Часть 20

За окном быстро менялись потрясающие пейзажи. Создавалось такое ощущение, будто дорога в Хогвартс объезжала все страны, зоны... В общем, пролегала через всю землю. Это безусловно было не совсем правдой, но количество разных типов природы было невероятным. И что-то похожее на пустыни, и хвойные леса, и смешанные... А тут вот мелькают одиночные горы, похожие на пеньки... Особенно красивыми были сосновые леса, в которых то и дело пролетали интересные птицы, а на редких деревьях сидели, словно с нереалистичной картины, белочки с орехами в лапках. Редко можно было увидеть какую-нибудь лису или даже очертания медведя. Всё это в совокупности было невероятно атмосферным. Громкие, но успокаивающие звуки малинового поезда, звуки ветра и леса, поющие птицы... Да и уютные купе поезда явно никого не смогли бы оставить равнодушным. Каждая маленькая комната чудесным образом окрашивалась в тот цвет, который был пресущ тому факультету, который сидел в купе в своём большинстве. Когда Аделаида ехала в любимом поезде, её купе всегда были в красно-желтых цветах. А вот когда иногда приходилось заходить в купе к брату и его друзьям... Там все было серебристо-зеленым. И абсолютно также с каждым факультетом. У гриффиндорских купе были красные подушки на диванах, шторы и небольшие занавески наверху, что скрывали полки для вещей. А золотым в перемешку с жёлтым окрашивалось все остальное. Казалось бы, что это довольно яркое сочетание за несколько часов может ужасно наскучить. Но мы ведь говорим о волшебном мире, верно? Но, каким-то образом, волшебным или нет, это все вовсе не надоедало, а даже наоборот. С каждым часом, проведённым в таком помещении замечалось все больше деталей. Например, однажды Лили заметила, что под сидушкой есть множество кнопок, на которые девочки так и не осмелились нажать. Потому что изображения на них не внушали никакого доверия... Например, была кнопка с человеком летящим где-то на кресле. Возможно, что они неправильно истолковали рисунок, но проверять все равно не хотелось. И двери в купе поезда были удобные. Почти полностью из стекла, то есть прозрачные. А если хочется некоторой приватности, то можно просто отпустить занавески, которые отлично все скрывают.

`°Lady (Hear Me Tonight) - Modjo

А один из вагонов поезда все трясся больше остальных от того, что Сириус гонялся за Ремусом, словно пёс, увидевший очень интересную игрушку, а Джеймс бегал за Питером, потому что Питтегрю тайком сфотографировал Лили и от скуки решил подразнить Поттера. За этими зрелищами наблюдал весь вагон(некоторые профессора сначала хотели что-то сказать парням, но сами увлеклись и совсем забыли о своих обязанностях). И тогда, когда четвёрка наконец более менее успокоилась и уселась в свое купе, в это самое пространство была заброшена навозная бомба. Мародеры завизжали словно там стоял не просто ужасный запах, а был распылен смертельно опасный газ. Они повыскакивали из купе и с силой захлопнули дверь. Сириус с закрытым пальцами носом осмотрелся и заметил Аделаиду, которая хитро усмехнулась, помахала рукой и послала ему воздушный поцелуй, юркнув в свое купе. Блэк топнул ногой, словно злой кролик и обратил внимание на свое купе. Питер остался там! Он захохотал и захлопал по Рему и Джеймсу в попытках оповестить их о том, что друг остался в вонючей комнате, но они и сами все поняли и похватались за животы. Люпин первым более менее пришёл в себя и открыл дверь купе. Петтигрю вылетел оттуда с огромной скоростью. Он смеялся, но был зеленым от такого долгого контакта с ужасным запахом навозной бомбы в замкнутом пространстве. Всем четверым снова пришлось вдохнуть прекрасный аромат, от которого они в восторге попадали на пол. Рем закрыл купе, но запах в коридоре остался. Мародеры смеялись во всю и с самой ситуации, и с зелёного Питера. Из всех купе повысовывались головы, которые тоже заразились смехом из-за такого зрелища. Кто-то даже высунулся с камерой, запечатляя их - звёзд Хогвартса, валяющихся на полу поезда и катящихся по нему от смеха. Это, безусловно, было совершенно обычным поведением для четвёрки парней. Они стабильно хотя бы раз в неделю выкидывали что-то такое, что обсуждалось и становилось