Фрагмент первый

      Одним из членов семьи Ванетти был человек по имени Барберо.       Он был одним из служащих старшего сына дона Ванетти, Неро, все боялись его, зная как способного человека, мафиози среди мафиози.       Он не полагался на насилие, как типичные мафиози, а обладал блестящим интеллектом и культурным кругозором.       Однако сейчас Барберо был в недоумении.       — Эй, Неро. Ты ведь знаешь, Фратти висел на волоске. Он сговорился с Рональдо, чтобы сдать Ванетти семье Галассиа. Никто из нас не считает, что ты поступил неправильно. Скорее, это решение было принято в интересах Семьи.       -...... Понятно, — вяло отозвался Неро на бесплодные попытки Барберо утешить его.       Впервые в жизни Барберо видел Неро таким.       Неро всегда был полон уверенности в себе, жизнерадостен и оптимистичен, сияя, как солнце.       Теперь же он выглядел слабым и понуро смотрел в пол.       — Честно говоря, хорошо, что ты вернулся. Ситуация стремительно меняется. Орко мертв, а Фанго на готове. Дон уже стар и болен. Сейчас ты единственный, кто может сплотить Семью.       — Я знаю это.       Сидя в своей темной комнате с задернутыми шторами, Неро опустил голову, даже не пытаясь смотреть Барберо в глаза.       — Тогда…! — Барберо был на грани того, чтобы закричать, но заставил себя проглотить рвущиеся наружу слова. -… Я понимаю, что ты чувствуешь, но сейчас не время хандрить. Неро, возьми себя в руки, прими верное решение и возглавь Семью.       Каким бы способным не был Барберо, это было не тем, что он мог сделать сам.       Неро был для Барберо — нет, для всей семьи Ванетти — незаменимым, единственным в своем роде.       — Я знаю.       Он думал, что после того, как Неро вернется в Лоулесс, он в конце концов станет прежним. Но связь, что однажды была разорвана, к сожалению, не могла вернуться в прежнюю форму.       Неро собственноручно убил своего родного брата, Фратти, а его сестра Фио в результате этих жестоких событий покинула Лоулесс. Для Неро, что ставил семью превыше всего, все произошедшее служило невообразимой травмой.       Это была печальная цепочка обстоятельств, от которой у любого эмпатичного человека сжалось бы сердце от жалости, даже не будь этот кто-то так близок к Неро, как Барберо.       Но если посмотреть на это с точки зрения заинтересованного лица, то эта беда одновременно становилась и слабостью, которой можно было с легкостью воспользоваться.       Они — мафия.       Слабой мафии уготован печальный конец.       Поэтому, как бы жестоко это не прозвучало, он обязан озвучить это. В этом заключалась работа Барберо в качестве консильери.       — Забудь пока о Фратти.       Неро ничего не ответил на слова Барберо.       Сердце Барберо болезненно сжалось от тишины, что поглотила комнату.       Затем вместо ответа от Неро Барберо услышал тихий предупреждающий стук в дверь, несмотря на то, что она была открыта.       — Барберо, тебя ищет Тигре. Он говорит, что это срочно и связано с работой.       Когда он повернулся на голос, Авилио стоял там, с безучастным выражением на лице ожидая ответа. Барберо раздраженно бросил ему небрежные слова.       — Эй, я сейчас разговариваю с Неро. Давай потом.       — Тогда скажи это Тигре сам. Нет смысл жаловаться мне.       Барберо не нашел должных слов, дабы ответить на вполне логичный довод. Он терпеть не мог, когда Авилио вел таким наглым образом, удивляясь, как ему удается оставаться собранным, наблюдая за страданиями Неро.       Раздражение, которое Барберо проглотил, все равно горело внутри него.       Затем Неро произнес:       — Иди, Барберо. Никто, кроме тебя, не справится с выпивкой.       — Но, Неро…!       — Я доверяю тебе. Пожалуйста, Барберо.       Если Неро так сказал, у Барберо не оставалось другого выбора, кроме как послушать его.       Авилио вошел в комнату, как только Барберо вышел из нее, поменявшись с ним местами. Затем распахнул шторы и открыл окно, впуская внутрь свежий ветерок.       — Хэй, так светло, — пожаловался Неро, жмуря глаза. Авилио, ничего не говоря, протянул ему сигарету. Неро, тоже не нарушая воцарившегося молчания, взял ее и поднес ко рту.       Раздался щелчок зажигалки Авилио. Две струйки дыма взмыли вверх, рассеиваясь по ветерку, дующему из окна.       — Я не хочу курить с тобой.       — Эй, заткнись уже. Я тоже не хочу, — Неро рассмеялся над скучной шуткой Авилио.       