Часть 4

      На утро Помни проснулась в немного растерянном состоянии. Она спустила свои худые ножки с кровати, потянулась. Прошлась по своей тесной комнате, открыла коротенькие шторки, запуская утренний свет к себе в комнату. Взглянула в маленький и вытянутый овал зеркала. В отражение показалась белокожая девчушка в смешном шутовском колпачке. Помни уже привыкла видеть эту круглолицую шутиху в зеркале. Привыкла к тому, что на ней всегда надет один и тот же костюмчик. В любое время дня. Всё было уже так привычно.       Ей не нужно было ни принимать душ, ни умываться — это всё не делалось в этом мире, ведь в этом попросту не было нужды. Но всё равно Помни никогда не выходила в коридор сразу после пробуждения. Она всегда любила немного побродить по комнате, посмотреть и поразмыслить. В это утро все её мысли были о Джексе. Она вспоминала всё, что она надумала за ночь… Она думала о флирте, таком приятном и обжигающим нежное сердце; думала о желанных объятьях и поцелуях, краснела от этих мыслей, но всё равно не переставала прокручивать их в голове; думала, как Джекс будет хватать её за руки и делать ей комплименты; как он будет с обожанием смотреть на каждое её телодвижение, восхищаться каждым её словом — в общем, думала всё, что думает и представляет каждый влюбленный человек. От воспоминаний о ночной прогулке она покрывалась лёгким румянцем и расплывалась в улыбке.       Как же она любит его…       Помни падает на кровать, закрывает глаза и вновь начинает возвращаться к мыслям о Джексе. Представляет, как тот будет бережно прижимать её к себе. «Интересно, Джекс будет таким же нежным, как в моих мечтах?» — не без удовольствия думает Помни. «А как он целуется?» — она краснеет, и горячий вздох слетает с её губ. — «Наверное, хорошо… Интересно, а какие в этом мире будут ощущения от поцелуев?» — она задумчиво прикусывает губу.       Помни ещё какое-то время думает о Джексе, но потом она сама того не замечает, как мысли её внезапно уходят в отнюдь не романтичную сторону. Думает она уже не о любви, а об устройстве этого мира. Она невольно вспоминает, что здесь всё иначе. И опять её жизнь делится на настоящую и фальшивую, на до и после. И чем дольше она пребывает в этих мыслях, тем сильнее портится её настроение. Краски сгущаются. И Помни произносит фразу, окончательно ломая всю счастливую иллюзию, в которой она жила последние дни. «Интересно, а мы с Джексом выберемся отсюда?»       Выберемся… отсюда. Куда? Домой… Назад в мир реальный. Им нужен выход… Вы-ход…       Как давно она не вспоминала о нём. Она закрывает глаза и слезы предательский стекают по её фарфоровым щекам. Как же хорошо было жить в этой иллюзии! Позабыть об истине, позабыть о том, что она взаперти. Неизвестно, что происходит в реальном мире! А она тут! Медленно вымирает изнутри! Громкий всхлип. Она опускается с кровати на пол, хватаясь за шарик головы.       Джекс отвлекает её, сбивает с толку. Она забыла о выходе, но потом так легко о нём вспомнила! И она уже не понимает, чего больше хочет: любви Джекса или всё же выбраться из цифровой плоскости. Она запуталась в своих мыслях и желаниях. Помни тихо плачет. — Я хочу домой, — голос её дрожит. — Вот бы увидеть реальный мир.       И Помни так сильно напрягает голову. Она заставляет представить себя, как гуляет по миру, по реальному миру. Представляет красивый и живописный пейзаж. С такими приятными и неброскими цветами, представляет небо голубое, но не такое перенасыщенное как здесь. Она так сильно хочет увидеть просторное поле или густой лес. Всё же человек очень тесно связан с природой. Она всегда является для него вечным источником вдохновения и энергии.       