Часть 12

В итоге, четверо встретились под вечер. Время было ближе к ночи, но последние августовские дни радовали поздними заходами солнца. Вид сейчас был прекрасный. Ведьмы и колдуны — некоторые в обычных волшебных нарядах, некоторые в магловских вещах, а другие одеты причудливо даже для своего мира. И все они примерно одинаково снуют туда-сюда по косому переулку. Кто-то змеиной, ползучей походкой, кто-то уверенно шагает как король в своих абсолютных владениях. А кого-то в бесконечном потоке людей вовсе не видать, и эти кто-то постоянно что-то громко ворчат каждый раз, когда на них наступают. А пейзаж — отдельная тема. Все лавки, витрины да прилавки погрузились в относительную темноту. Но некоторые магазины служат фонарями на улицах даже в такое время. Взять хоть прилавки с зельями. Вот тебе зелье-светлячок, что светит долго и сильно. Где-то уже включили подсветку. А в определенных лавках все товары бросают такие загадочные, где-то искаженные тени. Вот идет например вроде обычный человек. А тень от него словно тяжелая птица летит с добычей. Игра теней на комом переулке — игра крайне интересная. Возможно, можно сказать даже захватывающая. Вот и четыре совершенно разных головы сейчас сидят за одним столиком, да любуются на все эти тени. –Смотрите, а там вон теневая метла по кондитерской плывет, — Джеймс указал на тень правда похожую на метлу. –У тебя один квиддич на уме, — улыбнулась Лили. –А я может быть убираться хочу. Прям желание так и прет. Вон за спиной у тебя мыло и швабра. А вообще, в моем уме только квиддич и ещё кое-что, — Поттер надел на лицо хитрую ухмылку, — А это кое-что — ты. –Джеймс, негодник, как же я? — голос Сириуса звучал выше обычного, он пародировал типичных ревнивых дам из театральных представлений. Джеймс хмыкнул, а Эванс сидела, нет, лежала на столе, уложив лицо в руки. Аделаида же наблюдала за всем этим, иногда посмеивалась. –Не думаете ли вы, что скоро станет достаточно холодно? Боюсь, пора либо расходиться, либо сидеть в нашей с Лили комнате или в вашей, — Розье поежилась, — И пить фруктовый чай с печеньем, — добавила она. Эванс согласилась очень охотно, да и мужская половина компании против совсем не была. По возвращению Аделаида тут же залезла под верхнее одеяло, дабы чуть согреться после зябкой улицы. Лили последовала ее примеру, вот только голову под одеяло засовывать не стала. –По-моему, через несколько минут мы услышим храп, — говорил Блэк. –Это ты про меня? — спросила Розье. Получив утвердительный звук, продолжила, — Твоё по-моему право. –Ну я тогда вас, голубков, оставлю, а сам тоже пойду храпуна дам, — откланялся Сириус. Джеймс побежал за ним, что-то ему сказал. Блэк остановился в дверях, смотрел на Лили. –Ты же спать еще не хочешь? Может, в волшебные шахматы поиграем? — спрашивал Поттер. Эванс кивнула. Джеймс махнул на себя, указывая ей, чтобы шла за ним. Розье уже находилась в полудреме, но примерно поняла, что происходило. Скорее всего, Поттеру было бы несколько неловко любовничать и заигрывать с девушкой, когда в этой же комнате спит ее подруга. Поэтому Сириуса спать отправили вместе с Аделаидой, а сами ушли в комнату парней. –Спишь? — спросил Блэк. Не услышав ответа, решил подойти посмотреть. Голову девушка из-под одеяла достала, так что определить спит она или нет труда бы не составило. И все-таки глаза были закрыты, губы приоткрыты, а в полной тишине слышалось тихое-тихое сопение. Длинные волны расплылись по всей подушке и по части матраца. Сириус на минутку задержался понаблюдать, а потом не отошёл. Присел в кресло рядом, да давай смотреть. Вылитый Эдвард Калин. Внимательные темные глаза сначала прошлись по еле двигающимся векам, слегка и иногда подрагивающим длинным ресницам. Потом на щеки, сейчас абсолютно лишенные румянца, совершенно расслабленные. Кстати, из-за позы сейчас одна из щек чуть замялась, образовала красивую складку в нижнем веке глаза. А затем взгляд скользнул на розовые губы. Они были чуть приоткрыты