Барберо, лицезрея эту картину, почувствовал, как вместе с раздражением в нем зреет жгучая ненависть.       «Я не должен на это смотреть» — подумав так, он развернулся, окончательно решив покинуть комнату Неро.       — Тигре поехал в Лоджу, — бросил ему вслед Авилио.       — Понятно. Спасибо, — ответил Барберо, даже не обернушись. Он вышел из особняка в одиночку, сел в машину и направился в Лодж, их нелегальную винокурню.       Сказав себе, что ему срочно нужно сконцентрироваться на чем-то другом, Барберо резко нажал на педаль газа.       Тигре уже был в Лодже, как и сказал ему Авилио.       — Следующая партия самогона скоро будет готова к отправке. Что нам делать?       На столе лежали пачки бумаг, перевязанные бечевкой, на которые сейчас указывал Тигре, пока говорил.       — Подожди минутку.       Барберо сел в кресло и достал из внутреннего кармана пиджака небольшой блокнот. Он пользовался им так часто, что кожаная обложка даже немного испачкалась.       Тигре снял бечевку с одного из свертков и разложил бумаги на столе.       Барберо взял несколько листов и, сконцентрировавшись на деле, стал переписывать в блокнот цифры, которыми были испещрены сметы.        «15 от А-К, 200 от К-В…».       Простые буквы и цифры без единиц измерения, ничего прочего. Барберо расположил строки кода в правильном порядке и составил разрозненные числа. Это были результаты его работы: просто взглянув на перечисленные числа, он мог сказать, что его расчеты были верными.       В комнате раздались звук тикающих часов и сухое царапанье ручки о бумагу, пока Барберо записывал цифры в блокнот.       Прошло совсем немного времени, после чего он, наконец, закончил работу.       — Эта неделя была такой же… — пробормотал Барберо, закрывая блокнот.       Тигре проверил сметы и обратился к новичку, который ожидал их за дверью.       — Эй, парень, документы лежат на столе…       — Понял. Я немедленно сожгу их, — ответил новичок, с уважением в глазах глядя на Барберо.       — Я хочу стать таким же способным, как и вы, мистер Барберо. Поэтому я постараюсь быстро и методично выполнять свою работу, чтобы заработать больше денег.       Барберо перебил его:       — Тогда выполняй ее молча.       — И-извините. Я вас понял!       Растерявшись, новичок стал лихорадочно собирать разложенные по столу листки бумаги.       — Эй, Барберо. Не задирай его так, — сказал Тигре, глядя на него с изумленным видом.       — Да, понимаю… Прошу прощения, — сказал Барберо, чувствуя себя немного расстроенным. Он снова посмотрел на юношу. — Работай на совесть. Не отвлекайся на посторонние вещи. Лауро, у тебя пока все хорошо получается.       Когда Барберо сказал это, невинный юноша по имени Лауро просиял, положив собранные им бумаги обратно на стол.       — Ох, я только что похвалил тебя.       Увидев шок, читающийся на лице Барберо, Лауро еще больше взволновался.       — И-извините! Но я так рад, что вы запомнили мое имя, мистер Барберо.       — Я не забуду имя полезного подчиненного. Вот почему я получаю столь важное задание в твои руки.       — Благодарю вас!       Барберо помог собрать несколько листков бумаг, валяющихся у его ног, и передал их Лауро.       — Лауро, послушай внимательно. Мы, мафия, и готовы на все. Убийства и кражи — само собой разумеющиеся вещи, а если это принесет нам больше денег, то и алкоголь будем варить нелегально. Но самое главное для мафии вовсе не деньги.       Барберо сделал паузу.       — Самое главное для мафии — это принцип: «Доверяй. Не предавай. Поклянись в верности Семье Ванетти». Если ты будешь рисковать своей жизнью ради Семьи, то Семья пойдет на все ради тебя.       Затем Барберо спросил у Лауро, который выглядел донельзя потрясенным:       — Скажи, тебе ведь можно доверять?       — Д-да! Я буду усердно работать!       — Я рассчитываю на тебя, Лауро.       Он нежно похлопал Лауро по плечу, однако подумав про себя…       »…Я знаю о тебе все. Твое имя, адрес, знаю о твоей семье, то, где ты пил на прошлой неделе, и даже имя проститутки, с которой спал прошлой ночью; все до единой мелочи.       Документы, которые я тебе доверил, не имеют никакого значения. Думаешь, они такие важные? Не смеши меня. Все, что нужно, хранится в моей голове.       Если ты останешься таким наивным, как сейчас, не будешь ни о чем думать, ни в чем не станешь сомневаться — что ж, тебе же хорошо. Ведь если ты попытаешься нас предать, я убью тебя в тот же момент».       