Глава 3. Intentio

не верь, что сердца не найдётся для тебя.

не верь, что душа душу не найдёт.

— Матч был просто потрясающим! — громко восклицала девочка шестнадцати лет, активно помахивая лайтстиком, купленным на стадионе. Её выбеленные волосы были собраны в небрежный пучок. А куртка сияла пайетками ещё ярче, чем лайтстик. — Ты видела, как потрясающе выглядели Сан и Сонхва? — измученно протянула вторая девочка с двумя хвостиками на голове и вплетёнными в них фиолетовыми прядями. — Гол Сана навеки войдёт в историю, — кивнула первая. Третья девушка шла молча, опустив голову и спрятав ладони в карманы чёрной куртки. Тёмные волосы были убраны в аккуратную косу. На шее девушки болтался медальон в форме звезды. — Исыль, что скажешь? — раздался женский голос у неё над ухом. Исыль подняла голову. — Что? — спросила она, не понимая, кто конкретно к ней обратился. Подруги замерли на месте, бесконечно уходя в сторону от хлынувшей к выходу со стадиона толпы. Подростки, их родители и друзья восторженно обсуждали прошедший матч, волной двигаясь к главным воротам. — Знаешь, с таким настроением могла бы не приходить, — обиженно произнесла девушка с хвостиками и, скрестив руки на груди, оглядывала пустеющий стадион. Команда школы Арнольда что-то активно обсуждала на трибунах. Голос Минги разрезал вечерний воздух агрессией и негодованием. Юноша был одет в фирменную чёрно-белую форму спортивной команды школы Арнольда с эмблемой на груди и своим именем на спине. — Прости, Джуён-а, я просто задумалась, — примирительно произнесла Исыль, пожимая плечо подруги. Та ни в какую не хотела к ней поворачиваться, молча наблюдая за Минги. Тот что-то чересчур активно доказывал Уёну, который не принял участия в сегодняшнем матче, что удивило Джуён. Обычно Чон не пропускал игры. Третья девушка лишь глубоко вздохнула и возвела очи горе. — За что мне такие обиженка и тихоня, просто понять не могу? — настойчиво вопрошала она небесам. — Йа, Сумин! — обиженно воскликнула Джуён. — Между прочим, ты обязана меня поддержать. Онни всю дорогу ведёт себя так, будто её весь мир разочаровал. Исыль устало глядела на подруг, гадая, сколько ещё эти глупые препирательства будут продолжаться. Да, она не хотела идти на матч. Не хотела видеть здесь учеников школы Арнольда, которые смеялись над её старшим братом и подругой, а им, между прочим, предстояло учиться здесь. А Исыль предстояло остаться в школе Вирмизера. Девушка бы с удовольствием побыла сейчас в кофейне Намджуна, поболтала с Хонджуном, у которого, наконец, выдался свободный вечер, а потом прогулялась с Тэхёном и Мией по скверу на Центральном проспекте. Но она выбрала Джуён и Сумин, потому что девочки злились на свою старшую подругу из-за отсутствия внимания с её стороны. — Ты так выросла за лето, просто сил нет, — возмутилась Джуён. — Прыщей не стало. Волосы заблестели. Стала красоткой, и думаешь, что теперь можно пренебрегать друзьями? — Йа, Джуён, что ты несёшь? — вскричала Исыль, не веря собственным ушам. Она всё лето жаловалась подругам на то, что Тэхён и Мия будут учиться в новой школе, а они будто в упор не желали понять чувств девушки. — Я говорю правду, онни, — высокомерно задрав подбородок, сказала Джуён. Сумин молча стояла в стороне, лениво помахивая лайтстиком. Исыль растерянно смотрела на подруг. — Это не правда, — спокойнее произнесла Исыль. — Я могла провести вечер с братьями, но выбрала вас, потому что вы мои друзья. Я грущу, потому что в понедельник начнётся новый учебный год, а моего брата и Мии не будет рядом в школе. Да, я расстроена и не хочу веселиться. Но я здесь ради вас. Это, что, ничего не значит для тебя? Сумин и Джуён молча переглянулись. Первая, пожав плечами, опустила голову. Джуён же была не переубеждаема. — Тебе