Часть 16

На следующий день произошло то, чего Алла до ужаса боялась с самого приезда, чего ждала, как неминуемое испытание. В коридоре утром она столкнулась с Аллой-Викторией лицом к лицу и замерла. Внутри все сжалось. Она не смогла вымолвить даже слова приветствия. Алла-Виктория сначала смотрела на нее, как на привидение. Будто ей мерещится Алла, непонятно как оказавшаяся в их доме и, главное, зачем? - Какого черта ты здесь забыла? - с неприкрытой злостью спросила у нее девочка, которую она помнила еще маленькой, с которой проводила иногда время и наедине, и вместе с другими детьми, разговаривала с ней, старалась ее чему-то научить. А потом их пути разошлись.. Точнее, Алла просто исчезла из их жизни, ушла для них по-английски, а отцу напоследок оставив еще несколько незаживающих ран и понизила температуру в его сердце чуть ли не до вечной мерзлоты. А теперь девочка выросла и абсолютно киркоровскими глазами с ненавистью смотрела на нее. - Я.. в гости.. - Алла растерялась от такой агрессии в ее сторону, но понимала, что это заслуженно, понимала мотивы такого ее поведения и нисколько не осуждала. Понимала, что момент встречи и подобный бунт от подростка, из чьей жизни она не попрощавшись испарилась, и более того, подростка, который был непосредственным свидетелем того, до какого состояния она довела ее любимого отца, ожидаем. Алла осуждала себя. Нужно было ей хотя бы детям тогда осторожно объяснить причину.. Извиниться за свое отсутствие на дне рождении, за свое исчезновение, сказать, что так нужно. Или вообще с ними можно же было как-то поддерживать связь? У них же уже были телефоны.. Это до Аллы доходило только теперь.. - В гости?! Ты прикалываешься?! Зачем?! - Меня.. - Это папа тебя притащил, да?! Откуда? Ты же сейчас по странам шляешься вместе с.. мужем своим. - Я не.. Алла-Вик.. - Не называй меня Аллой! - девочка перебила Аллу, срываясь практически на крик. - Я Вика! Почему вообще я твое имя ношу?! - Так твой папа решил, Вика, - Алла отвечала мягко, стараясь быть тактичной. - А ты знаешь, что ты его убила? Он теперь мертвый внутри! И знаешь почему?! Из-за тебя! Это ты его довела! Сука бессердечная! - Послушай.. - Алла, как провинившийся ребенок стояла и слушала ее, и видела в глазах девочки сильную непережитую обиду на нее, за себя и за отца, застилавшую сейчас какие-то здравые мысли, которых у нее не могло не быть. - Так надо было. Так бывает. Иногда люди перестают общаться, и.. - Да что ты несешь?! Это что, детские сказки?! Думаешь, мне все еще 7 лет это слушать? Ах да, на мое восьмилетие ты же не пришла. Забила, хотя обещала! Помнишь?! Ты обещала прийти и поздравить меня! Я ждала! Ты даже не позвонила! Я виновата в том, что ты с папой ругалась?! Тогда вообще не знакомилась бы со мной и не дружила! Легче было бы! И я уже не маленький ребенок! Со мной такое не прокатит! - Аллу-Викторию понесло. В отличие от Филиппа, она не смогла остановиться. Высказывала все, что накопилось за эти годы. Сказался и переходный возраст, и ее непростой вспыльчивый характер, и, главное, боль от своего рода предательства ее - до ссоры девочка тянулась к ней, считала ее близким человеком, доверяла ей, - и, конечно, от предательства ее отца. Она, несмотря на свой возраст, замечала все.. И то, как он изменился, как погас его огонёк в глазах, она видела, как он незаметно, как ему казалось, плакал.. она была рядом с ним все это время необщения. - Прости меня, пожалуйста.. я виновата, я знаю.. перед тобой, перед папой, перед Мартином.. - тихо ответила Алла, скрестив руки на груди, а на самом деле, незаметно держалась за сердце, которое заныло тянущей болью за грудиной. Алла не знала, что еще сказать. Слова, которые сработали бы с маленькими детьми, уже не работали с подростком, который многое понимал и справедливо испытывал к ней неприязнь. - Да зачем сейчас твои извинения?! А уже все, а надо было раньше! Видеть тебя не могу! - девочка развернулась и пошла быстрым шагом к себе в комнату. Громко хлопнула дверь, и Алла осталась одна.