Часть 1

— Блин, первый день в универе — это так волнительно! — сказала девушка своей подруге. — Да, уж, еще одна каторга на пять лет, — угрюмо ответила та. — Да, ладно тебе ворчать, Суен, зато здесь больше свободы, чем в школе. — Не вижу разницы. Учителя одни и те же: занудные и требовательные, домашки выше крыши, а еще эти дополнительные факультативы, от которых нельзя отказаться. Что в школе мы выживали, что здесь, только теперь борьба будет жестче и без правил. — Опять с отцом поругалась? — Нет, ему плевать на мое существование. По его мнению, омеги — это твари, которые вообще не должны рождаться на этот свет и уж тем более женского пола. — Забей, ведь у тебя есть я, тоже омега, у которой погибли родители, а младший брат, который год уже лежит в коме. Мне пришлось продать родительский дом, чтобы оплатить его лечение и свое обучение. Этот универ — моя последняя надежда на то, чтобы выбиться в люди и позаботиться о Джигене. — Миран, я понимаю, поэтому сама хочу доказать отцу, что и омеги могут быть хорошими людьми. Просто мне страшно. В школе все было понятно: кто враг, а кто друг. В универе все по-другому. Здесь в сто раз больше лицемерия, ведь борьба за признание идет нереальная. Я боюсь не выдержать такого давления и сломаться. — Не бойся, Су, я всегда буду рядом и подставлю свое плечо, а оно у меня крепкое, ведь не даром я была лучшей нападающей в школе. К тому же тебе ли говорить о давлении, когда ты такие виражи выписываешь на гоночной трассе? А вспомни наше первое выступление в клубе, когда нас закидали объедками? Зато теперь все заведения борются за то, чтобы мы выступали только у них. Мы через многое с тобой прошли и универ — это всего лишь очередное испытание, преодолев которое, сможем стать сильнее и лучше. — Твой оптимизм не оставляет мне шансов, поэтому придется тебе поверить. Два месяца подруги учились спокойно, наслаждаясь студенческой жизнью. Пак Суен перестала ворчать и сразу же втянулась в процесс, потому как менеджмент был для нее родной стихией. Ее отец — крупный бизнесмен и поневоле девушке приходилось самостоятельно вникать во все детали, ведь по идее, она должна стать наследницей корпорации. Однако мужчина так не считал и упорно искал себе приемника, не видя в дочери руководителя. Мать Су долго не могла забеременеть, но, когда это случилось, ее муж был на седьмом небе от счастья. Он создал почти что инкубаторские условия для жены, но несмотря на спокойную беременность, роды были тяжелыми. Лучшие врачи встали перед выбором: спасти мать или дитя, но отец моментально принял решение, о котором впоследствии сильно пожалел. Женщина умерла, но на свет появился прекрасный здоровый малыш, правда с одним изъяном — он был омегой, да и к тому же девочкой. Мужчина сильно горевал, ведь он возлагал на будущего сына большие надежды и никак не мог понять, почему сильный и здоровый альфа произвел на свет дочь-омегу, ведь в его роду такого еще никогда не случалось. Не иначе, как гены жены взяли верх и испортили ему всю родословную. Немного поразмыслив, он решил, что попробует привить своему ребенку все качества альфы, поэтому жестко взялся за воспитание. Школа, тренировки, репетиторы и ни минуты свободного времени, но так было до того момента, пока Суен не перешла в среднюю школу. Там она и познакомилась с Вон Миран. Веселая, добрая и общительная девушка заражала своим энтузиазмом, поэтому они быстро нашли общий язык. К тому же выяснилось, что у них одно хобби на двоих — страсть к музыке. Су писала песни и у нее был неплохой голос, который мог легко брать как высокие, так и низкие ноты. Ми играла на барабанах так, что поневоле все начинали танцевать и хлопать. Тогда подруги решили объединиться и создать свою группу, однако не сразу поняли какой репертуар нравится публике. Они