1. Пролог.

       Его выбросило из зелёных зарослей прямиком на лёд. Не больно, но холодно. Он поспешил встать, но поскользнулся и упал обратно, сев. Огляделся, прислушался. Всё было тихо. Только где-то вдалеке трещали сверчки. Ночное небо, сплошь усеянное яркими звёздами, было освобождено от облаков, а с высоты на весь мир смотрела большая и круглая луна.        Он аккуратно встал, отряхнулся от налипшего снежка, расправил укрывавший его плечи ветхий кожаный плащ. Выдохнул клуб пара и растёр руки, немного удивлённо посмотрев на длинные пальцы. Сделал шаг, удержав равновесие, затем ещё один. И ещё. Пошёл. Босые его ноги постоянно разъезжались в стороны и липли ко льду, но он продолжал идти.        Вскоре добрался до берега, выходить на который пока не спешил — заметил блеснувшее на свету место, где лёд был тоньше. Осторожно приблизившись к нему, парень опустился на колени. Сел, посмотрев. Там он увидел своё отражение. Прикоснулся к щеке, чтобы убедиться, что это действительно он. Лицо странное какое-то, бледное, вытянутое. Волосы чересчур длинные и светлые. Глаза почему-то потухшие. Да он сам, как этот лёд на замёрзшем озере.        Встав, парень наконец-то ступил на холодную землю. Потёр плечи, чтобы немного согреться. Подняв голову, он заметил вдали что-то, светящееся ярким оранжевым светом, и поспешил туда.        Пробираться через заросли, перелезать ледяные и острые камни с упавшими ветками было тяжело, но он не останавливался. И пусть стершиеся до крови ноги уже замёрзли и были не в самом лучшем состоянии, он всё равно шёл дальше и в конечном счёте остановился перед деревянной аркой из-под ворот, которых не было. Очевидно, в этом небольшом городке гостей жаловали.        Парень убрал со лба светлые пряди, заправив за ухо, собрался с духом и шагнул на вымощенную гладким камнем дорогу, шагая между двухэтажных домиков, на каждом из которых горели яркие оранжевые огоньки. Точно такие же тянулись вдоль всей улицы на верёвочке, словно гирлянда, освещая и создавая атмосферу праздника.        Он шёл, время от времени здороваясь с проходившими мимо людьми. Те приветливо улыбались в ответ. Всё вокруг пестрило различными цветами, зазывало яркими вывесками и манило вкусными запахами готовых пирожков.        — Опа! Чужеземец! — Незнакомый парень с вьющимися каштановыми волосами, торчавшими из-под кепки, и с небрежно повязанным вокруг шеи шерстяным тёмно-синим шарфом проскользил по замерзшей луже и остановился около него, протянув руку. — Здаров.        Блондин машинально сделал шаг назад, и незнакомец замахал руками, дружелюбно улыбаясь.        — Тих-тих. Спокойно. Чего шугаешься? Руку пожми. Во-о-от, — довольно протянул он, когда парень ответил на его жест. — Другое дело. Тебя как звать?        — Я… А… — Блондин задумался. Растерянно похлопал глазами, посмотрел по сторонам, а затем снова взглянул на незнакомца. Улыбка того стала ещё шире. — Я не знаю.        — Хех. Прикольно. А где находишься, тоже не знаешь?        — Не знаю, — он помотал головой.        — Читать не умеешь, что ли?        — Наверно. Не знаю, — блондин пожал плечами, расплывшись в корявой и глупой улыбке, и обернулся назад.        — Ну ты даёшь! «Цветочный город» там написано, — незнакомец легонько хлопнул его ладонью по голове. — Ладно. Вижу, тебе некуда идти. Такой потерянный тут один ходишь. Оу, — он посмотрел на его босые ноги. — А вот это уже серьёзно. Нужна срочная помощь. Я так понимаю, тебе жить негде, да?        — Наверно… — голос слегка дрогнул от неуверенности.        — Можешь у меня пока остановиться. Дом большой, места хватит. Меня, кстати Гунькой звать.        — А я… Кхм. Приятно познакомится.        — Чудной ты какой, — хмыкнул парень, взяв его за запястье. — Ну, пошли, Незнамыч.        — Незнамыч? — Не понял блондин, переставляя непослушные ноги и следуя за новоиспеченным знакомым.        — Ну да. Раз ничего не знаешь, то будешь Незнайкой. Вот и твоё имя.        — Незнайка… - повторил парень, как бы пробуя новое имя на вкус, словно незнакомую ранее пищу.        — Да, да, Незнайка, — закивал Гунька, лучезарно улыбаясь. — Слушай, а откуда ты такой незнающий взялся?        — С озера. С того замёрзшего и тёмного. Оттуда очень хорошо огни видно.        —Ого, — Гунька остановился, внимательно посмотрев на него. — Ты там жил?        — Понятия не имею, — пожал плечами Незнайка.        — Опа! — Воскликнул шатен, чуть не подпрыгнув на месте. — «Понятия не имею»! Разнообразие. А то всё «не знаю» да «не знаю». Может, ты хотя бы помнишь, скок те лет?        Незнайка отрицательно помотал головой. Гунька вздохнул, задумался, начав топать ногой по брусчатке. Затем снова взглянул на блондина, пристально так, что тому стало немного не по себе. Но вдруг он щёлкнул пальцами и снова донельзя довольно заулыбался.        — На меня похож. Даже повыше будешь, шпала ты эдакая. Значит, тебе семнадцать. Но это не точно. Если кто спросит, говори, что семнадцать. Чем старше, тем лучше, поверь.        — Верю.        — Так, нам тут недолго идти осталось. Бежим, а то замёрзнуть можно.        Опять взяв Незнайку за руку, Гунька зашагал дальше по улице, на сей раз гораздо быстрее и по пути здороваясь с прохожими, с которыми был знаком. Поднявшись в горку, они оказались на площади, в центре которой находился фонтан. Здесь громко играла весёлая музыка, люди танцевали, взявшись за руки и весело смеясь. Ото всюду пахло свежей выпечкой. Рыжие фонари, протянутые по всему периметру и приходившие к мраморной верхушке фонтанчика, ярко светили и мерцали в такт мелодии. Незнайка невольно засмотрелся. Гунька дёрнул его за рукав, обращая на себя внимание.        — Мы пришли. Заходи в дом быстрее, пока пятки не отморозил, — он кинул мимолётный взгляд на босые ноги блондина. — Потом ещё насмотришься, даже поучаствуешь.        Парень затолкал его в дом и захлопнул дверь, которая звякнула висевшим над ней колокольчиком, оповестив о пришедших. Гунька подбадривающе улыбнулся, небрежно скинул кожаные ботинки, повесил кепку на крючок и прошёл в комнату, включив свет над обеденным столом.        — Кнопка! Ты дома? — Крикнул он.        Деревянная лестница заскрипела, и со второго этажа спустилась девушка в красном клетчатом платье. Её пышные коричневые волосы были завязаны в высокий хвост, перетянутый алым бантом. Перегнувшись через перила, она недовольно посмотрела на Гуньку. Тот глупо заулыбался и указал на Незнайку.        — Принимай гостей.        — Твой друг? — Удивлённо спросила девушка, посмотрев на блондина.        — Теперь да.        — Ох, ужас… — вдруг выдохнула она, спустившись до конца и подбежав к Незнайке, обеспокоено осматривая. — Откуда у тебя столько ссадин и царапин?        — Во-во. Именно поэтому я его сразу заприметил, — закивал прошедший вглубь дома Гунька, заглядывая в кастрюли и беря что-то из каждой, сразу кладя себе в рот. — Он без имени и цели, потрёпанный весь. Пропадёт же!        Девушка вдруг ахнула, взяв Незнайкины руки в свои и потрогав.        — Ты совсем ледяной… — прошептала она. Затем посмотрела на его босые ноги и лишь покачала головой. — Откуда ж ты такой взялся-то, а? Пойдём, пойдём скорее, — она приобняла его за плечи, чуть привстав на носочки, чтобы было удобнее, и повела за собой на второй этаж.        — Кнопка, слушай, — обратился к ней Гунька, — а Пилюлькин-то на месте? Может, вызвать?        — Да пока дойдёт, он совсем в ледышку превратится! — Отозвалась она. — А так хоть в горячей ванне согреется. С ранами я уж как-нибудь сама справлюсь.        Прошло где-то полчаса, а может и больше. Незнайка этого не знал. Время он не считал и часов пока нигде не увидел. Сейчас он, переодетый в свою чистую и тёплую после стирки одежду, сидел на кухне вместе с новыми знакомыми и медленно пил чай, переводя взгляд то на Гуньку, то на Кнопочку — так по-настоящему звали эту девушку. После ванной блондин чувствовал себя малость неловко рядом с ней, будто она знала о нём всё. Даже то, чего он сам не знал. Особо смутило после ванны то, как она, приблизившись к его лицу, аккуратно промакивала ваткой со спиртом мелкие царапины, приговаривая, что всё это пустяки (после такого блондин худо-бедно, но остальные раны обработал сам).        — Так, говоришь, откуда он? — Незнайка, услышав, что о нём снова заговорили, поднял голову, посмотрев на Кнопочку. Та медленно скользнула по нему изучающим взглядом, подперев голову рукой. — Я слышала, что такую одежду носят в Сосновом, — её длинные и пышные чёрные ресницы чуть приподнялись, на миг сделав карие глаза большими, но тут же опустились вниз. Незнайка поправил широкий ворот своей белой блузки.        — А мне кажется, он из Солнечного, — покачал головой Гунька. — Ну ты только посмотри на его волосы. Они ж золотом отливают.        — Ага, — Кнопочка хмыкнула. — Золотые волосы и у наших друзей есть. Ромашка, к примеру.        — Ну, тогда не знаю, — шатен обиженно скрестил руки на груди. — Он мне вообще сказал, что с озера пришел.        — С озера? — Удивилась девушка.        — Ага… — неуверенно кивнул Незнайка, поставив чашку обратно на блюдце.        — А что же тебя принесло к нам?        Блондин пожал плечами. Гунька усмехнулся. Всё-таки новый знакомый ему очень нравился. Забавный. Только Кнопочка ничего забавного в «я не знаю» не видела. Незнайка казался ей чересчур потерянным, каким-то брошенным. Ей жутко хотелось помочь ему найти себя и, если это возможно, вспомнить хотя бы что-нибудь.        — Вот что, Гунька, — строго сказала она, легонько хлопнув ладонью по столу. — Отведи-ка ты его завтра к Знайке. Он умный, разберётся.        — К Знайке? — Переспросил Незнайка.        — Да-да-да, — закивал Гунька, обернувшись на Кнопочку, что встала из-за стола и направилась на кухню, тем самым передав возможность рассказать про новую персону другу, чему последний был очень рад. — К Знайке. Его так прозвали, потому что он всё-всё знает.        — Прямо всё-всё?        — Да. Читает много, — Гунька прищурил глаза и пристально посмотрел на товарища. — О, какая штука получается, братец. Он — Знайка, всё знает. А ты у нас Незнайка, ничего не знаешь. Вы оба просто противоположности какие-то. Ух, как интересно!        — Что интересно?        — Всё! Ужасно интересно всё то, что неизвестно, — пропел он. — Может, ты окажешься тем самым таинственным альтернативным двойником, давным-давно произведённым от одной с ним ДНК, но попавшим в портал во время неудачного эксперимента, таким образом затерявшись во времени и пространстве… И только теперь ты нашёлся… — Гунька посмотрел на растерянного товарища и чуть сжался, покраснев. — Перебор, да? Перебор… Извини, люблю фантазировать.        Незнайка лишь пожал плечами и встал, взяв чашку. Он направился на кухню, по пути столкнувшись с Кнопочкой. Та лишь всплеснула руками и забрала посуду, сказав, что он гость и должен отдохнуть после трудного пути, бросив обеспокоенный взгляд на его ноги, укутанные в шерстяные носки. Убедившись, что всё хорошо, она снова скрылась на кухне, напоследок попросив Гуньку проводить Незнайку до кровати и лечь спать самому.        Гунька возражать не стал. Встав из-за стола, он поманил друга за собой и пошёл наверх. Незнайка шагал за ним, постоянно смотря по сторонам. Стены с красивыми обоями, картины с нарисованными цветами и портретами Гуньки, Кнопочки и ещё каких-то незнакомых людей, скрипящий деревянный пол, множество комнат на втором этаже — всё казалось интересным. Блондин, вроде бы, впервые видел подобное, и в то же время оно было каким-то знакомым.        — Будем жить вместе, — Гунька улыбнулся и открыл дверь, на которой висел знак с перечёркнутой рукой.        — Так вроде трогать же нельзя… — Подал голос Незнайка, не решившись зайти следом за другом.        — Можно. Это моя комната, — засмеялся тот, включив свет. — А знак повесил, чтобы Кнопочка лишний раз не заходила. А то после её уборки я ничего не могу найти.        — Понятно.        Незнайка прошёл в комнату, и Гунька закрыл дверь. Закатав рукава, он направился к шкафу и достал оттуда свежее постельное бельё, перенеся его на кровать. Блондин поинтересовался, где же тогда будет спать он сам, и, получив в ответ «в гамаке», запротестовал. В итоге шатену пришлось «отказаться от гостеприимства».        Через какое-то время к ним заглянула Кнопочка и, пожелав спокойной ночи, сразу же ушла. Парни остались лежать одни в темноте. Гунька утроился поудобнее, шурша одеялом, и положил руки за голову, мечтательно смотря в потолок. Незнайка повернулся на бок, качнувшись в гамаке. Тёплый свет фонарей проникал в комнату через окно, однако на улице уже было тихо. Видимо, все, вдоволь натанцевавшись и нагулявшись, пошли спать. Вот только ему не спалось, как и Гуньке.        — Завтра будет такое… — мечтательно протянул тот. — Мне невтерпеж.        Незнайка согласно угукнул, закутавшись в одеяло. Но на деле он не знал, чего ему следовало ожидать от следующего дня, и это пугало.