Часть 1

Ха Рин молодая студентка, которая учится на заочном отделении в университете. Как только ей исполнилось 18 лет, она тут же переехала от родителей на съёмную квартиру, чтобы доказать им и в первую очередь себе, что она сможет жить самостоятельно. Но самостоятельная жизнь девушки — студентки на съёмной квартире не так проста и весела, как может показаться на первый взгляд. Как и всем студентам её возраста ей нужны деньги, а чтобы их получить нужно устроиться на работу, чем она и занята в последние дни. Она усиленно ищет работу и наконец-то долгожданный звонок. «Вы приняты!» уже эти два слова заставляют её радоваться как маленькую и плевать ей, что это работа горничной, ведь зарплату обещают заоблачно — Большую. Её первый рабочий день. — Тааак, Деточка! — грозная дама в годах осматривает новую сотрудницу с ног до головы. — Воротничок плохо отглажен! — тут же делает она замечание подходя ближе, хватая девушку за неугодный предмет одежды. — Ты куда устроилась работать?! — хмурится она, надвигая на нос очки, с прищуром смотрит на испуганную девушку. — В дом, семьи Мин… — заикается она от волнения. — Верно, — кивает та, — Про дресскод что-то слышала?! — Д.да… — кивает в ответ. — Так вот! Если ты одела кое-как чёрную форму прислуги этого дома, это не значит, что ты тут же ею стала. Юбка должна быть короче! Чулки! Именно чулки, а не капроновые колготки должны быть на тебе! — повышает женщина голос. Ха Рин опускает голову, осматривает себя. Строгие чёрные туфли лодочки на невысоком каблучке, капроновые колготки, еле заметны на смуглой коже ног. Короткое чёрное платье с Бельм кружевным фартучком и так через чур короткое. «Странная тётка… неделю поработаю, получу расчёт за 7 дней и уволюсь» размышляет она, когда женщина наконец-то отстала от неё. — Не грузись, — кто-то толкает её локтём в бок, и шепчет на ухо. Повернувшись она увидела, улыбающуюся рыжеволосую девушку, примерно её возраста. — Мадам Роус всегда такая! Ты привыкнешь к её манере общения! — Угу… — кивает Ха Рин, уже жалея, что устроилась сюда на работу. — Меня, кстати Юна зовут! — широко улыбается новая знакомая. — Ха Рин… — кротко отвечает девушка.  — Красивое имя! Не переживай! Мы с тобой подружимся, а когда ты не одна в этом жестоком доме, то уже не так страшно! — Жестоком?.. — смутилась Ха Рин. — Так! Разговорчики! — кричит Мадам Роус, обращаясь к.Ха Рин и Юне. — Мы молчим… — опускает виновато голову Юна. Наконец-то утренняя пятиминутка заканчивается и Ха Рин вверяют в руки Юны, назначая девушку её наставником. — Я же говорила, что мы подружимся?! Смеётся задорно Юна, ведя Ха Рин по длинному коридору второго этажа дома семьи Мин. — Это судьба! — не дожиадется она ответа от своей ученицы и распахивает перед ними двери в просторную комнату. — Ого! — лишь и смогла выдавить из себя восторженную сразу девушка. Комната реально была громадной, окна во всю стену за плотными шторами, непривычно серебристого цвета. Пройдя во внутрь, Ха Рин тут же замечает огромную кровать и не выдерживает, что бы не прокомментировать: — Они тут, что всей семьёй Мин спят? — Ахах! — смеётся Юна, немного заливаясь румянцем. — Эта комната молодого Господина Мин Юнги… Он… он сюда часто девок таскает… ну… ну ты поняла о чём я?.. — делает интимные намёки Юна. — Фууу — тут же искривляется в отвращении лицо новенькой горничной. — Ахах, привыкнешь! — подмигивает Юна, принимаясь за уборку. — Тут точно парень живёт? — хмурится Ха Рин, доставая из-под кровати женские трусики. — Хах… это «трофей» Господина Юнги! — хохочет Юна, беря вещь из рук и кидает в мусорный мешок. — Для парня, он довльно аккуртаный… Подмечает Ха Рин, что в комнате довольно чисто. — Да, Господин Юнги, помешан на чистоте, поэтому тебе придётся хорошо постараться, что бы тебя не уволили от сюда… «Пффф… больно надо! Сама уволюсь скоро!» — закатывает она высокомерно глаза. — А почему надо стараться? — Потому что теперь ты личная горничная Господина Юнги! — Чего?! — чуть ли не кричит Ха Рин от удивления. — А ты не знала, что ли? — улыбается та, — Ты будешь личной прислугой Господина Юнги, так как предыдущую уволили за то, что плохо справлялась с обязанностями. — Боже! Да я умею идеально наводить чистоту! — самоувренно заявляет девушка. — Не сомневаюсь… просто… у Господина Юнги скверный характер, поэтому его личная прислуга получает куда больше чем мы… — Хм… — ухмыляется Ха Рин, при упоминании денег, её настроение тут же улучшается, а желание работать растёт, ведь она должна