выступали в парке, смотря на реакцию прохожих, и однажды их творчество имело огромный успех, а благодарные слушатели щедро вознаградили музыкантш. На вырученные деньги девушки досыта наелись в кафе и даже хватило, чтобы купить новый барабан. Они сблизились еще больше и стали выступать каждые выходные, пока их случайно не заметил один из знакомых отца Суен. Придя домой, омега выхватила такого леща, что три дня не появлялась в школе, пока синяк со щеки не сошел. Отец четко дал ей понять, что не потерпит в своем роду уличных музыкантов, которые клянчат деньги, а еще он строго настрого запретил общаться с Миран. Мужчина сказал, что такие как она всегда будут нищебродами и таких не должно быть в окружении главы корпорации. Су очень расстроилась, ведь она сильно привязалась к единственной подруге, которая стала лучшей для нее во всем. Однако ослушаться отца не могла, поэтому их встречи стали редкими. Всю свою злость на несправедливость этого мира омега вымещала на гоночном треке, выжимая максимум из своего спортивного мотоцикла. Как ни странно, родитель не увидел в этом увлечении ничего плохого, поэтому позволил заниматься гонками, наняв лучших тренеров. Он считал, что стремление к победе развивает лидерские качества, которые присущи альфам, а это неплохой бонус к нежному нраву дочери. Миран заметила, что ее подруга как-то отдалилась от нее, поэтому вызвала на откровенный разговор. Та упорно молчала, потому как не хотела ранить ее мнением своего отца, которое она не разделяла. Однако Вон смогла разговорить ее и тогда Пак призналась во всем, горестно рыдая у нее на груди. К великому облегчению девушка не только не обиделась, но и решила ее познакомить со своей семьей, пригласив в гости. Суен зря волновалась по этому поводу, ведь родители Ми оказались добрыми и отзывчивыми людьми. Ее отец работал на строительном заводе мастером и имел в подчинении больше сотни людей, но это не мешало ему быть внимательным и снисходительным ко всем. Мама Вон работала продавщицей в кондитерском магазине, правда на тот момент она сидела в декрете с младшим сынишкой. Пак очень понравилась теплая и уютная атмосфера, что царила в этой семье и которой ей так не хватало у себя дома. С этого момента она твердо решила противостоять мнению отца и впервые в жизни закатила ему скандал, когда тот вновь увидел ее вместе с Миран. Мужчина был в шоке от того, что омега смогла повысить голос на альфу, да еще и с таким диким огнем в глазах отстаивала свою позицию. С одной стороны, это его порадовало, ведь дочь наконец-то начала проявлять нужные навыки, но с другой, он понимал, что такое общение до добра не доведет. Время шло, а девушки уже перешли в старшую школу, продолжая заниматься своими любимыми делами. Теперь их было водой не разлить, и они всегда поддерживали друг друга на важных мероприятиях. Суен сделала пропуск на стадион для подруги и теперь та могла беспрепятственно посещать все соревнования. В свою очередь омега стала активным болельщиком Миран, ведь та играла за школу в команде по регби и была одной из лучших нападающих. Подруги жили веселой и беззаботной жизнью ровно до того момента, пока у Вон не случилась беда. Как-то ее родители с младшим братом отправились навестить бабушку с дедушкой. У Ми в этот день была важная игра и она обещала приехать к ним позже на автобусе. Однако известие о том, что ее семья попала в аварию изменило не только планы, но и всю жизнь на «до» и «после». Родители погибли мгновенно, а вот младший брат получил серьезные повреждения и впал в кому. Никто не знал, что случилось, но их машина внезапно выехала на встречную полосу и столкнулась с грузовиком. Миран не могла поверить в происходящее и она бы точно свихнулась от горя, если бы не Суен. Та все время была рядом и в больнице, и