Глава 4. Bullet

если Бог позволит, я стану сосудом для твоей души.

если ты позволишь, я буду защищать тебя до скончания веков.

Лёжа на груди Уёна, Мия водила пальцем по мужскому торсу, вырисовывая созвездия по памяти. Юноше было щекотно, и лёгкая улыбка трогала его губы. Он так привык к тому, чтобы ощущать её грудь, прижатую к своему голому телу, что такое вот положение, как сейчас, казалось Уёну самым нормальным из всех в его жизни. — О чём ты думаешь? — шёпотом спросил он, пошевелив волосы на затылке Мии и вдыхая запах чайного дерева, исходящий от голой кожи девушки. Та пожевала губами. — Мы что-то упустили, — ответила Мия. Уён удивлённо посмотрел на неё. — Я настолько плох в постели, что ты в такой момент думаешь об этом? — ахнул юноша с притворной обидой в голосе. Мия цокнула. — Чон, когда ты меня просто целуешь, я уже ничего не соображаю, — фыркнула девушка. Уён польщено улыбнулся. — Спасибо за комплимент. Сделаю сегодня об этом запись в дневнике. — Дневник! — вдруг, воскликнула Мия, подрываясь с постели. И тот факт, что она была совершенно обнажена, её совершенно не заботил. Уён даже вздрогнул, нехотя отпуская Мию. Девушка сверкающими глазами посмотрела на юношу. — Ты гений, Чон Уён! — воскликнула она и крепко поцеловала юношу в губы. Уён опешил, смотря на Мию, которая принялась судорожно натягивать на себя одежду. — Объяснишь? — заикаясь, произнёс Уён. Мия откинула назад волосы, застёгивая рубашку. — Отец говорил мне про свой дневник. И я, дурочка! Как могла забыть, что он постоянно вёл дневник? Он где-то у меня дома, — нервно проговорила девушка. Уён нервно сглотнул. Сейчас-то она полна сил и энтузиазма, но каково будет вернуться в родной дом спустя столько времени? — Мия… — неуверенно начал Уён, и тут дверь в гостевую спальню распахнулась. — Что за чудесное мясо ты приготовила? — с улыбкой спросила Анастасия звонким голосом и тут же замерла в проходе, столкнувшись взглядом с Уёном. Юноша нервно сглотнул и натянул одеяло повыше, прикрывая стратегические места. Мия, растрёпанная и лишь наполовину одетая, смотрела на Анастасию так, словно увидела призрака. Девушка зажмурилась, как от удара. — Онни… — Так, тихо, — произнесла Анастасия с закрытыми глазами и схватилась за сердце. — Вы же… Господи, спасибо, что не в моей комнате и не в моей гостиной! — Анастасия-ши… — вдруг, начал Уён, но Анастасия помахала руками, активно протестуя. — Ничего не желаю слышать. Жду вас внизу, — строго сказала прокурор и развернулась к выходу. Но тут она резко обернулась через плечо, кинув убийственный взгляд на Мию. — Одетыми. Тебя, Чон, в первую очередь касается. — Ну, жесть, — обречённо вздохнула Мия, натягивая на себя юбку. Уён звонко засмеялся, хватаясь за живот. — Нашёл время, чтобы смеяться! Молодые люди, взявшись за руки, проследовали вниз с опущенными головами. Оба шли, словно на казнь. Анастасия сидела в полумраке гостиной, с одной лишь зажжённой лампой, словно следователь на допросе. Прокурор исподлобья взглянула на растрёпанных Мию и Уёна. Юноша от её холодного взгляда нервно сглотнул. — Присаживайтесь, дорогие Мия и Уён, — любезно произнесла Анастасия и указала на два стула напротив себя. Подростки переглянулись и последовали указанию. Мия нервно оправила юбку, а Уён выпрямил плечи, приглаживая волосы. Анастасия сурово следила за каждым их жестом, щекоча несчастным нервы. — Так вы тоже встречаетесь? — наконец, спросила Анастасия. Мия и Уён кивнули. — Тоже? — спросил непонимающе юноша. Мия перевела удивлённый взгляд на прокурора. Та тут же мысленно ругнулась. — Я сказала «тоже»? — искренне удивилась она. — Оговорилась от шока. Не обращай внимания. Со мной такое бывает. — Онни, прости, я думала, ты вернёшься позже, — жалостливо вмешалась Мия. — Насколько часто вы тут… вместе время проводите? — спросила Анастасия, с трудом подбирая слова. Ужас. Интересно, как она будет разговаривать с собственными детьми, если даже с чужими слов подобрать не может? — Не часто, — со всей искренностью и участием заявил Уён. Мия следила за юношей, чтобы он не наговорил лишнего. — Правда. Мы бываем и у меня дома. Мия мысленно дала сама себе по лбу. — Хрен бы с вами, — фыркнула Анастасия, чем вызвала жуткое удивление Мии. Прокурор никогда не выражалась в присутствии подростков. — Вы предохраняетесь или нет? Этот вопрос меня волнует больше всего. — Онни! — возмущённо воскликнула Мия. — Да, прокурор, — ответил Уён в один голос с возгласом Мии. Молодые люди растерянно взглянули друг на друга, а Анастасия облегчённо выдохнула. — Так, ну, с этим уже легче работать, — восстанавливая дыхание, произнесла прокурор. — Ладно, прощаю вас, поскольку у Уёна явно талант к кулинарии. Теперь каждый раз, когда будешь в моём доме, готовь мне еду, мистер Чон-Я-Герой-Своего-Любовного-Романа-Уён, понял меня? Как раз буду знать, что послужило тебе вдохновением. Мия фыркнула от смеха, а Уён закатил глаза. — А у вас, прокурор, губа не дура, — возмутился юноша. Анастасия аж задохнулась от возмущения. — Ну знаешь, мальчик, ты спишь с моей подопечной в моём доме! Я имею право на некоторую наглость в твоём отношении. Уён сложил руки на груди, капитулируя. — Ты отпустишь нас на час? — с опаской спросила Мия. Анастасия нахмурилась, глянув на время. — Куда это? Уён украдкой взглянул на Мию, а девушка явно растерялась в поиске ответа. — Надо конспекты забрать, — соврала Мия. Анастасия вздёрнула брови наверх. — Ну, нет уж. До завтрашнего утра это точно потерпит, — произнесла прокурор голосом, который не терпел возражений. — Поедим все вместе, и Уён поедет домой. Завтра в школе увидитесь.