стоит пересмотреть приоритеты, онни, — вздохнула девочка, отбрасывая назад один из хвостиков. — Мы же хотим веселиться, а ты вечно ходишь с кислой миной. С тобой становится скучно. — Поверить не могу… — выдохнула Исыль, выпуская изо рта пар. Температура на улице ужасно понизилась, и девушку начинало колотить то ли от холода, то ли от гнева, то ли от того, что ей хотелось разреветься прямо здесь. Исыль припустила быстрым шагом прочь от Сумин и Джуён. Только бы сдержаться и не заплакать. Слишком много людей вокруг, да ещё и мимо команды Арнольда придётся пройти. И чего их чёрт дёрнул сидеть на этих трибунах. Девушка шла, опустив голову и вжав подбородок в шиворот вязанного свитера. Голоса команды приближались, и Исыль уже могла различить звонкий баритон Уёна, бас Минги и Сонхва. Против её воли до неё стали долетать обрывки разговора. — … едва не проиграли из-за тебя, придурок! — кричал Минги. — Я не виноват в том, что Сан решил повыделываться перед командой поддержки Вирмизера, — ответил неизвестный Исыль юношеский голос. — Бэкхён прав, Минги, — встрял Сонхва. — Сан увёл мяч слишком поздно. Но благо справился. — Я же говорил тебе! — вскричал Уён. Наверно, он обращался к Сонхва. — Я предлагал схему замен. Я тебе расписал все возможные варианты, а ты что? Да и ты, капитан-я-всех-своим-прессом-уничтожу-Минги, тоже хорош! Только и знаешь, что майкой пот подтирать. Раздался дружный мужской смех, и Исыль вздрогнула. Как раз в этот момент она проходила чрезвычайно близко к трибунам. Проскочить бы мышкой, чтобы не пришлось лишний раз с ними связываться. Что ж за судьба у Исыль такая? Год только начинался, а уже испытывал, будь здоров. Девушка, врезавшись во что-то очень твердое и очень живое, вскрикнула от испуга и злости. Исыль, не сдержавшись, ругнулась и подняла возмущённый взгляд на преграду, возникшую у неё на пути. Сердце упало в пятки, а пульс участился. Над Исыль возвышался всё ещё потный и улыбающийся Чхве Сан. Глаза его блестели азартом и интересом. — Милая, что за выражения? — поинтересовался юноша, поднимая обронённую им из-за столкновения с Исыль бутылку воды. Сан открутил горлышко и сделал глоток, не отрывая хищного взгляда от застывшей перед ним девушки. — Я… Ты что не видел, куда идёшь? — осмелела Исыль. В конце концов, её старший брат прокурор. И плевать, что Сан — приёмный сын главы города. Всё равно он всего лишь подросток. Такой же, как она. Какого чёрта она трясётся в его присутствии как осиновый лист? Сан притворно выпучил глаза и облизнул влажные губы. Исыль против воли опустила на них взор, но тут же вернулась к хитрому лисьему взгляду того, по чьей вине она не могла пройти к выходу со стадиона. — Обычно все сами прекрасно понимают, что меня лучше обходить стороной, милая, — спокойно произнёс Сан, натягивая на тело висевшую доселе на крепком мужском плече толстовку. — Йа, Сан-и! — вскричал Уён с трибун. Юноша вытянул голову, чтобы лучше видеть своего приёмного брата и его оппонентку. — Заканчивай девочек зажимать. Тебя и так уже команда поддержки на школьном дворе ждёт. Куда ещё-то? Надо игру обсудить. Уён привлёк внимание всей команды к Исыль. Каждый теперь считал своим долгом разглядеть девушку с ног до головы, отчего её начало тошнить. Но особенно вкрадчиво на неё пялился Минги, весело щурясь. — Как тебя зовут, красавица? — спросил он, липко улыбаясь. — Не помню, чтобы видел тебя когда-нибудь. — Глаза разуй, капитан, — усмехнулся Сонхва, приподнимаясь со своего места и начиная медленно спускаться по лестнице трибун. Юноша, не отрывая взгляда от девушки и не переставая улыбаться, вальяжно подошёл к Сану и Исыль. Сонхва наклонился к её лицу, едва не задев губами девичий нос. Исыль задержала дыхание, замерев на месте. Только бы