бестселлером в Хогвартсе не меньше чем на месяц. Всегда дорога в школу волшебства была невероятной. Особенно с появлением в Хогвартсе мародеров. Джеймс то и дело делал что-либо связанное с Лили, Питер делал что-то ужасно смешное, Сириус творил какую-нибудь хрень, а Ремус просто угорал с них, иногда приговария какие-нибудь фразы, которые делали абсолютно все ситуации в сотню раз смешнее. Часто в поездках в малиновом поезде между школьниками происходили несерьёзные конфликты, по типу словесных перепалок или инцидентов с навозными бомбами и чем-либо похожим на них. Чаще всего с такими ситуациями никто особо не пытался разобраться, так как они рассасывались сами с собой с минимальным вмешательством других учеников или, в крайнем случае, старост. Хотя когда дело касалось двух отдельных личностей, профессор МакГонагалл всегда мчалась к ним как можно быстрее, дабы постараться не допустить никакого даже простого взаимодействия между ними. Джеймс Поттер с Северусом Снейпом были реальными врагами. На чем строилась их вражда - на Лили Эванс, в которую оба, очевидно, были влюблены, или на врожденной неприязни было не совсем понятно. Возможно, на всем сразу. И несколько более мелких причин сверху. Вот и сейчас Джеймс негодовал из-за невозможности передать весточку Северусу в виде хотя бы навозной бомбы. Невозможность эта была вызвана расстоянием между ними. Снейп находился в конце поезда, а Поттер в начале. И конечно же Джеймс не поленился бы дойти до врага при крайнем желании, но профессор МакГонагалл, по словам разведки, стоявшая ровно в середине поезда, была немаленькой проблемой . Поттер все-таки предпринял попытку дойти до слизеринца сначала с друзьями, потом в одиночку, но в обоих случаях был довольно в грубой форме сослан обратно в свое купе. Тогда мародеры стали развлекаться в долгой поездке по-другому. Все четверо завалились в купе к Марлин МакКинон и Доркас Медоуз. Сириус особенно любил бесить Марлин, а Джеймс буквально обожал наблюдать за тем, как они обе избивают Блэка. А в Хогвартсе потом было гораздо интереснее, ведь в школе и палочка стреляла. –Марлин, - протянул Сириус, усаживаясь к окну, - Мы с тобой оба хорошо играем в квиддич. Может, потренируемся как-нибудь вместе? - Блэк широко улыбался, сверкая зубами. МакКинон, уже закипая, скрестила руки на груди и злыми глазами смотрела на Сириуса. –А я ещё могу тебе помочь с кое-чем... - девушка наклонилась к столу, чтобы взять довольно тяжёлую на вид книгу, - Могу помочь тебе раскрасить твоё прекрасное лицо в разные цвета. У тебя же один чёрный на уме, да? ‐ Блэк поспешно встал с диванчика, чтобы, при случае, иметь более удобный путь для побега. –А можем почитать её вместе... - Марлин явно была на пределе, - По ролям хочешь? Очень надеюсь, что книга про прекрасного, великолепного со всех сторон принца и почти такую же принцессу, которая так нуждается в спасении... - Сириусу все-таки прилетело тяжёлой книгой по затылку. Он ещё хотел что-то сказать, но, когда обернувшись увидел ужасно злую МакКинон, поспешил унести ноги и протолкать через коридор Джеймса, который всячески пытался приблизить встречу лица Блэка и руки или книги Марлин. Настоящий и очень верный друг. Когда Поттера толкал по коридору Сириус, Джеймс не забыл ухватиться за дверной проем купе на секунду и подмигнуть Лили, чем заставил её слегка сморщиться, а Аделаиду засмеяться. Блэк очень старался побыстрее забежать в свое купе, поэтому он просто подальше толкнул Поттера и заскачил в него, а Люпин, мило улыбаясь Джеймсу, закрыл дверь на защелку. Поттер совсем такого не ожидал и выглядел ужасно ошарашенным. Три мародера в купе же ухахатывались, наблюдая за страшащимся упорной Марлин взглядом Поттера, который как можно осторожнее отшагивал от неё назад. В целом, ему она не собиралась ничего делать, но раз уж он так испугался... Проворный Джеймс избежал её ноги и со всей скоростью побежал вперёд, к купе Эванс. МакКинон цокнула и громко стукнула по двери мародеров, сверкнув Сириусу глазами. Тот мило улыбнулся ей, посылая воздушный поцелуй. Поттер залетел в купе к Мэри, Урсуле, Пандоре, Аделаиде и, конечно же, к Лили, закрыв защелку. Он бесстыдно уселся к Эванс на