Помни представляет людей, которых увидит в реальном мире. Настоящих людей, у которых вместо головы не находится шарик, а вместо рук не длинные палочки. И себя она хочет увидеть человеком. Интересно, как она выглядела до перемещения в цифровую плоскость? Она старается изо всех сил, но её мысли искажены, поэтому картины в голове не похожи на реальность. Помни концентрируется на этих представлениях. Очень хочет, чтобы всё сбылось. Очень хочет. Внезапно она чувствует шевеление в пространстве. Раскрывает глаза. И видит… Вновь видит дверь. Красную дверь. Как же давно она её не видела! Эта глупая фальшивка! Обманка! Подделка! — Я не верю! — с уст Помни слетает крик.       Но дверь так манит… Так и зовёт схватиться за ручку и открыть её. Зайти внутрь. Узнать, что же там внутри, какие тайны хранятся. Она долго борется с этим желанием, но сумасшедший интерес берёт вверх над рассудком. Помни встаёт с пола, долго решается: войти внутрь или всё же нет. — Да! — уверенно говорит она себе и приоткрывает дверь.       На неё падает белый свет. Зрачки её в удивлении расширяются, рот приоткрывается. Голова наклоняется в бок. Она стоит не шелохнувшись. Стоит и смотрит вперёд. Видит она перед собой ни коридоры, ни кабинеты, по которым она бегала когда-то. Она видит что-то другое… Она видит мир. Видит мир, который представляла минуту назад! Почти как реальный. Почти… Конечно, каждый человек, увидевший это, скажет, что мир ненастоящий, всё — компьютерная графика. Но Помни, у которой и так искажены воспоминания, и этого достаточно.       Впервые за долгое время она видит не плоскую траву. Она видит каждую сочную травинку. Видит цветы, такие детализированные по сравнению с тем, что было в этом мире. Кроны деревьев — это не просто шарики, а собравшиеся в кучку листики, которые так искусно крепятся к веточкам. А веточки крепятся к другим, более крупным. Те в свою очередь к стволу.       А небо! Небо голубое! Такое приятное, неброское. Но этим оно и притягивает. Нет того ослепительно голубого цвета, выедающего глаза. А маленький ручей, рассекающий эту зелёную поляну на две части, даже имеет отражение! Он игриво журчит, выплескивая свои капли в разные стороны. Иногда слабый ветерок колышет травинки, листики и цветы. Всё в округе так приятно шелестит. Формы здесь не такие округлые. Глазу так приятно зацепиться за острый угол. Как же давно она не видела подобного!       Помни, не веря в увиденное, потирает глаза руками. Вновь раскрывает их. Но картина не изменяется. Помни шагает внутрь. Шагает медленно и осторожно. И пространство с удовольствием втягивает её. Её нога касается земли. Под её весом зелёные травинки прогибаются. Помни счастливо улыбается на это. Вытягивает свою руку вверх, в небо, словно пытается ухватиться за него. С уст слетает смешок. Она в изумлении прикрывает рот рукой, жадно оглядывает всё, что окружает её. — Как? Я выбралась? — не веря спрашивает она себя.       Она проходит ещё дальше. Смотрит то вниз, то влево, то вправо, то в небо, то вдаль. Потихоньку её шаг ускоряется. Ускоряется и её сердцебиение. Она уже бежит по траве и звонко смеется. Впервые за последнее время она ощущает себя такой свободной. Бежит и смеётся. Она свободна? Она свободна! — Да! Да!       Помни уже бежит вприпрыжку. Она так счастлива. Она уже не думает о том, что будет её ожидать, когда она пройдёт этот холмик. Теперь она просто наслаждается пейзажем. Визжит, бегает, прыгает, кружится! Она свободна! Бежит! Бежит! И тут! Она врезается. Врезается в невидимую стенку. Ощупывает барьер перед собой. Вся радость и лёгкость улетучивается, на её смену приходит испуг. Помни хочет пройти вперёд, но пространство не пускает. Оно ограничено. И Помни начинает чувствовать опасность. Поэтому она уже не задумывается, что будет ожидать её впереди. Она разворачивается и бежит. Бежит! И! Пространство вновь сокращается! Как в тот раз с коридорами. Помни бежит со всех ног. Бежит, открывает дверь и вновь оказывается в уже таком привычном, но нелюбимом мире. Она уже не кричит и не плачет. Просто смотрит вперед, находясь в прострации. Её так нагло обманули. И она, как последняя дура поверила в это. «А что было бы, если бы я не успела? Я бы умерла?» — думает Помни.       