Глава 2. Личинка.

Биомасса, спавшая неопределённый срок, проснулась, ощутив что температура вокруг стала значительно выше на долгое время. У неё не было ни глаз ни ушей ни других органов для того, чтобы ощутить окружающее пространство, поэтому она наощупь пробиралась сквозь остатки метеорита, просачиваясь сквозь трещины и расширяя их через выращиваемые шипы. Когда шипы оказались достаточно длинными, они вышли за пределы каменной оболочки существа, они смогли ещё лучше почувствовать температуру, атмосферное давление и главное, звуки всего, что происходило вокруг через улавливаемые иглами вибрации. Появилось естественное желание исследовать мир, в который она, он, они попали. Из неё наружу появился росток, от которого начал вырастать плод, который тут же раскрылся, опорожнив червеобразное существо с чёрной внешней оболочкой, покрытой бурыми пятнами, служившими органами обоняния. Чтобы передвигаться у него были полу-кольца из эластичного материала, к которым крепились мышцы. Оценив твёрдость поверхности, плод инопланетной биомассы отрастил себе широкие короткие шипы, которыми начал переставлять, двигаясь по рыхлой почве. У него так же не было глаз и он двигался в сторону солнца, ощущая большую теплоту, пока в определённый момент не почувствовал боль, будто его прокалывают, и так и было, его атаковал небольшой лесной зверёк, пытаясь перегрызть его пополам, и у него это получалось, от чего плоду пришлось отрастить чёрные шипы, резко выступившие из-под кожи и пробившие хищника, сделавшие его уже жертвой. Мелкий хищник продолжал полпопытки выбраться, но избавляться от шипов у него не получалось. У существа помимо внешних шипов был и внутренний, которым он выстрелил, пробив носоглотку того, кто хотел его съесть, после чего тот сопротивлялся уже меньше и лишь дёргался в конвульсиях, после чего червь стал выворачивать собственные внутренности наизнанку, проползая в путь, проделанный внутренним жалом, прогрызая отверстия вывернутой наизнанку подобием «тёрки», расположенным на передней части вывернутой «кишки». Поглощая ткани, личинка получала информацию о предназначении тканей, то, что она поглощала в данный момент было тканью, регулирующей тканей, предназначенных для передвижения в пространстве посредством перемещения тканей, к которому они крепились подвижные ткани. Так же оно было воодушевлено, поглотив и воспроизведя зрительную ткань, впервые увидев мир, в котором находится. Существо решило перенести большую часть своих внутренних тканей в того, кого поглотило, изменив и выростив новые ткани в замен поглощённым, а затем растворив то, что связывало его со старым телом, остатки которого было им же съедено. Научившись неуклюже двигаться, а затем оглядев окружающее пространство своими новыми глазами нового тела. Со временем оно смогло понять, как нормально ходить, оно поняло, что может передвигаться достаточно быстро. Обнаружив пробегающее рядом существо поменьше, хищник догнал его и схватил, двигаясь быстрее, чем добыча. Существо пыталось так же попробовать землю или растения, но поглощение их не оправдывало затраченной энергии. Двух глаз показалось мало, и оно отрастило третий на шее, чтобы видеть сразу всё, что его окружает, так же на спине оно отрастило шипы, чтобы ещё всё чётко слышать. Увидев ещё одну цель, личинка побежала к своей добыче, но та от ней улетела, шокировав тем самым пришельца, который сам пытался сделать нечто подобное, замахав передними лапками, но плюхнулся на брюхо. Оно побежало за своей добычей, дополнительно модифицируя свои ноги для более быстрого бега, но добыча не спешила приземляться, и наконец остановилась на ветке дерева. Оно пыталось забраться на дерево, сначала не получалось, но затем крепко вцепилось в древесную кору, начав ползти, изменив передние лапы для улучшения сцепления. Когда существо уже было у своей цели, но ветка сломалась, а птица снова спланировала вниз, а хищник повис на изломленной ветке, после чего начал грызть её и упал, после чего его добыча вновь улетела, но не от него, а от другого хищника, планировавшего с неба и схватившего того, кто только что был хищником, а теперь сломал себе хребет при падении и был схвачен когтями хищной птицы, после чего отнесён на место обеда, где его пытались выпотрошить острым клювом, положив на шипастую спину, и начав потрошить брюхо. Существо попыталось оказать сопротивление, но птица