На грани миров

Поздняя ночь. Мрак вокруг. И лишь на горизонте видна оранжевая полоса света. И это не рассвет. Это свет ритуальных костров. Я стою на коленях, мой взгляд устремлен в горизонт. Сквозь темноту и небольшие отголоски света я пытаюсь рассмотреть окружающую обстановку. Я сижу внутри какой-то спирали, которая начерчена на поле. Поотдаль на разных участках горят факелы. Отблески огня играют на лицах других людей. Они так же сидят в этой спирали. Каждый в своём порядке, мне пока неизвестном. Мой взгляд упирается в спину парня, сидящего впереди меня. Я узнаю его и, кажется, начинаю вспоминать. Хван. Что же мы сделали. С Хваном мы дружили довольно давно. Я помню его длинный путь к славе, как сейчас. Он всегда мечтал стать звездой, быть в центре внимания. И что сказать — он этого добился. Мы познакомились с ним, когда он только начинал свой путь в индустрии танцев и музыки. Яркий, дерзкий, и невероятно красивый. А я открывала себя в съёмочной команде. Помогала со съёмками ток шоу и монтажом видео клипов. Тогда я снимала шоу «На выживание». А теперь на выживании оказались мы. И это далеко не шоу. Хван стал моим другом. Он убедил меня выползти из тени видеографов и попробовать себя как модель. Успех был, но я не хотела бросать монтаж и съемки шоу. Я часто виделась с его группой, но Хван был тем, с кем мы сблизились, что называется, душевно. Я поддерживала его, когда на него полился хейт. Так же пыталась склеить его разбитое сердце после неудачной влюбленности. Его успехи меня заряжали и мотивировали. О лучшем друге я и мечтать не могла. Несмотря на свою занятость, когда он буквально валился с ног, Хван приходил ко мне, чтобы поболтать и узнать, как у меня дела, поддерживал в моей карьере. Так и строилась наша дружба — на теплоте, искренности и уважении к друг другу. Но есть одна вещь, которая переворачивает весь мир с ног на голову. Воспоминания. Они возвращаются. Пока я смотрю на Хёнджина, внутри меня начинает крутится кинолента памяти. В нашем спокойном мире существует закон. Для того, чтобы жило большинство, смерть забирает некоторое количество людей. По сравнении с населением планеты — это капля в море. Смерти не важно кто ты, какой твой внутренний мир и чего ты стоишь. Ей важно количество живых душ, которые она берет. Медленно перемещаясь по спирали и забирая остатки энергии и тепла из тел. Хван чувствует мой взгляд и поворачивается в полоборота. Его глаза немного затуманены. Кажется, он тоже вспоминает. Его руки завязаны за спиной, он стоит на коленях в своём сценическом костюме. Чёрные брюки, белая рубашка и чёрный пиджак в разных булавках и серебряных нитях. Его чёрные волосы собраны серебряной резинкой в хвост, а нижняя часть волос разбросана по спине. В каждом его движении чувствуешь эстетику. Снимать его на камеру — это был отдельный вид искусства. Он поворачивается ко мне. Взгляд его наконец-то приобретает ясность. Немой диалог глаза в глаза. Мы словно оба чувствуем покой и принятие от осознания выбора, который мы сделали. Я и Хван отдаём свои жизни, чтобы наши близкие жили. За друзей, за семью, за будущее этих поколений. Без лишнего пафоса и прекрас. Я буквально каждой клеткой ощущаю последние минуты пребывания здесь. Если вы не были на пороге сознательной смерти, вам будет сложно это понять. И надеюсь, не доведётся. Я вижу во взгляде Хвана нечто уже непонятное мне. Надежду? Но на что? Поотдаль я вижу участников его группы. Ещё дальше — людей, ранее мне незнакомых, но думаю они имеют отношение к другим жертвам на поле. Их родственники, друзья. Не все жертвы здесь добровольны, но наши с Хваном — да. Я хочу заговорить с ним, но мы словно чувствуем друг друга без слов. Так странно. Я знаю его давно, и всегда относилась к нему с теплом. Так и он ко мне, но мы никогда не переступали граней. Не думали. Я не думала. Не знаю... Он друг и всё. Но сейчас, глядя на него и стоя здесь на коленях в 2 минутах от гибели, я чувствую что-то иное. И иду за этим чувством. Медленно приближаясь к нему, я приподнимаюсь на коленях выше так, что моё лицо оказывается над ним. Я не разрываю зрительный контакт и стараюсь запомнить каждый отблеск в его глазах. В сердце начинает щемить. В глазах застывают слезы. Я словно прыгаю в океан тоски. И ловлю губами его губы. Поцелуй, стирающий всё. Словно в нем вся наша жизнь. Я чувствую всё, что он хочет мне сказать. Печаль от осознания, что это первый и последний раз, когда мы так близки; тоска от скорой разлуки; и ощущение, что ты наконец встретился с кем-то родным, со своей родственной душой. Боль от осознания, что она всегда была рядом, но понял ты это только сейчас, — разрывает на части. Мы не успели прожить данную жизнь с этим новым чувством, но дали ему зародиться. И если существуют прошлые жизни, перерождение, то мы встретимся снова. Обязательно. Вот что за надежда таилась в его глазах. Мы встретимся, мы ещё обязательно встретимся, мой дорогой Хван…