и вроде как еле-еле надуты. Сириус задержал на них взгляд дольше чем хотел изначально. Вдруг он вскочил и неловко пошел к другой кровати. Парень почесал затылок в неком смятении. Что он такого-то сделал? Верно, ничего. Заснули он довольно быстро. Некоторые время, конечно, поворочался, подумал о том о сëм, да и успокоился. Когда Эванс зашла в свою комнату за кружкой, увидела смешную картину. Два человека, спящих в этой комнате — настоящие акробаты. Аделаида совершенно спокойно сопит поперек кровати, с высоко поднятой левой ногой. Рука ее согнута как-то неестественно, а голова свисает с матраца. Сириус в это же время стоит чуть ли не на голове. И да, он стоит. Не лежит. А стоит ровно треугольником, руками не опирается, опорой служит голова. И храпит еще. Сдерживая хохот, Лили вышла из комнаты, пару раз уронив расческу, Из-за чего не смеяться было ещё сложнее. На утро первыми проснулись парни. Первым Джеймс, вторым Сириус. С промежутком чуть меньше чем в час. Дальше проснулась Лили. На два часа позже Сириуса. –Боюсь, что если мы ее не разбудим, она и не проснется вовсе, — говорила Эванс, смотря на мирно спящую подругу спустя три часа после собственного пробуждения. Поттер с Блэком подозрительно заулыбались. –Вода с особым ингредиентом? — спросил Сириус, а Джеймс довольно кивнул. Лили нахмурилась. Против пробуждения холодной водой она, в целом, против ничего не имела, но вот этот особенный ингредиент очень ее настораживал. Но она не успела возразить. –С ума сошли, совы вы некормленные?! — завопила Аделаида. Выглядела она теперь достаточно бодро. И мокро. Волосы стали на тон темнее, еще и стали хорошо намоченными. Изо рта ее, правда, лились всякого вида проклятия, — Лили, ты то чего их не остановила?! Они воду совсем не простую на меня вылили! Меня теперь морозить весь день будет! Вода была правда с единственным особенным эффектом. Ледяное зелье туда добавили. Вреда не принесет, возможно, даже защитит, но закутаться потеплее заставит. Да вот только никакие одежды согреться не помогут — мороз то внутри. Сириус с Джеймсом противно хихикали, а Лили принялась разбрасываться перед подругой извинениями. Ледяное зелья, которое чаще всего использовали несколько сотен лет назад для того, чтобы защититься от огня на сожжении, подростки проходили еще на третьем курсе. Для пущей правдоподобности профессор Биннс дал попробовать чуть-чуть каждому ученику. Те, без сомнений выпили, так как подобный интерактив на его уроках ценился побольше тысячи галлеонов. В итоге третий курс всех факультетов по меньшей мере день ходили в зимних плащах в школе, а на улицу выходили только с пятикратным слоем белья, нижней одежды и верхней. По какой-то причине тогда ни мадам Помфри, ни кто-либо другой преподаватель не желал помочь. Тогда преподаватель по ЗоТИ все обернул в поучительный урок — никогда не принимайте ничего съестного из рук лиц, которым не доверяете всецело. Тогда, в общем, в школу поступило с десяток негодующих писем от родителей учеников. Есть ли в школе вообще люди, которым можно доверять, раз уж профессор по истории является не такой уж и надежной личностью? В конце концов решилось все в целом мирно. –Будьте осторожны с едой, которую так беззаботно потребляете, — с довольной угрозой в голосе улыбалась Аделаида. Выглядела она не слишком… В общем, не как с обложки. Так и не причесавшись, сидела словно дикарь. Она итак обычно больше всех мерзла, а сейчас вообще сидела в свитере, куртке и одеяле сверху. Улыбалась она тоже довольно странно. Губы приняли слегка синеватый оттенок, становясь фиолетовыми, и ещё немного дрожали. И ещё в злобной усмешке. Настоящий злодей. Поттер с Блэком испуганно выпустили теплую струю чая обратно в кружку. Розье захохотала и теперь была ещё больше похожа на злобную особу. –Что ты туда добавила?.. — растерянно спросил Сириус. За пару с Джеймсом, они выпили уже более половины кружечки. Аделаида ещё сильнее рассмеялась, а потом резко стала серьезной. –Зелье