***

Утром следующего дня Анастасия дала разрешение Уёну отвезти Мию в школу. Правда, перед этим прокурор зачитала молодому человеку целую лекцию о том, как важно брать на себя ответственность за каждый свой поступок. Хонджун позвонил девушке рано утром и оповестил о том, что встреча с Куаном состоится в шесть часов вечера в его загородной резиденции. Ким обещал заехать за девушкой в пять, и у Анастасии, которая сегодня взяла выходной за неимением работы в офисе, осталась дома. День девушка потратила на то, чтобы абстрагироваться от дел, связанных с работой, мистикой и грозящей опасностью. Анастасия вымыла Таламус до блеска, пытаясь утихомирить буйствующие мысли и сердце. Всю ночь она видела тревожные сны, слышала крики и ощущала запах крови. От этого с самого утра девушку сильно тошнило. Вечером она решила зайти за любимым кофе. Музыка ветра огласила её прибытие, и Намджун довольно улыбнулся. — Давненько тебя не было, — заметил юноша. Это было правдой. Анастасия забыла, когда в последний раз бывала здесь. Сначала было не до того, потом они поссорились с Хонджуном, и она боялась встретить его здесь, затем начались почти ежедневные вылазки в дом мистера Джонса. Было невероятно приятно снова зайти в привычное место и спокойно выпить любимый напиток, никуда не спеша. Ещё бы убедить сердце в том, что в стенах кофейни ему ничего не угрожало. — Сокджин вернулся? — спросила Анастасия, делая глоток капучино. Намджун покачал головой. — Вернётся не раньше конца года. В Сеуле у него бизнес пошёл успешнее. Анастасия не сумела скрыть радости. Возможно, после того, как всё это закончится, семья Ким уедет в Сеул, и там начнёт новую жизнь без опасностей, загадок и смертей. Намджун намеренно не задавал прокурору вопросы о стрельбе на вечеринке. Он хорошо знал, как Хонджун ненавидел обсуждать дела за пределами офиса. Поэтому диалог между Анастасией и Намджуном состоял из обсуждения состояния Мии, Исыль, делах насущных и поднявшихся цен. Музыка ветра огласила появление нового посетителя, и Анастасия с трудом сдержалась, чтобы не обнять Хонджуна. Он зашёл и улыбнулся брату и коллеге. — Почему-то знал, что ты здесь, — сказал Хонджун, слегка прикоснувшись к спине Анастасии. Но ей и этого хватило, чтобы ощутить мурашки на теле. Девушка с трудом оторвала взгляд от прокурора Кима и вернулась к разговору с Намджуном. Когда прокуроры допили свой кофе, они попрощались с Намджуном и сели в машину Хонджуна. И тут уже они могли, наконец, поприветствовать друг друга так, как им хотелось. Мужчина горячо поцеловал девушку в губы, крепко обнимая за талию и проводя ладонью по мягким волосам. Анастасия затрепетала, отвечая на поцелуй, и сильно прижалась к мужскому торсу. Когда Хонджун оторвался от неё, улыбка не сходила с лиц обоих. — Стоило мне приехать раньше, чтобы застать тебя дома, — прошептал он, поглаживая щёку Анастасии. Девушка улыбнулась. — Времени у нас будет много. Ещё наверстаем упущенное, — подмигнула она, и Хонджун снова поцеловал её. Анастасия нехотя отстранилась. — Опоздаем ведь. Хонджун тяжело вздохнул, убирая руки с талии девушки и беря одну её ладонь в свою. Мужчина завёл машину и направился главной дорогой за город. — Как думаешь, что он хочет обсудить? — тревожно спросила Анастасия, крепко сжимая тёплую руку Хонджуна. Её предчувствие не давало ей покоя. Прокурор со злобой на себя ощущала, что боялась. — На заводе Лекса планируется какое-то испытание. Я так понимаю, что это секретная информация. Возможно, разговор как-то будет связан с этим, — ответил Хонджун. Он думал, что Анастасия удивится, но она и глазом не моргнула. — Этим ты занимался всё это время? — Я занимался ерундой, — зло ответил Хонджун. — Опрашивал работников завода и немногословно намекал им на то, что лучше бы им помалкивать. Анастасия тяжело вздохнула. — Не могу понять, что они задумали, — искренне произнес Хонджун, и Анастасия ощутила укол совести. Она-то знала куда больше, чем Ким, а сказать не могла. Машина остановилась у скромного, но внушительного дачного домика с большим и густым садом, который больше напоминал маленький лес. На город уже опустилась ночь, но участок освещался редкими фонарями с дорогими плафонами. — У тебя есть оружие? — спросил Хонджун. Анастасия с тревогой посмотрела на мужчину. — Да, мне вернули, — ответила она, чувствуя, как пистолет прижимался холодом к животу, готовый оказать помощь в случае чего. Кобуру Анастасия оставила дома. — Они же нас обыщут. — Не факт, — покачал головой Хонджун и снял кобуру. Мужчина засунул своё оружие в штаны и прикрыл полой пиджака. — Хочу перестраховаться. Сердце с самого утра не на месте. Хонджун вышел из машины и, открыв дверь пассажирского сиденья, помог Анастасии вылезти. Холод проник под ткань тонкого пальто девушки, и она поёжилась, выпуская ртом облако пара. Молодые люди многозначительно посмотрели друг на друга. В их взгляде читалась взаимная тревога и нежность. Они умоляли друг друга позаботиться о себе, и оба прекрасно понимали, что, если речь зайдёт о жизни другого, они наплюют на собственную безопасность. — Я люблю тебя, — прошептала Анастасия, сама не веря в то, что решилась произнести подобное. Да ну, прокурор? Ты же не серьёзно? Вы не так давно знакомы. Но сердце послушно забилось в такт мелодии ветра вокруг. Хонджун опешил, выпуская клубы пара носом, но быстро взял себя в руки. Он, оглядевшись вокруг, поцеловал прокурора в губы, слегка, больше тень, нежели настоящий поцелуй. — Я тоже люблю тебя, — ответил он и нервно улыбнулся. Анастасия кивнула, обнимая его за плечи так крепко, что Хонджун усмехнулся, боясь, что девушка сломает ему рёбра. Прокурор вдохнула аромат корицы с жадностью и наслаждением. Ей отчаянно не хотелось отпускать его, но время не ждало. Хонджун поцеловал девушку в лоб и оставил ещё один поцелуй на родных губах. Молодые люди проследовали вдоль тропинки сада, но на входе в дом их остановила охрана. — Господин Пак ждёт вас в беседке в саду, — произнёс один из охранников. Прокуроры переглянулись и проследовали в нужном направлении. У беседки освещение было совсем скудным, и господина Пака Анастасия разглядела лишь по блеску многочисленных колец на его ладони. — Мои дорогие хубэ, — поприветствовал прокуроров Куан с