Кто же её так нагло обманывает? Кто вводит бедную девчушку в заблуждение? И зачем вообще это делать? Ответ неясен.       У Помни жуткая одышка. Она боится даже пошевелиться. Она искренне поверила, но её обманули. И именно в это мгновение её надежды на выход окончательно рушатся. Всё! Теперь она точно не выберется! Теперь она здесь навсегда! И выхода не бывает! Всё — обманка. Нельзя верить!       Из этих мыслей её выводит стук в дверь. Как всегда. Люди вокруг будто чувствуют, в какой момент времени им необходимо ворваться в её комнату. Помни смотрит в пустоту. Стук продолжается. — Ах! Ну сколько можно?!       Она рывком встаёт с пола и идёт к источнику звука. Она раздражённо открывает дверь, чуть ли не сбивая куклу с ног. Помни так сердита, но глаза её так же пусты. — Ой! Приветик, Помни! — Рагата очаровательно улыбается. — Нам уже пора! А то тебя опять все заждались. — кукла оглядела Помни с ног до головы и изменилась во взгляде. — Помни? Всё хорошо? — Рагата, пошли, пожалуйста. — Помни хватает девушку за руку и ведёт её к сцене, возле которой они всегда собираются. — Ладно, ладно… Пойдем! — Рагата тащилась вслед за ней. — Помни! Не спеши так! Я не успеваю! — умоляюще просит кукла. Помни резко останавливается и отпускает руку. — Помни?.. — Просто идём, — грубо отвечает ей шутиха.       Рагата виновато опускает глаза и идёт за ней. Помни очень разочарована, опустошена, сломана. Она чувствовала себя обманутой. Мерзкая боль подходила к горлу, глаза начинали жалко слезиться. Слезы собирались в глазах, раздражая, но плакать ими не получилось. А это ещё мучительнее. Рагата с сочувствием поглядывала на неё, но ни единого слова не произнесла. Она понимала, что слова здесь будут лишними. Шутихе нужна тишина.       Девчушка в сине-красном костюме пустующим взглядом оглядела всех присутствующих. Только разве что на Джексе её сердце пустило удар, но потом лицо её опять приняло безразличное выражение. Увидев двух девушек, Кейн начал: — И так… Теперь все в сборе! — конферансье прокашлялся, дабы выдержать паузу. — Сначала мне хотелось бы напомнить вам о правилах, чтобы у нас отныне не случилось таких недоразумений… Джекс, — Кейн указывает пальцем на сиреневого кролика. — Помни! Я хочу вам напомнить, что наш цифровой цирк — это место, где сбываются все мечты! Место, где вы можете развлекаться как хотите и где хотите… Но! Портить и ломать наши локации запрещено! Вандализм в цифровом цирке запрещен! Я надеюсь, что вы всё поняли! — Кейн горделиво поправляет бабочку.       Помни никак не отреагировала на его слова. Хотя не будь она в этом состоянии, она бы вся раскраснелась, распереживалась. Не любила Помни, когда на неё ругаются. Очень не любила. Но сейчас ей было не до замечаний. Ей вообще было всё равно. А Джекс отреагировал яро: он дёргался, раздражённо закатывал глаза, что-то злобно шептал Кейну в ответ. Конферансье посмотрел на реакцию этих двоих и следом продолжил: — Воспитательный момент окончен. Ну а теперь! Мы, мои звёздочки, приступаем к самому интересному! К нашему приключению! — из ниоткуда в руке Кейна появилась карта. Щелчок. У каждого в руке появился бумажный свёрток. Каждый с интересом стал разглядывать карту. Кроме Помни. — Всем вам необходимо будет выполнить небольшие задания. Ваше приключение будет очень интересным! Множество загадок и головоломок вы встретите на своём пути! — он таинственно оглядел всех. — Предлагаю вам разбиться по командам. По два человека в каждой. Даю вам право выбора. Выбирайте своего товарища!       К низенькой шутихе подошёл вечно улыбающийся кролик. Но Помни на его присутствие никак не отреагировала. Поэтому тот стал хлопать по её округлым щекам, после чего она всё же пришла в себя. — Давай со мной в команду, малая? — флиртуя, предложил Джекс.       Помни растерялась, чуть покраснела, она аккуратно поправила свои короткие волосы, выглядывающие из-под колпачка, и наконец тихо заговорила: — Джекс, — его имя с удовольствием слетело с её губ. — Я… — она смущённо оглядела всех присутствующих, явно что-то обдумывая. — Я хочу с Рагатой. Прости.       