на похоронах, поэтому первое время жила у подруги, чтобы той не было одиноко. Если раньше Вон всегда подбадривала Пак и вселяла в нее оптимизм, то теперь они поменялись ролями. Омега чувствовала свою вину за произошедшее, ведь накануне этой трагедии она крупно поругалась с отцом, когда тот вновь заикнулся о ее дружбе с нищебродкой. Дочь тогда все высказала ему в лицо, упрекнув в скудности его души и всепоглощающей алчности. Она также в запале гнева упрекнула отца в том, что тот никогда не проявлял к ней нормальных родительских чувств, а лишь требовал соответствовать стандартам наследницы его бизнеса. Суен сказала, что омеге никогда не стать альфой, какие бы качества ей не привили, поэтому потребовала от мужчины смириться и перестать ее третировать. Тот ответил, что в таком случае он отказывается от нее, как от дочери и с этого момента ему безразлично все, что с ней в дальнейшем будет происходить. Однако директору крупной компании не так-то просто что-то изменить в своей семье, чтобы избежать огласки. Поэтому он просто перестал воспринимать своего ребенка всерьез и начал активные поиски приемника. Девушка наконец-то получила долгожданную свободу, но подслушанный разговор отца после трагедии в семье Миран, дал понять, какой ценой она ей досталась. Пак узнала, каким ужасным монстром был ее родитель, но прямых доказательств его причастности к аварии она так и не смогла найти. Суен не решилась рассказать Ми правду, поэтому считала своим долгом быть рядом со своей подругой и помогать ей во всем. Продать родной дом Вон была ее идея, когда она узнала, какой счет выставили врачи за нахождение Джигена в больнице. Через семейного адвоката омега сделала так, что часть вырученных денег пошла на оплату счета, а другая часть легла на счет Миран. Она также помогла той с покупкой небольшой двухкомнатной квартирки в спальном районе города и теперь у них было место, где они могли спокойно репетировать. С такой поддержкой Вон потихоньку вернулась к нормальной жизни, хотя ее состояние вряд ли можно было назвать таковым. С утра школа, потом тренировка, днем подработка в магазине, где работала ее мама. Хозяйка оказалась душевным и неравнодушным человеком, поэтому взяла девушку к себе помощницей, узнав о трагедии. По вечерам подруги выступали в различных клубах и все заработанные деньги Пак отдавала Ми. Она также заботилась о том, чтобы та хорошо питалась и делала за нее домашку, когда подруга валилась с ног от усталости. Окончив школу, девушки также решили идти в один универ, чтобы и дальше шагать по жизни вместе. Суен в принципе это было не нужно, потому как она твердо решила связать свою жизнь с гонками, но девушка не хотела бросать Вон, поэтому решил идти с ней до конца. Подруги только что закончили обедать в университетской столовой и вышли в огромный холл, где все студенты резко оживились. Внезапно стеклянные двери разъехались в стороны, пропуская внутрь здания группу парней, состоящую из четырнадцати человек. При виде них, все учащиеся разом восторженно загудели, выстроившись в две шеренги, а парни прошли мимо с пафосными лицами, едва улыбаясь. Суен с Миран стояли в первых рядах и не понимали, что происходит. — Кто это? — удивленно спросила Вон у одногруппницы. — Ты что? — изумилась та. — Это же Дейнжеры, звезды нашего универа. — И в чем же их особенность? — спросила Пак. — Они играют в одной команде по регби за наш университет. — У вас есть такая команда? — снова удивилась Миран. — Конечно. Эти парни порвали всех в прошлом сезоне, а в этом году им бросил вызов самый престижный универ Сеула, поэтому их даже освободили от занятий. — Так вот почему мы о них ничего не слышали, — сказала Суен. — А с какого они курса? — С третьего по управлению бизнесом. — В какой-то степени коллеги. — Ага, держи