распростёртыми объятиями. — Жди беды, — прошептал Хонджун. Как же он ненавидел это «мои дорогие хубэ». Анастасия коротко взглянула на Кима и с поклоном поприветствовала генерального прокурора. Анастасию и Хонджуна усадили в садовые стулья напротив Куана, который довольно развалился на мягком диване с бокалом виски. Молодым людям также предложили выпить, но они любезно отказались. — Жаль. Отменный виски, — заметил Куан, задумчиво разглядывая янтарную жидкость в гранённом стакане. — Господин Пак, у нас новое задание? — как можно более спокойным голосом поинтересовалась Анастасия, чувствуя, как от напряжения у неё взмокли ладони. — Вы так хорошо работаете в последнее время, что я думаю, имеет ли смысл грузить вас работой ещё больше, — ответил Куан, чем заставил Анастасию напрячься ещё больше. Какая-то чересчур мутная формулировка. — Я разбираю бумажную валакиту и занимаюсь поиском Маны. Это не так утомительно, правда, — заметила Анастасия. Даже в темноте она увидела, как взгляд Куана сверкнул. Мурашки страха табуном пробежали по телу девушки. Она огляделась. Вот, чего она так боялась. По кустам замерли снайперы. Анастасия заметила красные огни оружия и шевеление в кустах. Девушка с трудом подавила горечь и ругань. Хонджун их пока не замечал, но скоро заметит, и Анастасия не знала, как он поведёт себя. Её успокаивало лишь то, что охраны поблизости не было, лишь Куан против двух прокуроров и охлаждающий тело пистолет за воротом пальто у Анастасии. — Милая, мои люди докладывают мне совершенно об обратном, — холодно заметил Куан. Хонджун бросил на Анастасию взгляд, полный вопросов и тревоги. Анастасия едва сдержалась, чтобы не начать просить у Кима прощения за молчание прямо сейчас. — О чём вы говорите? — встрял Хонджун. — Увы, мой дорогой хубэ, Анастасия нас обоих не послушала, — с притворно пряным сожалением произнёс Куан и отпил виски. — Наш самый красивый прокурор не сумела сохранить благоразумие и вела расследование на стороне. Анастасия увидела, как Хонджун замер, как его плечи напряглись, а взгляд стал пустым от страха. Он обернулся и заметил снайперов. И тут же боль отразилась на его лице. И Хонджун суматошно стал придумывать, как выбираться отсюда. Их привели в ловушку, их привели на бойню, и Анастасия видела, как эти мысли пролетали в голове мужчины беспощадным парадом. Он не верящим взглядом посмотрел на девушку, чувствуя, как сердце заныло от боли и невыносимого страха за её жизнь. Glass Heart — Tommee Profitt, Sam Tinnesz (на повтор) — О чём он говорит? — тихо спросил Хонджун. — Это ведь не правда? Анастасия продолжала молчать, а Куан упивался этим зрелищем, медленно потягивая виски. — Бедняжка Анастасия-ши, давай я помогу тебе, — с участием произнёс Куан, и Хонджун кинул в него испепеляющий взгляд. — Прокурор вела расследование смерти твоих родителей, Хонджун-ши, и смерти родителей Чхве Сана. Она дорыла очень глубоко, буквально до истоков. Мне было чрезвычайно тяжело слушать вопли всех наших IT-специалистов, системы которых она взламывала искусно и явно не без чужой помощи. Потрясающие навыки коммуникации, Анастасия-ши. От приторной улыбки Куана девушку затошнило. — Но это мы бы сумели простить. Анастасия-ши ведь не из тех девушек, кто может довольствоваться малым. Она, знамя справедливости, привлекла к делу нашего достопочтенного Чжан Вэя. И здесь уж я не смог ничего сделать. — Куан в притворном сочувствии сжал пухлые губы и обратил свой взгляд прямо на Анастасию. — Монкут и Бенг Мин были в бешенстве из-за того, что ты позволила ему улизнуть от правосудия. Старик скрылся, и след его простыл. Конечно, мы его рано или поздно найдём, и он заплатит за то, что рассказал подросткам с твоей подачки. — Подросткам? — удивился Хонджун. Его трясло от напряжения, и он старался уверенно ухватиться за оружие. Может, удастся хотя бы выгадать время, чтобы Анастасия сбежала. Звонить было некому. Никто бы не рискнул идти против генерального прокурора. — Чхве Сан и Ким Исыль — две правые руки прокурора Анастасии, — улыбнулся Куан. — Потрясающе, правда? Хонджун, словно подбитый под рёбра, растерянно посмотрел на Анастасию, но та не отрывала пронзительного взора от Куана, который каждым своим словом забивал гвозди в гробы двух прокуроров. — Теперь сразу трое знают о том, что произойдёт в скором времени в Талио. Тебе, Хонджун, эта информация ни к чему. Не хватало ещё, чтобы от избытка знаний и тебе спалось дурно. Но с сестрой тебе нужно будет поговорить. А с Саном разберётся его приёмный отец. — Что с ним будет? — спросила Анастасия, проклиная себя и Юнги за допущенную беспечность. — Бенг Мин решит. Но не думаю, что его ждёт что-то лучшее, чем Уёна, — многозначительно произнёс Куан. — Оба мальчика серьёзно разочаровали отца, спутавшись с Хьюзами и Кимами. Они больше ему не нужны. Но он человек широкой души, возможно, просто отошлёт их куда-нибудь подальше. — Я прошу вас не вредить этим детям. Они ведь не представляют опасности, — отчаянно произнесла Анастасия. — Об этом нужно было подумать чуть раньше и чуть лучше, милая, — холодно отрезал Куан. Анастасия почувствовала, как ком встал в горле. — На этом у меня всё, мои дорогие хубэ. Хонджун-ши, ты свободен. Анастасия-ши украсит мой вечер сегодня. Анастасия и Хонджун одновременно переглянулись. Прочитать боль и страх в их глазах не сумел бы никто, кроме них обоих. Их немой разговор, в котором Хонджун в отчаянии ругал девушку, а она пыталась оправдаться, был полон надрыва и глухой безысходности. — Я не уйду без неё, — сурово отрезал Хонджун. Анастасия смачно ругнулась. — Нет, Хонджун, ты должен уйти, — прорычала девушка, и Ким бросил в неё убийственный взгляд. — Я повторять не стану, — резко отрезал Ким, повышая голос и переводя угрожающий взгляд на Куана. — Мы уйдём либо вместе, либо… -… либо оба останетесь здесь. Да, здесь ты прав, Хонджун-ши, — с металлом в голосе проговорил Куан и осушил стакан виски. Тут до Анастасии дошло, что это был сигнал, и она, схватив Хонджуна за рукав, рухнула на землю. В этот момент на беседку посыпались оглушающие грады выстрелов, и девушка прижала ладони к голове. Прокурор достала пистолет и осторожно поползла к Куану по ледяной от холода осенней земле. Он уличил момент и махнул рукой. Выстрелы