Джекс удивился такому ответу, но возражать не стал. — Иди с кем хочешь, малая! Без проблем! — непринуждённо говорил Джекс. Хотя где-то глубоко внутри его это очень задело.       Помни пулей побежала к кукле. Она подошла к ней со спины, неловко хватая её за подол платья. Рагата развернулась. Она в недоумение смотрела на шутиху, хлопая своими длинными ресничками. — Рагата, давай вместе в команду? — Давай! — она лучезарно улыбнулась ей, схватив Помни за руку. Помни неловко отстранилась, осторожно выпуская свою руку из кукольной руки. Кукла никак не отреагировала на это. Девушки стояли рядом и ожидали продолжения.       В итоге все разделились на команды. Гангл была вместе с Зубл. Джекс попал в команду с Королером. Кролик был очень недоволен таким раскладом событий, но другого выхода не было, ведь с Гангл и Зубл они бы точно переругались, а с Королером были хоть какие-то шансы на победу. — Ну что ж! — Кейн возник из ниоткуда, оглядел каждого и, смеясь, продолжил. — Да начнется наше невероятное приключение! — он хлопает в ладоши. Над его головой возникают округлые цифры, отчитывающие начало старта. Как только появилась последняя цифра — ноль, он с удовольствием воскликнул. — Начали!       У каждой команды на карте появились циферки над местами, где их ожидало задание. У каждой команды была разная последовательность, чтобы те не пересекались во время их выполнения. Все они разбежались. — Помни, пошли, — Рагата поманила шутиху рукой, та пошла вслед.       Рагата и Помни отправляются к бассейну с цветными шарами. Именно в это место их направила карта. И они послушно подчинились её правилам. Около бассейна с высокими полосатыми бортиками лежала записка. Кукла с интересом подняла её. Рагате, наверное, больше всех нравилось участвовать в «весёлых штуках» Кейна. Она всегда с таким энтузиазмом выполняла все квесты, словно быть запертой в цифровом пространстве, чтобы участвовать в глупых играх — это мечта всей её жизни. Конечно, это было не так. Но Рагата, будучи оптимисткой, даже в этих условиях старалась не переставать улыбаться и радоваться мелочам изо дня в день. Помни не понимала её. — Помни, взгляни, — радостно воскликнула кукла. — здесь сказано, что все секреты хранятся в цветных шариках. Нужно нырнуть в этот бассейн! Пойдем со мной? — Ну… — в голосе Помни чувствуется сомнение. — Давай.       Девушки в мгновение оказались среди бесконечного множества цветных шариков. Красные, синие, зелёные, жёлтые, розовые, оранжевые! Сколько же их тут! Рагата и Помни опускались на дно, нащупывая, что же там внизу. На каждое их телодвижения шарики отвечали им пустыми пластмассовым звуком. Бассейн был размером отнюдь не маленьким, поэтому девушки довольно долго искали следующую подсказку. Девичьи пальчики аккуратненько щупали дно, и в конце концов у них получилось. Помни с радостным возгласом вынырнула, держа в руке какое-то золотое колечко. Помни с интересом покрутила вещицу в руке. — Как думаешь, что это? — она передала колечко своей подруге — Хм… Мне кажется, это какая-то деталь. Смотри, с одной стороны небольшая дырочка, — она повертела вещицу в руке. — наверное, это часть пазла, который нам предстоит собрать. Пошли дальше искать!       Девушки взглянули на карту. Бассейн на карте перечеркнулся красным крестиком. — Так-с… Теперь держим путь в парк аттракционов! — воодушевленно говорила Рагата. Она во второй раз взяла Помни за руку, но в этот раз та не отпустила её. Всё же эти задания заставляют отвлечься от утреннего эпизода. — Помни, кстати, — старалась разбавить тишину кукла. — А ты не забыла про рисунок? — Ох, ну ты и вспомнила конечно. — Ну да! — кукла неловко почесала затылок. — Я как-то поздно опомнилась. Уже столько дней прошло… — Рагата, у меня не получилось, — расстроено произнесла Помни. — Я… Я не знаю как так вышло… Я старалась, честно, но, — она хотела продолжить, но Рагата её перебила. — Помни, ничего страшного. Всё хорошо, — голос Рагаты такой мягкий и нежный, даже убаюкивающий. — Помни, ты лучше расскажи, что сегодня сделалось с тобой? Ты выглядела такой подавленной… Вы с Джексом поссорились? — Что?! Нет! — услышав имя своего предмета воздыхания, ей немного трудновато стало дышать. — А что тогда случилось?       