***

- Кейт. Кейт... - успевает выхрипнуть Андре в поцелуй. - Подожди. Успевает подумать - она ведь гнется в его руках податливее металла. Кейт обхватывает ладонями его лицо, оббегает линию скул, на вдох захлебывается стоном, когда Андре подтягивается ближе и ей приходится сжать коленями его бедра. У нее стрелки на колготках и блузка сползла с плеча, смазалась помада - весь рот как кровавая рана. И если сюда зайдет Люк... - Если сюда зайдет Люк, - говорит Андре, - нам пиздец. Понимаешь? Под ее пальцами отлетает пряжка на его брюках. Андерсон смотрит на нее с такой жадностью, что кровь вскипает, и внизу живота так ноет, что хочется схватиться за нож и выпустить себе кишки; пусть прожжет насквозь, вместе с кипятком. Да плевать. Андре зарывается носом в ее шею. Выдох горит на коже не хуже ожога. Пахнет от него солнцем, звериным мускусом и солью; его руки на контрасте ее светлой кожи отливают темной бронзой. Кейт думает: они чертовски красивая пара. Молоко и кровь. Не будь она девушкой Золотого, фолловеры бы визжали от восторга. А так - они разорвут их на части. если этого прежде не сделает лидер рейтинга. Она могла бы его заставить, если подумать. Ладони прикипали к чужой коже, дрожью точечно било по позвоночнику - она даже к Люку не всегда прикасалась так. С ее даром привыкаешь считать себя оголенным проводом, учишься бояться себя и своих желаний, прячешься за бегом собственных зрачков, чтобы не подпустить на расстояние нечаянного удара. Андре мог бы есть у нее с рук, если бы она ему приказала. Но это же чёртово табу. Руки соскальзывают с его плеч без контакта. Она упирается ладонями в столешницу, когда откидывается назад, и смотрит на него из-под спутанных светлых прядей. Андре хрипло выдыхает. Пульс бьется во всем его теле, как чертовски огромный маятник. Он не хочет чувствовать себя предателем, но чем крепче жмуришь веки, тем ярче образы, - вспышками сверхновой в черной пустоте. Ее губы на его члене. Рывок вперед. Жадное собственническое касание. От возбуждения было так больно, что пережимало в бедрах и поперек груди. Чего Андре не мог знать - так это того, как настойчиво его мысли царапаются к Кейт, пробиваясь сквозь зыбкую лекарственную завесу. Как передавая дым от травки губами к губам, хотелось запустить язык ей в глотку; с того самого первого дня. - Да. - у Кейт голос вдруг стал таким хрупким и неуверенным, что его кипятком окатило от затылка к пояснице. - Ты прав. Люк. Мы должны держать себя в руках ради Люка. - Ради Люка, - заторможенно кивнул Андре, безотчетно ведя сухой горячей ладонью от ее колена до бедра, к краю задравшейся юбки. Кейт выдохнула, запрокидывая голову. Под блузкой обозначились острые кости ключиц. Веки и скулы горели, как обожженные, она мелко дрожала - от возбуждения, как от холода. Интересно, с Люком она такая же? Он попытался представить, как она кончает, с этим беспомощным, мученическим выражением лица, и, оглушенный живостью картинки, хрипнул сквозь зубы и пьяно шатнулся. - Чё-ёрт. Кейт натягивала черную ажурную перчатку, вцепившись в кружево зубами. Ему было слишком легко представить ее верхом на Люке и с его членом в глотке. Андре сжал и разжал пальцы, пытаясь избавиться от морока, в котором он держит Кейт за волосы и шепчет ей "детка", заставляя взять глубже, пока Люк подкидывает ее на своих бедрах. Его даже от порно-роликов Геройгазма так не вставляло, как от этих фантазий. Кейт гибко, по-кошачьи стекла с края столешницы - лицо пятнами портила кровь румянца, вскипевшего под тонкой светлой кожей. Андре потянул воздух носом, хищно раздувая ноздри, глядя за тем, как Кейт пробирается к двери. Но когда она коснулась ручки, металл не поддался, а выгнулся под ее пальцами, как чей-то ощетинившийся хребет. Пряжка ремня гулко простучала по полу кухни. Кейт вздрогнула, когда Андре, нагнав ее в три шага, перехватил ее у двери и прижался горячими губами к виску. Она ощущала его вес, и жар разогретого металла, стыд и трепет от свершаемого ими предательства - и желание, спускающееся от горла до пищевода со скоростью крушения самолета. Она выставила вперед руки, когда он задрал на ней юбку и навалился сзади, пальцами взрывая тугой капрон. - Не уходи. Вместе с его шепотом навстречу качнулся потолок. Кейт слишком поздно осознала, что так и не успела сказать ему: "да".