Праздник Архо. Первый день ярмарки

Знаете, чем всегда славились марглины? Они славились: интеллектом, силой, красотой, ярмарками и выпивкой. И к слову о ярмарках, в честь праздника Архо, на центральной площади городов устроили большую ярмарку. Выпивка, угощения, разные лавки с артефактами, книгами, оружием. На улицах уже вечерело, а значит праздник только-только начался. Дети носились меж небольших лавочек со сладостями, подростки играли на традиционных инструментах или стояли у прилавка. Взрослые и старики только-только начали подтягивался на ярмарку. Марглины в традиционных костюмах ходили по улочкам, сразу можно было обратить внимание на то какие они были разные. Обычно похожие друг на друга ушастики сейчас отличались разной вышивкой на одежде, её внешним видом. Пышные юбки девушек красиво двигались при ходьбе, а расписные плащи и кардиганы мужчин заставляли открыть рот в изумлении. Ярмарка хоть и грандиозное событие, но она только для своих. Естественно можно прийти с друзьями или знакомыми, но тогда предстоит написать предупреждение об этом за несколько месяцев или хотя бы недель до ярмарки. – Тáтушка! Здравствуй! – здоровается с пришедшим на ярмарку девчушка, – рада тебя видеть в здравии! – парнишка лишь обворожительно улыбается ей и кивает в знак приветствия. - Ты на смене сегодня? Я думал мы вместе сходим отдохнуть, повеселимся. – Он явно расстроился из-за нарушенных планах. Тáтушка, как его назвала девушка, смотрел с разочарованием на подругу, когда та улыбалась во все тридцать два. И теперь даже понятно почему, на его плечо легла большая рука, он машинально дернулся в сторону. Развернувшись, парень увидел мужчину с мелкими морщинками в уголках глаз и рта. Это был отец его дурашной подружки. Мужчина улыбался детям и слегка подтолкнул их глубже с прохода мол “идите веселитесь, я со всем здесь разберусь”. Юля схватив парня за руку побежала на главную улицу ярмарки. Юля, забавно, что это очень непривычное имя для Аллории и принадлежит оно людям. Говорят, девочка родилась от смешения человека и марглина, но это скорее всего байки. – Тáтушка, пойдем купим конфет? – Юля складывает ручки в молящем жесте и смотрит своими большими фиолетово-розовыми глазами прямо в душу. – Хорошо, идем, – а после нескольких секунд молчания добавил, – и не называй меня так больше, меня зовут Тетторо, а не Тáтушка! – он скорее шуточно нежели реально намереваясь сделать больно, ударил девчушку по голове. Юля виновато улыбается и трет макушку, но в ее глазах все равно играли озорные искорки. Идя к палатке со сладостями, ребята, обсуждали прошедший учебный год, каникулы, ярмарку и свое будущее. Дойдя до места назначения, Юля, достаточно быстро определилась что она хочет и ждала только своего друга. Сам же Тео любовь к сладостям не питал, так что доверился выбору старшенькой. Взяв на двоих жевательных конфет со сливками и ягодами, они отправились на изучение ярмарки. Ну так почему марглиновская ярмарка так известна? Ну, во-первых, это один из легальных способов попробовать их настойку, во-вторых купить редкие артефакты и в-третьих это то что ярмарки практически никогда не похожи друг на друга. Украшения, декорации, местоположение лавок, ассортимент оружия, артефактов, драгоценных камней или минералов (хотя последнее сложно не повторять так что оно скорее идет как исключение из правил). А также выпадала редкая возможность купить исключительно марглиновские побрякушки по типу отлеживающихся брелоков, бесконечных записных книжек (они конечно и в остальных регионах есть, но тут более распространённые, и дешевые), ручек для письма из резного дерева, которые к тому же можно было еще и заправлять. Разные украшения, серьги, кулоны, нечто напоминающие тиары, гребешки и заколки для волос. Проходя между очередных торговых лавок, Тео что-то приглянулось. Потянув Юлю за руку, ушастик остановился рядом с лавкой украшений для волос. Оказалось, его внимание привлекла канзаши с белыми и голубыми лунными цветами. Цветы напоминали наши хионодоксы или баухинию, маленькие длинные и не особо ровные цветочки были сделаны либо из цветного стекла, либо из голубой шпинели и морозного камня. Тео хотел спросить о цене столь красивой вещицы, но подняв голову на продавца так и остался с открытым ртом стоять. Ручная робота марглинов всегда узнавалась и редким мастерам удавалась было достичь такого уровня. И все же отмерев, Тео спросил про цену на что получил мягкую улыбку мужчины: – Три девятьсот. – ответил ему продавец. Это была вполне привычная цена, ничего странного за исключением того, что обычно такие продавцы сдирали раза в три дороже мол “ я долго учился, у меня хороший и качественный товар”. А тут вантир продает канзаши за ее реальную стоимость. Тео недоверчиво косится на него – в чем подвох? Она посеребрённая и со стеклом, да? – мужчина лишь весело смеется и махает