колени и театрально затрясся, прижимаясь к её груди и обнимая. Розье раскрыла глаза, сдерживая смех. Лили ничуть не меньше удивилась такому повороту вроде бы спокойных событий. Она покраснела и захлопала по его спине, чтобы побыстрее ушёл. –Слезай, детина! - Эванс попыталась стряхнуть его, но у неё, ожидаемо, не получилось, ведь он вцепился в неё словно реальный ребёнок. –Там злая ведьма! - прямо в этот момент Марлин прошлась рядом, помахав девочкам. В тот момент, когда она поняла, что Поттер сидит у Лили на коленях, её лицо резко изменилось, и МакКинон быстро побежала вперёд, видимо, к Доркас. –А ну, слезай! - воскликнула Эванс и треснула Джеймсу по затылку. Тот слегка дернулся и обиженно поднялся. –Это уже весомо... Ну ладненько. Спасибки за моё успокоение! - Поттер довольно улыбнулся и, показав сердечко руками, ушёл. –У них обострение какое-то? - бросила Пандора, до этого спокойно читающая какой-то журнал. –Реально, - усмехнулась Аделаида, смотря на подругу. Лили была вся красная, не засмеяться при взгляде на неё было трудновато. –Неужели он тебе совсем не нравится? - спросила Урсула досадливо. Розье, боясь за то, что засмеется и раскроет великий секрет подруги, встала, поджав губы, и пошла к выходу из купе. –Я в туалет на минутку, - сдерживая порывы смеха, она вышла. Когда сделала всего пару шагов, услышала голос Сириуса. –Пора отомстить за навозную бомбу, не считаешь? - Аделаида обернулась. Блэк выставил руки вперёд, чем выдавал свое намерение защекотать девушку. Он бросился к ней, а она завизжала и побежала со всех ног к заветному туалету. Казалось, Сириусу достаточно было протянуть руки, чтобы поймать Розье, но она все-таки успела залететь в комнату и запереть дверь, выругавшись. За дверью послышался смех, а потом, видимо, вышла Марлин. И тут побежал уже Блэк. Аделаида тут же вышла из туалета, чтобы быстренько добраться до своего купе, в безопасную зону. –У нас в вагоне чёртов маньяк, - бросила она, заходя в купе. –Это кто ещё тут маньяк?! - очень стремительно приближающийся голос Сириуса. Розье завизжала при виде этого косматого чудовища и как можно скорее захлопнула дверь, дергая защелку вниз. Блэк слегка стукнул по двери и оскалился. Аделаида показала ему язык и уселась на диванчик рядом с Лили. Сириус поспешно ретировался, чтобы не встретить светлую бестию по имени Марлин. –Ой, была бы я с вашей внешностью, давно бы брала дело в свои руки, - тоскливо вздохнула Урсула. –Чего?! - одновременно всполыхнули Эванс и Розье. –Да этот сыночка-корзиночка - самовлюбленный нахал! - воскликнула Лили, Аделаида слегка усмехнулась. –А Сириус вообще беда-бедовина. Он скандалы устраивает только из-за своего желания, а девушек как перчатки меняет! - закатила глаза Розье. Пандора на мгновение подняла большие глаза на девушек и слегка улыбнулась. Урсула цокнула, и только Мэри сидела немного отстраненная. –А у тебя что? - с прищуром спросила Эванс. МакДональд слегка порозовела и улыбнулась. –А у меня все хорошо, - повела бровями она. Четверо девушек поджали губы. Если Мэри чего-то не хотела рассказывать, значит она ни за что этого не расскажет. Хоть умоляй, хоть подкупай, запугивай, пытай - ничего с ней не работает. Вот пока не захочет рассказать - не расскажет. Словно под вечным фиделиусом. И если все три (Пандора, Лили и Аделаида) даже не пытались разузнать все, то Урсула же была в этом вопросе очень упорной. И, что самое удивительное, иногда у нее правда получалось разговорить Мэри. Правда, сейчас был, к сожалению, не тот случай. За окном сменилось уже огромное количество пейзажей, которые просто поражали своей невероятностью. И все-таки самым волшебным местом в мире оставался Хогвартс. Величественный замок, окруженный небольшими горами и скалистыми местностями, большим количеством воды и огромным множеством лесов, в числе которых был и запретный. Запретный, к слову, он был лишь на словах. Ведь не бывали там не в школьное время ни разу только первокурсники, трусы и паиньки до мозга костей. И совсем немногие наказывались за это, ведь во всем правилах есть лазейки, которыми надо знать как воспользоваться. И вот поезд наконец приехал. Почти все повыбегали из немного дурного транспорта