карман шире. Эти альфы порвут тебя как Тузик грелку, ведь они на дух не переносят омег. — Местные задиры, что ли? — уточнила Ми. — Что-то типа того, только от них пощады не жди, особенно от капитана команды и его правой руки. Альфы как раз поравнялись с девушками и те во все глаза смотрели на знаменитых игроков. Все они были как на подбор: здоровенные, широкоплечие, с узкой талией и мощными ногами. Их боевой, уверенный в себе, дух накатил на омег такой мощью, что мурашки против воли пробежались по их телам. Миран случайно встретилась глазами с капитаном команды и ее сердце замерло в восхищении. Светловолосый парень одарил студентку холодным, надменным взглядом и как ни в чем не бывало прошел мимо. — Только не говори мне, что ты хочешь в эту команду, — сказала Су, увидев нездоровый блеск в глазах подруги. — Очень хочу! — выпалила та. — Эй, ты же понимаешь, что при любом раскладе тебе это не светит? Ты не можешь играть в мужской команде. — Да все я понимаю, просто не знала, что в этом универе играют в регби, но тебе не кажется это удачным совпадением? Возможно, если я поговорю с тренером, то он захочет создать и женскую команду, что скажешь? — Скажу, что ты сошла с ума. Ми, очнись и сбавь обороты. Слышала, что говорили об этих парнях? Они терпеть не могут омег, поэтому твоя идея бредовая. — Но я не прощу себе, если хотя бы не попытаюсь. Пожалуйста, Суен. — От меня-то ты чего хочешь? — Пойдем со мной к их тренеру. Просто в твоем присутствии мне будет спокойнее с ним разговаривать. — Ладно, но лишь для того, чтобы убедиться в своей правоте. Подруги направились к спортивному залу, где находился кабинет преподавателя по физической подготовке. Тем временем там шла жаркая дискуссия между двумя тренерами. — Сеул — это тебе не провинция и мы не можем опозорить честь нашего университета только, потому что один из игроков сломал ногу, — сказал один мужчина. — А я где возьму тебе замену? — спросил другой. — Мы и так играем против правил с пятнадцатью игроками, когда их должно быть двадцать три. — Но выигрываем же. Набрать восемь на скамейку запасных не проблема, а вот найти хорошего нападающего — это катастрофа! Игра уже через месяц, и я ума не приложу, кем можно заменить Тана. — Чего тебе? — грозно рявкнул второй тренер, увидев незнакомую девушку в проеме двери. — Простите, я просто хотела узнать, не ведется ли набор в женскую команду по регби? — пролепетала Миран, сложив ладони лодочкой у груди. — Ты сейчас серьезно? В нашем университете есть только одна команда и она мужская. — Да-да, понимаю, но дело в том, что я занималась этим в школе и была одной из лучших нападающих. — Детка, не смеши меня. Ты видела наших парней? — Да, они просто шикарны, но я тоже могу показать неплохой класс в игре и если бы Вы подумали над моим предложением, то… — Так, все, иди отсюда, ибо мне некогда слушать этот бред. — Погоди-ка, — сказал другой тренер. — Сколько лет ты играла в регби? — С начальной школы. — Сколько кубков выиграла ваша команда? — Я не помню, но она была в числе первых среди школ. — Хм, а что это может быть интересно. — Только не говори, что ты хочешь заменить ей Тана, — удивился первый тренер. — Почему нет? Если эта девушка действительно покажет хорошие результаты на поле, то я готов рискнуть. — Да ты в своем уме? Она же девушка! — Под амуницией и шлемом пол неразличим. — Да ее наши же альфы сравняют с газоном так, что мокрого места не останется, а даже, если она и выживет после этого, то я сильно сомневаюсь, что Мин примет ее в команду. — На кону важный матч, от которого зависит попадем мы в высшую лигу или нет, поэтому я сделаю все, что угодно, лишь бы выиграть. — Даже пойдешь против правил? — Мы и так их уже нарушили с количеством игроков. Что касается капитана, то думаю, смогу договориться