Сложные дни

      Начались заморозки, а снега ещё не было, но изо рта обильно валил пар. Это декабрьское утро так и благоволило на прогулку. Моника, закутанная в мантию поверх теплого свитера, бежала прямиком к черному озеру, сбивая на своем пути попадавшихся студентов. Как только она заметила спину Липа, замедлилась, стараясь восстановить дыхание. Поправив прическу, она окликнула его.       — Привет, Моника. — заметив её он подошел ближе что бы обнять.       — Привет, Лип. — уворачиваясь поздоровалась.       — Пройдемся?       Начало уже было неловким. Она так давно хотела его обнять, но сейчас это казалось невозможным из-за колотившегося в груди сердца. «А вдруг услышит?». Они были все дальше от замка, а разговор не складывался. Это свидание было катастрофой мирового масштаба.       — Красивая мантия.       — Спасибо. Долго думала какую брать. Лиловую или болотную. Заказывала там же где нам шили школьные, хотя думаю все там заказывают, они же делают неплохую скидку для нас. Твоя тоже оттуда?       — Не совсем. У папы есть портной, он и на меня шьет, иногда.       — Это весьма удобно.       — А чем занимаются твои родители?       Моника думала над этим еще с первого курса, но так никто и не спрашивал. Ей нужно было соврать правдоподобно, что бы маглорожденные знали, что это скучно, а чистокровные примерно понимали о чём речь.       — Ну, мой отец судья, а мать бухгалтер.       — Ого, вот совпадение. Мой отец Судья в Министерстве магии. Сильно магловская должность отличается?       Она побелела и стало так дурно, можно было падать на месте.       — А, он не особо любит говорить об этом.       — Очень жаль. Мой тоже не распространятся.       — Наверное им непросто.       — Да, мой отец недавно отправил в Азкабан своего школьного друга, представляешь? Они учились на одном факультете, да ещё и спали в одной комнате. После темы семьи перешли на общие увлечения, а если точнее - квиддич. Неделю назад Когтевран обыграл Пуффендуй, поэтому победители скоро должны будут соревноваться со Слизерином. После этого воскресный матч против Гриффиндора. Лип не особо рассчитывал на победу своей команды, они только недавно обновили состав.       — Слушок прошел что у них там появились новые метла благодаря Монтгомери. Будьте осторожны.       Эти слова заставили смутиться, а воспаленный влюбленностью мозг уже преобразовал в «Будь осторожна».

      «Осторожна, осторожна, осторожна»

      — Да ладно тебе.       Фыркнув стукает его в плечо.       — Эй, не делай так у меня же будет синяк.       Руки опустились, а смущение поглотило полностью. Он потирал ушиб.       — Ладно, пошли.       Потянул её дальше еще чуть ближе к озеру. Вокруг ходило несколько пар держащихся за руки. Это всё были тайные свидания, первые перед тем как выйти в свет Хогсмида. Как-то сложилось что по четвергам озеро оккупировали влюбленные. Это была проверка перед чем-то большим. Продолжать дальше или нет. Влюбленность тут так же быстро исчезала, как и появлялась. Лип немного рассказал всяческих историй в ответ Моника поделилась своими. Ещё немного похохотали, пообщались да разошлись. Девушка осталась весьма довольна этой встрече, надеясь, что ему тоже было хорошо. Она шла, думая о втором свидании уже в трех метлах. Быстро зашла в комнату, начала переодеваться.       — Ты собираться на ещё одно rendez-vous? Тебе мало одного soupirant? Ах, это же уже cinquième.       На радостях девушка даже не заметила сидящую за туалетным столиком соседку. Вздрогнула. Хотелось, побыть немного одной. Рейчел Буффе почти не отвлекалась, что-то активно переписывая с пергамента на пергамент.       — Ох, нет.       В мыслях сразу начали крутиться шестеренки намечая план побега к подругам.       — Тогда куда ты, ma chère?       — У меня встреча с подругами в Хогсмиде. А ты что пишешь? Конспект?       Хотелось как-то её подколоть в ответ. Их отношения были странными. Буффе раскидывалась ненужными уменьшительно ласкательными подколами, а Грин старалась уколоть в ответ. Получалось плохо, ведь француженка недавно перевелась и про неё почти никто ничего не знал. Та развернулась хищно улыбаясь.       — Пишу Слизнорту о произошедшем malentendu. Прошу его пересмотреть решение и тоже принять меня в этот ваш кружок.       — Ты же завалила зельеварение.       — И что? Тебя он взял. Хотя явно ни таланта, ни внешности.       Внутри всё кипело. Мон надевала пальто, стараясь не думать об этом. Незачем портить себе настроение перед встречей. Так что свежий зимний воздух показался невероятным спасением. Уже было время обеда. В замке для желающих подавали еду, но тех студентов было мало, все гуляли вокруг наслаждаясь выходным. Поднимаясь по мостику проскользнула вниз, здороваясь со знакомыми.

