Глава 41

      Бауэр стоял перед графом ди Эванси совершенно спокойно, хотя в глубине души уже распял его на андреевском кресте и приступил к пыткам. Но внешне — внешне он оставался безмятежен.       Кастор рассматривал стоящего перед ним вояку поверх очков.       — Хэнк Бауэр. Неплохой послужной список. — Список был славный, но не идеальный, не кристально-чистый, Старк и его Джарвис расстарались, так что проверку СБ графа он прошёл. — Что ж, раз О`Нил так поступил, теперь ты работаешь на меня. А я не терплю неповиновения, возражений и тем более — попыток шпионить. За такое я караю. И жестоко. Ясно?       — Так точно, сэр! — Платил граф более чем вкусно, шпионить — нафига? За такие деньги он в лепёшку расшибётся! А Ромеро… О`Нил таких может сразу десяток купить!       — Хорошо. — Кастор в очередной раз окинул Бауэра взглядом. —Ты подписал контракт, приступай к своим обязанностям. — Вполне нормальный тип, его, конечно, ещё неоднократно проверят… Но на первый взгляд всё неплохо. Разумеется, если при более тщательной проверке не будет выявлено ничего особого, то его повяжут кровью — так, чтобы не отмылся. — С этого момента ты входишь в состав охраны особняка, разумеется, не самого особняка, периметра.       — Так точно, сэр!       — Свободен! — Кастор проводил Бауэра взглядом и моментально выкинул его из головы, сосредоточившись на проблемах ГИДРа-Германия.       Судя по переписке руководства, там все пребывали в состоянии перманентной паники. Можно было бы заменить Хейдена Клее на более умного… Увы, Клее довольно-таки видный член СвДП — FDP, занимал место мэра Фрайбронн, активный деятель правительства Гессена Бориса Рейна. Соответственно, несмотря на то, что город не очень крупный, убрать его по-тихому невозможно.       А убрать его с шумом означало натравить всю полицию на расследование гибели главы всемирно известного туристического центра, ещё и с одним из старейших немецких университетов! Но и оставлять его на посту явно не очень правильно.       — Что ж… Посмотрим, кого из членов ГИДРа-Германия можно продвинуть на его место… Такого, чтобы был адекватным и смог удержать организацию на плаву, — повертел ручку в руках Кастор. — Но тут надо сохранять осторожность.       ООН и остальные международные организации были сейчас нацелены на то, чтобы раз и навсегда уничтожить ГИДРу — в той же Франции, несмотря на давний запрет на применение смертной казни, всех, кто был в ГИДРа-Франция, просто расстреляли. Целенаправленно. Лишь самые мелкие сошки получили пожизненное. И так было везде. Держались пока Германия, Италия и Турция — и то турки начали чистку рядов в лучших традициях востока. ***       Тиффани валялась в джакузи с бокалом белого вина и думала. По большей части о том, что, хоть она и любила… Ну как любила? Она убедила себя, что любит О`Нила. Хотя на деле она любила лишь его кошелёк.       А вот граф… Граф — это совершенно иное! Граф — это…       — А-а-а-х… — отставив бокал, она опустила правую руку в воду, а левой уцепила сосок… Несколько минут бешеной работы пальцами — и её накрыл оргазм. — Гра-а-а-а-ф… Как я хочу вас! — Она расплылась медузой в ванне: сил на то, чтобы вылезти, у неё не было.       В другом крыле особняка Шарлиз, воспользовавшись тем, что тут, в её ванной, не было никаких камер, позволила себе расслабиться.       — Почему ты так бесишься? — потянулась она к той кошмарной сущности, что жила в ней.       — Р-р-р-р-раздр-р-р-ражает! Бесит! Хочу ощутить вкус её крови и ужаса! Её боль! Надеюсь, граф отдаст её мне!       — Посмотрим. — Эта сущность была частью её самой — жуткая, кошмарная, которую боялся даже граф. Когда она выходила на первый план, граф держался подальше, пока оно не успокоится. И отдавал этой сущности провинившихся. Тогда Шарлиз вымывала кровь и ошмётки плоти из-под ногтей. — Мне она кажется безобидной дурочкой. Граф скоро наиграется с ней.       — И отдаст нам!       Эта сущность, о чём Шарлиз молчала, была изменившейся и переродившейся Стеллой. Она давно и совершенно незаметно стала жутким существом, хотя с самой Шарлиз уживалась неплохо.       Шарлиз похмыкала и выкинула новую игрушку графа из головы — это не её. Если, точнее, когда граф наиграется, и если эта дурочка будет счастливицей, не сдохнет, не попадёт в когти сущности, а сможет вернуться в Нью-Йорк… Что ж, тогда и будем думать. А пока — ванна с маслом бергамота и пена для ванны с запахом соснового леса, бокал белого вина и спать, в кои-то веки в одиночестве и без любых игрушек! ***       Хаммер-Ньярлатмиган размышлял о том, что, если Он не хочет вызвать подозрения раньше времени, ему нужно спустить пар. Но для этого особняк Хаммера не подходил совершенно: полное отсутствие казематов, хреновая звукоизоляция, наличие «родичей» в доме, да и подвал… являющийся на деле винным.       — Грусть и печаль, — вздохнул Ньярлатмиган, рассматривая бокал с неплохим — для смертных, разумеется, — вином. — Уйти Я не могу. Точнее, уйти-то могу, а вот вернуться… Что ж… Поиграю тут. Найти игрушку на пару дней несложно. Главное — отыскать и подготовить место. Но это значит, что наказание Лафея пока отменяется. Пойду гляну, что и как можно тут сделать. Поговорю с Каллаган. Или с главой СБ. Пусть найдут и подготовят место, где можно спустить пар в Моём стиле.       В кабинет внезапно ввалился ассистент Джастина Хаммера по вопросам работы со всеми НПЗ.       — Сэр! — уперевшись руками в колени и согнувшись, Лиам Хейз пытался отдышаться. — Хорошо, что я вас застал. Нефтеперерабатывающий завод в Дрезшвейг, Германия, горит! Утечка нефтепродуктов в Эльбу!       — Чт-о-о-о?! — От таких новостей Ньярлатмиган вскочил на ноги. — Как горит?! Отчего?! — Новости были из разряда «охуеть какой пиздец». Таких заводов в Германии у него, точнее, у Джастина было три. Но в Дрезшвейге крупнейший — там был не только собственно НПЗ, но и огромный нефтетерминал. — Что именно горит? Завод? Терминал?       — Терминал — сейчас борются с распространением огня, чтобы не дать перекинуться на сам завод, но очень много пострадавших, есть погибшие.       — Дерьмо! — состояние Джастина-Ньярлатмигана можно было охарактеризовать как холодное бешенство. — Главу СБ ко мне и начальника юридического отдела. Подготовь самолёт в Дрезшвейг, испорченные отношения с руководством Германии мне не нужны. — Он растёр лицо и посмотрел на Хейза. — Мне нужно точно знать — это был несчастный случай или диверсия. Ясно? Утечка нефтепродуктов в реку — это удар по репутации! И проблемы с экологами.       — Разумеется, сэр! СБ уже начала расследование. Но пока пожар продолжается, сказать ничего нельзя. Сначала надо погасить огонь. Ньярлатмиган растёр лицо. Оказывается, бытие смертным — это сложно. Точнее, бытие смертным бизнесменом. Но и интересно. Скука отступила, не полностью, но и это отлично.       — Ладно. — Он щёлкнул клавишей интеркома. — Миз О'Нейл, вызовите Каллаган и Шнайдера. Мониторьте прессу.       — Разумеется, сэр!       Оставшись один, Джастин-Ньярлатмиган застонал:       — Нафига я в это влез? Но скука! Как говорят смертные — чёртова скука!