прижимала его переднюю часть его тела. Наконец оно смогло схватить одну из его ног, а затем выдавить из себя переднюю часть своего желудочно-кишечного тракта с «тёркой» и укусить того, кто на него напал за за бедро, закрепившись дополнительно при помощи шипа, так же находившегося во рту, проникшего в мясо, от чего птица почувствовала достаточную боль, чтобы выпустить добычу, отпрыгнув отскочив от тела, но её добыча продолжала впиваться, перевернувшись на живот, а и защищаясь теперь шипами и передними конечностями, которые были усилены ценой переваривания задних. Теперь уже вся нерабочая часть тела превратилась в один большой «хвост», волочащийся за передней. Наконец извернувшись и задев вырастом на изменённой лапе плоть хищной птицы, расширив тем самым рану от шипа, существо смогло впустить в неё внутреннего червя, переварив при этом все внутренности предыдущего своего носителя, для получения энергии, так необходимой для передвижения и врастания в нового, но даже его было недостаточно для того, чтобы сразу дорасти до мозга и взять под полный контроль. Птица долго дёргалась пытаясь клювом вытащить из себя червя, но не доставала, после чего сдалась и перестала двигаться на пару часов, а затем вновь стала двигаться и взлетела судя по тому, что чувствовал червь, слившийся с нервной системой системой своего носителя и заместив часть из неё своей. Так же червю удалось захватить часть кровеносной системы, получая из неё питательные вещества постепенно отнимаемые у своего хозяина для дальнейшего прорастания к мозгу, но забирал слишком много и в итоге не достиг своей цели, а его носитель упал замертво и пролежал несколько часов после чего был схвачен большим четвероногим хищником, который наклонил голову, чтобы понюхать труп, но затем получил в глаз выскочившим шипом, за которым последовал истощённый червь, поглощающий месиво из газа, перемешанное с кровью, движущийся из последних сил к мозгу. Добравшись до мягких, богатых питательным жирным содержимым, после чего, съев пол мозга, паразит начал разрастаться вниз, пуская свои ветви меж оболочек спинного мозга, а затем вдоль нервов и кровеносных сосудов, а глазница была заделана, а сосуды затромбированы выделяемыми веществами, заполнившими глазную и другие артерии. Оно поняло, что кровь — ценный ресурс, который надо экономить как и прочие ресурсы организма даже если то существо, в котором оно находилось обладало значительно большей массой, так же было решено оставить вторую часть мозга захваченного существа дабы обучиться управлять новым телом, через обратную связь с ним, к тому же рядом находились другие существа примерно того же размера, которых паразит смог лицезреть через оставшийся глаз, к которому он получил доступ. На удивление существа были к нему не враждебны, и приблизившись к нему, облизало морду и пошло дальше. Тело, захваченное паразитом пошло за ним и всеми остальными, периодически они останавливались, на сон, периодически им доставалась добыча, небольшую часть из которой доставалась ему. Со временем ему стало легче добывать свою еду при помощи модифицированных для быстрого бега ног, и шипом на конце щупальца, выступавшего изо рта, который выстреливался в добычу, когда прыжок не доставал. Постепенно белка стало хватать достаточно для того, чтобы существо увеличивалось в размере дальше, но вместо этого оно предпочло увеличиться в числе, создав подобные себе личинки, которыми собиралось заразить других существ, находящихся рядом. Сначала оно заразило первую особь схватив её зубами за глотку, затем вторую через глаз, затем третюю и затем последующую, пока вся стая не стала со временем заражена, переняв свои воспоминания и свои навыки, которые впрочем его порождения переняли не полностью, подчинив тем самым свою оболочку полностью и отрастив второй и третий глаз выросшие вместо того, что он выбил, так же он отрастил дополнительные конечности, представляющие из себя увеличенные крылья птицы без перьев и кожи, служившие для накалывания и удержания мяса, положенного на отращенные спинные шипы. Один раз бродя в поисках добычи они услышали громкий звук, после чего разбежались кроме двоих, которые упали, один их них без задней части мосле чего из его тела стали вырастать щупальца как и из второго тяжело раненного, после чего их обоих поднесли друг к другу члены их стаи, где они срослись в одного здорового, тела