прекратились, и генеральный прокурор ловко ударил девушку в висок носком ботинка. От неожиданности Анастасия выронила оружие и снова рухнула на землю. В этот момент Куан схватил её за волосы и притянул к себе спиной, утыкая в девичий висок холодное дуло пистолета. Хонджун, оголив оружие, замер на коленях. Взгляд его не мигал, а сердце от страха было готово выпрыгнуть из груди. Но годы тренировок сделали своё дело. Ни один мускул не дрожал в теле мужчины. Он был тверд, словно скала. — Ну что, Хонджун-ши? — беззаботно поинтересовался Куан, возвышаясь над Хонджуном. Глаза генерального прокурора блестели от гнева и самодовольства. Он крепко держал Анастасию за талию, а та едва стояла на ногах, дезориентированная крепким ударом в голову, к которой, она чувствовала, прикасалось леденящее дуло, готовое вот-вот отнять у девушки жизнь. — Отпустите её, прошу, — произнёс Хонджун, понимая, что всё бесполезно. Оставалось лишь умолять беспощадного Куана. — Скажи мне, разве мы не давали ей шанса? — срываясь на крик, воскликнул Куан. Он явно пребывал в бешенстве. — Эта иностранка за месяц создала для нас проблем больше, чем любой другой вшивый сыщик справедливости за годы! Очнись, Хонджун, она собирается разрушить всё, что так долго выстраивали мы и поколения до нас. — Хонджун, не слушай его, — прошептала Анастасия и тут же шикнула от боли. Куан сильно натянул её волосы, причиняя муку. Хонджун рыкнул и ругнулся. Куан зло посмотрел на своего хубэ. — Посмотри, во что она тебя превратила! — взвился Куан. — Ты поступаешься принципами. Ты поступаешься верой во всё, что знал и чтил, Ким! Ты отказываешься от безопасности семьи, и всё ради чего? Ради глупых предположений о нашем с главами города достоинстве? Неужели один человек стоит того, Хонджун? — О каком достоинстве вы говорите, господин Пак? — усмехнулась Анастасия, чувствуя дурноту в теле. Ей больше терять было нечего. — Вы собираетесь загубить миллионы жизней, отнять у людей семьи и любимых, превратить Талио в бесконечный приток жертв и денег. И всё ради чего? — парировала Анастасия слова Куана. — Ради жажды власти, ради наживы, ради собственного эго. Куан не сдержался и, выкрикнув гневное оскорбление в адрес девушки, выстрелил ей прямо в бедро. Анастасия истошно завопила от боли, и Пак от души насладился этим звуком. Хонджун дёрнулся вперёд с криком, но снайпер направил на него мишень. — Я убью её, если дёрнешься! — завопил Куан, и Хонджун был вынужден замереть с агонией на лице. Он не мог видеть, как Анастасия мучилась в руках Куана. — Вы всё равно проиграете, — прорычала девушка, теряя сознание от боли. Она заставляла себя смотреть до последнего. И спасал её сознание Хонджун, который с такой заботой и тревогой глядел на неё. Анастасия отчаянно цеплялась за реальность воспоминаниями об объятиях Хонджуна и его поцелуях, воспоминаниями о звонком смехе Мии и Исыль, о спорах Сана и Юнги, о препирательствах Тэхёна и Ёсана, о красавице Мане, об улыбающихся Чонхо и Юнхо, о Сонхва, который доверчиво обнажил перед ней душу, о Минги с его здоровым медведем, о Намджуне, Уёне, Хосоке, Сокджине… Девушка силилась не упустить никого в этом городе, ведь каждому она была благодарна по своему. — Ты всё ещё веришь в это, девочка? — горячо прошептал Куан прямо на ухо Анастасии. — Да, — сдавленно ответила та с гордой улыбкой на лице. — Тогда посмотри на это, — прорычал Куан и неожиданно направил дуло пистолета на застывшего Хонджуна. Раздался выстрел, который разрезал сознание Анастасии на две части, который разорвал ей душу и жизнь на «до» и «после». Хонджун дёрнулся и осел на землю ещё больше. В горле Анастасии застыл немой крик, и девушка опустилась на колени, когда Куан, наконец, убрал от неё свои руки, брезгливо вытирая их о ткань пиджака. Анастасия неверящим взглядом смотрела на то, как кровь огромным пятном расплывалась на широкой груди Хонджуна. Но тут девушка уловила его последнее, невероятное усилие воли. Мужчина схватил свой пистолет и выстрелил ровно, чётко прямо в лоб Куана без тени эмоций на побелевшем лице. Анастасия обернулась. Она видела, как смерть подхватила генерального прокурора, как застыли его пустые глаза, и он повалился прямо на неё, придавливая её своим грузным телом, но спасая от посыпавшегося града выстрелов снайперов. Девушка с трудом, превозмогая горящую боль в теле, сбросила с себя тяжёлый труп Куана и обернула взгляд к Хонджуну. Он всё ещё дышал, лёжа под градом пуль и раскинув ладони. Анастасия хотела лишь лишь одного — доползти до него, успеть попрощаться и умереть рядом. Но тут в её сознании всплыли слова Хонджуна. — Если сдашься, я тебя прикончу, — усмехался мужчина, когда они оба играли в настольную игру с Намджуном и Сокджином. Это было, кажется, в прошлой жизни, а не месяц назад. Он бы глубоко разочаровался в ней, если бы она сдалась сейчас. Но что она могла? Неожиданно на тропе показались двое и уверенно прошествовали к прокурорам. Анастасия была уверена, что это смерть явилась по её душу в облике беспристрастных снайперов. Но слишком уж знакомые лица были у этой смерти. Выстрелы стали ещё неистовее, но они совершенно не задевали двоих на тропинке. — Чонхо! — ахнула девушка, когда один из юношей опустился перед ней на колени, и под чёрным капюшоном она смогла рассмотреть лицо. Парень недовольно посмотрел на девушку. — Ты уже сдалась что ли? Что за слёзы в глазах? — разочарованно спросил Чонхо, поднимая девушку с земли. Она едва не заорала, боясь, что сейчас и её, и Чонхо пристрелят снайперы. Но выстрелы словно пролетали мимо них. Она видела, как пули неслись с огромной скоростью и либо отскакивали, либо огибали кольцо вокруг неё и Чонхо. — Что за дьявол? — прошептала девушка, не веря собственным глазам. Юнхо в это время поднял на руки обездвиженного Хонджуна. И не без титанического труда. — Юнги мы не скажем, как ты его назвала. Не то он тебя добьёт, — фыркнул Юнхо, ступая на тропинку. Анастасия не верящим взглядом посмотрела на Чонхо, который легко подхватил её на руки. Боль в ноге притупилась из-за шока. Пули свистели над головами молодых людей, пролетали около конечностей, но не попадали в цель. Снайперы хотели двинуться к компании, но что-то незримое, будто невидимая стена, останавливало их.