жидкой смерти, — тихо и хрипло сказала девушка. Парни с воистину искренним испугом разинули рты. В такой ситуации поверишь даже тому, что перед тобой не человек, а октобрюх. И все равно, что этот термин до этого свет не видывал. –Аделаида, не видишь что-ли, они итак напугались до смерти! — вмешалась Лили. А ведь парнишки то и правда были бледнее чем обычно. Джеймсу это было даже к лицу, а вот и без того белый Сириус сейчас казался настоящим призраком. И тут оба облегченно выдохнули, но до конца расслабляться не стали. –Да ничего я туда не добавляла, успокойтесь, — снова рассмеялась, но на этот раз куда приятнее Розье. –Аделаида! — воскликнули хором три голоса. Джеймс испугался за себя, Сириус вместе с ним, а Лили… А Лили за компанию. –Должна же я была вам как-то отомстить, — пожала плечами Розье, — Но до вас опускаться не стала, — закатила глаза, — И все же осторожнее с едой будьте. Я видела как в твою, Сириус, чашку упал какой-то жучок… Блэк испуганно опустил взгляд в чай, кудряшки на его голове весело подпрыгнули. Аделаида хрюкнула, показывая, что никакого жука там не было и быть не должно. –Вообще-то вот! Есть! Боже мой, фу! — восклицал Сириус. –Не путай заварку с букашками. Сразу видно, кто на прорицания не ходит, — сказала Лили. Аделаида хмыкнула ведь тоже не ходила. –Ко всему, что мне сегодня говорит Ида относится несерьезно, — Джеймс шевелил рукой так, словно записывал в блокнот. Розье рассмеялась, остальные тоже улыбнулись. Чай во всех четырех кружкай, кстати, так и остался остывать. Так, в общем, прошло чуть больше недели. За это время Аделаиде приходилось каждый раз сдороваться с каждым представителем чистой крови, дабы по голове не настучали. В том же случае, если ей делать этого крайне не хотелось, она просто пряталась за Лили или парнями. В большинстве случаев удачно. Все чистокровные в лицо Розье довольно доброжелательно улыбались, а вот ее компанию оглядывали резким, крайне внимательным и неприятным взглядом. Некоторые даже позволяли себе несколько нелицеприятных реплик в их сторону. Здоровались с Аделаидой почти всегда по-доброму, ведь репутация за ней, как и за ее семьей была отличная. Естественно ее отец не стал бы обсуждать в присутствии других все ее недостатки и странности, хотя иногда и принижал достижения. Вот только кроме семьи младшую Розье в высшем обществе очень даже любили. Красивая, умная, с хорошими манерами. А все потому, что если бы было не так, Аделаиде ее умную головушку давно бы открутили. В середине августа наконец всем четверым пришло письмо из Хогвартса. На самом деле все получали письма дома и никому не приходило в голову, что письма могут приходить не только в дом. –Все то Дамблдору известно… — сказал Джеймс, пока распаковывал письмо из школы. –Посмотрите сколько учебников отдельно посвященных СОВ! На этих учебниках разориться можно… — возмутился Сириус. Из всех четверых будущие экзамены больше всех не нравились ему. –Вот кому-кому, а тебе это не грозит точно, — фыркнула Аделаида. –Когда за всем этим пойдем? — спросила Лили. –У меня нет совершенно никакого настроения ходить за этим всем сегодня. Тем более, Питер с Ремом очевидно приедут за покупками. Думаю, что нам будет не лишним подождать их. Веселее будет, — накручивая кудряшку на палец, бурчал Блэк. –Кстати, надо им письмо написать, — вкинул Поттер и умчался за пергаментом, пером и чернилами. Он быстро разложил на стол все принадлежности и, высунув кончик языка, начал калякать на бумаге. –Я разучился писать, — бросил он, пытаясь красиво писать. В итоге он, естественно, забросил эту идею и стал бешено скрипеть пером по пергаменту, выводя нечто издалека напоминающее буквы. –Твой почерк меня убивает, — помотала головой Лили. Джеймс цокнул и махнул рукой, мол, отстань. Эванс на это лишь закатила глаза. –Все, кончено, — улыбнулся Поттер, закрепил перо за ухом и принялся перечитывать, иногда хмурясь, сам не понимая, что написал. К нему невзначай подсела Лили и тоже стала