не отшагнуть назад. Слишком много чести. — Это же наша Ким Исыль, — напевно произнёс Сонхва, восхищённый внешним видом девушки. Команда удивлённо загудела, а Сан, усмехнувшись, о чём-то задумался. — Я не ваша, Пак Сонхва, — выдавила из себя Исыль. Звучала она куда увереннее, чем ожидала от самой себя. — И не подходи так близко. От тебя воняет потом. Исыль брезгливо сморщилась и попыталась пройти мимо Сана, но не тут-то было. Тот перегородил ей дорогу. И от веселья на его красивом лице не осталось и следа. Юноша был зол. Исыль, опять ты за своё. Даже Мия уже научилась не отвечать на выпады Уёна, а ты всё ещё не освоила искусство не лаять на собак. — Ты за лето не только похорошела, но и успела научиться дерзить? — сурово произнёс Сан. Теперь Исыль была зажата между двумя высокими парнями, угодив в ловушку. В ловушку от себя самой. Как прекрасно! — Чхве, не делай из меня овечку, — сморщилась Исыль. Уж она-то прекрасно помнила, как вместе с Мией отбивалась от нападок двух братьев Их Величества Чхве Сана и Чон Уёна. И не уступала старшей подруге. — Дай пройти. — Извинись, — строго приказал Сан, сверля девушку немигающим взглядом. Исыль выпучила глаза, словно тот предложил ей станцевать для него приватный танец. — Что, прости? — переспросила девушка. Сан кивнул. — Да, умница, «прости». Только не у меня прощения проси, а у того, кого оскорбила. Исыль обернулась. Сонхва стоял за её спиной, спрятав ладони в карманы спортивных шорт. Его губы были сурово сжаты. Он по-птичьи склонил голову вбок и захлопал длинными ресницами, издеваясь. Исыль сжала кулаки. — Перебьётесь. И ты, и твой дружок, — рыкнула Исыль. Команда на трибуне засвистела и заулюлюкала. И громче всех там точно был Уён. Ему-то точно это зрелище было по вкусу. Ещё бы Мию и Тэхёна добавить для полного комплекта, и мальчик был бы запредельно счастлив. Сан оторопел от смелости и безрассудности девушки. Исыль видела, как его карие глаза почернели от злости, а длинные пальцы сжались в кулаки, прямо как у неё самой. Парень буквально кипел от гнева, и, не будь вокруг свидетелей, точно бы разобрался с девушкой не только при помощи слов. — Ким, ты забыла? — послышался за спиной голос Сонхва. Девушка повернулась к нему, чувствуя, как её тонкую спину прожигал взгляд Сана. — Твой брат всё ещё работает у моего дяди в прокуратуре. Не играй с огнём. — Йа, вам заняться нечем? — вскричала Исыль. — Я шла и никого не трогала. Твой друг врезался в меня и отказался пропускать к выходу. Я не сделала ничего, слышишь меня, ничего?! Вы такие смелые, потому что я девушка, и я одна, а вас здесь двадцать здоровых лбов. Тоже мне, альфа самцы. Особенно ты, Чхве! — крикнула Исыль прямо в лицо Сану. — Тошнит от вашей надменности. Дай пройти! Исыль бросилась прочь, но Сан, улыбаясь, схватил её, зажав хрупкую женскую фигуру в кольцо. Девушка брыкалась, пытаясь вырваться из его хватки, но всё было тщетно. Горячее мужское дыхание обжигало холодную кожу. — Йа, Исыль, тебя, что подружка укусила? — усмехаясь, спросил подошедший к компании Уён. Исыль забыла о том, что руки Сана прижимали её к себе, и он всё ещё прислонялся своим виском к её макушке, не отрывая смеющегося взгляда от своего приёмного брата. Уён, улыбаясь, встал прямо перед Исыль. Юноша медленно продемонстрировал своё красивое лицо девушке, обводя его пальцем. — И у меня на лице ни единой царапины после встречи с ней. Странно, да? Осеннее обострение ведь на подходе. Исыль устало покачала головой. — Ты безнадёжен. И знаешь, чертовски жаль, что Мия тебе не врезала. Может, дури поубавится, хотя это вряд ли, — фыркнула Исыль. Чем бы таким перевязать язык, чтобы не создавать себе новых проблем? Улыбка медленно сползла с лица Уёна. Сан больно сжал Исыль, и она вскрикнула от