***

Машину Хонджуна вёл Юнхо. Анастасия гладила голову Кима, умоляя его не сдаваться. Но он впал в забытие на её коленях и ничего не осознавал, нервно сглатывая слюну. Лицо его выглядело болезненно бледным, и Анастасия зажмурилась, касаясь холодной кожи пальцами, целуя ладони и лицо Хонджуна губами, не стесняясь присутствия двух подростков. Те прятали смущённые взгляды. Чонхо зажимал рану прокурора Кима тряпками, силясь остановить кровь, которой уже были залиты все и вся. Анастасия, утерев горячие слёзы, трясущимися руками набрала номер Мии. — Онни? — послышался голос девушки. — Где ты? — тут же произнесла Анастасия хриплым голосом. Чонхо в это время перевязал ей рану, чтобы остановить кровь. Прокурор шикнула от боли. — Мы готовились к спектаклю, я ещё в школе. Скоро Уён отвезёт меня домой… — Нет! — резко воскликнула Анастасия. — Не езжай в Таламус. Ты и Уён, спрячьтесь где-нибудь! Где угодно. Поняла меня? Пока я снова не выйду на связь, будьте где-нибудь вдвоём. Там, где вас не найдут. Никто не найдет. — Онни, что происходит? — встревоженно вскричала Мия. — Где ты сама? Что с тобой? — Мия Хьюз, — истерично взревела Анастасия. Чонхо встревоженно глянул на неё. — Умоляю, делай, как я говорю! Ты поняла меня? Сделаешь?! — Да, разумеется, — сдавленно ответила Мия. — Не отпускай Уёна, — сурово попросила Анастасия и повесила трубку. Следом она быстро набрала номер Исыль. — Онни, — ответила младшая Ким почти мгновенно. Веки Хонджуна затрепетали, и он сжал ладонь Анастасии. Та зажмурилась, и лицо её исказила гримаса боли. Слёзы снова обжигающим градом полились из глаз. — Где ты? — спросила Анастасия, всхлипнув. — Жду Сана. Едем по домам, — смущённо ответила девушка, услышав, что прокурор плакала. — Что с тобой, онни? — Отлично. Домой не езжайте. Спрячьтесь где-нибудь, и я тебя прошу, — сквозь зубы произнесла Анастасия, не выдерживая, — не задавай мне лишних вопросов. — Нам с Саном нужно спрятаться вдвоём? — ахнула Исыль. — Да, именно так. Ему грозит опасность. До моих дальнейших указаний не вздумай его отпускать. — Онни, что такое? — встревожилась Исыль. Анастасия убрала потные волосы за уши, вымазавшись в крови Хонджуна, которого она продолжала крепко держать за руку. — Ты меня услышала? Я выйду на связь в скором времени. До этого момента действуй, как я сказала. С этими словами Анастасия повесила трубку и дала волю слезам, не сдерживая крика. Юнхо опустошённо опустил голову, продолжая следить за дорогой, а Чонхо спрятал взгляд, потупив его на рану Хонджуна. Машина с визгом остановилась у дома Юнги, где ярко горел свет. Вокруг дома воздух слегка рябил, словно водная гладь. — Помоги ему. Я сама дойду, — отрезала Анастасия, отказываясь от помощи Чонхо. Он явно был рад, поскольку Юнхо требовалась помощь с Хонджуном. Близнецы занесли раненного прокурора в дом и уложили на кушетку, приготовленную Юнги. Тот уже суетился с кучей медикаментов и оберегов, явно ожидая прихода компании в таком положении. Ладони мага были спрятаны в перчатки. Seether — Broken ft. Amy Lee — Ты знал? — налетела на Юнги Анастасия, хватая его за шиворот рубашки. — Знал, что это произойдёт, и не предупредил? — Я знал, что это произойдёт, — подтвердил Юнги спокойным голосом. Взгляд его ничего, кроме нетерпения, не выражал. — Но не знал, где и когда. Повезло, что Чонхо увидел вашу машину на съезде за город. Иначе бы не успел выставить защиту для вас и моего дома. — Почему ты мне не сказал?! — неистово закричала Анастасия, и Чонхо с трудом оттащил её от мага. Прокурор не стала вырываться. Она бы придушила мага прямо на месте, если бы её не удерживали. — Я не имею право вмешиваться в судьбу, ты забыла? — уточнил Юнги металлическим голосом, глядя на растрёпанную, убитую изнутри и бледную, словно смерть, Анастасию. Глаза её невыносимо блестели от слёз. Он не раз видел такое, но впервые что-то ощутимо кольнуло его холодное сердце печалью. — Я могу лишь помочь. И я достаточно для вас сделал. — Он умирает, — воскликнула Анастасия, смотря на белое лицо Хонджуна, который пребывал в беспамятстве. Глаза его потерянно бегали по потолку и слезились. — Он не умрёт, если ты не будешь мне мешать, — отрезал Юнги и принялся помогать Хонджуну. Анастасия ощутила, как у неё закружилась голова, и Чонхо осторожно усадил прокурора в кресло. — Твоя рана… — начал Чонхо. Анастасия отмахнулась. — Чёрт с ней, — фыркнула девушка, чувствуя тошноту. — Ничего серьёзного. Пуля навылет. — Зашей её, — строго велел Юнги, обращаясь к Чонхо. Тот быстро выполнил поручение, удивляясь выдержке Анастасии. Девушка даже не дёрнулась. Всё её существо было приковано к Хонджуну, и она до боли сжала подлокотники кресла, следя за руками Юнги. Когда Чонхо закончил с её раной, девушка, хромая, подошла к магу. Он задумчиво глядел на едва дышавшего Хонджуна, почёсывая подбородок. — Кровь останавливается, — прошептала Анастасия, присаживаясь рядом с Кимом. Он ненадолго открыл глаза и нашёл ладонь девушки, крепко сжимая её. — Ты не зашил рану. Что происходит? — Ранение серьёзнее, чем я думал, — произнёс Юнги. Анастасия едва не упала. Её будто снова огрели по голове. В ушах зазвенело. — Анастасия… — прохрипел Хонджун. Но девушка смотрела только на Юнги, прожигая его не верящим взглядом. — Он что умрёт? — тихо спросила она, задыхаясь от собственных слов. Как можно озвучить такую великую глупость? Хонджун не мог умереть. — Очевидно, да, прокурор, — ответил Юнги, и Анастасия ощутила чудовищной силы удар в сердце. — Нет! — воскликнула она. Хонджун звал её, но она игнорировала. Если она сейчас начнёт прощаться с ним, то сдастся. Не для этого их Чонхо и Юнхо буквально с поля боя вынесли. Анастасия вскочила и бросилась к Юнги, измазанному в крови Хонджуна. Он отрешённым взглядом смотрел на неё, опустив голову. — Я же вижу, что способ есть. Ты маг. Сделай что-нибудь, прошу, — умоляла Анастасия и тут же рухнула перед Мином на колени. Он закатил глаза. — Я прошу тебя, Юнги, умоляю. — Анастасия, — недовольно произнёс маг, поднимая девушку с колен за дрожащие руки. — Ты на это не пойдёшь. — Что нужно сделать? Говори, — потребовала Анастасия. Губы её тряслись также сильно, как ладони. — Сможешь отдать всю свою жизнь до Талио ради него? — спросил Юнги, цепким взглядом глядя в растерявшиеся глаза девушки. Анастасия нахмурилась. — Что? — Ты о заклинании забвения? Да оно же не поможет, — скептично произнёс Юнхо. — У меня остался один камень. Сработает, — отмахнулся Юнги. Анастасия закричала. — Что вы имеет в виду, мать вашу? — взревела девушка на грани истерии. — У меня остался один гранат, чтобы вернуть жизнь Хонджуну, — вкрадчивым голосом произнёс Юнги, сжимая плечи девушки. — Душа его ещё в теле, поэтому времени мало. Уйдёт душа, уйдёт шанс на спасение. Но гранат требует высокой цены. Ему нужны воспоминания, много воспоминаний, чтобы он вернул жизнь телу. И ему нужен не абы кто, а человек, который любит того, за кого отдаёт своё прошлое. Скажи мне, ты любишь его? — Да, — без тени сомнения ответила Анастасия. Теперь она была в этом безоговорочно убеждена. Юнги был удовлетворён. — Тогда, если ты отдашь все свои воспоминания до прибытия в Талио, камень сохранит ему жизнь. Но я тебя предупреждаю, ты будешь, словно чистый лист, без прошлого. Ты будешь помнить только то, что происходило уже здесь, в Талио, поскольку город окружён моим волшебством. Анастасия, тебе придётся отчасти умереть. Ты точно готова к этому? Подумай хорошенько. Это очень серьёзно, — с тревогой в голосе произнёс Юнги. Анастасия бросила на Хонджуна взгляд. Да она бы все свои воспоминания отдала ради того, чтобы он жил. Мужчина смотрел на неё взглядом, полным вопросов и любви. Он не понимал, что происходило и где он находился. — Какой же бред, — выдохнула Анастасия. — Делай, Юнги. Я на всё согласна.

