Что снежанину хорошо, то немцу – смерть.

Солнце только вошло на небосвод, а путешественницы уже стояли у границы. Впереди расстилались владения льдов, снега и холода, сзади пустошь магмы и тепла. Эти два биома объединяло одно — они оба почти лишены жизни. Люмин всегда напоминала свет солнца, а почему-то легкий загар только предавал ей шарму. А спутнику загар не шёл, даже несмотря на то, что Паймон почти не изменилась, её щеки слегка обгорели. Впервые за долгое время они чувствовали сладкий холод снега. Ветер дул в задумчивое лицо Люмин, а её телесные губы ниточкой. Кажется, она задумалась о чем–то не приятном. Может, она уже представила, как ночью будут ныть обветренные и потрескавшиеся от лютого мороза уста? — Как здорово! Мы же совсем недавно пришли на земли Натлана и только что получили свой первый ожёг, а сейчас солнце стало холоднее! Насчёт холода, что мы будем делать с одеждой? Красивые девушки не морозоустойчивы! Собеседница прокрутила предложение в голове. Паймон прокрутилась вокруг себя. — Ох, точно! Ты говорила, что твоя одежда очень дорога для тебя, — сочувственно прописклявила она. — Твои сапоги и платье не утратили свою белоснежность с первой нашей встречи. — она многозначительно промычала, — Может, эти одежи могут превратиться в валенки и шапку? — Не могут, — ответала Люмин своей подружке. Путешественница повернулась к Паймон что бы что-нибудь ещё сказать, но спутник умел читать её мысли: — Ты тоже вспомнила про Дом Тиори? Отправимся сначала туда! И можем встретить наших друзей. Тем более с Натланом мы уже попрощались. — она пожала плечами и хихикнула. — Паймон. — Люмин улыбнулась. — Какая же ты мудрая. Да, я хочу.. — Ты хочешь в бутик, да поскорее, пойдём! *** У Тиори нашлись подходящие вещи. На Люмин нахлынули смешанные чувства. В платье под шубой, которая явно была сделана на фонтейнский лад было неудобно. — Эти вещи разрабатывала не я, — так отзывалась бывшая жительница Инадзумы. Люмин пришлось снять шарф и попытаться закрепить его на мех, но получилось не надёжно. Впрочем, путешественница не жаловалась. Тиори предлагала сшить им персональную одежду, но спутницы отказались. Паймон пришлось окутать в обычный синий шарф. Она сначала волновалась и возмущалась, но все-таки это было лучшее решение для неё _сейчас_. Тиори не поленилась написать им адрес портных в Снежной, а также дала наставление: первым делом они должны отправиться в мастерскую "У Владимира". *** Зайти на территорию Снежной было на удивление легко. На границе они не встретили никаких фатуи или прочего мусора. В Тейвате в разных местах даже солнце светило по-разному. Здесь лучи солнышка горели по-особому, а небеса чистейшей красоты. В разных странах этого мира небосвод различен. Скоро он приобретёт единство цвета и красоты. Иноземка была подавлена, ей не нравилась новая одежда. Паймон же держалась бодрячком и очень радовалась холодном ветру. Это было вознаграждение за вечность, проведенную под раскаленным солнцем. Люмин не была фанатом долгого страдания и решила отвлечься. Она лёгким движением опустилась на корточки, руками взяла снег и слепила снежок. Паймон быстро смекнула к чему идёт дело, но среагировать не успела. Комочек снега прилетел в шарф, а затем второй — фатальный. Шарф распахнулся, да и ветер теперь не казался наградой. Их смех наполнил дорогу. Спутники продолжили путь. — Паймон, тебе не холодно? — Нет, знаешь, я даже удивлена. Эта импровизированная телогрейка из тряпки очень даже ничего. Ох, прости меня, Тиори. Хотя отдать должное, я не мёрзну! Паймон думала, что в Снежной будет холоднее, чем на Драконьем Хребте. А здесь.. Она сделала вдох, затянула в свои ноздри холодный воздух и прикрыла глаза. — Здесь воздух чище и дышится легче. Я имею в виду, что легче по сравнение с Хребтом. А вот в сравнение с зимой в Ли Юэ здесь достаточно тяжело дышать, — она потёрла сопливый нос. — Интересно, почему? — Не знаю. Я ничего не чувствую. Мы можем спросить об этом у кого-нибудь из академии. Мм.. Тигнари, например? — Ну нет! У него совсем другая специальность и.. — И нужно было больше книг читать, пока мы были в Академии. Ах, да, после чтения книг у тебя кружится голова, как я могла позабыть.. — Хе–хе, Пародокс Паймон всегда актуален! Путешественницы шли по специально вычищенной дорожке. Небольшая роща была впереди, именно туда держали курс компаньоны. Они поднялись на небольшой бугор и заметили девушку с фуражкой и с синей почтальонкой. — Ты же помнишь, что фатуи очень любят писать письма своим родственникам и дорогим им людям? Думаю, это верно и для простых жителей Снежной. Здесь очень развита почтальонская сфера. Люди проходят сложный отбор, не каждый может стать разносчиком писем здесь! — шепнул на ухо летающих шарф. — Спросим у нее дорогу, — путешественница быстрым шагом направилась к незнакомке. Коричневая дублёнка с белым мехом на опушке, большие пуговицы располагались ровно в ряд. Эта верхняя одежда была сделана очень хорошим мастером. Если на Люмин шуба смотрелась нелепо, то девушка была рождена для ношения национальной одежды Снежной. Дубленка — это же национальная одежда? На синей сумке можно было заметить «Почта Снежной» белыми буквами и герб страны. На фуражке тоже был отличительный знак государства. — Привет.