читать, хмурясь постоянно. –У тебя тьма ошибок тут. –А ты просто читаешь неправильно, — Джеймс перевел взгляд на Лили, хитро улыбаясь. Поглядел минуту-другую и опять начал читать. Аделаида лежала на кровати, закинув ногу на ногу, с поднятой губой читала письмо. Сириус уже прочитал. Вернее сказать, быстро пробежался глазами и сидел чесал затылок. –Ох… Значит, пойдем за этим всем, когда приедут Петтигрю с Люпином? — уточнила Аделаида. Джеймс, как своеобразный лидер, кивнул, подтвердив. Розье слегка пожала плечами. –Надо написать кому-нибудь из родственничков, когда приедут. В этот день на улицу вы меня не вытащите, — бормотнула Аделаида, садясь за писанину. Сириус заойкал. –Мне тоже надо… Розье аккуратно закинула письмо в конверт, запаковала его. –Чью сову могу взять? — спросила она. Сириус, который до сих пор писал сосредоточенно и хмуро поматал головой. Аделаида обратила умоляющий взгляд к Лили, та улыбнулась и кивнула. –Спасибочки, — пробормотала девушка сквозь письмо которое держала между губ. Она протянула обе руки красивой черной сипухе, та одобрительно ухнула и протянула когтистую лапку с довольным видом. Розье улыбнулась уголками губ, быстренько сдернула веревочку и принялась привязывать письмецо к сове. Благодарно кивнула сипухе и выпустила ее в окно. –Ты там стих сочиняешь что-ли? — спросила Аделаида, смотря на Сириуса, который все еще писал. Он еще сильнее нахмурился, не ответив. Девушка подняла брови, отвернулась и упала на кровать спиной. –Снова спать будешь? — спросила у нее Эванс. –А почему нет? — хмыкнула Розье. –Потому что ты проснулась три часа назад… –И что? Я поздно уснула, не выспалась. Тем более, кажется, сегодня конкретно мы никуда не собираемся, да? Почему бы не посвятить драгоценное время столь же драгоценному отдыху?.. — зевнула Аделаида. Из всех четверых все рекорды по сонливости била она. Чуть ли не в любую свободную минутку она собиралась вздремнуть. –Я, Вообще-то, хотела с тобой сходить мороженое поесть, время провести, — несколько обиженно произнесла Лили. –Если хочешь провести со мной время, ложись… — одной половинкой мозга Аделаида все еще бодрствовала, а другой уже крепко-крепко спала. –Я могу сходить с тобой поесть мороженого, — ухмыльнулся Джеймс. Эванс подняла бровь, губу, перевела взгляд, думая. –Ладно. Если хочешь пойдем, — Поттер, если бы мог, сейчас пищал бы. А он мог, и еще как. За это самое пищание в него прилетела одна из подушек Аделаиды, на которую он фыркнул и запулил обратно. Сириус с ними не пошел. Честно признаться, ему бы тоже хотелось вздремнуть. Спустя пару десятков минут после того, как ушла пара «друзей», Блэк наконец закончил письмо. Написал он правда много. В первую очередь стоит сказать, что писал он брату, потому что то был лучше всего настроен по отношению к наследнику чистой фамилии. Первым делом спросил про дела самого Регулуса, следом об общем настроении в доме, потом о реакции родителей на то, что он без их разрешения, совершенно спонтанно умотал на косой переулок. Затем, собственно, подобрался к сути самого письма: когда они планируют ехать за покупками. Ну а потом накалякал по шаблону и в конце поставил большую кляксу. Запечатал письмо и бросил его в конверт. Вручил сове и отправил домой. –И снова я наедине с уснувшей мертвым сном, — проворчал про себя Блэк. Он лег на кровать Лили, которая уже даже не пыталась согнать его со своей кровати и закинул руки за голову, а ноги расположив друг на друга. Глянул на спящую красавицу и отвел взгляд. А потом снова посмотрел. Сквозь волнистую и густую копну слегка виднелось лицо. Розовые губы, аккуратный нос и длинные, то и дело подрагивающие ресницы. –Ц, ангел воплоти, — снова увел взгляд. И снова привел. От этой спящей девушки шел такой покой, умиротворение что-ли. Прям вот комфорт. Хочется потрогать волосы. На вид они как самая мягкая ткань на свете. Никогда не путаются и всегда здорово блестят. Сириус снова цокнул и перевернулся на живот, утыкаясь в подушку.