...

***

Кнайф уже давно не чувствовал такой усталости и гнева к самому себе. Голова гудела и несооброжала. Ноги отказывались слушаться и несли его глубже в чащу. Растрёпанные, и слипшиеся в смоле, волосы лезли в глаза. Грудная клетка ходила ходуном, заставляя сердце церкулировать кровь быстрее от сильного адренорина. Ветки били по рукам, ногам, лицу и телу, царапая и оставляя лёгкие покраснения, как будто пытались остановить его. Всё же если лес имел такое желание, то у него получилось его исполнить: Кнайф споткнулся о корень торчащий из земли и приземлился на вовремя выставленные руки. Теперь они были в грязи. Их жгло, так как они стёрлись в кровь. Он замер и не всилах более, рухнул на землю. — ДА КАТИСЬ ВСЁ ПРОПАДОМ! Он ударил кулаком по земле, да так что грязь разлетелась по сторонам, чуть не попав в глаз. Почему так вышло? Как, чёрт, возьми он это допустил? Этого ведь не могло быть. Нет. Кто бы мог подумать? Такой как он и она? Это бред. Это, блять, полная хуйня. Между ними была вражда, неприязнь, непринятие и максимально напряжённая атмосфера, что угодно, но не симпатия! Хотя признать честно, симпатия была лишь от одного лица. И это был сам Кнайф. Ну что за хрень? Просто почему? Как он в принципе докатился до этого? Постоянные ссоры, драки до потери сознания и придирки которые были не за что. Она была агрессивной стервой, что возомнила себя главной, сделала себя лидером. Инпульсивная и нервная, отталкивала от себя почти всех. Так ещё и с этим неженкой Бутылычем носится. Кнайф перевернулся на спину больно оперевшись о какую то ветку. Того кого он считал отвратительным и внешним видом и характером, теперь вдруг стал самым красивым и от части даже милым. Конечно, все эти чувства не появились из неоткуда, скорее всего они давно зарождались в его голове и сердце. Но он их не замечал, необратил внимания. Может если он понял это раньше, то у него бы был шанс? Наврядли. Может всё же это не правда и он просто снова ошибся? Может это временно? Хрен его знает. Но он знает точно, что теперь за каждую свою грубость, его окутывал стыд, который нагоняла его совесть. Он чувствовал как начинали гореть его щеки, когда погода была готова сжарить их всех, а она снимала кожанку и оставалась в майке. Он чувствовал восхищение, когда она снова придумывала гениальный план благодаря которому они снова выйгрывали. У неё были и плюсы, и минусы. Но у самого Кнайфа плюсов не было. У них не получится ничего и он в этом уверен. Она не примит его чувства и не потому, что она злодей, а потому, что Кнайф её головная боль. Кто захочет встречаться или просто даже любить человека, что мешал вам раньше и отровлял жизнь. Хотя их отношения могли сложиться иначе. Грёбаный Курасан. Да, будет проклята дружба между ними! Это ведь ему не понравилась она, это он решил поиздеваться над ней. А Кнайф, уверенный в правоте своего " друга», послушал его и присоеденился. Внезапно на лицо упала капля воды. Начался мелкий дождик, чьи капли отскакивали от листьев и падали в густую траву, создавая больше грязи. Кнайф поднялся крехтя. Когда он встал в глазах потемнело на несколько секунд. Выравнившись, он стоял облокатившись рукой об ствол дуба. Нужно идти домой, даже если не хочется. В любом случае никто рад его заболевшей роже не будет, по крайне мере из цм. Но идти не хотелось, ведь в их доме была лишь она. В проекте наступила заморозка и всем дали что то вроде отпуска, поэтому все разъехались к родственникам или что бы просто, где то потусоваться и расслабиться. Кнайф остался так как к родственникам ехать совсем не хотелось, да и возможно их уже и нет никого. А Брялок тоже осталась по каким то причинам. Поэтому идти обратно не было обсалютно никакого желания. Внезапно дождь начал усиливаться. Подул холодный ветер, продувавший одежду. Становилось холоднее, до дрожи в коленях. Была не была, домой идти придётся.

***

Уже почти стемнело, а дождь так и неприкращался. Кнайф чуть прихрамывая и сутулясь почти пришёл. Подойдя к дому в окне где была кухня горел свет. — не спит. Ладно проскочу так. Дом был сам по себе не очень большим. Два этажа: на втором этаже спальни, на первом кухня совмещённая с гостинной и ещё несколько спален, так же ванная и два туалета. Серовласы попытался отыскать ключи от входной двери а своих карманах, но из не было. Если он их потерял, то его ждали хорошие такие пиздюли. -Архг да, где они?! Видимо и вправду просрал. Тяжело вздохнув он постучался несколько раз. В окне на кухне, что то зашевелилось, после замерло. И через несколько секунд уже зашуршала у двери. — кто? — Грубый и хриплый голос был явно не очень доволен. Сердце Кнайфа вдруг снова забилось быстрее. Он нахмурился и сделал выдох пытаясь прийти в себя. — это я, Кнайф. Кто ещё по твоему? Дверь перед ним открылась и проходе встала она. Человек который не даёт ему спокойно уснуть как неделю. Короткие расстрёпаные бардовве волосы, кошачьи ушки, жёлтые глаза с кошачим зрачком, потёртая кожанка и серые штаны. -если ты снова просрал ключи, инвалид, я тебе их в жопу засуну, что бы больше не терял. Её брови нахмурились уголками приближая к переносице. Кнайф хотел бы усмехнуть, но не стоит усогублять своё положение. Угрозы Брялка звучали всегда смешно, если ты конечно не знал, что она и вправду может это сделать. Он закатил глаза для виду. -ага, да. Отстань, блохастая. Он двинулся в сторону ванны, чуть задев её плечо. Она недовольно скрестила руки на груди. — где ты вообще был, придурошный? В каком говне ты весь изволялся? Тебя как будто танком переехало. Кнайф отмахнулся. Почему спрашивает? Переживает или пытается таким способом задеть? — я сказал, отьебись. Брялок оскалилась и сузила глаза. — ну и катись. Лидерша, выражая свое недовольство, прошипела и скрипнув зубами, решительно направилась обратно на кухню. Взглянув в ее уходящую фигуру, Кнайф моментально направился к ванной комнате. Войдя внутрь, он поторопился закрыть дверь на щеколду. Следом за этим он подошел к раковине и включил воду, чтобы успокоиться. Сгрудившись над струей воды, Кнайф задумчиво пригнулся и пристально смотрел на ее поток. В его груди промелькнуло ощущение грусти и тревоги, в то время как голова была заполнена множеством беспокойных мыслей. Он с трудом справлялся с эмоциями, осознавая свое внутреннее неудовлетворение и размышляя над возможными последствиями произошедшего. — Черт возьми… — пробормотал он, чувствуя, как накаленные эмоции усиливаются в его груди.