***

Мия растерянно посмотрела на Уёна, отнимая телефон от уха. Юноша с любопытством глядел на девушку. — Что случилось? — спросил он. — Она сказала, что нам надо спрятаться и не высовываться, — прошептала Мия, шокированная услышанным. Но ещё больше её шокировал тон прокурора. Анастасия явно была на грани. — Она пьяна была что ли? — усмехнулся Уён, заводя машину. Мия покачала головой не в силах злиться на юношу. — Нет, — отрезала она. — Онни была напугана. Очень сильно. Что-то случилось. Пожалуйста, давай сделаем, как она просит. — Куда поедем в таком случае? — беззаботно произнёс Уён. — Знаешь какое-нибудь нейтральное место, где нас никто не найдёт? — Можем поехать на озеро на окраине, — задумчиво ответил Уён. Мия кивнула. — Подходит.

***

Исыль залетела в машину Сана, как ошпаренная. Юноша с тревогой посмотрел на девушку, вздрогнув. — Что случилось? — спросил он, чувствуя, как сердце его пропустило удар. Исыль быстро пересказала Сану разговор с Анастасией. Он тревожно и скептично слушал её. — В её словах есть смысл. Может, она узнала, что отец что-то замышляет. Но я его не боюсь, — отрезал Сан. — Нет, Сан! — вскричала Исыль, взбешённая слепой отвагой Чхве. — Ты бы слышал её голос. Она была очень сильно напугана. Прошу тебя, давай сделаем, как она просит. — Хорошо, — нервно сдался Сан, заводя машину. — Знаю я одно место. Пересидим там.

