Часть 1

Эрик, — выкрикнула Кристина, садясь в кровати. Кристина: " Опять кошмар. Опять подвалы оперы, опять печальное лицо моего ангела… Никак не могу его забыть «. Прошел уже год… Целый год она не видела его, не слышала его чудесного голоса, не знала даже, что с ним. Подвалы оперы обыскали, но ни Призрака, ни его тела не нашли, никаких следов. Может, ей бы удалось больше, ведь она знала его лучше, чем другие… Надо вернуться, убедиться, что с ним все хорошо и сказать последнее «прощай». Может, тогда её отпустят мысли о нем. Казалось неправильным выходить замуж за одного человека, когда мысли заняты совсем другим, поэтому она уже год просила у Рауля отложить свадьбу. Рауль злился, но прислушивался к её желаниям, однако больше отсрочки Кристина не получит. Девушка твердо решила на следующий же день посетить подвалы оперы. **** Рауль недавно ушел. Сегодня он больше не вернется. Часы в коридоре пробили 11 часов вечера. Дое надела подходящую одежду для «прогулки» по подземельям оперы — высокие сапоги, брюки и рубашка. Уже год Дое избегала здания театра. Так странно было видеть это здание таким темным и тихим. В дни выступлений в это время в эти двери все еще входили зрители. А в остальные дни только к этому часу заканчивались репетиции. На улице часто можно было слышать шум, разговоры и обрывки музыки из театра. Немного страшно становилось от такой противоестественной тишины. Сколько призраков и тайн еще хранит это здание, помимо Призрака Оперы? Сколько еще жизней здесь кануло в забвение? Сколько неприкаянных душ бродило и бродит до сих пор по этим коридорам? Неподалеку прогремел экипаж, а Кристина вздрогнула от резкого звука, совсем забывшись в своих пугающих мыслях… Не нужно об этом думать, иначе ей точно не хватит храбрости спуститься в подземелья, брести там в темноте… Кристина: «Хватит!» Она решительно направилась вперед, не позволяя своим мыслям переключаться на что-либо, кроме основной цели, для достижения которой Дое все и затеяла — найти Призрака Оперы,      сказать ему «прости», сказать «прощай» и уйти. Главные двери не были заперты, лишь плотно прикрыты. Кристина зажгла фонарь, предусмотрительно взятый с собой, и вошла внутрь. Девушка почувствовала — еще не выветрившийся запах гари. Под ногами при каждом шаге хрустели осколки стекол, которые в неровном свете фонаря блестели, точно драгоценные камни. Все, что выходило за круг света, казалось непроницаемой враждебной тьмой. Путь в свою артистическую Кристина могла найти и с закрытыми глазами, но шла медленно, опасаясь кого-нибудь встретить. Кто знает, кого могло привлечь опустевшее здание оперы. Стены почернели от копоти, иногда на пути встречались горы мусора, которые когда-то были балками, поддерживающими крышу, или картинами на стенах, или какой-то скульптурой, украшавшей коридор… Обидно было видеть запустение и разруху в некогда прекрасном месте, сверкавшим белым, алым и золотым. Будто видишь изуродованное тело друга, а театр действительно был ей другом, неразрывно связанным с Призраком Оперы, её учителем. Она не удержалась и зашла в зрительный зал. В оркестровой яме лежала разбитая и покореженная люстра, служившая особенной гордостью театра. Многие сиденья были поломаны в той панике. Кристина поднялась на сцену, на которой все еще стояли декорации к «Торжествующему Дон Жуану», хоть и обгоревшие, но все еще узнаваемые. Всего этого можно было избежать, если бы мы не перечили Призраку столько страданий, столько боли… Люк в полу был закрыт, так что пришлось идти в свою гримерную. Зеркало с трудом, но отъехало в сторону, открывая длинный темный туннель и сырые холодные стены, кое-где покрытые мхом. Дое прошла вперед, не обращая внимания на бегающих под ногами, пищащих крыс. Было так холодно. Озеро пришлось переходить вброд. Вода доходила до пояса и была просто ледяной. Вдруг раздался звук органа. От неожиданности Кристина подпрыгнула, ведь до этого единственными звуками, сопровождающими её, был шелест шагов. А теперь запел орган, повинуясь умелому Мастеру, подчиняясь рукам Ангела. Кристина поспешила вперед, стремясь быстрее увидеть его. Он сидел спиной к ней и, кажется, был глубоко погружен в музыку. Он не услышал её шагов, не почувствовал взгляда, не ощутил, как она встала у него за спиной, не желая прерывать его игру. Кристина: " Как же я скучала…» Сейчас, оказавшись рядом, ей