рукой. - Нет-нет, мой юный друг! Там нет и грамма стекла и состоит она только из камней и серебра! А если тебя так смутила цена, то отпусти свои сомненья, я вырос в приемной семье, мой отец тут часто раньше торговал. Мы были единственной торговой точкой что не меняла свое месторасположение уже много сотен. И в правду, Тео вспомнил того милого старичка, еще раз покосившись не доверчиво на рогатого продавца, он решился на покупку. Обычно, при покупке такой вещицы на нее давали гарантию, если, например, материалы оказались не теми или был какой-то брак, ну или просто решил вернуть за ненадобностью. Оплатив все и заполнив документы, Тео передал дубликат договора, а оригинал забрал себе. Забытая подруга недовольно топала ногой в такт играющей где-то на площади музыке. Дождавшись, когда Тео заберет пакетик с красивой коробочкой внутри, она зло дернула его за широкий рукав расписной рубахи. Юля потащила парня за собой через всю улицу. Чем ближе они подходили к площади, тем громче играла музыка и пение, за те несколько часов что они гуляли, ярмарка подошла к своему пику. Выбежав на площадь Юля резко крутанула Тео вокруг его оси и положила руки на плечи. Уже стемнело и это означало что праздник был в самом разгаре. Народ подтягивался и на площади становилось шумно, но громкая музыка заглушала звуки толпы. Несколько арховых марглинов стучали в традиционные барабаны квадратной формы, их тяжелые ритмы задавали темп танцу. Вся толпа словно один живой организм начала двигаться в едином ритме. Черно-белая толпа создавала серую мешанину, партнёры менялись в танце. Танцевавшие Юля и Тео тоже были сворованы друг у друга в какой-то из моментов, хотя навряд ли они были против этого. Быстрый ритм не давал расслабиться, он лишь утягивал за собой в некое забвение, словно хороший крепкий алкоголь. К барабанам начали присоединяться бубны, трещотки, колокольчики и несколько вокалистов. Ночные красные фонари освещали площадь и танцующую толпу, не танцующие же марглины разносили напитки ловко маневрируя. Алкоголь лился рекой, Тео выпил залпом, перехваченный стакан у одного из разливщиков и тут же вернул его, но уже другому. Он не запоминал лица танцующих с ним аллотерианцев, он просто наслаждался танцем, музыкой и хорошим алкоголем. Говорят, марглины практически не пьянеют от алкоголя, но, видимо, не на ярмарках. Его очень часто смешивают с их настой, ядреная штука, если честно, ее практически не пьют в чистом виде, только если какие-то безбашенные. По крепости как восьмидесяти градусный абсент, да и по составу похожи растительными компонентами в виде полыни, мяты и аниса. Огни мигали и путали, Тео резко крутанули, и он в кого-то врезался спиной, обернувшись, он заметил Юлю и спокойно выдохнул. Потянув ее за подол платья, направился к столам, на выход из танцующей массы. Они оба пьяные, уставшие, так что Тео решил сделать им перерыв. Уже выйдя из толпы, на них повеял прохладный, ночной воздух, глубоко вдохнув его ребята расслабились и побрели к лавочкам у столов. Только сейчас начали возвращаться ощущения своего тела, ноги мелко подрагивали от долгого интенсивного танца, пот несколькими каплями стек по вису. Было очень жарко. Одежда хоть хорошо продувалась и была достаточно легкой, но этого явно не хватало. Остальные марглины тоже медленно подтягивались к столам. Музыка прервалась на несколько минут, а после возобновилось, видимо музыканты поменялись На столе, за который они сели было несколько графинов с холодной водой и большая тара со льдом. Закинув в два стакана равное количество льда, Юля налила воды и передала один из стаканов перегревшемуся Тео. Жадно отпив, Тео с улыбкой посмотрел на Юлю и рассмеялся, и рассмеялся он так заразительно, что его смех поддержала не только подружка, но и все за столом. Приподнявшись над своими местами, сидящие дружно чокнулись стаканами с водой, которые вскоре заменятся на что-то покрепче. Алкоголь лился рекой точно также, как и разговоры. Марглины всегда были дружным и очень мирным народом, в гневе их видели лишь один раз, когда 500 сотэ́н назад вековой договор был нарушен. Отстранённые и не разговорчивые, сейчас болтали обо всём, и не важно, взрослый или ребенок, марглин или нет. Их территория всегда была закрыта и пообщаться с марглинами было очень тяжело даже за её пределами. Возможно именно поэтому марглиновские ярмарки так высоко ценятся. Тео активно ведет диалог с парнишкой примерно своего возраста, его темно-рыжие волосы забавно кучерявились и торчали в разные стороны, чуть вздернутый нос был усеян мелкими пятнышками. Только сейчас он узнал в нем того, с кем чаще всего танцевал этим вечером. Этот парнишка перебил Тео на середине рассказа вопросом – Ты уж извини за возможно малость не корректный вопрос, но ты ведь помесь, да? Я просто не особо хорошо в вас, черных помесях разбираюсь, но у тебя так много пятен на лице. – Тео недовольно скривился на его слова ведь тот был прав, он помесь. Не то что их не любили или призирали, считали слабыми или еще что то, но такой вопрос в лоб был не особо приятен. Его новый знакомый явна намекал на то что в его крови есть гены пятнистых марглинов, ведь на его лице было два пятна. Одно большое идет на щеке и затрагивает глаз, в том месте бровь и ресницы более светлые, почти белые, а второе не большое, прямо под глазом, причудливой формы.