с ним. — Ну, удачи тебе и потом не говори, что я тебя не предупреждал о последствиях. — Так что, Вы подумаете над моим предложением? — спросила с надеждой студентка. — Как тебя зовут? — Вон Миран, я учусь на первом курсе менеджмента. — Это неважно. Скажи, ты готова сегодня показать свои навыки? — Конечно! — Тогда ровно в шесть жду тебя здесь. Нужно будет подобрать тебе амуницию по размеру, так что не опаздывай. — Погодите, но второй тренер сказал, что у вас нет женской команды, зачем тогда амуниция? — Потому что ты будешь играть в мужской. — Эмм, как это? — Дело в том, что наш нападающий не кстати сломал ногу, а у нас важный матч на носу. Если ты поможешь нам выиграть его, я подумаю над созданием женской команды по регби. — Но как игроки отнесутся ко мне? — За это не переживай, мое слово для них — закон. Кстати, у тебя нет на примете еще игроков? Нам позарез нужны запасные. — Только девушки. — Подойдет, что ж, жду тебя вечером. — Хорошо, спасибо. — Видимо, студентка настолько отчаялась, что решила умереть молодой, — неодобрительно покачал головой другой тренер, когда за Вон закрылась дверь. — Кто знает? — ответил его коллега. — Возможно, за хрупким телом кроется боевой дух чемпиона. В любом случае, запишу ее как запасного игрока. Суен нервно измеряла шагами ширину узкого коридора, в то время как радостная Миран сидела на подоконнике, щурясь от солнечного света. — Поверить не могу, что взрослые мужики повелись на это, — возмущалась Пак. — Это же чистой воды самоубийство! Они возьмут ответственность за то, что ты останешься калекой? — Ну, почему сразу калекой? — возразила подруга. — Может, это я еще кого-нибудь зашибу ненароком. — Ага, ты видела этих громил? От одного их взгляда я чуть не получила перелом позвоночника. Ми, прошу тебя, брось эту затею, ведь для меня ты всегда будешь номер один. — Эх, Су, — вздохнула та, спрыгивая с подоконника и обнимая девушку. — Я уже тысячу раз говорила, что ты самая лучшая подруга на свете, но ты же меня знаешь. Отступать не в моих правилах, к тому же в нашей школьной команде тоже были альфы и как видишь, я выжила. — То были девушки, которые и в подметки не годятся этим самцам. Однако, я вижу, что ты уже все решила и правда не передумаешь? — Так и есть и ты еще будешь мной гордиться. В раздевалке царил гомон, потому как все парни обсуждали последнюю игру своих будущих соперников. Однако капитана команды и одного из лучших нападающих, а по совместительству, его лучшего друга это мало интересовало. — Ну, что, Юн, приметил сегодня кого-нибудь из первоклашек? — спросил тот. — Даже глаз положить не на кого, не то, что кости бросить, — ответил Мин. — Ну, а ты? — Та же песня. В этом году прям какой-то наплыв омег. Однако я заметил, как ты задержал свой взгляд на одной из них. — Не понимаю, о чем ты? — Да, ладно, бро. Омежка с оленьими глазками. Ты смотрел на нее дольше обычного. — Тебе показалось. Я смотрел на нее ровно столько, чтобы она поняла, где ее место. — О, но ты не отрицаешь этот факт, а это уже о многом говорит. — Тэ, тебе докопаться не до чего? Лучше подумай, как мы будем играть без Тана? — Да, блин, не вовремя он сломал ногу. — Так, парни, минуту внимания, — сказал тренер, войдя в раздевалку. — Все одеты? — Тренер, с каких это пор Вы стали нас стесняться? — заржал один из игроков. — Очень смешно. Как вы знаете, у нас на носу важный матч и без Тана нам будет очень сложно его выиграть. О проигрыше я не говорю, потому что кто мы? — Лучшие! — хором крикнули все парни. — Да, поэтому у нас в команде новенький. Вон, зайди. В раздевалку вошла невысокая девушка в амуниции. Она смущенно теребила в руках шлем, боясь поднять глаза. — Знакомьтесь, это Вон Миран, — сказал тренер. — Утверждает, что была лучшей нападающей в школьной команде. Небольшое