доказать своим обеспеченным и богатеньким родителям, что она самостоятельная личность и может сама заработать себе на жизнь. — А ты где живёшь? — Я снимаю квартиру, — торопится ответить Ха Рин. — Дорого наверное. Ты же учишься ещё? — Да, на заочном. — Студентка значит… тяжело тебе. А ты знаешь, что если ты выдержишь испытательный срок то тебе предоставят комтану? Тут заботятся о персонале, — хлопает она глазами. — Угу… — «да не в жизнь, жить в комнате для прислуги. Заработаю, чтобы оплатить квартиру за два месяца и уволюсь от сюда…» проговаривает про себя. Они быстро приводят в порядок комнату Юнги и спускаются на первый этаж так как скоро семья Мин будет обедать и Мадам Роус, должна показать новенькую горничную главе семейства Мин. — Ну что, вперёд?! — подталкивает её Юна в спину ладонями, что бы та поскорее покинула кухню с подносом. Руки Ха Рин дрожат, но она не подаёт вида, что волнуется. Побрякивая чашками с чаем на подносе, она всё же доходит до обеденного стола в столовой. Ей тут же бросается в глаза Господин Мин: седоволосый, статный, худощавого телосложения мужчина, с доброй улыбкой. Госпожа Мин, супруга и мать Юнги: утончённая брюнетка, выглядит на много моложе своих лет. ну и непосредственный «Хозяин Я, сам Мин Юнги.» Парень с бледной кожей, но тёплый оттенок каштановых волос, деалет его цвет лица более живым. Парень тут же замечает новенькую, смотря на неё презрительным, оценивающим взглядом. На доли секунды на его лице появилась пошлая ухмылка, но он тут же опустил глаза что бы никто не заметил его выражения лица. — Господин и Госпожа Мин, — обращается с уважением Роус к хозяевам. Как только вся семья обращает на неё внимание, она кладёт свою тяжёлую руку на плечо новой горничной, от чего та вздрагивает. — Это Ха Рин, новая личная горничная Господина Мин Юнги. Юнги вновь поднимает непроизвольный взгляд на девушку, не в силах сдержать пошлую улыбку. — Не слишком ли молода?! — возмущается мама Юнги, видя реакцию сына. — Всё в порядке, мам! — тут же отзывается парень. — Самое то! — Что ж… — вздыхает отец, — Значит эту неделю Вы работаете в этом доме, а потом переезжаете вместе с Юнги на его квартиру в центре Сеула. Надеюсь, что Вы справитесь с работой по дому самостоятельно! — Да… — «никуда я не поеду!!!» кивает она, в то время как в голове протестует. Она чувствует толчок ладонью в спину от Мадам Роус. — Да, Господин Мин, — шепчет женщина на ухо. — Да, Господит Мин, — повторяет послушно Ха Рин. Обед проходит быстро и семейство Мин расходится каждый по своим делам. Юнги запирается в комнате, устраивается по удобнее в кресле за компьютером, начиная сочинять новую песню. Музыка — это хобби Мин Юнги. Он всегда хотел стать музыкантом, певцом, но бизнес отца не позволяет ему этим заняться. Поэтому ему уже за 20, но он всё ещё мечтает о том, что когда-нибудь его музыку обязательно кто-то услышит. Ха Рин стучится в дверь комнаты своего «Хозяина». — Господин Юнги… — тихо говорит она, приоткрывая дверь, заглядывает в комнату. В углу комнаты, у наполовину затворенного окна, в мягком кожаном кресле, за компьютерным столом, в больших наушниках сидит Юнги. Он внимательно всматривается в несколько мониторов, на своём столе, хмурится, водит мышкой по столу, видимо хобби его полностью поглотило. В домашней белой просторной футболке, в серых спортивных штанах Юнги кажется совсем домашним и милым парнем. " В обед ты показался мне придурком» — ловит себя на мысли Ха Рин, делая вывод, что первое впечатление было обманчивым. «Видимо строгий чёрный костюм и деловая причёска заставили меня ошибочно подумать, что ты напыщенный сноб… — Господин Юнги… Но парень не слышит её из-за наушников. — Господин Юнги? — последняя попытка, что бы тот услышал её безрезультатна. Недолго думая, она входит в комнату. В приглушённых тонах, из-за не плотно задвинутых штор, помещение становится более уютным. Бело-серые стены, местами с элементами серебра уже не кажутся странными и не жилыми. Серебрисные подушки на белом кожанном диване у кровати, статуэтки в виде невиданных чёрных птиц у её изголовья: всё это становится гармоничным и находит своё место здесь быть. Ха Рин перестаёт рассматривать комнату, словно впервые тут и вновь смотрит на красавчика в кресле. Делает несколько шагов в его сторону и с грохотом ставит возле него поднос, от чего парень подскакивает с кресла, скидывая наушники на пол, с изумлением посмотрел на неё. — Ты что тут делаешь?! — кричит он, хмурится и поднимает наушники. — Кто