Зарисовка

      Тиха и безмолвна ночь на окраинах Кантерлота, и именно поэтому цокот шагов припозднившихся путников разлетался довольно далеко в этой тишине, заставляя путников пугливо прижимать мохнатые ушки и насторожённо оглядываться по сторонам. Наконец они остановились около одного непримечательного сарая.       — А это здесь, да? Это точно здесь? — громким шёпотом спросила маленькая поняшка, возбуждённо подёргивая маму за хвост.       — Успокойся, милая, — шёпотом пожурила дочь та, опасливо оглядываясь и нервно прядая мохнатыми ушками с кисточками словно у рыси. — Ты же помнишь, что мы тебе говорили перед тем, как пойти сюда?       — Что мы не должны привлекать к себе внимания, — послушно ответила маленькая жеребёнка.       — Вот и будь послушной девочкой, — прошипел папа жеребёнки, сверкнув в темноте белоснежными клыками, — И не шуми! Мало ли кто тут прячется в темноте!       — Папа, тут же нет никого! — фыркнула жеребёнка. — Если бы кто-то был, то мы бы с тобой почувствовали!       — Лайт Дарк, никогда! Слышишь? Никогда не следует недооценивать противника! — одёрнула её мама. — Ты меня поняла?       — Да, мама!       — Хорошо! — удовлетворённо кивнула бэт-пони. — Тогда мы заходим.       Она подошла к двери сарая и постучала условным стуком. Вскоре за дверью послышались грузные шаги, что-то заскрипело, лязгнуло и дверь открылась. В проёме возник силуэт огромного минотавра. Он с подозрением оглядел стоящих перед дверью посетителей, но, удовлетворившись осмотром, всё же посторонился, пропуская их внутрь. А через несколько мгновений они уже заходили в полутёмный зал с ярко освещённой сценой.       — Приветствую вас в моём заведении, — улыбнулась вышедшая к ним чёрная единорожка с белоснежной гривой, в которой Лайт Дарк углядела пару прядок золотистого и красного цвета.       Глубокий, сочный голос единорожки прост очаровал Лайт Дарк. А ещё она заметила, что кьютимарка у встретившей их кобылки изображала поющую птичку. Ещё жеребёнке очень понравилось платье единорога. Оно было таким белоснежным и блестящим!       — Вельвет Ремеди! — папа Фаринкс шагнул вперёд и галантно поклонился, поцеловав протянутое копыто. — Мы с семьёй будем рады послушать ваше великолепное выступление сегодня.       Певица тепло улыбнулась чейнджлингу, благодаря за комплимент, после чего провела их к столику:       — Что будете заказывать? — спросила она, — Впрочем, я уже знаю что — спецзаказ номер 666, не так ли?       — Да, пожалуйста! — кивнула Найт Стар, голос которой заметно дрогнул от нетерпения, а мохнатые ушки затрепетали в предвкушении.       — Скоро официанты принесут ваш заказ, — чуть улыбнулась Вельвет, заметив реакцию бэт-пони. — А я, с вашего разрешения, удалюсь — мне надо подготовиться к выступлению.       Едва ли Найт Стар услышала эти слова хозяйки ресторана, потому что её взгляд был прикован к идущему к их столику официанту. Вернее, к закрытому крышкой серебряному подносу, что тот нёс на спине. Поднос чуть покачивался в такт шагов официанта, а мать и дочь, затаив дыхание, безотрывно следили за ним, что вызвало уже чуть нервный смешок у Фаринкса.       — Мама, папа! — восторженно прошептала Лайт Дарк, следя за подносом. — Это точно оно! Это манго! Я чувствую его запах!       Наконец блюдо было торжественно водружено на середину столика, и обе кобылки внимательно следили за тем, как официант тянет копыто к крышке закрывающей блюдо.       — А это ещё что такое?! — строгий голос отца семейства заставил кобылок оторваться от созерцания священнодействий официанта.       Найт Стар и Лайт Дарк огляделись и с удивлением увидели, что окружены ещё тремя официантами, что направили на них раструбы огнетушителей.       — Э-э-э-э… — неуверенно протянула бэт-пони, — это что ещё за хвостня?       — Всего лишь-с техника безопасности-с, госпожа! — с поклоном произнёс официант.       — Мы вроде бы не давали вам повода думать о нас так плохо? — недовольно нахмурившись, произнесла Найт Стар.       — Да-с, это так-с, — проговорил официант, слегка извиняющимся тоном. — Мы-с приносим-с вам-с самые-с глубочайшие-с извинения-с, но с вами-с ребёнок-с!       — И что? — сильнее нахмурилась бэт-пони, что всегда встречала критику своей дочери в штыки.       — Ну вы знаете-с… дети-с… не умеют сдерживать-с эмоции-с.       Пони с огнетушителями согласно закивали, наставив раструбы на Лайт Дарк.