хотя почему “как будто бы”? Когда ей надо, она донельзя пунктуальна, а сейчас наверняка решила показать ему, где его место. Или проверить на прочность, убедиться, что дождётся. Или заставить помёрзнуть — потому что заслужил. И Дамиан ведь правда стоял на улице, хотя у него была возможность забежать в кафе — но он слишком боялся пропустить, когда она придёт.       Хотя… Придёт ли она вообще? Может, она передумала. Может, ей это не нужно. Почему-то от этой мысли стало гораздо холоднее, чем от зимнего мороза.       И сразу получилось отвлечься от этого холода, когда на горизонте показалась знакомая фигура. Дамиан тут же пытливым взглядом пробежался по ней, подмечая изменения — их не было, конечно, чёрта с два Марсия покажет, что она как-то переживала по поводу расставания. Зато сам Дамиан поймал себя на мысли, что скучал даже по возможности видеть её. Чего уж говорить о прикосновениях и разговорах?       А Марсия шла неторопливо, лениво, будто бы и не опаздывала никуда. В иные моменты это бы раздражало, но сейчас это вызывало нетерпеливое ожидание. Такое, что Дамиан сам зашагал вперёд и оказался рядом с ней. Она недоуменно повела бровь, смотря на него так невозмутимо, будто они незнакомцы.       Стало ясно, что первой Марсия разговор не начнёт. Просто из принципа. С другой стороны, не она инициировала расставание. И не она потом поняла, что места себе не находит. Хотя, может, она и не находила. Единственное, в чём Дамиан так и не научился читать её — это отношение к нему.       — Холодно сегодня. Думал, околею.       Дамиан засунул руки в карманы пальто и поёжился. Не самое лучшее начало для их разговора, но он не знал, какие подобрать слова.       — А чего ты ожидал от шведской зимы, когда переезжал сюда?       Голос Марсии — холодный и непоколебимый, отдающий лёгкой едкой насмешкой, которая не согревает, а морозит сильнее. Дамиан знал эту интонацию. Она явно сильно обижена. И это его вина, и ему это исправлять и заглаживать. Мог бы не заниматься этим, да вот жить без неё не может.       — В любом случае, для чего ты меня позвал? Пожаловаться на холод?       Дамиан неловко усмехнулся. Настолько неловко, что он уже начинал походить на школьника, который искал оправдания тому, почему не пришёл на урок.       — Не совсем. Хотя не без этого.       Остроты на Марсию не действовали. Она поджала губы.       — Тогда я слушаю.       Дамиан знал, чего она от него хотела. Или нет? Может, ему не стоит быть настолько самоуверенным? Это раньше ссоры можно было загладить извинением, поцелуем и объятиями. Такую разлуку не загладишь ничем.       Может быть, Марсия вообще никогда не захочет его видеть больше. И его квартира снова опустеет. Может, так будет лучше — Марсия найдёт себе кого-то, кто сделает её по-настоящему счастливой, а не сбежит от отношений из-за собственной же неуверенности в себе. Он ненадёжный, неблагополучный, непутёвый — ему можно придумать множество характеристик, и ни одна из не будет положительной. Так, может, поставить точку? Закончить всё?       Нет. Нет, он не мог. Видел Марсию перед собой сейчас и понимал, что хочет её видеть каждый день, каждый час. Без неё так пусто, что даже возвращаться домой не хочется. Как будто бы и нет этого дома.       — Прости.       Дамиан опустил взгляд и выдохнул горячий воздух, который сразу на морозе превратился в пар. Слова всё ещё не вязались в предложения — а Марсия ждала. Хотя наверняка сама мёрзла. Нужно подобрать слова, нужно всё сказать правильно…       — Прощаю. Это всё, чего ты хотел?       …и Марсия не делала лучше. Да, очень в её духе. Хотя Дамиан скучал даже по её вредности, чего уж говорить про положительные её качества.       — Нет, не всё. Дослушай меня, у меня и так голова не варит. Я хотел сказать… Может быть, ты хочешь вернуть всё? Начать сначала.       Дамиан поднял взгляд, чтобы столкнуться с чужим, немного раздражённым.       — А зачем? Интересно ты придумал: сначала оборвал всё так, будто мы друг другу чужие люди, а теперь обратно зовёшь. Привык, что за тобой табунами бегают, и думаешь, что я тоже буду?       В голосе Марсии слышалось раздражение, и про себя Дамиан отметил, что это означало, что ей совсем не плевать. Правда, радости мало — он сделал ей больно. Идиот. Хотя и она хороша — к чему бы переживать из-за такого, как он?       Все эти мысли, правда, никак не сочетались с одним-единственным настойчивым желанием — лишь бы она перестала вредничать и согласилась. Ему плохо без неё. Правда, чертовски, невыносимо плохо.       — Нет, я… я виноват.       Дамиан сразу заговорил… более быстро? Нет, даже более отчаянно. Это более подходящее слово. Он виноват, он виноват, только не уходи сейчас, дай ему ещё шанс всё загладить, попытаться сделать тебя счастливой — он не знал, сможет ли, не знал, способен ли вообще на это, но он постарается, он сделает всё возможное.       — Без тебя пусто. И одиноко. Я был неправ, когда говорил, что нам лучше разойтись. И вёл себя как идиот, я не спорю. Я хочу это исправить, я…       Дамиан подхватил Марсию за руку. Пальцы немели от холода — это ж надо было высунуться на улицу без перчаток в такую погоду! — но даже сейчас они были теплее её. Забавно: почему-то всегда так было. У неё кожа холодная-холодная, и она сама словно изо льда сделана, так почему с ней так тепло? Почему без неё Дамиан свою жизнь представить не может?       А Марсия и не сопротивлялась. Лишь сжала его руку немного крепче и тут же поймала себя на этом, отводя взгляд и разжимая пальцы. Она явно не хотела этого показывать. Не хотела, чтобы Дамиан видел, что она тоже скучала. И почему-то это осознание дарило больше облегчения, чем должно было.       — Такие намерения не словом надо доказывать, а делом.       Она отчеканила это холодно, всё ещё с долей обиды. Но уже более неуверенной, чем до этого.       — Тогда… Выходи за меня.       Впервые за этот разговор на лице Марсии показалось искреннее удивление. И румянец на щеках, конечно, был от холода, но… не только от него. Дамиан и сам не ожидал, что сморозит что-то такое. Он и правда не представлял жизнь без Марсии, а люди в таких ситуациях обычно действительно женятся, но они же оба ненормальные и оба всегда были против брака. А если она откажет? Да, наверное, так будет даже лучше. Или хуже? Дамиан не знал, но пытался не подавать виду, до какой степени он растерян и ошарашен своей же идеей. Сейчас не время.       — Я вообще-то имела в виду, чтобы ты меня в кафе чем-нибудь угостил и домой отвёл, а то не лето уж на дворе…       Марсия подала голос после неловкой затянувшейся паузы. Да и она сама сейчас выглядела не иначе, как неловко — глаза, ранее смотревшие холодно, округлились от неожиданности, немного сухие от ветра губы поджались. Дамиан нервно усмехнулся и почесал затылок.       — Ну а я вот… удивил.       Господи, зачем он это всё говорит. Не то, чтобы он не хотел жениться на Марсии. Он хотел, даже если говорил, что не создан для брака, но всё так… неожиданно. Не слишком ли?       Улыбка Марсии мягко, осторожно развеяла любые сомнения. Он невыносимо сильно скучал по этой улыбке. И несмотря на такой холодный её образ, никто не умел улыбаться так согревающе, как она.       — Ну тогда оправдай мои ожидания, которые я тебе уже изложила. А я пока подумаю.       Она подошла ближе и мягко поцеловала его в щёку, улыбаясь немного ехидно, но ласково.       Почему-то Дамиану казалось, что после кафе и домашних посиделок она согласится. ***       — ..Не считаешь ошибкой нашу помолвку?       Дамиан сидел на диване. Марсия наглейшим образом пристроилась у него на коленях, мягко обнимая его за шею, пока он задумчиво рассматривал кольцо на руке. И даже такой провокационный вопрос с её стороны не заставил его потерять самообладание. Ведь здесь, рядом с Марсией, так спокойно — и он верил, впервые за долгое время верил, что так будет и дальше.       — А ты? — он хмыкнул. — Надо быть сумасшедшей, чтобы согласиться выйти замуж за человека, который делает предложения вот так.       — Ну да, в романтике ты не то, чтобы мастер. — с тихим вздохом она положила ему голову на плечо. — Но знаешь? Я не жалею. В конце концов, сумасшедшей нужен в пару такой же сумасшедший.       Эта фраза вызвала у Дамиана невольно улыбку. Он склонился к Марсии и мягко поцеловал её, касаясь губ, которых ему всегда не будет хватать. Даже тогда, когда они совсем-совсем рядом.       — Тогда и я не жалею.       И, пусть Марсия заслуживала кого-то гораздо лучше, надёжнее, сильнее… Он верил в любовь. И в то, что почему-то, по какой-то странной и глупой причине они любят друг друга.       А это будет сильнее любых сомнений, страхов и колебаний.       — Кстати, с Рождеством.       — М?       Дамиан достал из кармана телефон и проверил дату. И правда Рождество.       — Уф, я как-то даже и забыл о нём.       — Это же твой любимый праздник, как ты мог?       Они оба рассмеялись. И Дамиан обхватил Марсию крепче.       — Что ж. Тогда… и тебя с Рождеством.