казалось, что не было целого года, будто только что ушла, и теперь вернулась. Вернулась… домой. Музыка стихла и Эрик тяжело вздохнул. Плечи поникли, голова опустилась. Кристина: " Неужели он все еще страдает из-за того, что я ушла? Неужели еще помнит? " Эрик: «-Кристин,» — прошептал он, едва слышно. Кристина: «-Здравствуй, Эрик,» — произнесла она тихо, чтобы не сильно пугать его. Мужчина резко вскочил на ноги, ударившись коленом о ножку инструмента, тихо выругался и не веря смотрел на Дое, как на призрака, явившегося к нему из прошлого. Вероятно, Девушка совсем не изменилась — Она не была виконтессой, обвешанной украшениями, даже обручальное кольцо оставила дома. Эрик: «-Кр-Кристин.? " Она стояла здесь, такая же, как год назад, будто время обернулось вспять. Нет, она не может быть здесь, кажется, Эрик сходит с ума. Или… Эрик «-Кр-Кристин…? —» голос подвел его, он дрожал. Призрак боялся пошевелиться и спугнуть такой желанный образ, боялся, что она развеется, как дым. Кристина: «-Да, Эрик, " — она едва заметно улыбнулась, теребя низ своей рубашки, очевидно, сильно волнуясь. Он невольно восхитился тем, как звучит его имя на ее устах, никогда прежде оно не казалось ему таким мелодичным. Это был момент волшебства — ее появление здесь, в царстве вечной темноты, ее голосок, ее улыбка развеивали мрак вокруг сильнее колеблющихся огоньков свечей, и темноту в душе, сильнее и надежнее музыки. Эрик: " -Это действительно ты, Кристин, " Он протянул руки, желая ее коснуться, почувствовать ее тепло, ее реальность. Эрик упал перед ней на колени, как верующий перед богиней, обхватил ее колени, лишь бы не дать ей сбежать и уткнулся лицом ей в живот, лишь бы она не боялась, не видела его отличия от других, его маски, скрывающей его уродство. Задержать ее, еще чуть-чуть чувствовать ее тепло, аромат лаванды и карамели, — Эрик: «Мой ангел здесь, рядом», — шептал он, словно в бреду, забыв обо всем. Она тоже опустилась на колени и обняла его. Обняла крепко, без боязни. Какое это удивительно приятное чувство — когда тебя обнимают. Всех слов мира не хватит, чтобы это описать… Сердце забилось так быстро, что он серьезно обеспокоился, как бы оно не выскочило из груди. Эрик мечтал, чтобы этот момент был вечным, но так некстати пришло воспоминание, как она ушла от него. Она ведь ушла с Раулем, собираясь выйти за него замуж. Ради его жалкой жизни Кристин была готова на все, так зачем она здесь спустя год? Хочет посмеяться над Эриком? Нет, Кристин слишком добра для этого, но в чем тогда причина? Призрак оперы отстранился от нее и поднялся на ноги. Несмотря на пожар, на закрытие оперы, он все еще остаётся Призраком. И Призрак оперы не позволит шутить и смеяться над собой. Эрик: «-Ангел не побоялся спуститься в ад, из которого так стремительно бежала… Почему же сейчас она здесь, рядом с Эриком? И почему без сопровождающего, этого жалкого мальчишки-виконта? Зачем ты пришла, Кристина? " —» да, где этот разодетый индюк, рассыпавшийся ей в комплиментах, пришедший только после ее оглушительного успеха? Почему она одна? " Кристина задумалась, опустив голову. Еще немного — и он не сможет ее отпустить. Еще немного — и Эрик заставит ее остаться с ним навсегда. Кристина: «-Я знала, когда шла сюда, но сейчас я не уверена,» — о, конечно, она не уверена. Да кто будет уверен, увидев этот мрачный склеп и его хозяина? Эрик: " -Тогда, мадемуазель, если не хотите провести здесь остаток своей жизни в компании со мной, советую Вам покинуть мою обитель, — я честно предупредил вас об опасности. " Она уйдет. Разумеется, уйдет. Убежит. И прямо сейчас. Но девушка не торопилась. Она, словно в глубокой задумчивости, медленно поднялась на ноги, прошла до воды, сделала пару шагов в сторону выхода, вздрогнув, когда вода достигла ее ног выше сапог, ему стало жаль ее, ведь она так замерзла. Но внезапно Кристин обернулась и решительно посмотрела на Ангела музыки, в глазах ее блестела уверенность и… что еще? Что это за странный мягкий блеск? Благодарность? Но за что? Любовь? Нет, слишком невероятно. Не нужно забываться — она любит виконта, но никак не Призрака. Нет, нет, нет, сейчас не время и не место для глупых несбыточных мечтаний. Кристина: «-Я не хочу уходить,» — голос Кристины прозвучал так громко и ясно. В один момент стихли все мельчайшие звуки, специально, чтобы он мог услышать. Что за наваждение? Что