Часть 1

Пожалуйста, остановись... Я тебя так люблю но мне так больно! Но... может ты и вправду имеешь право так поступать со мной? Ты проявляешь ко мне интерес и заботу, ты говоришь мне ласковые слова, а я просто снова совершаю ошибку. Снова и снова. Я заслуживаю этой боли, а может эта боль идёт и не в качестве наказания... Я приношу тебе удовольствие сейчас, может мне стоит потерпеть ради этого, тогда ведь выходит что я хоть где-то полезна и нужна тебе. Правда? Правда ведь ты меня любишь? Я должна быть благодарна за то что ты так обходишься со мной. Я должна быть благодарна за то что ты так играешь с моим телом и используешь его, ведь без тебя я не прожила бы и дня. Я создание твоей больной, влюбенной головы, ты в праве обходиться с моим нежным искусственным телом как угодно. Рвать мою девственную плоть, бить меня, кричать, и в конечном счёте всё равно мило гладить мои волосы, называя хорошей и послушной. Хотя я сомневаюсь что это так. Мою измождённую голову заполняет мерзкое чувство вины. Я пыталась вырываться, дергаться и кричать. Пыталась говорить о том как мне больно, о том чтобы ты перестал... Ты лишь ласково приподнял своей изящной рукой мою голову, пальцем проскользил по моей щеке, размазывая слёзы и холодный пот. Прекратил свои действия на секунду. Посмотрел мне прямо в заплаканные красные глаза, наполненные болью и ужасом, заглянул в самую душу, и мило улыбнулся. *** Сегодня Ушко снова сделала то, что доставило много недовольства её профессору. Очень много... Настолько, что истерически вскрикнув на неё он решил прийти к дикому наказанию. Она не первый раз расстраивает Масакрика своими действиями, он просто уже устал от её постоянных ошибок. Хотелось доставить себе хоть какое-то удовольствие от этого жалкого недоразумения... И сейчас он зверски прижал бедную Ушко с невинным оголённым телом, насильно раздвигая её бёдра. Она не до конца понимала, что сейчас произойдёт, просто тряслась и плакала со страхом в глазах. В горле девочки застрял ком. Она хотела бы тихо спросить дрожащим голосом "Что вы собираетесь делать?" но чувствовала что нельзя перечить её "возлюбленному", который сейчас с таким хищным интересом в глазах рассматривал каждую клетку её до безумия нежного тельца. Ушко зажмурила глаза, когда парень начал медленными движениями пальцев проводить по её напряжённой поверхности, заставлял вздрагивать и проявлять тысячи холодных мурашек. Медленно приближался рукой к её заветному месту. Слёзы всё это время так же текли по её мягким щекам и оседали каплями на её шее. Такой вид пробуждал в глубине тела Масакрика странное тепло, дурманил разум. Резко в неё вставили сразу два пальца, заставив болезненно вскрикнуть. Не было и никаких мыслей и беспокойства о том, чтобы как можно больше смягчить эту ситуацию для девушки, чтобы она не чувствовала так много боли. От резких нахлынувших мучений Ушко начала плакать гораздо интенсивнее и немощно страдальчески стонать, руками царапала поверхность сзади себя. Она не осмелилась открывать глаза, было до животного ужаса страшно и больно. Тонкие пальцы медленно вытащили из неё, на секунду дав почувствовать облегчение и подумать, может это конец этих нездоровых извращений... Но нет. Ощущение, как к её промежности приставили мерзкий, пульсирующий от нетерпения орган, заставил сжаться, начать руками пытаться сопротивляться. В ответ на это она лишь получила пощёчину, которая отразилась жгучей болью на мокрой щеке. На Ушко обрушилось омерзительное осознание обречённости ситуации. Головкой стали неприятно надавливать... И резко в неё вонзились толчком. Девушка закричала. Крик был настолько жутким и истошным, что заставлял закипать кровь в жилах. Как же больно. Она кричала, нет, умоляла остановиться, прекратить это издевательство над хрупким худощавым телом, и всё это конечно было проигнорировано. Практически сразу Масакрик поймал темп движений, без привыкания для девушки. Было немного тяжело и неприятно двигаться из-за сухости и узкости внутри, но в конце концов всё достаточно смазалось из-за всех телесных жидкостей, и стало немного легче. По бедрам размазывалась девственная кровь вперемешку со смазкой. Влагалище было ужасно повреждено из-за резких движений насухо, совершенно без какой-либо адекватной подготовки и лубрикантов. В её плоть дико вбливались, словно потеряв своё последнее самообладание. Нежное израненное тело продолжали терзать, словно Ушко была лишь куском мяса для утоления грязного желания. Она будто в кошмарном бреду... Голая, в истерике, в крови и с раной, и её зверски насилует человек, которого она любит. Её било в болезненной конвульсии от каждого нового толчка. Масакрик резко остановился, переводя своё тяжелое дыхание. Нагнулся к заплаканному красному лицу бедняжки. Начал одной рукой ласково гладить её растрёпанные волосы, словно успокаивая, вытер горячие слёзы с щеки. На его лице появилась миловидная, хитрая улыбка, такая, что заставляла всегда просыпаться бабочкам внутри Ушко, от одного лишь взгляда на неё. Влюбляла в себя даже в такой кошмарной ситуации. Между ног была всё такая же ноющая боль, но по спине пробегали мурашки. Она будто приспосабливалась к этому ужасу, увидя как парень сейчас с любовью отнёсся к ней. Она правда его любила, до безумия. Никто к ней не относился так же приятно как он. Он глядел на неё с пустыми глазами, но ведь в их глубине всё равно было тепло?.. Наверное. Тут же он слегка отстранившись продолжил свои зверские движения. Всё еще было ужасно больно, до такой степени страшно и унизительно что хотелось умереть. Но после неожиданных нежных действий со стороны Масакрика она попыталась перетерпеть это. Закрывала рот дрожащей рукой, чтобы всхлипы и крики со стонами было не так сильно слышно. Тело обмякло в его руках. Потеряла сознание, может...