      «Парни, наверное, ещё спят.»

      Парни действительно ещё спали, только изредка по комнате раздавался храп.

***

      В трех метлах было шумнее обычного, народ еле протискивался в этой толпе. Всюду стоял запах пота, разлитого кем-то сливочного пива и старости помещения. Казалось этот паб стоял тут ещё до основания Хогвартса. Хотя, зная любовь двух основателей к выпивке было бы весьма ожидаемо предположить, что школу возвели только из-за него. Закрывая дверь девушке пришлось проталкивать себя до стойки для заказа содовой с вишневым сиропом.       «Нужно будет предложить начать встречаться в Чайном пакетике Розы Ли»       Моника заметила подруг сидящими у окна.       — Привет, как вам удалось это провернуть?       Это были две девушки с противоположных факультетов Слизерин и Пуффендуй. Удивительное было совпадение что они встретились ещё в поезде с тех пор иногда встречаясь на уроках, матчах или за простым обсуждением глупых мальчишек и прочих интересных дел.       — У этой змейки везде связи. — задорно посмеивалась Шарлотта.       Она была самым ярким представителем пуффендуйцев, буквально олицетворением факультета. Её выпечкой можно было соблазнить кого угодно, а неоправданное веселье в тех или иных случаях даже пугало.       — Что ж поделать если у меня это в крови.       Холли отличалась острым умом и быстро находила решения даже в самых, казалось бы, безвыходных ситуаций. Поэтому если нужен был совет подруги отправлялись к ней, но к сожалению свои любовные неурядицы она решить не могла. Девушка села к ним.       — Так что? Как там твое свидание с этим неотразимым красавцем?       Шарлотта перекинулась через стол, наклоняясь ближе, будто их кто-то подслушивал и ни одна тайна этой беседы не должна была покинуть этот доверенный круг.       — Это было невероятно. Мы много говорили, очень много. Он проводил меня до коридора нашей гостиной.       Было сложно говорить об этой встречи, почему-то сразу вспомнился его осуждающий тон. Моника поджала губы.       — Что-то произошло?       — Нет, нет. Всё хорошо. Расскажу вам подробности в более уединённом месте. А что нового у вас?       За столом возникло напряжение, которое так же быстро развеялось. Меньше всего Моника хотела обижать друзей, но, когда о встрече было упомянуто вслух что-то неприятное всплыло в сознании.       — У кое-кого тут скоро тоже будет свидание.       Пуффендуйка многозначительно посмотрела на подругу.       — О, неужели тебе кто-то понравился Холли?       Щеки её покраснели.       — Скорее она ему понравилась. Выловил прямо в коридоре, представляешь?       — И кто же этот загадочный парень?       — Пруэтт.       Братья Пруэтты были невероятными красавцами. Рыжие, высокие с отличным чувством юмора, мечта большей части школы. Завоевать их внимание казалось невозможным, по большей части они общались только между собой.       — Ага. Да ты счастливица. А это был Фабиан или Гидеон?       Лицо девушки исказилось страхом бледнея.       — Как же ты можешь не знать?       — Он не представлялся.       За столом раздался смех, смешавшийся с шумным окружением. Моника совершенно перестала следить за временем наконец общаясь с тем, кто её понимает. Наконец можно было обсудить ужасные туалеты, глупых мальчишек и предстоящий бал. Опомнилась она, когда на темнеющей улице показалось два знакомых силуэта прилипших к окну. Оба кривлялись, показывали языки, что-то пальцами. Моника резко покраснела, продолжая смотреть на это безобразие. Людей в пабе стало меньше и почти каждый мог их прекрасно наблюдать.       — Чего это ты покраснела?       — Там что Лип? — Шарлотта с интересом проследила за взглядом подруги.       — Только давай аккуратно чтобы он не понял, что мы смотрим на него.       Девушки резко повернулись к окну.       — Всего лишь два придурка. — Холли закатила глаза разворачиваясь обратно. — Когда ты уже перестанешь возится с ними?       Моника не могла бросить кого-то из них. Раньше они даже могли погулять большой компанией, но после того как Сириус расстался с Холли это представлялось невозможным.       — Ты же знаешь я не могу. Мне пора. — она быстро оделась и направилась к выходу.       Заметив мельтешения мальчишки заулыбались радостно, зазывая её к себе.       — Вы оба такие придурки, знаете?       На улице стало прохладнее пришлось полностью укутаться в пальто.       — Конечно мы знаем и гордимся этим. — заявил Сириус.       — Это не то чем следовало гордится.       — Но мы гордимся. — прокомментировал Поттер.       Шли они недолго до приказа Джеймса остановится. Он снял с себя шарф укутывая Монику. Сириус приобнял девушку в надежде согреть.       — У неё так только левая сторона согреется! — возмутился Джеймс.       — Вот теперь мне точно тепло, пошлите.       Монике стало тепло, а самое главное уютно, и она посмеялась от того как же сейчас было хорошо. Ребята не поняли, но тоже подхватили этот заразительный смех.       — Начинаем с правой!       Начиная с одной ноги они чуть в развалочку направились к замку на предстоящий ужин.