боли, ругнувшись. Сонхва молча, с отвращением глядел на девушку, словно она была мелким, вонючим грызуном. — Ты явно переборщила сегодня, милашка, — угрожающе спокойно и тихо произнёс Уён. Исыль и бровью не повела. — Йа, что такое происходит?! — послышался басовый мужской голос. Сонхва тут же встрепенулся и велел взглядом Сану отпустить Исыль. Та брезгливо вырвалась из хватки Чхве и отряхнулась, словно от грязи. Её блестящие карие глаза столкнулись с гневным взглядом Сана. Тот провёл большим пальцем себе по шее, не отрывая глаз от лица Исыль. Она лишь поморщилась. Один Уён стоял спокойно, замерев на месте, и скучающим взглядом глядел на быстро приближающегося к ним Юнги в компании двух незнакомых подростков. Юнги подлетел к компании и отвёл Исыль себе за спину. Его суровый взгляд был обращён к парням. И пусть Юнги был ниже ростом каждого из них, его тёмные глаза пугали не на шутку. Словно мужчина обладал силой и властью, скрытой от человеческого глаза. — Руки длинные, Чхве? — сурово спросил Юнги, обращаясь к Сану. Тот стоял, потупив взгляд. Тогда мужчина посмотрел на Сонхва. — А ты, Пак? Твой отец — директор. Считаешь нормальным нападать на девушку толпой? — Девушка за словом в карман не полезет, хён, — усмехнулся Уён. Его внимание привлекла незнакомка, стоящая рядом с Юнги. Он с интересом разглядывал красавицу в толстовке. Её же взгляд был сосредоточен на Исыль. Она с тревогой смотрела на девушку. — Это не важно, Чон! — вскричал Юнги. Он подошёл к Уёну вплотную. Но тот даже не шелохнулся. — Я обязательно сообщу твоему отцу. И твоему, Сон, тоже! Минги на трибунах лишь молча показал большой палец. Парни из футбольной команды вокруг него зашептались. — Сонхва, надеюсь, что хотя бы тебе достанет ума понять, что то, что вы делаете, неправильно, — произнёс Юнги. Исыль стыдливо опустила голову. Только этого ей не хватало. Они же не дети. Сами разберутся, в самом деле. — Разумеется, хён, — с непроницаемым выражением лица произнёс Сонхва. Исыль усмехнулась. Как же часто он говорил это в её компании. «Больше не повторится». — Больше не повторится. Девушка тихо засмеялась. Сан с отвращением посмотрел на неё. — Истерика что ли, Ким? — спросил он. — Да. От вашей лжи и низости, Чхве, — снова взвилась Исыль. — Исыль… — начал Юнги. Но девушка, словно несущийся поезд, налетела на парней. Она вышла из-под защиты Юнги и начала наступать на Сана. — Вы каждый раз обещаете, что больше это не повторится. Как глупо! Совершенно неожиданный человек вдруг вмешался, останавливая взбесившуюся Исыль. — Исыль, они не стоят того, — раздался женский голос. Девушка обернулась. Незнакомка в бесформенной толстовке осторожно взяла Исыль за руку. Удивительно, но Ким ощутила в этот момент что-то похожее на чувства, возникающие рядом с Мией. Это… женское тепло. И дружба. — Пойдём. — Сестра права, — вмешался ещё один незнакомец. Очень красивый. Исыль не могла не отметить этого. Брат и сестра, оба были потрясающе красивы, словно сошли с картины эпохи Корё, но в простой спортивной одежде, а не в ханбоках. — Вы кто такие? — сурово поинтересовался Сан. — Ёсан и Мана Ли. Приехали к вам в город сегодня, — улыбаясь, произнёс Ёсан. Он явно забавлялся происходящим. — Хотели посмотреть корейский футбол, а в итоге смотрим американский. Уён фыркнул от смеха. — Йа, Ёсан, — возмутилась Мана. Ёсан лишь застенчиво пожал плечами, чем вызвал улыбку Исыль. И эта её улыбка взбесила Сана ещё больше. — Не лезьте не в своё дело, милая дама и её братик, — угрожающе произнёс Сан. Тут его за локоть схватил чем-то взволнованный Сонхва. — Всё, Сан, заканчивай, — прошептал Сонхва на ухо друга. Но тот возмутился ещё сильнее. — Хён, почему? — Это Ли, мать твою. Отец этих двоих теперь владеет заводом Лекса. Я тебя