Не доверяй никому. Сомневайся во всех всегда. Используй других. Если не можешь их использовать, сотри в порошок.       В Семье, связанной узами доверия, главной задачей консильери было «сомневаться» во всем и всех.       Именно так Барберо поступал вплоть до этого момента. Так намерен поступать и дальше.       Все ради Семьи.       Все ради Неро.       Пока они наблюдали за тем, как Лауро выходит из комнаты, Тигре вынул сигарету изо рта и спросил:       — Итак, что будем делать с продажами?       Барберо покрутил в руках блокнот, раздумывая.       — То же самое, что и в прошлый раз. Но не отправляй двадцатый ящик, оставь его в Лодже.       — Но мы получаем больше заказов, верно? И что, должны повременить с продажами?       — Семья Фанго расширяет свое влияние в Лоулессе. По установленным правилам, заказы должны уменьшиться. Несмотря на это, «Lawless Heaven» хорошо продается. Мы не будем менять цену, но повысим транзакционные издержки на аукционах. Я не намерен терпеть убытки.       Тигре многозначительно кивнул.       — Понял. Давай сделаем так, как ты и сказал. Надо сказать об этом Неро.       Это была одна из положительных сторон Тигре. Барберо не докладывал ему все, о чем думал, а Тигре не спрашивал ничего лишнего. Когда речь шла о вещах, которые были вне его компетенции, Тигре доверял своим товарищам, молча и самоотверженно выполняя свою собственную работу. Это и делало его профессионалом.       — Самое главное — это доверие, — сказал Барберо, будто бы убеждая в произнесенных словах самого себя.       Семья была повязана узами доверия. Пока тебе доверяли, ты делился с остальными всем, что у тебя было, будь то деньги, радость или печаль.       Это доверие зарабатывалось с помощью безупречно выполненной работы, а иногда и ценой собственной жизни.       Даже подросток, которого использовали для выполнения мелких поручений, должен поклясться в своей верности в качестве члена Семьи.       Что касательно этого отродья, Авилио…       Он оказался в Лоулессе всего месяц назад, во мгновение ока заняв нишу в ядре семьи Ванетти.       Барберо сразу же разглядел в нем способности к мафиозному делу. Ему можно было поручить любое дело. Хотя юноша был еще молод, несмотря на это, у него было мужество.       «Но кто сказал, что мы можем доверять этому Авилио?»       — Черт, это меня так бесит.       Слова вырвались наружу сами собой.       — Что случилось? — поинтересовался Тигре, наливая стакан виски и протягивая ему. — Ты редко бываешь на взводе.       Скрывать свои переживания теперь уже было бессмысленно.       — Эй, Тигре. Что ты думаешь об Авилио?       — Что?.. Он молод, но довольно хорош в своем деле. Я знаю, что Неро ему доверяет.       — Я не об этом тебя спрашиваю!       Барберо стукнул стаканом по столу.       — Эй, ты ведешь себя странно. Что не так? Во-первых, если бы он тогда не взял с собой Кортео, мы бы уже давно прогорели. Они запросто могли поставлять самогон Орко. Но не сделали этого. Благодаря этому пойлу нам больше не нужно играть в опасные игры и воровать у Орко.       — …Ты прав.       — Тогда какая еще причина тебе нужна, кроме того, что мафия доверяет ему?       Барберо молчал.       Тигре продолжил, как бы успокаивая его:       — Эй, Барберо. Не важно, какое значение Неро придает Авилио, его доверие к тебе никогда не изменится.       — Я просто говорю, что нам лучше не доверять этому Авилио слишком сильно.       — Это относится к любому другому члену мафии, не так ли? Если ты так утверждаешь, в таком случае должен подозревать и меня. Эй, Барберо, почему тебя беспокоит только Авилио?       — Все не так. Ты не такой, как этот парень!       Барберо с удивлением понял, что наполовину встал со стула, почти сорвавшись с места        — … Прости.       Тигре непринужденно улыбнулся ему.       — Нет, я был немного удивлен твоему порыву, но рад, что услышал немного твоих настоящих мыслей. Обычно, когда говоришь, то все время ходишь вокруг да около.       Он налил еще немного «Lawless Heaven» в пустой стакан Барберо.       — Но советую тебе остудить голову. Ты же не такой, как я, поэтому отбрось все необоснованные эмоции. Это ж ты научил меня, что жадность ведет к смерти.       Барберо взял стакан и поднял его.       — Давай, выпей это, и придешь в себя.       Барберо одним глотком осушил стакан «Lawless Heaven». Его обдало приятным жаром от спиртного.       — Действительно, какая же хорошая выпивка.       Обычно он ею наслаждался.