которого деформировались намного сильнее, чем у других заражённых членов стаи, прекратив к тому моменту панику во многом благодаря контролировавших его червям. Пока что им попадалась только мелкая добыча, но в один момент они встретили зверя, который по размерам значительно превосходил их по размерам. Зверь агрессивно рычал, показывая своим видом свою готовность атаковать. Это пугало большую часть стаи, но не её лидера, который побежал первым, за что и поплатился. Медведь, поднявшись, махнул лапой и вспорол когтями брюхо мутировавшему волку, отбросив его с такой силой, что тот упал так, что сломал позвоночник, но потом быстро восстановился и подозвал одного из членов своей стаи, чтобы загрызть его насмерть и поглотить, восстановившись полностью. Понимая, что в лоб не победить, паразит посылает членов своей стаи на медведя со всех сторон. Медведь разорвал ещё несколько бойцов, пока не свалился от многочисленных укусов после чего его тело не было разорвано в клочья, затем было полностью съедено вместе со шкурой и костями, так же частью трапезы стали падшие и тяжело раненные члены стаи. Паразит принял решение, разделить свою стаю на несколько мелких групп, способных дать отпор даже медведю, чтобы покрыть большую площадь, осознавая, что им становится тесно. Сам он взял с собой четверых, шедших по паре справа и слева. Обнаружив очередную добычу, в виде 2 существ стоявших на 2 ногах они приготовились атаковать. Ситуацию улучшило то, что их не сразу заметили, а один даже зачем-то зашёл за дерево, а другой даже не думал бежать, а вместо чего начал двигать передними конечностями в числе которых что-то похожее на третью руку, из которой полетела вспышка поразившая одного из волков, после чего щёлкнула и поразила второго, но на третьем третья рука заклинила, чего хватило чтобы заражённая тварь успела прыгнуть, но схватила лишь руку, пробитую жалом, ушедшим в молоко и застрявшем в плече другой руки, которая тем временем всё же могла двигаться и помогла жертве перевернуться вместе с исхудавшим хищником, который пытался драть когтями спину, но существо, с третьей рукой, превозмогая боль, зубами зачем-то дёрнуло подвижную часть на странной конечности, а затем направило конец в сторону вольчей шеи, после чего из этой «руки» вырвался столб пламени, отдачей с мясом вырвавший жало, который отделил голову от тела, из которого вырвалось несколько недоразвившихся личинок, принявших поглощать свою мёртвую «мать». Они были раздавлены, расстреляны и порезаны ножом, которым же были обрезаны останки жала, прошедшего через обе руки. Изорвав одежду и изготовив импровизированные бинты, человек осмотрелся в поисках товарища, который вышел справить нужду. — Эй…Димон, ты где… Димон? — гвардеец прошёлся ещё чуть дальше, после чего обнаружил жуткую картину — Диимооон! Его товарища атаковал волк с голыми птичьими крыльями, которыми цеплялся за его тело, будучи даже прошитым из автомата, вспоровшего его тело, из клоторого вылезали личинки, часть из которых ползла по заражённому, а часть направилась к нему, после чего была встречена ружейными выстрелами, превратившими их в фарш, те же, что были на носителе, прогрызали в его теле дыры, до мышц, в которые вонзались шматки биомассы из волчьей половины, которую при этом растворяли, создавая гибрид человека и волка. У гвардейца не хватало патронов, да и желания стрелять в товарища у него не было, поэтому он не придумал ничего лучше, чем побежать, надеясь, что Димон, ставший жертвой паразита его не догонит. А он и не спешил догонять, вгрызаться сквозь дыхательные пути и кости в мозг, который стоял намного выше и был намного больше, чем у предыдущего носителя, к тому же его новый носитель сопротивлялся как-то по-другому, сначала он кричал насколько настолько позволяли повреждённые голосовые складки, мотал руками, зажатыми передней парой изменённых волчьих лап, а за тем потянулся к «третьей руке» которая была короче, чем у второй схожей особи и имела немного другую форму, которая имела более выраженный боковой вырост которая болталась на странной связке, пережёванных одной из выползших лизинок, которая затем упала после чего была раздавлена коленом и измазавшей своими внутренностями третью конечность, которую жертва главной личинки смогла подобрать, а затем передёрнуть отросток сбоку и нажать на крючковидный отросток сбоку, но в последрий момент дёрнулся