умоляю, заткнись, — шептал Сонхва. Сан, нахмурившись, замолчал. Но юноша продолжал сверлить Исыль ненавидящим взглядом. Девушка же безразлично ожидала, что будет дальше. — Все друг друга услышали, птенчики? — спросил Юнги. Подростки закивали. Все, кроме Сана и Исыль. — Отлично. Добро пожаловать в Талио, Ёсан и Мана. Здесь все очень добрые и отзывчивые, как вы могли заметить. Пройдёмте дальше, покажу вам местное кладбище, авось пригодится… Юнги, повернувшись на каблуках, устремился прочь со стадиона. — Ты пожалеешь о том, что устроила сегодня, — тыча в Исыль пальцем, произнёс Сан. — Не советую, — покачав головой, сказал Ёсан. Сан бросил на парня взгляд, полный гнева. — Не наживай себе проблем, друг. — Думаешь, если твой папаша теперь владеет заводом с антидотом, тебе все можно? — Сан сделал шаг вперёд, но Сонхва крепко держал его. Да и Уён подошёл к разъярённому брату поближе. — В этом городе? — притворно задумавшись и оглядевшись вокруг, спросил Ёсан. — В этом городе точно можно. Вы мне показали отличный пример, спасибо. Уён бросил на Ёсана заинтересованный взгляд. Парниша явно был не из пугливых и не из глупых. Ещё и сестра красавица. Кажется, семья Ли придётся Чон Уёну по вкусу. — Мило, Ли. Увидимся в понедельник в школе, — кивнул Сонхва, уводя Сана с поля обратно на трибуны. — Пойдёмте, — позвал Ёсан сестру и Исыль. Напоследок Уён ещё раз взглянул на Ману, а Сан на Исыль. Только вот чувства обоих парней были совершенно противоположными.

***

— Какого чёрта это было, Сонхва?! — взревел Сан, залетая в мужскую раздевалку и кидая на скамейку полотенце. Он только вышел из душевой, и с тёмных волос капала вода. Юноша был кристально зол происходящим не потому, что его из равновесия вывела семнадцатилетка, а потому что друг пошёл на поводу у новоприбывшей династии, которая ещё не заслужила уважения к себе. Сонхва прожигал Сана немигающим взглядом. — А что мне нужно было сделать? Дать тебе набить морду Ёсану? Чтобы потом я краснел перед всей думой и школьным советом? Уволь, Сан-и, — отмахнулся Сонхва. Он не желал портить свою безупречную репутацию из-за того, что кулаки Чхве вечно чесались не в самый подходящий момент. Минги, смеясь, принялся переодеваться. В нескольких местах: на груди, спине и плечах, — на медовой коже виднелись синяки и порезы. Сон не скрывал их, но в полумраке помещения друзья не заметили увечья своего товарища. Но Минги и не был против такого расклада: говорить об этом ему чертовски не хотелось. — Серьёзно, Сан-и, — напевно вмешался Уён. Он стоял, прислонившись к дверном косяку ладонью, перекрыв таким образом выход из раздевалки. — У нас, между прочим, тоже были бы крупные проблемы. Сан, сморщившись, принялся доставать вещи из сумки. — Отец никогда нам ничего не сделает, — фыркнул он, натягивая на себя чистый серый свитер. Уён согласно кивнул. — Именно, но не стоит проверять эту аксиому на практике, договорились? Сан молча смотрел на ухмыляющегося Уёна. Они жили вместе больше десяти лет, и со временем действительно стали относиться друг к другу, словно родные братья. Но воспоминания Сана о гибели родителей были всё ещё свежи в памяти. И то, что Чон Бенг Мин вовремя взял под крыло маленького семилетнего мальчика, не смягчало сердце повзрослевшего Сана. Он хотел знать правду, а не нахлебником сидеть на троне в семье Чон. К тому же, трон будет у Уёна, поскольку старший брат Чон Хосок отказался от него, ещё будучи студентом. — Почему я вечно пропускаю всё самое интересное? — раздался женский звонкий голос. Мимо Уёна, прошмыгнув прямо под его рукой, прошла девушка, чей шлейф цветочных духов ударил в нос юноше. Уён тепло улыбнулся. Сонхва возмущённо воззрился на девушку, едва успев нацепить на себя одежду. — Кюрин, ты что из ума выжила? Это