О, Гарри!

Солнце разлило свой свет через блестящие - в аккомпанемент ему - стёкла окон, не так давно вымытые-натёртые, вниз, на подоконники. Концами легко трогая темноватый столик, стоящий под одним из таких окон, свет одновременно неявно задевал и цветок, стоящий на столе в вазе, и отражался на оставшемся интерьере комнаты. Голубое небо успокаивающе светило вдалеке. Его купол нависал над нацией Гидро, с любопытством наблюдая за тем, как, пока он очаровывающе радовал присутствием одних сидящих по домам жителей, отдельным пылинкам он внушал моментальный ужас и заставлял глянуть на часы и спохватиться. Кто-то ушёл на обед, кому-то от него пришлось отказаться... Бывалая рутина, от которой пока не хотелось уходить за шторы облаков. Светловолосый юноша сидел в номере, расслабленно закинув ногу на ногу, и читал одну из книг, прихваченных с собой на случай подобного безделья. Локтем он опирался на столик, в редкие моменты отрывая голову от руки и устраивался чуть поудобнее, взяв книгу уже обоими руками, прежде чем, под натиском длинного и тщательно описанного текста и собственных мыслей, снова принимал немного напряжную позу. Книга не то чтобы была сильно полезной с точки зрения этих самых подробностей, сама по себе она была сродни художественным произведениям, фантастике. А на деле это была фактически биография, и её неоднозначные напоры ничем не выручающей заумности скорее выражалась теориями разных источников, чем настоящими описаниями наблюдателей каждой секунды. Она была о жизни в древние времена известного фокусника, заслужившем славу за свою роль эскаписта, Гарри Гудини. Покрытого тайнами насквозь, подобно любому призванному иллюзионисту, что живёт магией, и доселе кумира мелких фокусников там и тут - любителей и начинающих. Профи же не нуждались в лёгкой славе опасности: открытые пред большой публикой глаза однажды навсегда выкидывали из головы безрассудность и проводили дальше по пути осмысления себя и слоёв мира. Именно за это он и был известен - впечатавшийся в сознание и сердца своей многочисленной публики. Загадочный человек, вышедший из запертей огня и воды под молитвы, но вопреки им. Любой прохожий был потрясён даже слухами о том, что тот способен наяву вытворить. Однако риск мог затмить глаза. Не сам он в последний миг, но желание, подпускающее к ощущению всемогущества. Мечта разгадать то, что необъяснимо никакими процессами. И так кто-то отделывался горелой одеждой, другой ещё долго мучился от напоминающих о себе боли от железных оков и синей коже, думая всё бросить, а кто-то... Молодому человеку всё это было известно - он побывал на всех берегах, и потому, с какой-то стороны, нашёл увлекательным чтивом и догадки в строках книги тоже. Над чем-то еле пытаясь скрыть улыбку, а что-то брав всерьёз, пока сам раздумывал над описываемыми фокусами. В бесчётный раз потерев подбородок, юноша поднял брови, расслабив лицо, закрыв глаза и откинувшись на спинку кресла. В голову наконец закралась, долго формировав устои и основание, мысль. С виду всё равно глупая, нерациональная и непрофессиональная. С какой-то стороны, её хотелось прогнать, пока она ничего не успела натворить. Но его не волновали определения вроде "детская", "непрофессиональная": он был достаточно опытен, чтобы разоблачить всякое волшебство людей, не говоря уж о том, чтоб его претворять. И столь неподдельный интерес его лишь означал, что вещь того по правде заслуживает: значит это, что за неё можно будет зацепиться, а там уж отталкиваться. Держа палец на странице в числе последних десятков, он прикрыл книгу и встал, чтобы найти, что бы в неё вложить в роли закладки. Вложив какую-то бумажку вроде чека на страницу, он положил книгу на стол, потянулся и посмотрел в окно. Времени прошло достаточно много с тех пор, как он уселся за чтение - с час, а ведь задумывалось изначально просто прочесть пару страниц, дабы понять, оставить