Помни уже открыла рот, чтобы заговорить о своей проблеме, которая мучает ее с самого утра, но неожиданно перед ними возник Кейн. — Мои звёздочки! Не забываем о своих заданиях! Я думаю, что ваши разговоры не будут интересны нашим зрителям! Оставьте их на потом. А сейчас… Веселитесь! — и после он пропал.       Девушки послушно замолчали и ускорили шаг. Все последующие задания они выполняли уже в тишине, лишь изредка перекидываясь короткими фразами по поводу квеста. Девушки выполняли задание за заданием, находя всё больше деталей. Где-то в середине квеста было ясно, что всё, что они собирают — это ключик. Чем больше на их карте появлялось красных крестиков, тем сложнее становились задания. На это они потратили весь день. Но зато Помни стала чувствовать себя намного лучше. Её глаза повеселели, а на лице всё чаще стала проскакивать улыбка. В конце концов они добрались до финиша. Помни и Рагата пришли первыми и с удовольствием приняли статус победителей. Вслед за ними прибежали и остальные команды. Джекс, узнав, что они пришли вторыми, долго возмущался на Королера. Кидался в него обидными словами, всячески цеплял, но потом всё же успокоился. В конце Кейн победно объявил, что Рагата и Помни могут открыть свой приз. Пред ними возник большой сундук, закрытый на замок. Девушки с нескрываемым удовольствием в глазах открыли его большим ключиком, детали которого они собирали весь день. Крышка открылась, и все увидели огромный торт. Заиграла весёлая победная мелодия.       Торт был очень красивым: с белым кремом, по краям его украшали красивые воздушные узоры, а сверху лежали маленькие бусинки вишен. Угощение выглядело очень аппетитным. Пусть здешние обитатели и не нуждались в пище физически, они наслаждались ею духовно. Все с обидой в глазах смотрели на победителей. Девушки сжалились и предложили опробовать угощение всем вместе. Аккуратные кусочки торта лежали у каждого в круглой тарелочке. Торт и вправду оказался вкусным: сладким и нежным.       Сидя за длинным столом, Помни чувствовала себя расслаблено. Утреннее событие всё ещё не выходило из головы, но уже не так сильно тревожило. Справа от неё сидела любящая и нежная подруга, слева — её объект воздыхания. И это осознание не могло не радовать Помни. Однако помимо наслаждения она ощущала и лёгкое смущение от того, что буквально в паре сантиметров от неё сидел Джекс. Вот же он, так близко! Стоит только руку протянуть и она коснется его. И радует, и смущает. Она бы так и продолжила наслаждаться угощением, если бы не почувствовала чужое прикосновение под столом. Чья-то чужая нога чуть коснулась её. Помни вопросительно посмотрела сначала на подругу, а потом на Джекса. Как только Помни перевела взгляд на него, он чуть наклонился к ней и играючи прошептал ей следующее: — Приходи сегодня ко мне после ужина, — Джекс соблазнительно улыбнулся.       От такого игривого настроения Джекса, шутиха аж поперхнулась. На белом лице её возникли яркие пятна, сердце неистово заплясало в груди, дыхание участилось. Она даже почувствовала головокружение и лёгкую тошноту. Так вот она распереживалась! И, увидев такую бурную реакцию от Помни, Джекс наклонился к ней ещё ближе, да так, что она аж почувствовала его дыхание. Ответа от неё он не дождался, поэтому заговорил: — Ну так что, Помни? — Я, я… Я прийду! — Помни аж стала заикаться.       Ох! Как же Джекс смутил Помни! Когда он, дождавшись ответа, всё же отстранился от неё, Помни ещё долго не могла прийти в чувства. У неё даже были ощущения, что она вот-вот упадёт без сознания. Все мысли и желания закрутились, завертелись в голове, доставляя такой жуткий дискомфорт и в то же время радость. Шутиха больше не смогла запихнуть в себя даже маленький кусочек — аппетит напрочь пропал. Бабочки в животе заняли всё пространство, не оставляя места для пищи.