от боли прорастающего с мозг паразита и всадить оставшиеся патроны сначала в себя, а затем и волка, превратив его в ещё больший фарш. От чего существо запаниковало и ускорило процесс переварив оставшиеся внутренности волка и большую часть мозговых тканей человека, ускорив все процессы силой мысли, после чего, преодолев ловушку спущенных штанов пополз на руках и коленях, поедая трупы волков пока ещё не изменённым человеческим ртом, уступавшим волчьим в скорости поглощения биомассы. Как ходить он не понимал так как не имел возможность научиться благодаря наблюдению за поведением, которое оказалось значительно сложнее, чем у предыдущего сосуда, больше всего его шокировало то, что его носитель пытался фатально навредить как ему так и себе с летальным исходом для них обоих, от чего ему пришлось срочно его и себя спасать, принеся в жертву все свои резервы. Получив доступ к тому, что оставалось от съеденного мозга и заместив увеличенной копией долями у волка, оно наконец перевело дух и начало понемногу осваиваться со своим новым телом, поняв, что можно двигаться сначала с поднятым вверх тазом, затем передвигаясь на корточках как птица, и в конце концов на двух разогнутых ногах, отбросив останки переваренного скелета волка, слегка изменив кости и суставы для повышения эффективности передвижения. Так же пытался понять зачем ему кожа поверх кожи, которую содрал, не почувствовав ни малейшей боли, а потом попробовал на вкус, и, не почувствовав ни малейшего насыщения, выплюнул и пошёл в одной майке, так же пытался сожрать «третью руку», но сломал зубы, да и сама она ему в рот не влезала, поэтому оно опять перестроило свой желудочно-кишечный тракт, вырастив пасть в грудной клетке, через которое заглотило конечность из странных тканей. Она так же казалось ему несъедобной, но отрыгивать её оно не стало, оставляя перевариваться в увеличенном желудке, который требовал всё больше мяса. Он смог найти и съесть немного мелкой добычи, подцепляя их жалом, выходящим из головного рта, а затем бросая в грудной, пережёвывая зубами-рёбрами. Периодически ему попадались волки, которых он то поедал то заражал личинками. Один раз ему попался заражённый лось, с которым он обменялся мыслительными образами, затем они разошлись распространять личинки. Наконец существо увидело на горизонте двуногих существ в количестве четырёх. Вспомнив опыт с двумя похожими особями, его одолело чувство, не испытываемое им ранее, что-то подсказывало ему, что на этом его путь может закончиться, его тело стало трястись, а ноги стали подкашиваться, кажется оно впервые открыло для себя нечто новое…страх. Естественный природный страх, присущий всем существам, населяющих мир, в котором оно оказалось, ведь никакое существо не заставляло его бороться за жизнь так сильно как ходящие на передних лапах и достающие третью переднюю, несущую разрушительную мощь, на переваривание которой оно потратило сил как на несколько волков и не смогло скопировать, вместо чего создал два лезвия с металлическими вкраплениями, спрятанные в передних лапах, которыми он держал расставленными для балансировке при ходьбе, которыми он махал как крыльями. Поборов свой страх, он решил подойти к ним, постепенно ускоряясь, надеясь схватить хотя бы одного из двуногих, которые на самом деле ничего не подозревали, а скорее недоумевали, увидев мужика, на котором была одна порванная рубашка, а с груди и живота была местами содрана кожа, на месте лоскутов который красовались чёрно-красные корки. — Эй, мужик, почему ты голый? — удивился один из них — ты что пьян? Вместо ответа бегущий голый мужик подбежал к одному из них и сшиб его с ног, после чего схватил за плечи и проткнул ему рот, выбив зубы жалом после чего на него накинулись остальные, повалив на землю стали заламывать руки и пытаться оторвать жало включая жертву, сохранявшую сознание, не смотря на черепно-мозговую травму. Не имея возможности вырваться с действующим телом, оно опять изменило его, сломав и изогнув суставы в противоположную сторону, и отрастив шипы на спине, нанеся тем самым раны живота и конечностей, после чего решив, что ему нужен только мозг, отсекло голову своей добыче, и прирастило к собственному телу, после чего бросилось в бега, опасаясь, что двуногие сейчас достанут третью конечность и произведут выстрелы из неё, превратив его в фарш вместе с трофейным источником информации.

