Часть 1

Два парня сидели на деревянной качели на берегу, прямо перед песчаным пляжем и наблюдали за оранжево-красным закатом. Одного парня зовут Майлз Холтер - высокий и худой, но друзья подшучивают над ним и называют «Толстячком». А его лучший друг Чип Мартин и его сосед по комнате, который прямо сейчас отсиживается с ним на качелях, его полная противоположность - невысокий и мускулистый пацан с копной каштановых волос, его рост 5 футов, а прозвище у него «Полковник». У этих двоих полгода назад случилось большое горе, они потеряли в автокатастрофе очень дорогого для них человека, их лучшую подругу Аляску Янг, которая привлекла внимания и пленила сердце Майлза. Он был безумно влюблён в Аляску, в её непредсказуемый, дерзкий и загадочный характер. Был влюблён в её пухлые губы, точечные ноги, изумрудные глаза, которые светились даже в темноте, а особенно он любил её улыбку. Самый худший день становился самым лучшим, стоило Майлзу увидеть то, как Аляска улыбается своим уголком рта. Прошло уже достаточно времени, чтобы её забыть, но нет, Майлз не может. Она каждую ночь приходит к нему во снах - говорит свои пафосные метафоры, пьёт дешёвое вино, а когда курит, то маленький красный огонёк освещает её лицо. Всё то, что она делала при жизни, делает, находясь у него во снах. - Слушай, тебе не обязательно больше возвращаться в Калвер Крик. Ты можешь вернуться в свою старую школу, оценки у тебя хорошие, учителя обожали тебя, у них там скорее всего целый фан клуб «Любители Майлза Холтера», - немного рассмеявшись, сказал Чип после долгой тишины, - хорошо, наверное, когда можно убежать от проблем и знать, что всё будет хорошо. - Не в этот раз, - продолжил Майлз, - я не хочу, чтобы становилось хорошо, потому что это будет означать, что я забыл Аляску, ты этого хочешь, чтобы она стала просто далёким воспоминанием? Ты этого хочешь от меня, когда и ты умрёшь, чтобы я забыл тебя? Тела будут накапливаться, чем дольше я живу, тем больше моих знакомых и родных умрёт, хватит ли у меня вообще памяти, чтобы запомнить их всех? Однажды никто не вспомнит, что она существовала и что существовал я. Всему, что возникает, суждено исчезнуть, и воспоминаниям тоже. Ты остаёшься ни с чем, даже без грёбаного призрака. Если бы люди были дождём, я был бы моросью, а она была бы ураганом, понимаешь? В моей жизни не будет ни дня, когда я не буду вспоминать её.. - Ну что-ж.. Похоже, я всё же не ошибся в тебе, ни за что не подведёшь меня, тощий ублюдок, - с ухмылкой произнёс Полковник. - Это была проверка? - Здесь всё проверка, пошли, есть предложение, - заверил Чип. *** Проходя мимо комнаты Аляски, Полковник замер возле самой двери. - Толстячок! - Полковник окликнул идущего вперёд Майлза. - Что? - повернувшись, спросил он. - Мы можем кое-что сделать, - сказал Полковник. - Ничего мы больше не можем. - Я хочу зайти в эту комнату и просто вспомнить Аляску, вспомнить все те моменты, связанные с ней, выпустить весь тот гнев и все те слёзы, которые мы держали в себе, так сказать «выпустить пар», - с гордостью проговорил Полковник. - Ты священником заделался? - с насмешкой спросил Майлз. - Бессмысленные часовые лекции доктора Хайда оказались не такими уж и бессмысленными, - подметил Чип, - ну так что, ты со мной? На это Майлз лишь кивнул головой и молча пошагал к двери. Как только Чип распахнул дверь, в нос сразу же ударил этот аромат: запах мокрой земли, сигарет, травы и малейшие нотки ванильного молочка для тела. Всё было точно также: множество стопок книг, стоящие вдоль стен - Аляска их называла «Библиотекой её жизни», переполненный бак с грязным бельём у комода, смятое одеяло, валявшееся в ногах кровати. Всё выглядело точно также, как и подозревали Чип с Майлзом, но запах.. Запах, бесспорно, принадлежал самой Аляске. Эти двое могли бы хоть всю ночь стоять с закрытыми глазами и просто вдыхать через нос, но постепенно, с каждым вдохом, запах становился всё слабее и слабее, поскольку они к нему привыкали, и вскоре Аляска снова их покинула. - Это просто невыносимо, - возразил Майлз, смотря на «Библиотеку жизни» Аляски, - все эти книги она больше никогда не прочитает. Скоро будет осень, а она не сможет её увидеть, и я просто.. Я не хочу видеть мир, который она никогда не сможет увидеть. После тридцатисекундной тишины, Майлз всё же повернулся в сторону Чипа: он уже стоял у комода, держа в руках мятый листок. - Что там? - спросил его Майлз. На что Чип молча протянул руку в его сторону, тем самым отдавая листок. «Лишь бы это не то, что я думаю», - подумал Майлз, забирая трясущимися пальцами листок. Перед собой он увидел небольшой текст, написанный чёрной ручкой и уж слишком знакомым подчерком. Подчерк был её, подчерк Аляски. Сердце колотилось, множество плохих мыслей не уходили из головы, он принялся читать. «Скорее всего, вам сейчас очень непросто смириться с моей смертью, раз вы находитесь в этой комнате и читаете записку, написанную мной. Знайте, что я совершила это добровольно, и винить себя в моей смерти - это просто бессмысленно. Я думала об этом ещё в раннем возрасте, когда восьмилетняя я увидела свою мать, лежащую на полу и больше не дышащую. В её смерти виновата я, когда она извивалась, держась за голову, я могла не кричать и плакать, а позвонить в 911, как любой нормальный ребёнок, но не смогла. После пришёл мой отец и стал кричать на меня, начал делать ей искусственное дыхание, но всё было бесполезно, она была уже мертва. Влетев в другую машину, я решила положить конец страданиям, уйдя из жизни, от меня один сплошной бред.» Майлз минуту просто молчал, капли слёз стекали по его щекам прямо на записку, тем самым размазывая чернила. - Знаешь, - начал Чип, чувствуя, что его голос дрожит, - если подумать, это он во всём виноват. - Кто? - бросив записку на пол, спросил Майлз. - Ты серьёзно? Её отец, он напрямую с этим связан. Он кричал на неё, обвиняя в смерти матери. Если бы он её поддерживал, всего бы этого не случилось, он её сломал. По любому, этот жирный идиот сейчас где-нибудь напивается, как грязный кусок дерьма. В той машине должен был быть он, а не она, - под конец своей речи Чип разревелся. Майлз молча подошёл к своему приятелю и обнял его. Он держал Чипа за плечи, сжав руки в кулаки, а тот обхватил его своими короткими ручками и крепко сжал. - Аляска, Янг, я люблю тебя, - непрерывно повторял Майлз, параллельно рыдая и прокручивая в голове её образ, её улыбку, её глаза.. Он вновь почувствовал её присутствие, словно она была рядом с ним. - Я знаю, что ты любил её, - тихо и спокойно ответил Чип. - Не в прошедшем времени, я люблю её.. - Её невозможно было не любить.