***

      Когда с ужином было покончено, цветные человечки разошлись по своим комнатам. Только Помни не пошла к себе. Она остановилась напротив двери своего предмета обожания и всё не решалась постучаться. То головокружение вернулось, а краска на лице вновь подступила. Слюна стала такой вязкой — сглотнуть было тяжело. Набрав воздуха в грудь, она собралась с силами и всё же позвонила в звоночек. Дверь сразу же распахнулась. От мысли, что кролик всё это время стоял за дверью, ей ещё сильнее поплохело. Он слишком много знает о Помни… — П-привет, — сконфуженно произнесла шутиха. Кролик лишь закатил свои глаза и, хватая её за руку, завёл в свою комнату. Усадил её к себе на кровать и приземлился рядом. Помни опустила голову, её короткие волосы прикрыли её раскрасневшееся лицо. — Расслабься! — Джекс пихнул её в плечо. И с необычайной простотой в глазах продолжил. — Ты почему сегодня отказалась быть со мной в команде? Нам же так хорошо было вместе! — он наигранно сделал расстроенную гримасу. — У меня… — дышать всё так же тяжело. — настроение было плохое. — Ну и что? Тем более я в любом случае смог бы тебя развеселить! — в его голосе слышалось надменность. Ах! Как же Джекс любит себя! — Нет, Джекс, я хотела провести время с Рагатой, — виновато объяснялась девчушка. — Ну и что же такое случилось у тебя? — его весёлое и флиртующее настроение не пропадало. — Я… Я не скажу! — Ого! И почему же? Я так плох для тебя? — он делает многозначительную паузу. — Помни, ты ранила меня в самое сердце! — Джекс, мне сейчас не до шуток! Хватит смеяться надо мной! — возмущалась Помни и признавалась себе, что все эти слова Джекса заставляют её душу трепетать. — Ладно, давай тогда серьезно, — говорил Джекс, но в его интонации всё ещё оставался вкус флирта. — Я сегодня опять видела выход. — Что? Уже столько дней прошло, а ты ещё не свыклась с тем, что никогда не выберешься отсюда?!       Да… Джекс точно не умел подбирать верные слова для разговора. Заметно было, что после его слов, Помни готова была расплакаться. — Это же очевидно, что выхода не существует. — Но я видела! — возразила ему шутиха. Она спрыгнула с кровати, отчего её бубенчики зазвенели. — Это бред! Это игры твоего сознания! Не больше! — Не правда! Это точно было наяву! Я ходила по коридорам. Там было так много дверей. Я бежала, а они всё не заканчивались! — Как это могло произойти, если в цифровом цирке даже не существует таких локаций?! — Это было! Я не вру! — всё не унималась Помни. — Не может быть! — Может! — Помни уже перешла на крик. — Нет! — Да! — крикнула ему в лицо девчушка. Её брови были нахмурены. Конфетные зрачки пульсировали в гневе. — Воу! Успокойся, малая! — он схватил её за плечо и усадил рядом с собой. — Говори. — Не хочу, — обиженно шептала Помни. — Ладно, Помни, прости меня.       На его извинение Помни удивленно раскрыла глаза.       Джекс извиняется перед ней? В это сложно поверить… — Что? — не веря в услышанное, переспросила шутиха. — Я говорю, прости меня. Не делай вид, что не слышала.       Повисла неловкая пауза. Джекс, улыбаясь, смотрел на Помни, у которой вот-вот глаз будет дёргаться. Первая заговорила Помни: — Почему ты такой? — она начала что-то показывать руками, не в силах выразить свои чувства словами. — Какой? — Джекс хитро улыбается. — Невыносимый! — Хах! А что конкретно не так? — Ты!.. Ты так!.. Ты так непонятно относишься ко мне! Я не понимаю тебя! — она опять начинает краснеть. — Меня никто не понимает! Я сложнее, чем вам могло показаться, — горделиво выдаёт он.       