***

Придя в себя, человек обнаружил, что внутри него что-то изменилось. Он стал выше, более тощим, а внутри него как будто что-то шевелилось, а рук у него оказалось больше, чем две, а главное у него выросла вторая голова, смотревшая на него краем глаза, вышедшего за пределы орбиты превратившейся частично в чёрную припухлость, по которой покрасневшее глазное яблоко могло свободно двигаться. Так же он заметил, что зрение второй головы накладывается на его и он видит самого себя чуть хуже среднего человека, но зато он теперь лучше слышал и ощущал запахи. Усилиями рук он выдавил лезвия из своих кистей, а после глубокого вдоха обнаружил как его рёбра двигаются, обнажая пасть из которой появляется трубка с зубами на конце, которая затем быстро втянулась обратно. Куча мыслей роилось в его голове, кто он, что с ним случилось, как он оказался с этим телом. — Эй ты — обратился он ко второй голове — кто ты? Кто я? — Кто…кто…ты…ты…- пыталась повторить голова, а затем завыла — ууу… — Ясно, говорить ты не умеешь — Я…Го.во.ты.ешь…вуф. Поняв что существо может только повторять, человек схватился за голову и начал вспоминать. В голове промелькнула стая волков, во которой он мчался, а так же звук тресканья в камня и колебаний, которые слышатся как будто у него были уши по всей поверхности тела, которыми он и сейчас слышал. Только сейчас он обнаружил, что у него из спины торчат шипы, реагирующие на звук ветра и прочие шумы, что сводило его с ума от переизбытка информации как и червя, сидящего во второй голове, и постепенно проникавшего в его, о чём он не подозревал. Усилием воли он закрыл глаза второй головы, а потом обнаружил, что больше не слышит звуки спиной. Человек и червь решили, что им лучше вернуться в то место куда упал метеорит, находя его по памяти, которая осталась у паразита со времён вылупления из плода. По дороге им встретилась разбитая металлическая птица, из которой вылезало нечто чёрно-красное с такими же шипами. Человек подобрал это и вскрыл вылезшим лезвием после чего из второй головы вырвался «язык» с шипом, который наколол внутренности червя, направив его в пасть. После проглатывания в голове человека появились воспоминания, похожие на те, что у него, желание дойти до места рождения паразита усилилось. Внезапно краем глаза он увидел как четыре человека идут в его сторону. Ему сначала захотелось подойти ближе, а затем…напасть, убить и съесть одного из них. — Нет, стой, стой — говорил он тому, кто взял власть над телом — стой! — Стоо…уоуоу.ой! — прокричала голова — оуууу! Они находились всё ближе, люди уже сами стали его замечать, услышав так же громкий вой головы паразита. — Так, похоже наша «птичка» должна быть где-то здесь… — бормотал один из них себе под нос, смотря на карту в полу-прозрачной пластине перед глазами, но потом заметил бежавшего на них двуглавого мутанта — твою мать! — Бегите! — закричал двухголовый человек — Бегом! Люди не стали ничего спрашивать и побежали, он продолжал бежать за ними, пытаясь перебороть тело, но усилий хватило только на то, чтобы поставить самому себе подножку, о которую споткнулся, ударившись обеими головами об землю, сломав оба носа, которые начали течь, но на его удивление кровотечение быстро остановилось, а носы криво но восстановились. Голова зарычала и встав, продолжала бег, но потом осознала, что добыча находится уже слишком далеко к тому же её стало больше на три человека, у которых были «третьи руки», одна из которых была намного длиннее чем у остальных и была направлена в его сторону. Человек молниеносно вспомнил, что это, и получил такое же воспоминание от воющей головы. Поняв, что дело пахнет жаренным, те развернулись и побежали в противоположную сторону, убегая от пуль. Одна пуля пронеслась