Так же их очень много на руках. Тео зло фыркает и отворачивается, тихо добавляет – Архо и тьма. Дернув Юлю за рукав встает с насиженного места и идет к арке, которая вдет в небольшой импровизированный парк. Ему не особо нравятся вопросы о его внешности, родителях, когда заходит речь о их расе. Юля хвостиком идет рядышком готовая в любой момент его поддержать, тоже знает, как тяжело он воспринимает эту тему. Зайдя в парк, Тео практически валится в траву, но крепкие руки Юли не дают ему это сделать. Они аккуратно садятся чуть дальше входа, где их не будет видно со стороны столов и просто смотрят на архо. Они не разговаривают, им хорошо в этой тихой мелодии звуков веселящегося народа и тихого стрекотания каких-то насекомых. Шумное празднество начало подходить к концу, народ медленно подтягивается смотреть на звезды. Кто-то тихо молится на старо-марглиновском сидя на коленях вознеся руки к небу. Арховые марглины призвали белые сферы-светлячков, помечая свое присутствие. - Так шумно, лучше б я вообще не приходил – Тео плотно прижал уши к голове и положил на них руки, недовольно морщась от большого количества народа. Крепкие руки сживают его в объятьях, срывают от внешнего шума, ласково гладят по голове, а после и вовсе укладывают себе на колени. Теплая ткань приятно ощущается щекой, а мягкие, но сильные бедра служат отличной подушкой. Поймав левую кисть девушки, Тео оставил несколько поцелуев на разбитый, шершавых костяшках. Юля в ответ свободной рукой ворошит мягкую шерсть у основания ушей, зачесывает длинную челку назад и снова возвращается к длинным, черным ушам с кисточками. Тео издает не понятный звук, но он явно доволен такой лаской, его уши довольно чувствительны как к звукам, так и к прикосновениям. Их милое взаимодействие друг с другом прерывает пятнистый марглин с зелено-голубыми глазами, парень виновато смотрит на него и уже было открыл рот для извинений, но его перебил холодный как стать голос: – Мне не нужны твои жалкие извинения, прежде чем говорить и задавать столь личные вопросы нужно думать головой, но в случае с тобой это будет бесполезно, – Тео смотрел на него до дрожи пугающим взглядом, а через несколько секунд таких гляделок добавил, – вон. – парень испуганно отходит от него явно не ожидав столь резких слов, его пушистый хвост прижимается к ноге и судя по лицу он вот-вот расплачется. Их маленькая потасовка привлекла несколько зрителей, но марглины не имеют привычки лезть не в свое дело, если только это “не их дело” не доходит до драки. В таком случае, все решается довольно просто, без разборов кто прав, кто виноват, двумя ударами не до конца разложенной ситри, каждому. Юля жестом показала, что бы парень уходил и не злился на ее друга мол “сказал он на эмоциях, не воспринимай это близко к сердцу”. Дождавшись, когда пушистик скроется из виду Юля не жалея зарядила Тео подзатыльник –ты зачем на парня так шипишь, я понимаю тема больная, но он явно не тот, кто реально хотел бы тебя задеть этим вопросом. Ты ведь знаешь на сколько они мягкие, как в прямом, так и в переносном значении слова “мягкие”. – злую тираду Юли прервал недовольный полу-цок полу-фырк со стороны Тео. – Я думал ты на моей стороне…да и они все нытики, которые сопли жуют. На этом их диалог закончился, Юля все также поглаживала Тео по волосам, а он просто лежал на ее ногах и урчал. Напряжение и обида быстро развеялись, они не привыкли долгое время находиться в ссорах. Музыка со сцены давно прекратилась, ее заменила музыка природы и тихие беседы. Марглины садились плотнее друг к другу, образовывая кольцо в то время как друзья решили остаться немного в стороне на своих прежних местах. Первыми запели арховые, за ними последовали черные и белые, самые последние были пятнистые. Их голоса смешивались в нечто прекрасное и просто до невозмутимого сказочное. Они все чувствовали друг друга и это даже не преувеличение, они чувствовали эмоции друг друга, чувствовали голоса, и кто поет. Некоторые косились на Тео как на единственного кто не поет, хотя через несколько секунд они в унисон с Юлей запели. Их пение казалось намного чище, мягче и слаженней чем у всех. Они смотрели в ночное небо и просто пели, забыв обо всех, лишь для себя и не для кого более. Мелкие светящиеся шарики парили в воздухе мерцая разными цветами, гости пришедшие на ярмарку зачарованно наблюдали за поющими и атмосферой вокруг.