Опять! Бедная Помни! Она скоро с ума сойдёт с этим Джексом! — Но почему ты такой? Почему ты так относишься ко мне?! — она прикрывает свои горящие щёки. — Почему? — он игриво хихикнул. И на выдохе произнес. — Потому что люблю тебя, — так непринужденно ответил ей Джекс.       Вот так… вот так легко и просто Джекс сказал ей эти слова. Сердце Помни готово было выпрыгнуть из груди. Выпрыгнуть прямо в руки Джексу!       Держи, дорогой мой мучитель, это тебе!       Всё её тело стало гореть. Голова опять закружилась. Дыхание перехватило! Щеки ещё раз обдало жаром! Ох! Как же сильно она обожглась об Джекса! Ожог этот точно не заживёт до конца недели! Все конечности стали ватными и одновременно такими свинцовыми. Везде всё так кружится: в голове — мысли, в животе — бабочки. Всё тело Помни превратилось в карусель. Ей в мгновение сделалось так дурно.       Как же Джекс доволен её реакцией! Она такая красная, такая напряжённая сидит перед ним. И всё это его труды! Джекс и вправду очень сильно любил Помни. У него вообще не было причин не полюбить эту очаровательную шутиху. Устав от лиц одинаковых, он не мог не влюбиться в неё. Она такая милая, стеснительная и наивная. Но в меру. А иногда она такой бойкой бывает. И какая-то она не такая. Есть в ней что-то такое таинственное, что-то, что Джекс ещё не познал. И это многообразие её натуры так сильно манило его. Она пришла в этот мир, в котором он уже так заскучал. Новая душа. Его никем не тронутое сердце так и жаждало любви. Помни для Джекса — это перемена. Это новый глоток воздуха. И именно поэтому у него и не было причин не полюбить её.       Помни какое-то время молчала. Потом Джекс услышал, как та набрала воздух и на выдохе переспросила: — Это правда? — голос её тревожно дрожал. — Конечно! Ты хочешь сказать, что всё это время не замечала? — он усмехнулся. — Ты вчера, между прочем, была со мной на свидании. — Он старался заглянуть ей в глаза. — И сейчас у нас с тобой свидание. Наше второе свидание.       Помни опять затихла. Сидела, опустив глаза вниз. Весь мир в голове перевернулся. Она не знала, что говорить Джексу в ответ. Она вся превратилась в комок напряжения. — Джекс. — Что? — Скажи это ещё раз! — Что конкретно? — он точно издевается над ней. — Что любишь меня. — А ты с первого раза не поняла? — он сначала потешился над ней, но потом её взгляд такой грустно очаровательный, такой смущенный, такой пленительный заставил сказать желаемое. — Ладно! Я люблю тебя. — Пауза. — А ты меня любишь, Помни?       Шутиха растерялась. Слова комом застряли в горле, поэтому в ответ она лишь кивнула. — Я не слышу тебя. — Я люблю тебя. — Всё ещё не слышу, — его брови занимают наивысшую позицию. — Я люблю тебя, Джекс!       Помни была очень зажата. Её хрупкое тело иногда даже потряхивало. Глаза нервно бегали по паркету. Ладони тревожно сжимали мультяшную простыню. Очень неловко и жарко! И так страшно! Но хочется ещё больше, ей хочется, чтобы их руки соединились в замочек, хочет поцеловать его. Она сидела в ожидании дальнейших действий Джекса. «Ну, что же он не целует меня?» — в мыслях возмущалась шутиха. И наконец Джекс понял… — Что-то не так? — в ответ лишь молчание и лёгкое покусывание губ. Быстрый жгучий взгляд был брошен на него. — Хах, я понял, — говорит Джекс и тянется к её лицу.       Помни радуется и в то же время так боится. Она задерживает дыхание в ожидание поцелуя. Головокружение не прекращается. Мельком ловит его ехидный взгляд, который ещё сильнее вскружил ей голову. Его руки дерзко хватают её за округлые щёки, и Джекс завлекает её в поцелуй. Такой короткий, но желанный. Сочный чмокающий звук на мгновение заполнил комнату.       Помни и Джекс поцеловались! Её счастью не было предела.       