тебе позволил входить без стука? — Но я стучалась! — девушке не понятно, что такое субординация и, что повышать голос в ответ на «хозяина» нельзя. — Я не виновата, что Вы ничего не слышите из-за своих наушников!!! — Да как ты смеешь разговаривать со мной в подобном тоне?! — дерзость и не покорность девушки ещё больше злят Юнги. — Кто ты такая, что бы так вести себя в моем доме?! Он делает шаг на встречу и со всей злостью и с высокомерием смотрит в её глаза, обдавая её лицо горячим дыханием. «Дура! Я же горничная!» вспоминает она. — Простите… — опускает она глаза. — Что? — шурится он. — Простите меня, Господин Мин Юнги, такого больше не повториться… — чуть громче отвечает она, чем вызывает удовлетворительную улыбку на лице парня. — Поставь на столик! — указывает он рукой, на стоящий за её спиной маленький журнальный столик. Она молча берёт поднос в руки и ставит на место, куда указал Юнги. — Хм… — слышит она ухмылку и ощущает горячие ладони на своих бёдрах которые тянут её назад и не дают выпрямиться в спине. — Может загладишь свою вину перед Господином? — усмехается парень, а его голос звучит сексуально вызывающе. Само собой, он не смог устоять перед аппетитными и великолепными формами новой горничной. Ему никогда ещё не отказывали, любая готова оказаться в его постели, если он сам этого захочет. У Ха Рин в глазах мутнеет, потому что страх тут же овладевает ею, а на глазах наворачиваются слёзы. — Пусти! — вырывается она. Юнги ослалбляет хватку, чтобы позволить ей выпрямиться, но продолжает держать руки на её бёдрах. Она разворачивается в его руках и влипляет звонкую пощёчину, которой Юнги был неприятно удивлён. Он распахнул глаза шире, смотря в её обиженный взгляд, словно спрашивая: «За что?» — Убери руки от меня! Думаешь, если это твой дом, а я горничная, то со мной можно вот так поступать? -её голос дрожит, хотя она пытается казаться смелой и дерзкой. — Детка, я знаю, что ты уже течёшь по мне, — усмехается парень, расплываясь в похотливой улыбке. — Я знаю, что ты хочешь, что бы я переспая с тобой. Не нужно ломаться и набивать себе цену! За такие слова Ха Рин хочет влипить ещё одну пощёчину, но рука Юнги ловит её за запястье. — Достаточно, — усмешка. — ты должна ещё за первую пощёчину отплатить мне. — Ненавижу, — шипит она, чувствуя, как он берёт её за запястья и заводит за её спину, тем самым обнимает и прижимает ближе к себе. — Ненавидишь? — самоуверенный тон избалованного богатея. Ему смешно. — Нет! Ты же хочешь этого, — шепчет он соблазнительно на её ушко.  — Ни за что! — отдёргивает она голову, чувствуя его пленительное дыхание на шее. — Будь ты последним парнем на всей планете, я бы ни за что не согласилась даже просто есть с тобой за одним столом! — гневно отвечает она. — Забавно, — ухмылка не сходит с его лица. — Спорим, что за месяц я влюблю тебя в себя? - Пф… — закатывает она на мгновенье глаза. — Да даже за 10 лет, за вечность я не влюблюсь в тебя! — Тогда спорим на желание. — заглядывает он в её глаза, он обожает бросать вызовы и выигрывать. — Спорим! — кивает она. - — Любое желание, даже самое пошлое, пытается он заставить её смутиться. — Я знаю, что этого не произойдёт, поэтому мне нечего бояться. Только если выиграю я, то ты в костюме горничной поедешь на работу в офис. Пройдёшься в таком виде не только перед своими подчинёнными, но и перед отцом. — Что?! — слегка удивляется Юнги. — Не уверен в себе? — По рукам! — усмехается Юнги и выпускает её из своих объятий. — А сейчас проваливай от сюда! Она срывается с места и бежит прочь, в то время как Юнги идёт к кровати, устало падает на неё. — Вы все одинаковые. Все… Ха Рин бежит со всех ног вниз по лестнице, прячется в каморке с инвентарём для уборки. Плачет. Плачет о того, что её впервые коснулись мужские руки, особенно так грубо, она в первые услышала такие пошлые фразы в свой адрес. Совсем недавно она ходила в элитную школу для девочек. И вот поступила в самый престижный университет Сеула, куда может попасть не каждая, но деньги и статус отца в этом плане решают всё. Хорошо, что её отец не знает где и чем сейчас занимается его дочь… «Какая же я дура!» ругает она саму себя, сидя на ведре в обнимку со старой шваброй в запылённой кладовке. «Что я ему кричала когда уходила из дома? ПАПА Я ВСЁ СМОГУ САМА! ДАЙ МНЕ СВОБОДУ И ПЕРЕСТАНЬ ОПЕКАТЬ МЕНЯ! Вот она твоя свобода, Ха Рин! вот она… дааа, Дочь Миллиордера Горничная… Доказала, блин, родителям свою САМОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ!»