Так было всегда

Лололошка помнил это смутно. Почти и не помнил вовсе. Лишь ощущение жгучего, как огонь страха, чувствовалось и по сей день. Лишь безумный яростный взгляд брата остался в памяти, в самых ее недрах. И, кажется, отчаянный крик, толи его собственный, толи это был и вовсе гневный крик брата. Воспоминания об этом дне смазались, точно краска в палитре. Истерлись и истрепались, подобно старой картине в музее, которую давно уже не реставрировали.