мужская раздевалка, — воскликнул Сонхва, на что девушка, цокнув, лишь закатила глаза. Она довольно помахала белоснежной ладошкой Уёну и утянула друга в крепкое объятие. — Оппа, тебя определённо не хватало сегодня на поле, — низким, бархатным голосом сказала Кюрин. Уён польщено улыбнулся, на что Сан закатил глаза. Кюрин была достаточно высока в росте для стандартных параметров девушек Талио, но при этом у неё была хрупкая, почти худощавая фигура, которую девушка выгодно подчёркивала короткой юбкой и блузой с рюшами. Выбеленные волосы были стрижены под стильное каре с аккуратной чёлкой. Отец часто отчитывал дочку за то, что она выглядела не как наследница крупного дела, а как подросток, мечтающий стать айдолом. Но Кюрин и была подростком. Только мечтала она не о карьере певицы, а о свободе и учёбе в Лондоне, на родине своих любимых авторов. Они с Сонхва были погодками, но отец хотел, чтобы девушка всегда находилась под присмотром старшего брата, поэтому засунул её в класс постарше. Кюрин была не против. Она упивалась мужским вниманием со стороны учеников старших классов. — На вечеринке я расскажу тебе всё, что видел сегодня. Это было занимательно, — прошелестел Уён. Кюрин заговорщически улыбнулась, держа ладони с чёрного цвета маникюром на шее юноши. — Денёк выдался жарким, Кюрин-а. — Уён, убери руки от моей сестры, — сурово произнёс Сонхва, пока члены команды постепенно расходились из раздевалки, бросая на Кюрин заинтересованные взгляды. — Сану ты такое не говорил, — обиженно ответил Уён, но руки убрал. Кюрин на его реплику отреагировала, сильно пихнув юношу в плечо. Уён, притворно сморщившись, принялся потирать ушибленное место. Сан тем временем переоделся и старался делать вид, что не замечает происходящее вокруг. Его мысли часто против воли возвращались к сияющим глазам Исыль. Она буквально полыхала гневом. Он знал это чувство. Наизусть. Но кто она такая, чтобы позволять себе такое отношение к нему и его друзьям? Она переусердствовала с доказательством собственной правоты. Исыль хотелось проучить, чтобы она искренне признала Сана правым. Ему очень хотелось, чтобы она сделала это. Минги довольно схватил за шею Уёна и Сонхва. — Завтра выходной, и сегодня мы отлично поработали. Благодарю вас за усердную работу, друзья мои, — довольно произнёс он. Уён и Сонхва, улыбаясь, переглянулись. — То есть выпады на Бэкхёна закончились? — спросил Уён. — Быстро же ты сдался. — Сегодня я хочу напиться, — продолжил Минги, игнорируя слова Уёна. — И без вас это будет ужасный вечер. — Отличное предложение, — кивнул Сонхва. — Мы пойдём в дом к Ёнджуну, верно? Минги активно закивал головой, улыбаясь, словно довольный кот, почуявший добычу. — Кажется, Ёнджун уже позвал команду поддержки Вирмизера на вечеринку, Сан-и, — крикнул Минги, обращаясь к другу. Тот бросил на него короткий взгляд и выдавил из себя улыбку. — Отлично, — ответил Сан, складывая вещи в сумку. — Кюрин с нами? — поинтересовался Уён. Девушка согласно закивала. — Сомневаюсь, — зло произнёс Сонхва, не отрывая взгляда от младшей сестры. Кюрин показала ему язык. — Идём уже, — фыркнул Минги, утаскивая из раздевалки возмущённых Уёна и Сонхва. В тёмном помещении остались только Кюрин и Сан. Девушка замерла, пристально наблюдая за юношей. Ему, казалось, всё было фиолетово. Он молча складывал форму в спортивную сумку, затем протёр влажные после душа волосы полотенцем. Сан глубоко вздохнул, наблюдая за лунным диском за окном, расположенным почти на потолке. В этот момент Кюрин могла рассмотреть острый профиль, кадык и медовую кожу. Таким Сан выглядел в её глазах куда более беззащитным, чем в анфас со своим лисим взглядом. — Ты устал? — спросила Кюрин, подходя к юноше ближе. Он не шелохнулся. — Не совсем, просто