***

Уён припарковал машину недалеко от озера и блаженно улыбнулся, оставляя включённым обогреватель и погасив фары. — Как же мне понравилась сегодняшняя репетиция, — с наслаждением потянулся он. Мия вопросительно посмотрела на юношу. — Чанмин, который работал исключительно на тебя, и ты, которая сидела рядом со мной и не обращала на этого петуха никакого внимания. Мия искренне засмеялась. Не из-за того, что Уён так ревновал её, а из-за того, что он мог отвлечь её от тяжёлых мыслей. Девушка была готова благодарить его за это вечность. — Ты такой… Мию прерывал визг шин. Девушка вздрогнула, а Уён тут же обернулся. — Сиди здесь, — велел он и вышел из машины. Мия ругнулась. — Чон, мать твою! — вскричала девушка, выходя следом. Уён бросил на Мию испепеляющий взгляд. — Я же сказал… Рядом с машиной Уёна остановился ещё один автомобиль, такой же дорогой и смутно знакомый юноше. Он прикрыл глаза ладонью из-за бьющего в лицо яркого света фар. Уён фыркнул, выпуская облачко пара, и явно был очень недоволен, но оставался спокоен, что само собой расслабило и Мию. — Да ну? — послышался недовольный возглас Сана, покидающего салон автомобиля. Мия опешила, ослеплённая ярким светом в ночной темени. Она с трудом разглядела лицо удивлённого Чхве. Но то, что это был он заставило девушку облегчённо выдохнуть. — Погаси фары, придурок, — недовольно произнёс Уён. Сан, ухмыльнувшись, выполнил просьбу брата. И пляж погрузился в кромешную тьму. — Сан? Ты… — начала Мия и замолчала, увидев Исыль, застывшую перед подругой с таким же немым шоком на лице, как и у неё самой. Глаза постепенно привыкали к темноте, но девушки всё равно с трудом различали лица друг друга. — Ты что с Чон Уёном? — вопросила Исыль, скрещивая ладони на груди. Этот немой вызов не понравился Мие. И она по-птичьи склонила голову вбок. — А ты? С Чхве Саном, значит? — парировала Мия. Уён следил за её взглядом. — Поверить не могу! — всплеснула руками Исыль, гневно глядя на Мию. — И ты скрывала всё это время?! — А сама-то, — контратаковала Хьюз. — Я догадывалась, что вы встречаетесь. Долго же пришлось ждать официального подтверждения. Даже агенства развлечений быстрее работают, чем ты, Ким Исыль. — Встречаетесь? — воскликнул Уён, не веря своим ушам. — Сан-и, ты встречаешь с младшей Ким? — А ты всё-таки встречаешься с Хьюз? — выпучил глаза Сан. — Ты же говорил, что вы один раз переспали на эмоциях и всё. — Переспали?! — вскричала Исыль, открыв рот от шока и выпуская целый туман пара. Мия тут же прокляла Чхве. — Так, всё! — вскричала она, привлекая всеобщее внимание. — Давайте-ка, мы по порядку обо всём друг другу расскажем. — Да, — охотно закивал головой Уён. — И надеюсь, что у вас имеется попкорн. Тут явно кино покруче дорам вырисовывается. Усевшись в машине Уёна, подростки рассказали друг другу всё с самого истока, начиная с договора Сана и Исыль и договора Уёна и Мии после драки на стадионе, заканчивая первым поцелуем Ким и Чхве и ночью Чона и Хьюз, и очень усиленно старались друг друга не перебивать. Но это было почти невозможно. От обиды Исыль прорывало на гневные комментарии и уточнения, Мия не удерживалась от саркастичных иголок, Сан и Уён с удовольствием подтрунивали друг над другом. — Просто жесть, — в один голос произнесли Мия и Сан, когда друзья закончили свои истории. — Ага, — в один голос согласились Исыль и Уён. — А как вы оказались здесь? — спросил Чон, заинтересованно оборачиваясь к Сану и Исыль, сидевшим на заднем сиденье. — Онни позвонила мне, — ответила Исыль. Мия тут же ощутила, как сердце пропустило удар. — Велела спрятаться? — уточнила Хьюз. Исыль удивлённо посмотрела на подругу. — Да, — кивнула Ким. Мия устало вздохнула, откидываясь на сиденье. — Кому-нибудь известно, что происходит, мать вашу? — гневно произнесла девушка. Уён взял её ладонь в свою и крепко сжал. Исыль и Сан шокировано переглянулись. — Онни сказала, что Сану грозит опасность, — с сомнением произнесла Исыль. Она не знала, можно ли втягивать в это дело Мию и Уёна. И поверят ли они ей и Сану, тоже оставалось вопросом. — На Уёна она намекала в том же ключе, — устало прокомментировала Мия. Уён кинул на неё подозрительный взгляд. — Может, вирмизеровцы снова что-то замышляют, — предположил Уён. Сан уже понимал, к чему клонила Анастасия. Опасность была связана с их отцом. Но юноша не соображал, стоит ли рушить образ идеального папы в глазах брата. — Зная Анастасию, если бы дело было в школьниках, она бы прямо об этом сказала, — скептично отметила Мия. — Тут что-то другое. — Если мы вас расскажем, обещайте, что воспримите это серьёзно и не станете сдавать нас прокурору, — начал Сан. — Сан, ты уверен? — прошептала Исыль. Чхве заботливо погладил девушку по ладони. В брате он был уверен всегда. Он не был уверен в том, что сам Уён готов его услышать. — Вы уже секретиками обзавелись? — с ухмылкой спросил Уён. Мия его грубо осадила. — Говорите уже, — велела Хьюз, оборачиваясь к друзьям. Исыль отдала Сану возможность поведать их историю расследования. Лишь иногда девушка вставляла некоторые детали вроде имён и дат. Мия слушала внимательно и без скептицизма. А Уён всю дорогу ухмылялся, но, когда речь зашла о нём, стал серьёзен. В момент, когда рассказ затронул его отца, юноша стал мрачнее тучи. Он злился с каждой секундой всё больше и больше, и Сан видел это, но мужественно сносил убийственный взгляд брата и его неверие. — Что ты несёшь, мать твою?! — воскликнул Уён, когда Сан объявил о предположении об отравлении Бенг Мином собственного сына. Уён выскочил из машины и сильно хлопнул дверью. Мия бросилась, было, вслед за ним, но Исыль схватила её за локоть. В это время телефон Ким громко зазвонил. Сан вышел вслед за братом. — Послушай меня, — попросил Чхве примиряющим тоном, разводя ладони в умоляющем жесте. Уён обернулся к нему, метая взглядом искры и гневно дыша, окрашивая морозный воздух паром. — Я поверить не могу, что ты настолько неблагодарная сволочь, что сомневаешься в человеке, который приютил тебя, дал тебе новую семью и обеспечил всем, что ты имеешь, — зло произнёс Уён. Сан сурово сжал губы. — Не преувеличивай. Мои родители оставили достаточно денег, чтобы твой отец обеспечивал меня ими до окончания дней моих. — ТВОЙ отец! — вскричал Уён, копируя реплику Сана. — Теперь ты так заговорил, да? Ещё месяц назад он был НАШИМ отцом, Сан-и. — Тебе нужны доказательства, я понимаю, — балансируя на грани впадения в приступ гнева, произнёс Сан. — Они у меня есть. И я тебе их покажу, когда будем в доме Джонса или у Юнги-хёна. — Не нужны мне никакие доказательства, Сан! — взревел Уён. — Я верю нашему отцу. Он бы не поступил так с нами, очнись уже. — Очнись же ты! — не сдержавшись, крикнул Сан уже не в силах выносить слепоту Уёна. — Скажи мне, неужели Бенг Мин не был удивлён, когда увидел тебя живым и здоровым после того, как вернулся из Сеула? И не ври себе, брат. Сан получил то, что хотел. Уён засомневался, но продолжал упёрто стоять на своём. — Наш отец помогал тебе справиться с твоими психологическими травмами. С твоей агрессией. Он прикрывал тебя, когда ты до полусмерти избивал тех, кто не так на тебя посмотрел, — с отвращением заметил Уён. По Сану слова брата ударили очень больно. — Из-за чего у меня появились эти травмы, сказать тебе? — сквозь зубы произнёс Сан, сжимая до боли кулаки. — Моих родителей убили! Их убил НАШ отец и отцы Сонхва и Минги. — Не могли они сделать это! — воскликнул Уён, подходя к Сану вплотную и хватаясь за волосы. Юноши, оба, были уже вне себя от ярости. — Они дружили, черт бы тебя подрал. Так же, как мы с вами дружим. — Не сравнивай нас с ними! — взревел Сан, отталкивая от себя Уёна. Чон устоял на ногах с трудом и бросил в брата убийственный взгляд, ругнувшись так смачно, что его за такие слова исключили бы, не будь он сыном главы города. — Они убийцы. По локоть в крови, и ты убедишься в этом. — Да ты всех предал, Сан-и, — язвительно произнёс Уён, хватаясь за шиворот рубашки брата и злобно ухмыляясь. — Из-за чего? Из-за того, что у нас с парнями есть родители, а у тебя их нет? Сан скинул руки брата локтями и тут же отправил в лицо Уёна мощный удар кулаком. Чон пошатнулся, но не упал. Выдержки у него хватало. Юноша утёр кровь из разбитой губы и шокировано взглянул на брата. — Ты серьёзно? — прошептал Уён, закипая от гнева с новой силой. Он, зарычав, кинулся к Сану и, подвернувшись под его ударом, подбил Чхве солнечное сплетение. Тот рухнул на песок, хватаясь за живот. Уён опрокинул Сана на песок и уселся на него сверху, обездвиживая того бёдрами. Чон заломал руки брата у его лица, чтобы тот не мог отбиваться, и стал давить, пока Сан не закричал от боли. И тут послышался визг шин третьей машины и крики Исыль и Мии. — Что ты творишь?! Слезь с него! — орала Мия, оттягивая Уёна от брата. Исыль опустилась перед Саном на колени и встревоженно глядела на юношу, пока Мия силилась успокоить взбешённого Уёна. Тот рвался к брату, но девушка давила в его грудь, закрывая Сана своей спиной и отчаянно пыталась докричаться до Чона. — Уён, прекрати! Это же Сан, твой брат, чёрт подери! Из машины, тормознувшей рядом с озером, вылетела бледная, измазанная с ног до головы в крови Анастасия. Девушка была потеряна и разбита. И её жуткий внешний вид отрезвил подростков. — Йа, какого дьявола вы вытворяете?! — неистово закричала Анастасия, приближаясь к четвёрке. Прокурор сильно хромала и с трудом дошла до компании. — Онни, что с тобой случилось? — с трудом проговорила Мия, убедившись, что Уён пришёл в себя и также, как она, уставился на прокурора с немым шоком на лице, утирая кровь из разбитой Саном губы. Исыль онемела от непонимания и вида крови на Анастасии в таком безумном количестве. Девушка помогла Сану встать с песка, и тот, бросив на Уёна взгляд, сосредоточил внимание на прокуроре. — Ничего хорошего, — холодно ответила Анастасия. Мия видела, что знакомый, сияющий и жизнерадостный свет в глазах её онни погас. Что-то сломалось внутри прокурора. — У меня плохие новости для всех вас. Если кто-то сейчас будет противиться тому, что я скажу, окажется под дулом моего пистолета и всё равно выполнит то, что я велю. Времени церемониться с вами у меня больше нет. Для всех Ким Хонджун и я мертвы, ясно? Зафиксируйте это. Исыль вскрикнула и хотела, было, вставить слово, но Анастасия велела ей молчать. Сан сжал ладонь Ким. — Нас с ним больше нет, мы оба погибли. Пак Куан, генеральный прокурор, мёртв по-настоящему. Ход в Таламус для всех закрыт. Сан и Уён, вы будете жить в доме Юнги. Для всех, кто вас знает, вы оба пропали без вести по дороге из школы. И не дай Бог, вы сунетесь к себе домой. Тогда уж лучше скажите мне заранее, и я сама вас убью. Исыль, будешь бдительна и осторожна. Тебя будет охранять Чонхо. Мия, ты в лучшем положении. Пока что. Тебе придётся вернуться домой в свою квартиру. Там безопаснее. Но за тобой будет приглядывать Юнхо. У нас слишком много дерьма и слишком мало времени, чтобы разгрести его. Мне нужно знать, что вы четверо в безопасности. Это для начала. Со всем остальным разберёмся потом. Всем всё ясно? Подростки ошалело глядели на прокурора, не веря своим ушам. Анастасия тяжело дышала, оголяя пистолет под своим пальто в знак подтверждения собственных слов. — Онни, что происходит? — прошептала Исыль, чувствуя, как ноги её подкашивались. Над Талио прогремел раскат грома, и на линии озёрного горизонта яркой кометой сверкнула молния.