— сдержанно, но также пискливо начала разговор малышка Паймон. Это было не совсем в стиле спутника, но нахождение на "вражеской" территории требовало осторожности. — Доброго дня, чем я вам могу помочь? — девушка остановилась. Кажется, они отвлекли ее от работы. — Чем ты занимаешься? — продолжила безобидный разговор Паймон, игнорируя изучающий взгляд незнакомки. Не понятно, она рассматривала их из-за того, что друзья казались ей знакомыми, или она просто была удивлена их сногсшибательными костюмами из шарфа и шубы Фонтейна. — Я почтальон. Моя работа— это разносить письма по домам. Могу сказать, тяжёлая работа, ведь письма легко могут испачкаться или помяться. Слава Царице, в моей практике этого пока не было, — девушка выдохнула, — Вы не местные. Как к вам обращаться? — Я Люмин, — раздался голос молчавшей. — А я Паймон. Я компаньон и мы путешественники. — И вы ездите по разным странам и решаете их проблемы, — девушка снова улыбнулась, только теперь как–то насмешливо. — А, эм, да! — воскликнул летающий объект. — Откуда ты нас знаешь? — Нет снежанина, который о вас бы не знал. Журналы страны справедливости популярны и в нашей стране. Говорят, даже среди предвестников есть любители Паровой Птицы. — последнее предложение она произнесла тише. — Ого! — Паймон покосилась на Люмин, которая тихонько кивнула. — А мы и не знали, что эти журналы здесь так популярны! В других странах нужно постараться найти, а здесь они на каждом шагу. Так, как тебя зовут? — Меня зовут Настасья. Приятно с вами познакомиться, Паймон и Люмин. Вас довести до ближайшего поселения? До столицы вам как до луны. «Даже предвестники. Скорее всего, нас часто будут узнавать. Интересно, фатуи тоже стоят на вратах столицы, как и миллелиты?» — Да, мы только за, — ответила Люмин. Она вручила Настасье лист из блокнота, в котором Тиори написала местных портных. — О! Точно. Мы хотим себе хороших.. Шуб? И шапок! — И сапог, — Настасья смотрела на валенки Люмин, — они не слишком практичные, если вы захотите полазить по Снежной свободно. Вам придётся разрезать собой толщи снега, не везде есть дорожки… — она махнула им, созывая за собой. По дороге к городу N, Настасья раскрыла секреты о верхней одежде. Также она им рассказала о своей стране. Снежная — это бесконечно большая и необъятная территория со своими поселениями. Оказывается, здесь есть негласное распределение народов. Например, туда, куда они идут, живут в основном бывшие жители Ли Юэ: торговцы, туристы, приехавшие сюда за лучшей жизнью и просто потомки жителей страны контрактов. Они проживают бок о бок со снежанами. Настасья довела их до города N и, как положено каждой воспитанной девушке, бросила их подле входа. Она сообщила, что если они хотят встретиться с ней, то пусть напишут письмо и принесите в отделение почты, а в графе «адрес» продублировать её имя. Ответ придёт сам, только без конверта. — Как круто! Она может не говорить свой адрес и письмо все равно доедет до неё. — Почтальонам дают поблажки, — вкрадчиво прокомментировала улыбающаяся Люмин. — Нам тоже адрес можно не говорить. — Да, в этом ты права! Ты знаешь, что Снежной очень любят тёплую еду. Особенно супы. Помнишь, я тебе зачитывала топ-20 отвратных блюд Тейвата? Холодец на 11 месте, между странным стейком и ещё одним национальным блюдом хиличурл. — Холодец? — Да! Это что-то среднее между супом, слизью слайма и мясом. Поселение было в 14–15 домиков. Люмин уже давно поняла, что больших городов, кроме столицы, не будет. В Снежной этот закон также исправно работает, однако это место было приличным по меркам Тейвата. Паймон включилась в работу гурмана под прикрытием сыщика, и пыталась уловить в воздухе запах какой-нибудь забегаловки. И правда, в животе предательски посасывало. С восхода солнца они ничего не ели, нужно найти себе достойный ужин, ночлег и приняться за расследования этого места. Исследователи прочесали деревню раза два, но не удачно. В какую глушь она их привела? Люмин и Паймон сели на скамейку. — У меня уже щеки щипят! — А живот не урчит? — Ха, очень смешно, — закатила глаза упрямая малышка. — Но животу Паймон все равно одиноко без еды. Может спросить у кого-нибудь где можно поесть?! И сколько идти до Снежной? У–ух, эта Настасья! Ничего толком не сказала...— Паймон заскулила от своего человеческого несчастья. — Не волнуйся, Паймон. Ты заметила, что… — Добрый день, сударыни! Ась кушать нечего?