Джекс был доволен. Губы её такие необычайные! Их вкус до сих пор остался на его рту. Он широко улыбнулся. И, выждав короткую паузу, вновь втянул Помни в поцелуй. Та опешила, но не отстранилась. В этот раз он был таким страстным и обжигающим. Обжигал он и губы, и сердце. Длинные руки Джекса властно схватили шутиху за талию, притягивая её ближе к себе. Так приятно было касаться её! Руки жадно гуляли от поясницы до лопаток и приходили обратно. Рука девчушки аккуратно коснулась его груди. Джекс на это улыбнулся в поцелуй. Когда они во второй раз отстранились, Джекс заговорил: — А ты правда видела эти двери? — Ну… Да! — разгоряченная Помни была удивлена таким внезапным вопросом. Он усмехнулся и прижал её к себе, приобняв за округлые плечи. — И сегодня опять? — Да. — И что ты видела? — Джекс нежно погладил её по голове.       Такие нежности со стороны Джекса были в новинку. Да и вообще она никогда не видела Джекса таким… Это не могло не радовать. Любить и быть любимым очень приятно. Особенно в тот период, когда жизнь твоя не так уж и сладка. — В этот раз я видела не то, что раньше. — его касания расслабляли. Розовый румянец не сходил с её лица. — И что же? — Я видела поле. Оно было как реальное. Этого точно не было в цифровом цирке! Даже чуточку не напоминало! И самое удивительное, что перед этим я так много думала о нем. За дверью появилось именно то, что я и представляла!       Эти слова заставили Джекса призадуматься. — Ты уверена? — В чём? — Это было в точности то, что ты представляла? — Именно! — Очень интересно… — Джекс задумчиво почесал подбородок. — Но как это возможно?.. Ты видишь места, которых и не существует здесь… — в его голове появилась идея. — Помни, а попробуй ещё раз! Прям сейчас! Представь то, что ты видела сегодня! — Зачем? — Я тоже хочу увидеть это! Ну же, дорогуша, — он дёрнул прядь каштановых волос. — сделай это для меня!       Помни вновь засмущалась, но потом она тряхнула головой и уверенно сказала: — Я сделаю это! — Джекс в благодарность чмокнул её в щёку, из-за чего она приобрела пунцовый оттенок. Помни изо всех сил пыталась это проигнорировать.       Она присела на пол и старалась сконцентрироваться на двери. Образы медленно строились в её голове, но стоило ей только мельком вспомнить о его поцелуе в щеку, все мысленные образы рассыпались. — Джекс, отодвинься. Ты меня отвлекаешь!       Она напрягалась в попытке выстроить желаемое. Ну же! Вспоминай! Мелкие травинки, листики, пушистые облака, слабый ветерок! Ну же! Побольше зелени! «Дверь! Ну появись предо мной, прошу тебя!» — в мыслях говорила себе Помни. Пространство зашевелилось. Да! Она распахнула свои большие глаза и увидела перед собой красный прямоугольник. Помни посмотрела на Джекса, но не увидев его реакции, спросила: — Ты не видишь что-ли? — в её голосе проскочило возмущение. — Чего? Нет! — Но как же? Вот же она! — она указывает пальцем на дверь.       Но Джекс ничего не видел. — Стой, малая! — он взял её за руку. — Кажется, я кое-что понял… — Джекс и Помни сели на кровать. — Мне кажется, что я этого не вижу, потому что ты создаёшь это для себя. — Помни в вопросе приподняла бровь. — Послушай, может ты не такая как все? В смысле, ты можешь большее, чем мы… Как Кейн. — То есть ты веришь мне? — Сладкая, конечно верю, — пусть Джекс и встревожен таким выводом, но флиртовать он всё не перестаёт. — Попробуй полазить в своем сознании. Может у тебя получится создать что-нибудь не только для себя? — Я попробую. Только будет лучше, если я буду делать это одна. Понимаешь, твоё присутствие немного отвлекает меня. — от неловкости Помни щипала себя. Она не знала, куда деть свои руки. — Без проблем, — он хихикнул. — Тем более ты так хороша! Не могу удержаться! — и он притянул её к себе для нового поцелуя.       Помни и Джекс провели этот остаток дня, наслаждаясь друг другом и горячей любовью. Джекс поминутно искал ее жаркие губы — она давала их, дыша уже порывисто, но все молча. После она отстраняла его, садилась и, не повышая голоса, просила передышки. Его бесстыжие руки всю ночь гуляли по её телу. Он властно обнимал её. И она с глубочайшей нежностью отвечала ему на эти ласки. Он ехидничал, флиртовал с ней. Делал комплименты, не упуская возможности и себя похвалить. В эту ночь было очень много любви!