***

— Что тебя тревожит, хён? — спросил взволнованный Юнхо, когда Анастасия утопила педаль газа в пол и отъехала от дома Юнги. Маг глубоко задумался, почёсывая подбородок. Чонхо ухаживал за Хонджуном. — Ты помнишь слова пророчества о смерти возлюбленной ворона? — уточнил Юнги, глядя в горизонт, где зачиналась гроза. — «Умрёт та, что была, чтобы жил тот, кто есть сейчас», — ответил Юнхо. И тут до него медленно стал доходить глубинный смысл тревог Юнги. — Ты думаешь… — Это не о вороне слова, — усмехнулся Юнги, глядя в небеса. — Это были слова о Хонджуне и Анастасии. — Но Анастасия жива, — с сомнением возразил Юнхо. Юнги кивнул. — Но у неё больше нет прошлого. Та, что была, мертва. Осталась только та Анастасия, которую мы знаем, — ответил Юнги. — И умерла она ради того, чтобы жизнь не покинула Хонджуна. То слова не о физической смерти, а о внутренней, о смерти человека, который жил когда-то. Юнхо растерянно глядел перед собой, пытаясь соединить кусочки пазла воедино в собственной голове. — Тогда как нам снять проклятье с ворона? — прошептал Юнхо, боясь услышать ответ. — Теперь я не знаю, как его снять, Юнхо. Мне не ведомо это, — ответил Юнги, чувствуя, как сердце его впервые, спустя тысячу лет, полнилось сомнением и растерянностью.