я… Девчонка эта все соки выпила, — не удержавшись, выдал Сан. И сам не понял, как такое могло произойти. Он же не откровенничал никогда и ни с кем. Тем более с Кюрин. Та нахмурилась. — Ким Исыль, верно? Я слышала, как парни обсуждали это в коридоре. — Что говорили? — заинтересованно спросил Сан. Кюрин растерялась. — Что Исыль за лето слишком много времени провела с Хьюз, вот и тронулась умом. И что братьям надо лучше приглядывать за своей дрожащей сестрёнкой, иначе она будет создавать проблемы и себе, и всей семье Ким, — ответила Кюрин, не понимая, какой прок Сану знать всё это. — Ну и то, что она стала красавицей. Но тут я не могу утверждать, я же не видела её. Тут Сан разозлился с новой силой. И не мог объяснить, почему. Исыль… красивая? Он помнил её в прошлом году. Обычная девчонка. Но на стадионе её глаза… Пожалуй, из-за них Сан смог бы предположить, что она и правда ничего. На любителя, разумеется. — Может, мы лучше поговорим о нас? — спросила Кюрин, подойдя к Сану вплотную и положив ладонь на его спину. Юноша мотнул головой. — Я же всё тебе сказал неделю назад, — спокойно ответил Сан и одарил Кюрин своим лисим, хитрым взглядом. На его губах шелестела полуулыбка. — Ты сказал, что я не твой человек. Но это же бред, — фыркнула Кюрин. Сан кивнул. — Вот, потому, что ты считаешь это бредом, ты — не мой человек. — Так ты меня использовал? — чувствуя подступающие слёзы, прошептала Кюрин. Сан помотал головой. — Ни в коем случае. Ты сама этого хотела. Я просто помог тебе получить то, что ты хочешь. И тебе понравилось, так что, зачем жалеть о сделанном? — спокойно произнёс Сан. Кюрин залепила ему смачную пощёчину. — Ублюдок, — выплюнула она, развернулась на каблуках и растворилась в коридоре. Сан спокойно потрогал ушибленное место, понимая, что заслужил этот удар. Да он его всё равно не волновал. Нет. Волновала Исыль. И от этого начинало тошнить.

***

— Ну и городишко у вас, — восхищённо произнёс Ёсан, когда все четверо миновали Центральный проспект и подошли к машине Юнги. — Прямо душа радуется. Здесь же Исыль терпеливо ждал Тэхён, уткнувшийся в телефон и что-то напевающий себе под нос. — Спасибо, что помогли, — в сотый раз произнесла Исыль. Мана ободряюще обняла девушку за плечо. — Таких задир мы с Ёсаном часто гоняли в бывшей школе, — довольно произнесла Мана. Исыль улыбнулась. — Птенчики, — обречённо вздохнул Юнги, с наслаждением вдыхая вечерний воздух. — Оппа! — крикнула Исыль, обращая на себя внимание Тэхёна. Тот поднял на неё недовольный взгляд и, оторвавшись от ствола граба, проследовал навстречу к сестре. — Чего так долго-то? — досадливо спросил Тэхён. — Знакомься, это — Ёсан и Мана Ли. Новые ученики школы Арнольда, — произнесла Исыль. — Мана, Ёсан, это мой старший брат Тэхён. Он будет учиться с вами. Тэхён с поклоном поприветствовал новых знакомых и пожал руку Ёсану. — Какой факультет? — спросил Ким. — Информационные технологии, — ответил Ёсан. — Физическая культура, — произнесла Мана с улыбкой. — А ты? — Мой брат — книжный червь, — ответила за Тэхёна Исыль, за что получила от брата затрещину. — Ёсан тоже обожает книги, — охотно проговорила Мана. Исыль бросила на неё заинтересованный взгляд. — И тебя тоже заставляет? — спросила она. — Ага, — устало кивнула Мана, недовольно глядя на Ёсана. Тот закатил глаза. — Мой такой же! — воскликнула Исыль, и теперь глаза закатил Тэхён. — Отвали уже, — в один голос произнесли Ёсан и Тэхён. — Вы подружитесь, — усмехнулся Юнги. — Но, Ёсан, Мана, нам пора. Ваш отец уже шлёт мне недовольные смайлики. Мне кажется, он в гневе. — Нет, хён, смайлики означают, что он в бешенстве, — серьёзно произнёс Ёсан, и Мана рассмеялась. — Увидимся в школе, — улыбнулся Тэхён. Компания распрощалась под звонкий вороний крик.