и вдохнули тот самый волшебный воздух. Вот тебе и надоедливый насморк пропал, и настроение лучше, и здоровье крепче. Высокий, просто огромный замок достоин внимательного разглядывания спустя и четыре года обучения, и спустя сто лет любования тоже. Всё время находились какие-то новые детали. И было совсем непонятно, были ли они там до этого или вдруг магическим образом появились? Наконец школьники уселись в кареты. И Блэк совершил ужасную ошибку, сев рядом с Марлин и Доркас. Они уже во всю то пинали беднягу, то словесно унижали. Но Сириус духом стойкий, он героически выдерживал все нападки, иногда даже умудряясь заигрывать с МакКинон. –Ой, глядите, первочки поплыли! - крикнул кто-то. И мародеры, как-то мысленно передав друг другу шутку, одновременно захохотали. Каждый раз они вспоминали первый день в школе, когда только познакомились. И когда, конечно же, Питер упал в озеро. От радости возвращения возможно расплакаться была очень даже велика. Огромный, невероятно красивый замок с историей в несколько веков, потрясающей природой вокруг, кучей секретов для взрослого человека был чем-то невероятно волшебным и волнующим, а для детей со скачущими гормонами и повышенной чувствительностью к романтике был чем-то из разряда невозможного. Даже в мире, где обычным делом были случайные кошачьи уши на голове какого-нибудь ученика или отгоняющий злых духов пафосной походкой кентавр. Серьёзно, тут некоторым комнатам удивлялись больше, чем существованию таких существ как драконы, соплохвосты и другое огромное множество нереально странных существ. Вот этот ужасно красивый коридор замка с высокими потолками, огромным количеством подсвечников, арок на самих стенах... И ведь этот коридор был простым связующим между помещениями, которые в сотню раз превышают его по красоте и величественности. Даже если брать простые потолки. Конечно, они вовсе не простые - потолочные росписи невероятной красоты явно нельзя было бы назвать обычными. Но если сравнивать коридорные потолки и вестибюльные или, ещё лучше, потолки каких-нибудь серьёзных помещений, тут уже это самое сравнение уже какое-то даже неравное. В коридоре высота стен была около десяти метров, а в вестибюле потолок было трудно рассмотреть. А в Большом зале... Потолок в виде ночного неба в реальном времени. И некоторые кабинеты замка были спроектированы так, что они представляли собой как бы башню. То есть ученики сидели в классе на винтовых лестницах. Вроде ничего магического в этом нет, но... Вы ведь это представили, верно? Представьте, что в таком кабинете с похожей атмосферой вы изучаете свой любимый предмет у самого лучшего в вашей жизни учителя. Уже невероятно волшебно, да? А теперь представьте, что вы изучаете в таком же кабинете магию. По кабинету летают патронусы или мини-драконы... Вот вам и магия.

`°GOSSIP - Maneskin

Уже с поезда было точно понятно, что новая цель Сириуса - Марлин. Если Блэк хотел с кем-нибудь подружиться, сблизиться, начать встречаться, тот человек, что стал новым интересом парня оставался без выбора. Потрясающая внешность чистокровного засранца, природное обояние в команде с невероятной упорностью обезоруживали любого. Правда любого. Если Сириус правда захочет, то ему ничего не помешает. И вот уже Джеймс пытается привлечь внимание друга, а тот пускает очередную шуточку в разговоре с МакКинон, а та... хихикает. Не бьёт, не ругается, уже смеётся! –Вот лис, - цокает Лили. –Марлин мы уже потеряли, - улыбнулась Аделаида, усаживаясь за любимый гриффиндорский стол. Как-то так получалось, что уже третий год подряд на первый ужин в замке они с Лили усаживались за то место, на котором Мэри однажды в шутку выцарапала «Аделаида+Лили=♡». Эванс всегда почему-то смеялась с этой надписи, а Аделаида просто улыбалась. Было забавным то, что эта шутливая штука пустила по Хогвартсу такой слух, что Поттер как-то раз даже обиженно упомянул это в разговоре с Лили, хотя обычно ни на секунду не сомневался в том, что девушка не может влюбиться в кого-то кроме него. Расположились наши герои примерно в середине стола. Джеймс сидел рядом с Лили и очень показательно хлопал своими длиннющими ресницами, явно пытаясь каким-то неведомым способом