***

      Мародеры нагулялись, плотно поужинали и теперь расслабленно сидели в гостиной у камина, делая домашнее задание по разным предметам. Моника, Римус и Питер законно расположились на диване, а Джеймс с Сириусом устроились в одном большом, мягком кресле.       У парней были очень серьезные, сосредоточенные лица, они часто перешептывались, ерзали и крутили пергамент в руках, будто что-то вот-вот должно появиться.       — Мон, у нас не получается! — наконец проныл Блэк признавая поражение.       Моника изучающе смотрела на них, да еще и так долго, что оба успели пожалели о своих словах.       — А вы смотрели в книгах? — наконец поинтересовалась она.       — Где?       Грин подняла стопку книг, лежащих рядом с диваном, и переложила их на кофейный столик.       — Что это такое, Сохатый? — брезгливо касаясь верхнего тома спросил Блэк у друга.       — Я неуверен, но, кажется это и есть книги. — ответил ему Поттер.       Сириус тут же брезгливо отдернул руку, шипя. Джеймс повторил за другом.       — Хватит придуриваться! — сказала Мон кидая в них свое перо. — Мы все сегодня и так достаточно отдохнули, пришло время для учебы.       На некоторое время в их небольшом кругу вновь наступило молчание, иногда прерываемое Моникой и Римусом. За пределами их круга кипела жизнь. Гриффиндорцы приходили и уходили, разговаривали, играли в шахматы, изредка косясь на непривычно затихших бедокуров, так же гостиную наполняла самая разнообразная музыка. Питер, наспех закончив, попрощался, и пока время позволяло, умчался на встречу со своей ненаглядной Сарой. Джеймс занял его место на диване рядом с Римусом. Исчезновение Петтигрю всех не особо волновало, ведь с появлением Сары они все реже видели его в комнате. «Прячутся прям как крысы» — однажды высказался Блэк.       — Что эта.С..Сара! В нем нашла? — спросил недовольный Сириус, запинаясь на имени.       — Это зависть? — ехидно спросил Джеймс.       — С чего бы мне завидовать ему? — хмыкнул недовольный Блэк.       — Тогда что это? Жалеешь, что на одно имя в списке меньше? — посмеялась над ним Моника.       — Нет у меня никакого списка. — буркнул тот. Гриффиндорцы медленно начинали покидать гостиную.       — Все закончили свою домашку? — спросил Поттер и получив утвердительный ответ от всех присутствующих продолжил. — Тогда пора учить нашу Мон танцевать.       Джеймс и Блэк обменялись взглядами. Граммофон тогда был занят парой третьекурсников, что с удовольствием слушали какую-то старую завывающую и унылую оперу. Сириус подошел к ним и без какой-либо жалости, убрал их грампластинку, сказав им: «Свою попсу будете слушать дома!» И взял граммофон в руки. Стайка третьекурсников сразу последовали за ним стараясь отбить свое право на музыку.       — «Так детки нам нужнее», — сказал Сириус и поднял музыкальный аппарат над головой. — Нам важнее.       Третьекурсники еще немного покрутились вокруг и обиженные ушли. Блэк поставил граммофон на столик прямо на неубранные книги и положил одну из имевшихся пластин на диск проигрывателя. Как только мембрана с иглой коснулась пластинки, послышался рок-н-ролл.       — И под это ты собираешься танцевать вальс? — спросил Римус.       — Я под все могу!       — Ты себя не переоцениваешь? Вальс медленный танец. — ответила Моника на его слишком громкое высказывание.       — О, поверь, он всегда себя переоценивает. — прокомментировал Поттер.       Музыка неожиданно сменилась на нежную и мягкую.       — Тц, Римус!       — Вот теперь можно начинать.       Сириус приблизился к Мон.       — Стойте! Подождите! Не начинайте без меня! Я за своим колдографом! — крикнув       Джеймс вбежал вверх по лестнице.       Блэк пока только взял в свою ладонь руку подруги, а вторую опустил на ее талию, приятно согревая.       — Это великий момент! — сразу за этой фразой последовала вспышка.       — Ты ослепить нас всех решил!? — возмутились все.       Джеймс достал картридж и пару раз взмахнув взглянул. На колдографии начали проявляться силуэты. Сириус и Моника стоят друг напротив друга, а чуть дальше все еще на корточках сидит Римус у граммофона, секунда и уже все запечатленные жмурятся от вспышки.       — Начнем с самого простого, тут главное запомнить. Раз, два, три. — Начал нравоучительно Блэк.       — Я знаю счет!       — Сейчас и посмотрим, поехали.       Джеймс завел шарманку. Сириус повел, а Моника неуклюже последовала за ним.       — Ты же умеешь считать, — ехидничал парень. — Следи за ногами, пока не научишься, так ты будешь уверенней в своих движениях.       Урок прошел на удивление быстро и хорошо. Благодаря советам всех и сразу удалось сохранить ноги Блэка, а Грин более плавно танцевать и следовать за партнером. Девушка была рада и ей даже показалось, что все было слишком легко.       — Думаю простого тебе будет достаточно. — сказал парень отстраняясь.       — У нас все только так и танцуют, так что, думаю да. — ответила девушка.       — Но все же благодаря нам ты будешь блистать! — начал Джеймс. — А какое платье я тебе подобрал, ух. Кстати о Рождестве! Питер уже сказал, что встретит праздник с семьей. А когда ждать вас? — вспомнил Поттер.       Римус не сильно хотел говорить на эту тему, ведь этот светлый праздник для него омрачит полнолуние.       — Всегда! — весело ответил ему Блэк. — Я живу с тобой, красавец.       — Я буду сразу на следующий день после Рождества. — ответила Грин.       Прошло время, а Римус все не отвечал. Он не решался уходить, ведь тут было так тепло, в кругу друзей и пусть гостиная опустела.       — Рем? — позвал его Джеймс.       — Будет полнолуние. — руку Люпина накрыла теплая ладонь Моники и Джеймс поддерживающе похлопал того по плечу.       — Ты же знаешь, мы будем ждать тебя, так что обязательно приезжай, как все закончится. — сказал Сириус. — Не стоит из-за этого пропускать нашу небольшую рождественскую вечеринку к тому же миссис Поттер обещала тако-о-о-ой пирог.       — Да, я постараюсь.       Он собрал книги и, поднявшись с дивана, направился в сторону лестниц, ведущих в комнаты. Сириус, немного поколебавшись, пересел. Они завели непринужденную беседу о всякой всячине. Как только Римус закрыл дверь он смог немного расслабиться и успокоить свое бешено колотящееся сердце.