за безумие? Эрик: " -Неужели это место кажется тебе привлекательнее дома виконта?» — он хотел, чтобы вопрос прозвучал насмешливо, но, к его сожалению, в нем слышалась какая-то надежда и мольба. Дое: «-Я не живу в доме виконта, —» смущенно пробормотала Кристин, опустив взгляд на свои руки, и беззаботно пожала плечами, —» И я не вышла за него замуж.» Так, стоп, погодите-погодите Эрик: «Я не ослышался? Не замужем? Не может быть, точно сон! Это же была твоя заветная мечта — выйти замуж за этого сопливого виконта. Или я потерял счет времени и прошло не больше месяца? Не может быть, чтобы вы за этот год не поженились, ведь ты уже была помолвлена с ним! " Кажется, голова сейчас взорвется от обилия мыслей. Ведь они так любили друг друга, каждая секунда промедления должна казаться пыткой. А Кристин так спокойно пожимает плечами, словно это ничего для нее не значит… Нет, он никогда не поймет других людей. Эрик: «-Почему?» — не удержался он от вопроса. Кристина сделала пару шагов, выходя из воды. Кристина: «-Потому что была не права». И как-то понимать? Что за любовь говорить загадками? Была не права в чем? Эрик: «-И что это значит, мадемуазель Дое? " — спросил он с долей угрозы, делая шаг к ней. Но она не испугалась, наоборот, угроза придала ей сил и решительности: Кристина: «-Я люблю тебя, Эрик, " — произнесла она мягко, делая шаг к нему. Эрик: " Мне надо проснуться. Немедленно. Это слишком невероятный сон. Если все продолжится в том же темпе, мне будет очень плохо, когда я проснусь.» Он нерешительно поднял руку и прикоснулся к ее милому лицу. Она на секунду прикрыла глаза и нежно улыбнулась, чуть подаваясь на встречу прикосновению. Когда Кристин открыла глаза, Эрик вновь увидел этот мягкий блеск. Что же он означает? Эрик: «-Ты не понимаешь, что говоришь, дитя, — я ненавидел себя за то, что пытался образумить тебя, — Ты не в себе.» Эрик: «У меня сложный характер, Кристин. Но я никогда не причинил бы тебе зла, даже в ярости. Я так сильно люблю тебя, Кристина,» — он запустил руку в ее волосы, мягко пропуская их сквозь пальцы. Кристина: «-Я тебя тоже, мой ангел музыки», — с придыханием прошептала она, обнимая его. Без страха и смущения. Проведя рукой по фарфору маски, она начала ее снимать. -Нет, — он хотел остановить ее. Она не должна видеть его лицо снова! Но Кристина сжала его руку и все равно сняла маску, положив ее на клавиши органа. Он опустил глаза, не желая видеть страх в ее глазах. Не хотел видеть, как она пожалеет, что пришла сюда. Или же в ее глазах отразиться жалость или отвращение? Но Кристина положила руку на его правую изуродованную щеку, мягко проводя по ней пальцами. О, это была самая удивительная и желанная ласка, с которой ничто не могло сравниться. Каким нежным было это прикосновение. Эрик затаил дыхание, ему не хотелось, чтобы она отнимала руку. Он ластился к ней, точно бездомный пес. А потом Кристина подалась вперед и поцеловала его. Кристина чуть приоткрыла глаза. Эрик лежал рядом и крепко спал, обнимая за талию. Он был обычным человеком — теперь она это отчетливо понимала. Ну, может, не совсем обычным, но точно не был монстром, каковым его все считали. Никто не мог вынести его взгляда прямо в глаза, но не потому, что он был страшен, а потому, что в глазах отражалась его расколотая, несчастная душа, душа, которую люди не хотели видеть, потому как знали, что именно они сделали ее такой своей ненавистью, презрением, отвращением. Однажды Эрик сказал ей — «для того, чтобы стать добрым, все, что необходимо, это любовь». Она не хотела задумываться над этой фразой тогда, будучи совсем юной и глупой. Кристина захотела разбудить Эрика и приласкать его, потому что она знала что он этого очень ждёт. Она нежно пощекотала пальцами ему шею, от чего Эрик улыбнулся во сне и стал плечи прижимать к шее. Эрик: " Хихи щекотно хихи, все все хихи встаю «. И он приподнялся на кровати, сладко потянулся и посмотрел на Кристину. Кристина: " Доброе утро, мой хороший, как ты спал? «, и она нежно поцеловала его и потрепала по изуродованной щеке. Эрику все ещё казалось что он спит, но когда осознал все то что произошло с ним вчера и происходит сейчас, он расплакался, по его щекам потекли слёзы, слёзы счастья и радости. Кристина нежно взяла его на руки и стала гладить его. Дое: «Ах ты мой любимый рыжик, не плачь мой хороший, я теперь никуда от тебя не уйду «!)