помещение заполнилось диким гоготом и даже мужчина слегка улыбнулся, но потом хлопнул студентку по плечу и сказал: — Хватит ржать. Надеюсь, вы примете ее и покажете, к какой планке она должна стремиться. У Мина отпала челюсть, когда он увидел ту, о ком недавно говорил Тэхён. Тот ткнул его локтем в бок, нагло ухмыляясь при этом. — Тренер! — подскочил Юнги к мужчине. — Вы сейчас серьезно? — А видно, что я шучу? — Но она — омега, да к тому же еще и девушка! Какой из нее нападающий? — А с чего ты решил, что омеги не могут быть нападающими? — Это несерьезно. На кону честь нашего универа, а Вы ведете себя так, будто это игрушки для Вас! Я отказываюсь принимать ее в свою команду! — Послушай, Мин, мне сейчас не до твоих истерик. Ты глубоко ошибаешься, если думаешь, что мне безразлично будущее нашей команды. Впереди слишком важный матч, поэтому, если нужно, то я заставлю даже муравья сражаться за эту победу! То, что вы все — альфы, не значит, что вы лучшие. Неважно кто в команде: альфы или омеги, важно то, какой в ней настрой и как слаженно игроки могут взаимодействовать друг с другом на поле. Тан очень сильно подвел нас, хотя вины его в этом нет, поэтому я буду использовать любую возможность заменить его. Если Вон сегодня покажет хороший результат, она останется в нашей команде, хотите вы того или нет. — Но это ведь против правил. — Если вы будете молчать об этом, то никто и не узнает. Так, все, время поджимает, поэтому жду вас снаружи. Юнги развернулся и, бросив ненавистный взгляд на омегу, злобно сказал: — Тебе не жить. Миран нервно сглотнула, но пошла за остальными, чувствуя на себе их насмешливые взгляды. Игра началась, но никто не замечал присутствия новичка. Все пасы были мимо нее, хотя она и была открыта для передачи. Парни намеренно игнорировали девушку, сбивая с ног и больно толкаясь. Вон взглянула на тренера, ища поддержки, но тот лишь с интересом следил за развитием событий и явно не собирался вмешиваться. Студентка поняла, что от нее ждут жестких приемов, поэтому во что бы то не стало решила доказать, что достойна играть на ровне с альфами. В следующем тайме Миран проявила прыткость и хитростью отняла мяч. Она неслась по полю словно преследуемая лань, а за спиной слышала топот десятка ног, который не сулил ничего хорошего. Мощные тела альф с грохотом сталкивались друг с другом за ней, норовя раздавить хрупкую девушку. Однако, благодаря своей легкости и изворотливости, ей удалось достичь черты и бросить за нее мяч. Чувство собственной значимости было столь высоким, что Вон не сразу поняла, что забила гол в свои ворота. Парни дружно гоготали над ней, обступив со всех сторон, но положение как всегда спас тренер. — Ну, чего ржете, кони? — спросил он, подходя к растерянной студентке. — От вас же за версту прет агрессией, вот девчушка немного и не разобралась в ситуации. — Если она и на игре будет себя так вести, то победы нам не видать, — сказал капитан. — Правильно мыслишь, поэтому твоя задача — натаскать ее так, чтобы она не смогла оплошать. — Я что ей, нянька? Если хочет играть в нашей команде, пусть сама во всем разбирается. — Блин, ну, вот почему мне удалось сколотить такую мощную команду, но никак не получается привить вам взаимопомощь? Капитан команды — это тот же тренер, поэтому ты должен помогать новичкам осваиваться. Вспомни себя, каким жалким ты был, придя в мою команду. Парни, запомните, победа зависит от всех игроков без исключения, поэтому вы должны быть единым механизмом. — Но тренер, за месяц невозможно обучить всем нашим приемам. — А ты обучи основным. В девушке есть потенциал и ее изящность может сыграть нам на руку, так что Юнги, могу я рассчитывать на твою помощь? — Можете, тренер, но чудес не обещаю. — И на этом спасибо, а на сегодня все. Идите в раздевалку.