***

      Игра была назначена на воскресенье. В этот день на противостояние Гриффиндора и Слизерина казалось, собрался весь замок. Все трибуны были заполнены. В свою очередь переодевшиеся в защиту соперники разминались на песке. Все ждали комментатора этого матча, без которого его начало не представлялось возможным. Наконец, по трибунам быстро начал подниматься парень с Пуффендуя. Под строгий взгляд МакГонагалл, он занял свое место.       — Леди и джентльмены, наконец, состоится, — на этих словах команды поднялись в воздух и заняли свои позиции. — Самое ожидаемое противостояние! Удастся ли в этом году Гриффиндору отвоевать звание лучших?       Раздался свист. Игра началась.       — Квоффл тут же перехватывает Августа Вуд. Прекрасное начало. Вуд передает мяч Джеймсу Поттеру. Поттер летит к кольцам змей. Ловко уворачивается от бладжера, который отбивает Свон, замена вездесущего Блэка. И бладжер летит прямиком в Элизабет Кук, что пыталась догнать Поттера. Прямо у колец Поттер передает мяч капитану команды Джоффри Монтгомери. Это произошло так неожиданно, что охотники змей продолжают лететь за Джеймсом. Эта передача была неожиданна для всех, но видимо не для Платона Стивенсона (вратарь). Стивенсон ловко бьет по мячу и тот почти долетает до колец львов! — пуффендуец быстро переводит дыхание. — Змей Нил Джексон пользуясь всеобщим замешательством, попадает в кольцо львов. Бедного Чака Хольма заносит при попытке отбить квоффл. Десять — ноль в пользу змей.       — Соберитесь, неудачники! — крикнул Монтгомери.       — Очень воодушевляюще. — язвительно заметила Мон.       — Мяч сразу перехватывает Вуд, — продолжил комментировать пуффендуец. — уклоняется от настырного Джексона и передает квоффл Поттеру, тот отправляет его прямиком в кольцо змей, но ловкий Стивенсон отбивает его Джексону, но того с метлы сбивает бладжер от Моники Грин. Квоффл отбивает Монтгомери и-и-и, попадает! Счет: Десять, десять. — паренек громко вздыхает, набирая в грудь больше воздуха. — Змеи не отстают и пихают Вуд с Монтгомери. Монтгомери чудом остается на метле. Это нарушение правил! Куда смотрит судья!? Но львам везет, ведь квоффл отбивает собравшийся Хольм. Эмили Холмс перехватывает квоффл отправленный Хольмом прямиком в руки Вуд.       — Не роман ли у них случаем? Холмс зарабатывает еще десять очков для змей, попадая в самое дальнее кольцо от Хольма. Неужели его так смутило мое заявление? Соберись Чак! Квоффл у самой земли подхватывает Монтгомери, почти столкнувшись с Кук. Чудом увернувшись от Холмс и Джексона, он передает квоффл ждущему его Поттеру. Квоффл преодолевает с Поттером оставшуюся половину поля, ускользнув от бладжера кинутого капитаном змей, Эриком Сноу и попадает в кольцо, обманув Стивенсона. Не теряя и секунды, за Поттером появляется Вуд и еще раз попадает в кольцо. Змеи злы. В воодушевленного Поттера летит бладжер, направленный Джулианом Дельгадо.       Матч остановили всего на несколько минут, чтобы произвести замену. Вся гриффиндорская команда была шокирована таким поворотом. Поттер являлся вторым лучшим после Монтгомери и умелым летаком на метле. Блэк очень быстро среагировал, перепрыгивая через трибуну и несясь к лучшему другу. Грин сразу поспешила к Джеймсу, как только коснулась песка. Зрители приподнялись, зашептались, зашевелились.       — Джеймс! Ты как? — спросила Моника и опустилась на колени перед покалеченным другом, рядом находился встревоженный Сириус.       — Все супер! — шипя от боли, ответил парень, показывая дрожащей рукой большой палец. Вторая рука была сломана.       — Блинский блин. — тихо прошептала Мон, смотря, как ее друга поднимают в воздух.       На плечо легла большая и тяжелая ладонь Блэка.       — Все хорошо! Не переживай и доиграйте этот матч достойно. С победой! Я пойду с ним, все будет хорошо. — эти слова вселяли надежду.       — Мы зайдем к тебе после матча! С кубком! Отдыхай, лучший игрок. — крикнула       Моника вслед удаляющемуся Поттеру и Блэку.       Гриффиндорцы на удивление быстро собрались и благодаря проворному Биллу Перри, который являлся ловцом, выиграли это состязание. Команда, сразу не переодеваясь, направилась в Больничное крыло, а вместе с ними еще два человека с трибун.       Как только гриффиндорцы вошли в крыло, раздались оглушительные крики победы. Друзьям было мало одной очень короткой встречи, тем более все знали, как скучно находиться в больничном крыле. Мадам Помфри очень редко покидала свой пост. Так что ребятам пришлось устроить этот редкий случай.       — Ну что, как там, Помфри? Ушла? — спросила Моника, забирая осколок зеркала у Блэка.       — Да, все чисто, можете заходить.       В больничном зале открылась одна из стен многочисленных потайных коридоров из которой вывалились четыре мародера.       — Чего вы все навалились друг на друга? — спросил Поттер.       — Да так, кое-кто долго искал нужный кирпич. — возмутился Сириус, оттряхивая пыль, после помогая подняться оставшимся.       — Но… — промямлил Хвост.       — В его защиту можно сказать, что это был первый раз, когда мы его использовали.       — Ага, вот только в наказание Хвост будешь следить за картой. — Блэк достал пергамент из-за пазухи и передал Питеру, присаживаясь на койку Джеймса, сильно его подвинув.       — Ну что ты, ложись тут же ещё столько места! — возмутился больной.       — Это вызов?       — Ох. — вздохнула Моника, присаживаясь на соседнюю койку рядом с Ремом и Питом.       — Как на счет сегодня? Думаю, достаточно хороший день чтобы позаниматься. — начал Люпин игнорируя дерущихся.       — Я только за. — она приподнимается. — Блэк пожалей его, он же и так ранен.       — Он просто притворяется!       — Ах, вот как ты заговорил! — Джеймсу удалось спихнуть наглеца.       — Тебе принести что-нибудь? Как ты вообще себя чувствуешь? — поинтересовалась Моника.       — Я чувствую себя невероятно побитым. И настроение мне поднимет лишь если вы, мои друзья сходите в Шапку-Невидимку и отвоюете то платье, что я спрятал для Мон.       — Ты что спрятал платье!? — воскликнула Грин.       — Да, а как же еще? Зови меня своей крестной, хоть спонсор и Блэк.       Двери скрипнули.       — Мерлинова твоя борода, Пит! Что за?       Ребята быстро направились к стене и спрятались за шторкой у потайного выхода. Создавалась иллюзия ещё одного больного.       — Простите, я немного отвлекся. — прошептал Петтигрю.       С шипением Блэк вырывает карту из трясущихся рук. К койке Поттера уже подходила неожиданная Лили Эванс. Можно даже сказать, что она была обеспокоена. Мародеры остались ненадолго послушать.       — Ты как пробралась сюда Эванс? Идешь против правил ради меня? Это очаровательно. — подметил Джеймс.       — Я пришла сюда как староста.       — Пользуешься своим положением?       — Так все не будем подслушивать. — сказала Мон оставшимся, Пит уже скрылся в темноте хода.       — Сириус! Пошли. — Римусу пришлось тянуть любопытного за рукав.