приворожить её. Она же очень старательно игнорировала его, общаясь с Аделаидой. Розье не знала, на кого было смотреть забавнее. Лили слегка розовела, и вошедшие в Большой зал первокурсники явно стали её спасением, ведь Поттер тут же кинулся обсуждать их с Питером. И все же взгляды на Эванс он то и дело бросал. Джеймс явно не мог налюбоваться Лили, ведь смотрел он на неё правда постоянно, по возможности ещё и не отрывая взгляд. –Ой, вот этот явно на Слизерин пойдёт, - шикнул Петтигрю. Поттер активно закивал. Аделаида сидела в своих мыслях даже тогда, когда первоклассников начали распределять по факультетам. Взгляд сам по себе пошёл по столам, иногда замечая знакомые лица, которым Розье кивала и улыбалась. И когда глаза дошли до слизеринского стола, они зацепились за одну кучку людей. Вот они слева направо - одни из самых мерзотных личностей Хогвартса. Аделаида всегда пыталась быть максимально непредвзятой, но то, что такое количество настолько неприятных людей были на одном факультете, назвать совпадение было сложно. Люциус Малфой, Беллатриса и Нарцисса Блэки, Рабастан Лестрейндж. Северус Снейп и Эван Розье, конечно же. Беллатриса была из них самой старшей ‐ семикурсница. Все остальные, за исключением Рабастана, были на пятом. Лестрейндж же из них был самым агрессивным... Все время словесно нападал на кого-либо, за что получал от Малфоя. Хотя Люциус при случае тоже не отказывался от возможности унизить кого-нибудь. Особенно если дело касалось Аделаиды или Сириуса. Для него они оба были ужасно неприятны. Нарцисса же почти везде ходила со своей не совсем адекватной, кажется. сестрой Беллатрисой, которая вовсе не скупилась на выражения по поводу и без. Северус же ходил с ними довольно редко. Чаще всего этот не совсем опрятный юноша ходил в одиночку, проявляя себя только в перепалках с Поттером. Ещё у него была особая сторона, которую видели немногие. Но видела Аделаида несколько раз. Он то и дело дарил рисунки или цветы Лили. И пытался ей понравиться. Она же с большой теплотой принимала все его подарки, но душила своей безразличностью к нему в плане отношений. И Розье считала это правильным. Ибо было то, чего она никогда не рассказывала подруге. Северус был словно психом. Аделаида однажды подобрала его блокнот, который выпал из рюкзака, чтобы отдать ему. В этом самом блокноте она увидела красивый рисунок Лили и... Не совсем приятные о ней записи. Нет, он ни коем образом не писал о ней в плохом ключе, просто... Это было что-то нездоровое. Не симпатия, и даже не любовь, одержимость. Тогда Аделаида сделала вид, что ничего не заметила. Но больше не вступалась за Снейпа вместе с Лили так яро, как раньше. Розье наконец выпуталась из непонятного состояния и посмотрела на первокурсника, которого распределили на Когтевран. Она проследила за ним. И только тогда увидела взгляд очень ярких янтарных глаз на себе. Эти глаза были наверное единственными такими в Хогвартсе. Их взгляд был холодным, с непонятным оттенком злобы на весь мир. Бартемиус Крауч младший. Соломенные волосы с идеальной укладкой, острые скулы и орлиный профиль. Взгляд этот был совершенно пустой, будто ненаполненный буквально ничем. Аделаида быстро отвела от него глаза, поежившись. По телу пробежали мурашки. Было в нем что-то жуткое, словно неживое. –В этом году первокурсников довольно много. Кажется, нас было меньше, - шепнула Лили Розье. Аделаида вдруг вспомнила. –Вы же с Ремом теперь старосты? Вы вместе первоклашек к гостиной проведёте? Могу я присоединиться? - спросила Розье. –Думаю, да. Я с Ремом ещё не обсуждала... Эй! Рем, вместе первокурсников к гостиной поведем? –Ну уж нет! - оторвался Сириус от сидевшей рядом с ним Марлин, обхватив руку Люпина, - Мы собирались кое-куда сходить. Ремус кивнул в подтверждение. –Сможешь одна? - спросил он. Лили кивнула. На столах появилась огромное количество еды, от которой слюна начала вырабатываться быстрее в тысячу раз. Ароматы повеяли от неё такие... Джеймс тут же начал спрашивать у Эванс, чего бы она хотела. Аделаида усмехнулась и начала накладывать себе жареную картошку и хрустящую курочку с небольшим количеством свежих овощей. Да уж, еда в замке была наравне с самим зданием.