в миллиметре от двухголового, цапанув остатки рубашки, за ней последовала вторая, которая попала уже в поясницу сзади, задев позвоночник, после чего убегавший, испытав страшную боль, покосился и упал на бок, но когда люди сами стали подходить, быстро восстановился и побежал ещё быстрее, худея на глазах, пока они совсем не пропали из вида. Передохнув и осмотрев себя, человек заметил, что вторая его голова стала немного ниже, а верхняя треть черепа его отсутствовала обнажая мозг или то, что выполняло его функцию, который он не мог разглядеть из-за ограничения угла наклона головы. Им очень хотелось есть, они бы сейчас стали есть себя, если бы не встретили заражённых волков, пожертвовавших для них своё мясо. Поев, они продолжили искать метеорит, они долго шли за ним, делая перерывы на короткий сон, и ловлю добычи пока в один момент не пришли к своей цели…которой не было. Там где находился камень была лишь воронка, рядом с которой не было ничего кроме следов от гусениц, по которым мысленно предложил пойти человек, после чего паразит молча кивнул головой и они пошли. Они шли долго, десятки километров, что отнимало у них много сил, периодически восполняемых пойманной добычей, бросаемой в грудной рот. Наконец спустя двое суток им посчастливилось ночью выйти на асфальтированную дорогу, где их сбила машина, неуспевшая затормозить, после чего они отлетели на обочину, после чего перевернулись и, опять быстро восстановились, а затем быстро побежали, избегая контакта с людьми, после чего машина поехала дальше, с обломками шипов, заклинивших дворники. Для восстановления и заживления сломанной спины и повреждённых отломками органов, червь растворил ещё часть второй головы, перенеся часть своей нервной системы в изменённый канал спинного мозга, так же частично «съел» рёбра и передние конечности для создания более прочного позвоночника, теперь двигать руками было сложнее, а сами они стали тонкими как спички, казалось ещё чуть-чуть и они сломаются. Рубашка, бывшая единственным предметом одежды на ряду с сапогами на ремешках которые теперь срослись со стопой, заменив кожу, от чего снять их было невозможно. Человек с большим усилием снял рубашку, а затем расширив дырку для горла лезвиями, а затем растянув и завязав рукава сделал импровизированную юбку, прикрывавшую то, чего он стыдился больше, чем голой груди с зубами, что сильно озадачило червя, до сих пор не понявшего зачем двуногие нацепляют на себя чужие шкуры, а к тому же сначала снизу, но возможно эта информация помогала ему выжить, поэтому спокойно позволял делать своему сосуду делать то, что он считает нужным, он не спешил есть мозг думающей головы, почти дожрав мозг первой головы, от которого осталась лишь треть, остальное было замещено большим чёрным бугром, на котором держались верхняя челюсть, и останки других непереваренных костей нижней же челюсти не было, она так же была переварена, после чего рот совсем утратил функцию рта человека, и стал просто местом крепления жала, наводимого одним большим и двумя маленькими глазами, один из которых был сбоку, и в целом эта «голова» была посажена ещё ниже — останки верхней челюсти доставали ему до подбородка. — Пиздец… — подметил человек — меня найдут, то порежут на опыты…а может и нет… давай поищем людей — Ррр.