ли её на потом или сбагрить кому-нибудь, первому прохожему. Осталось только поделиться своим шикарным планом со всеми вокруг. *** На зеленоватых стенах коридора висели крупные квадраты света. Тонкие столики с растениями в фарфоровых вазах, самих украшенных листьями и цветами, стояли вдоль них, заполняя длинное пустое пространство между дверьми номеров. Пол тускло поблёскивал. Долгую тишину в коридоре нарушили шаги сапог. Прогулочным, но тем не менее, уверенным шагом, блондин подошёл к одной из комнат, деловито да с лёгкой улыбкой, пускай никого в округе и не было, заложил одну руку за спину и постучался: - Эй, ты там? - Да. Что-то нужно? - послышалось из глубины комнаты. - Впустишь? - Заходи. Ассистентка стояла посреди комнаты, как только иллюзионист зашёл и прикрыл дверь, она к нему полностью развернулась. Похоже, что она тоже только закончила свои дела. - Что такое, Лини? - спокойным голосом обратилась она, - свободное время ещё не кончилось. Я уж испугалась, что забыла посмотреть на время... - Ты не поверишь! Такая идея! - тут же воскликнул улыбчивый собеседник, понял, что в руках не держит нужной книги, чтобы показать, посему принялся тут же объяснять всё с самых начал, - в общем. Читал тут только что одну книгу... Линетт повела бровью, хоть и старась скрыть реакцию. Для неё было удивительной комбинацией Лини и чтение. Несовместимой, на разных полюсах. Он всё равно этого не заметил и продолжил: - ...Биография одного великолепного фокусника давно прошедших лет, "эскаписта". Он мог выбраться из любой заперти, хоть под водой, выйдя сухим и невредимым! Он был способен открыть любые наручники! Девушку насторожил акцент Лини на опасности. В то же время она, сама не веря, поняла, что Лини действительно читал книгу дальше первой страницы. - Так. И... ...Ты хочешь ставить эскапистские номера, что-ли? Блондин, всё не теряя ни капли энтузиазма, выпалил твёрдое "да!". - Хм-м... Ну, вылезать из ящиков - звучит немного несовременно, а если ты решился на что-то дальше этого... - Разумеется, Дорогая Линетт, что это старьё! Мы же фонтейновцы, у нас есть технологии всяко интересне. Как насчёт горящих ящиков на цепях? Озера с косяками опасной живности? Это из простенького. - Ч-что?! Я не буду-... - А ты и не будешь. Мне же нужен кто-то, чтобы отвлекать толпу, - он слегка нагнулся и подмигнул, хихикнув. Линетт, в ужасе нахмурившись, молча смотрела прямо в глаза Лини несколько секунд, однако ощутилось это несколькими минутами. - ...Ты спал ночью? Несёшь что-то совершенно непонятное. - Всё просто. Доверься мне, кто ж как не я поймёт устройство своих идей? Тебе останется всё самое лёгкое: появиться тут, пропасть там, что-то нажать и отодвинуть... Ну, по классике. - Чем, прости меня, я тебе помогу вылезать из горящих ящиков?! Лини хмыкнул. - Найду способ. Он поправил свой воротник и его глаз вдруг снова зацепило окно. Он встрепенулся и из режима беззаботности переключился в обычный, широко открыв глаза и став чуть серьёзнее. - А! Время летит, вообще-то! Который час посмотри. - У нас остаётся не так много времени. 10 минут. Кивнув ассистентке, Лини, полушёпотом шипя "Я так и думал", убежал в свой номер заканчивать подготовку. Оставшись одна, Линетт тут же переключилась на то, чтобы в последний раз убедиться в том, что готова к выступлению. Но стоило ей присесть, чтобы открыть чемодан, который она позже с собой возьмёт в холл, как её вновь встревожила мысль о новшествах Лини. Она глубоко вздохнула. "Мне правда не по себе от того, что он говорит, ещё и серьёзно... Может, с ним правда что-то не так? Какое-то состояние... Но чем оно может быть вызвано?.." Смирительно закрыв глаза, девушка взяла чемодан и вышла в коридор. Как только она закрыла дверь, из другого номера на порог выскочил Лини, быстро обернувшись в её сторону и, ожидая, махнул ей. Линетт нагнала его, и маг с ассистенткой пошли дальше по коридору.