хх… — прохрипели останки головы — ыыы… — Нет, их есть нельзя, но у них есть еда, кушать, кусь-кусь, понял? — ааа…ххр… — Ладно. Мы понимаем друг друга, пошли искать моих сородичей, ты можешь заразить их, но потом, только не ешь их и не ешь себя, усёк? Червь опять кивнул. После чего они пошли по краю дороги, периодически прячась за деревьями. Наконец они дошли до заправки, на которой к сожалению не было людей ведь технологии дошли до того, что машины стали заправляться автоматически без участия человека. Который нужен был только в случаях вандализма. Об этом факте внезапно вспомнил человек, решивший разбить терминал оплаты, после чего прозвучал сигнал серены, на который сначала прилетел разведывательный БПЛА, который был сбит щупальцем головы червя, желавшего затащить того в пасть, но отказавшего, получив разряд тока, а затем уже на трёхместном двухколёсном транспорте выехали двое сотрудников ЧОП, один из которых был вооружён травматическим пистолетом, а второй дробовиком на случай, если травмат окажется неэффективным. — Эй, ты чё охуел? — ответил ЧОПовец, а затем был шокирован ещё хуже — какого хуя?! — По…помогите… — заражённый человек еле сдерживался, чтобы напасть — с…стой. Время, в течение которого носитель сдерживал паразита хватило на то, чтобы охранник зарядил травмат и выстрелил парализующим патроном, от попадания которого у мутанта свело мышцы, но не надолго следом пошёл ещё один выстрел, вызвавший ещё меньшую задержку благодаря быстрой адаптации, после чего следовал выстрел из короткого дробовика, превратившая половину человеческого лица в фарш, что не остановило полностью отрубившего боль и заделавшего сосуды монстра, который, отшатнувшись бросилось на наиболее опасного из двух человека, который ещё раз выстрелил, попав в грудь. Дробь выбила ему зубы и достала до костей деформированного позвоночника, в полости которых был центр нервной системы червя, спасённым усилением позвоночника инопланетным биологическим сплавом, что его и спасло, от чего, мутант быстро оттолкнулся и прыгнул на свою цель прежде чем та успела перезарядить дробовик и, прицелившись, вдавить спуск, и выстрелила в него жалом, попавшим в орбиту и пробившей тому мозг одновременно с выстрелом в шею человека, обезглавившего того полностью, оставив мотаться лишь кусок фарша из половину головы на мышцах и связках, который червь отсёк и забросил в «беззубый» рот от недостатка энергии. Теперь у него вновь осталась одна голова и он захотел почерпнуть информацию из той, что была у охранника с дробовиком. Он подошёл к бездыханному телу, голова которого была пробита насквозь, после чего подтянул его к себе щупальцем с жалом и единственной рабочей рукой отсёк голову и только хотел присоединить её на место отстреленной, как был сбит машиной за которой сидел тот, кого он упустил. Даже с переломанными костями он продолжал двигаться отталкиваясь изменёнными ногами, после чего его переехал во второй раз тот же охранник, после чего подобрал дробовик убитого товарища и опустошил в него весь магазин, сделав из гибрида человека и мутанта неразличимое месиво, и наехал колёсами двухколёсного автомобиля ещё раз на тело, для большей уверенности, что оно не подаст признаков жизни. Отдышавшись и успокоившись, он достал из кармана вэйп и стал парить, отведя взгляд от произошедшего, после чего позвонил по своему средству связи, чтобы доложить о выполненной ситуации на пост. — Алё, меня слышно…эй? — Олег, ты что-ли? — Да… Юра…тут пиздец… Саня… — Что «Саня»? — Саню убили! Там этот как его нахуй… — Кто? Кто убил Саню?! — Зомби! Зомби блять! — Какой нахуй зомби, ты чё накурен? — Какой нахуй накурен, этот мужик блять…он бросиля на Саню, он пырнул его в глаз и убил нахуй…из него какая-то хуйня…он Саню убил… да… — Пиздец, Олег, где ты находишься… — На заправочной станции…давдцадь седьмой…да двадцать седьмой… ты это… 02 вызовешь? — Не, сначала подкрепления…камеры я чекнул, реально пиздец. Стой, ничего не делай, дождись подкрепления. — Х…хорошо я дождусь…боже сука какой пиздец… — Ну давай, конец связи. И Олег, допарив вейп, продолжил ждать подкрепление, запёршись в машине с дробовиком и патронами павшего товарища, ожидая что нападение может повториться.